moonshine distillery based on chemistry

писать вообще не хотелось от слова совсем. буквы скакали на клетках, голос женщины становился противным до рвоты, а голубые глаза наоборот — вызывали интерес и любопытство, желание раз за разом поднимать взгляд и искать рыжую макушку, которая время от времени перемещалась по классу, пока ее обладатель заглядывал в тетради и давал словесные подзатыльники тем, кто не пишет. разбирал ошибки, шутил тихонько и помогал тем, чем мог помочь на уроке. — ну и что не пишем? — неожиданно прогремело над головой руслана. на краю парты появилась рука с чернильными рисунками. относительно новая татуировка, как и у самого руслана на шее, ещё не начала терять свою чёрную яркость чернил. у тушенцова складывается ощущение, что эта лапа — по-другому ладонь данилы он назвать пока что не может — в полтора раза больше его руки. кончики пальцев прям обжигает желание приложить свою ладонь к внутренней части другой и сравнить, на сколько фаланги больше его. — я все равно это знаю, зачем мне писать каждую строку? — не поднимая глаз, ответил брюнет, все еще рассматривая татуировку на чужой кисти. интерес прожигает, хочется, блять, укусить чужую руку, а потом затянуться и кончиками пальцев оглаживать ямки, оставшиеся на сухой коже от зубов собственных. тушенцов не понимает эти желания, пугается, хочет себе блять лоботомию сделать, дабы забыть этот позор. — и когда успел узнать больше своих одноклассников? — кажется, у рыжего миссия выебать мозг руслану, ибо до одноклассников парня он так не докапывался, предпочитая уходить на середине оправданий, не дослушивая их. к нему, руслану, интерес подгорает в одном месте и у дани. — пока дома сидел, с учителем по скайпу блять, — тушенцову вот никаким боком не хочется вдаваться в подробности. тема реально была из повторения, просто уже с углублением, которое он и успел изучить вместе с женщиной чисто из-за интереса. тема является экзаменационной, так что лишним это точно не будет. данила угукнул, повернулся назад и, с усмешкой заглянув в тетрадь девушки, сидящей сзади руслана, потом снова вернув своё внимание ему. та активно слушала их разговор, пялила на рыжего и время от времени поправляла волосы, которые и так были прекрасно уложены. — а че дома сидел? нетакуся? — повернувшись спиной к той, кто сует свой длинный нос не совсем в свое дело, кашин поглядывал то на доску, то на макушку шоколадную. руслан сгорбился под этим взглядом, ощутил кожей головы то, как его гнездо на голове активно рассматривают. — дрочить времени не хватало, вот и сидел на домашнем, — усмехнувшись, тушенцов законспектировал пару строк с доски и снова отложил ручку, дожидаясь момента, когда голубоглазый соизволит отойти от него и заняться своими делами: доебываться до других или приземлить свою жопу к креслу рядом с учителем. неожиданно стул рядом отодвинулся от парты, и на него приземлился, блять, ебанный великан. руслану некомфортно, сейчас он в полной мере ощущает разницу в росте. острые коленки кашина чуть ли не упираются в столешницу парты. тушенцову, конечно, тоже не очень удобно сидеть за этими школьными столами, но в данный момент он ощущает себя первоклассником, которого сейчас будет отчитывать директор. — посижу тут с тобой, не против? — вопрос явно риторический, поэтому брюнет предпочёл на него не отвечать, понимая, что даже в случае отказа очкастый не покинет его парту, а лишь усмехнется и проигнорирует руса. учительница не обратила внимания на то, что происходит у нее прямо под носом. наверное, подумала, что руслану помощь в объяснении темы нужна. от этих мыслей парень прыснул, поняв то, что помощь ему нужна. нужна, только психологическая, ибо под взглядом кашина он сейчас развалится. накатило и недовольство, и неловкость, и непонятно откуда взявшееся смущение от этих голубых глазищ. звонок прозвенел в ровно тот момент, как учитель дала задание. на лице у той удивление, ибо еще никто не привык к новому расписанию звонков. перемены длятся не привычные пятнадцать минут, а по двадцать или десять. конечно, сначала все возмущались, но потом поняли прелесть долгих перемен. появилась возможность сидеть в теплом классе в компании одноклассников, спокойно курить, сидя под партой, и общаться. раньше такого удовольствия не было, ибо как только люди заваливались в класс, звонок оглушающе начинал трещать, сообщая о конце перемены. руслан собрал вещи в портфель, уже особо не обращая внимания на своего соседа. во время урока они тихо говорили о всякой всячине, — тушенцову даже комфортно стало — разобрали вместе одну странную и хуево составленную задачу и просто угорали над девушкой, сидящей сзади. тушенцов с ней учится давно, но с класса восьмого от милой девушки ничего не осталось. стала вести себя странно, специально давила голос в компании парней и