Real Life Russian

       Они сидели в школе, на диванчике, в коридоре. На улице шёл дождь. Мерная дробь отдавалась в сердце, будто резонировала с его стуком. Парень курил сигарету, а девушка спокойно смотрела в окно. Дым заполнял пространство пустого здания. — Ты часто думаешь о смерти?        Девушка вздрогнула. Этот вопрос резал по самому сердцу. Она надела свою привычную маску и улыбчиво ответила. — Да ладно тебе... Мы подростки, должны ценить моменты... Тем более... Ты обязательно выздоровеешь! Особенно, если перестанешь курить эту дрянь..!        Это было серьёзной проблемой. Дым в лёгких явно не способствовал лечению. Но парня это совершенно не волновало. — Да какая разница... Если умру, я и так умру... Будучи обречённым сложно ценить каждый момент...       На пару секунд воцарилась тишина. Был слышен только дождь и далёкие голоса учителей. — Если ты захочешь, то изменишь всё... Я буду в это верить...        На губах крутился ответ, но парень решает промолчать. Хотя не давало покоя... «А я не хочу.» ***        Саня не верил услышанному. Пауза продлилась дольше, чем тот ожидал. Сколько информации он ещё не знает о своём друге? В любом случае, происходящее давило. Но говорить об этом сейчас совершенно не хотелось. В любом случае, ни времени, ни желания.        Александр еле нашёл в себе силы продолжить свою речь. Хотя, речью это назвать уже было сложно. — Толик... Давай после матча обо всём поговорим... Просто пообещай мне, что будешь в порядке, ладно?        Толик чуть слышно усмехнулся. Как в таком состоянии он мог вообще что-либо обещать? Но тем не менее... — Обещаю... Не парься сильно, Легенда. Всё могло быть и хуже.        Саня вздохнул, и парни попрощались. Этот разговор заставил обоих задуматься.        Марго с Женей всё ещё сидели у Кати и Бориса. Разговор медленно перетёк во что-то общее. Гений с Екатериной рассказывали смешные случаи со смен. Впервые за долгое время чувствовался настоящий комфорт. Но время не было резиновым, поэтому нужно было уходить и двигаться дальше по течению. Ребята попрощались и покинули уютную квартиру.        Женя довёл Марго до её дома, и тогда они тоже разошлись. — До встречи, Маргаритка! Если понадоблюсь, непременно звони!        Девушка улыбчиво кивнула и поднялась к себе на этаж, намереваясь немного отдохнуть, побыть одной, обдумать всё. Но у двери её ждал неожиданный сюрприз. Букет цветов, красивых маргариток, наверняка, дорогих. Сначала, Маргарита подумала, что это может предназначаться её родителям, поэтому лишь с подозрением осмотрела подарок. Среди цветов была заметна открытка. Марго аккуратно извлекла её, будто боясь испортить красоту, и прочитала послание на оборотной стороне. Тогда уже её щёки залились краской. «Маргаритки для Маргаритки. Так неоригинально, да? Но я надеюсь, что они поднимут тебе настроение. Все теории мира дают сбой, поэтому ни о чём не думай. Наслаждайся жизнью и своей красотой. Внешней и внутренней, ведь красивее твоей души я точно не видел. Скромный подарок от Твоего Гения.»        Улыбка расплылась по губам сама собой. Марго бережно взяла букет в руки и вошла в квартиру. Уже скоро он стоял в солидной вазе на столе в её комнате. Девушка, конечно же, поспешила написать благодарности. «Спасибо большое, Гений! Не стоило так на меня тратиться! Но это очень много значит для меня. Ты сильно поднял мне настроение. Я рада, что ты вернулся.»        На это уже скоро пришёл ответ от улыбчивого Гения. У того тоже поднялось настроение. «Ты достойна лучшего, Маргаритка.»        Марго отреагировала на его сообщение сердцем и выключила телефон.        И стоило девушке понадеяться, что её оставят в покое, на телефон сразу же пришло новое сообщение. «Привет. Извини за беспокойство. Может, я сейчас не прав, но мой выбор - это мой выбор. Тем более, оставаться я больше не могу. Мне с каждым днём всё хуже и хуже. Я больше не хочу причинять вам вред. Уверен, Артём уже всё вам рассказал, и ты, наверное, ненавидишь меня... Если что-то в твоей душе шевельнётся после прочтения этого сообщения... Ну, и если ты его вообще прочитаешь... Приходи на вокзал, попрощаемся.»        Маргариту сковал ужас. Девушка, конечно, уже чего угодно ожидала от Ромы, но точно не таких сообщений. Обида на друга была, всё-таки, тайный поступок был ножом в спину. Но всё равно ничего с собой сделать Марго не могла.        Она сорвалась с места и побежала в указанное пространство. Она ещё могла бы успеть всё исправить, изменить. Вечерний воздух больно царапал лицо. Было достаточно холодно. Марго чувствовала яркую усталость. Всё-таки, слишком много всего она пережила за последние сутки.        Вокзал ожидаемо был забит людьми. Это намекало на скорое отправление поезда. От осознания Маргарита начала нервничать ещё больше. Она судорожно стала искать в толпе друга.        Рома был замечен, сидящим на ступеньках, в самом, казалось бы, неприметном месте. Марго сразу же побежала к нему, сейчас было явно не время для раздумий. Но от вида парня и вправду что-то зашевелилось в душе. Возможно, даже не злость за поступок, а осознание того, как же плохо он выглядел. — Рома! Что происходит? Куда ты собрался?        Парень буквально подскочил на месте, когда увидел перед собой Марго. Он до последнего не верил, что после всего им совершённого, она придёт.        Роман старался звучать спокойно, даже безразлично, но голос предательски трясся. — Думаю поехать к тёте... Живёт она далеко, поэтому точно больше вас не потревожу...       На лице Марго отразилась жгучая тоска. Девушка отрицательно замотала головой. Рома добавил ещё фразу. — Кстати, спасибо, что пришла... Я думал, что ты теперь меня ненавидишь...        Маргарита вздохнула и подошла ближе, медленно опускаясь на ступеньки рядом с ним. — Нет... Ты не прав...       Девушка не могла объяснить свои чувства. Ведь Рома размышлял вполне логично. Хотя бы из-за её любви к Толику. Но... Их дружба с Романом была необычной, странной моментами, но крепкой. Марго не могла из-за одного поступка всё перечеркнуть. Возможно, была слишком доброй для такого.        Парень же был ужасно удивлён. Он не мог даже предполагать, что Марго так лояльно к нему отнесётся. Теперь оба молчали, подобрать хоть какие-то слова сейчас было трудно.       Но Рома решил объясниться, пока ему предоставляли такую возможность. — Может, тебе это неважно уже, но... Я никогда не желал Толику смерти. Просто... Не имеет значения, почему. Мне с детства говорят, что я мыслю немного иначе, чем все люди. Да, ты правильно поняла, и с башкой у меня беды имеются. Это, конечно же, не повод меня оправдывать, но сейчас я уже понимаю всю грязь своих поступков. Именно поэтому и хочу уехать. Я хочу, чтобы вы наконец были счастливы. А я - преграда, лишний человек...        Рома замолк и отвернулся. Кажется, в его душе сейчас бушевало целое море. Марго грустно смотрела на него, не понимая, что же ей делать. Сердце открыто