всегда оголяла декольте. мерзость это вызывало абсолютно у всех: и у ее подруг, и у ее очередных жертв мужского пола. помнится, что даже руслан попал под удар когтистой ладошки. она тогда закинула свои тонкие ноги на бедра сидящего за партой тушенцова и начала пискляво посмеиваться. конечно, брюнет терпеть не стал: ноги чужие скинул, нахуй послал и пар клубничный прям в ебало наштукатуренное выпустил. — бля, рус, ну ты реал лох, — подойдя к вышедшему из класса тушенцову, илья слегка толкнул его плечом, начиная смеяться на весь коридор. девочки из пятого класса косо на них посмотрели и скрылись в туалете, дабы пообсуждать, какие все странные, а они одни молодцы и не такие, как все. — сука, илюх, ну хорошо поддерживаешь блять — недовольно глянув на парня рядом, брюнет поправил лямку рюкзака и огляделся вокруг. людей много, пытаться пробраться через эту толпу бессмысленно, поэтому обычно русик ждёт минут пятнадцать и по истечению времени спокойно спускается в раздевалку, берёт вещи и уходит. — руслан! минутку уделишь? — послышалось сзади со стороны кабинета химии. ну, во-первых, учительница ушла вместе с потоком людей, ибо это был ее последний урок, а во-вторых — у нее явно не мужской басовитый голос. вариант только один, поэтому, сглотнув, парень развернулся в сторону кабинета. — илюх, без меня сегодня, пиздуй, — махнул рукой тушенцов, уже подходя к кабинету, в проеме которого стояла высокая фигура. только сейчас руслан смог детально рассмотреть парня и его одежду: свободные спортивные штаны, которые на первый взгляд рус перепутал с брюками, с такой же мешковатой белой рубашкой и полностью прозрачные очки. — давай, отрабатывай плохо решённую задачу! — илья снова заржал на весь коридор, а руслан в ответ показал ему средний палец и послал нахуй, не поворачиваясь в его сторону. — че такое? — зайдя в кабинет, парень, дабы не показывать волнения смело плюхнулся в кресло данилы, начиная на нём медленно покручиваться. на деревянной столешнице напротив брюнета лежала зарядка, пару бумажек с записями и маленькая стопка тетрадей для лабораторных работ восьмого класса. — ничего особо серьёзного на самом деле, — доставая поочерёдно из пластиковой коробки колбы разных размеров, кашин осторожно протирал каждую влажной тряпкой. тушенцов и не помнит, когда в последний раз видел эти стекляшки на уроках. наверное, в классе девятом. — серьёзно? чувак, у меня дома банка флэша одиноко стоит, — тушенцов недовольно цыкнул, отталкиваясь ногой от пола и начиная крутиться на кресле чуть быстрее. — да так, хотел спросить, почему тебя месяц не было если верить журналу, — данила кивнул в сторону компьютера в метре от руслана — и разговорам пед коллектива. тушенцов в шоке от этого человека, ибо уже который раз за день он ставит его в ступор. вот реально нет слов, которые он мог бы сказать в этот момент. даня напротив тоже застыл со склянкой в руках, прожигая в русике дыру своими блять глазищами. вот, ну блять, вот-вот и брюнет или убежит, или расколется здесь, на этом ебанном кресле в кабинете химии на четвёртом этаже, на две части. — не хочешь говорить, значит… — кашин сложил колбы в коробку, уже с ней направляясь в отдельное помещение, отведённое специально для предметов, которые используются во время лабораторных и экспериментов. — не говори. — уже из комнатки прокричал рыжий, через две секунды возвращаясь обратно. — это все, что ты хотел узнать? — тушенцов повернулся на кресле в сторону данилы, замечая то, что он снял очки и оставил на столе рядом с ним. кашин кивнул и черед пару секунд наблюдал за тем, как дверь открывается, черный рюкзак и мешковатое худи пропадает, и дверь с грохотом закрывается. у него словно появилась цель узнать причину столь долгого отсутствия ученика, которую умалчивают и учителя, и он сам. в груди скребет интерес, который, увы, получится удовлетворить явно не скоро. может, вообще не получится. уже по пути домой руслан записывал илье огромное голосовое, в котором сначала рассказывал о том, что было на уроке, а потом про причину задержки в кабинете. «нахуй стоит такой важный со склянкой в руках и начинает спрашивать, че мне в шк долго не было» тушенцов правда разнервничался — пару раз чуть не выронил под из подрагивающих рук и поглаживал себя по ноющей челюсти, которая так и норовила самостоятельно сломаться во время тиков. слава богу они не замучили его так сильно, как могло быть. выбежал он так быстро только из-за страха, что данила будет свидетелем этой картины и вопросы к руслану приумножатся. «короче у меня ебло скрючило, и я свалил нахуй» отправив голосовое, руслан быстрым шагом направился в сторону дома, ища в кармане толстовки позвякивающие ключи от квартиры. хочется поскорее ступить за порог родного помещения, раздеться и, укутавшись в пуховое одеяло, уснуть на десяток часов.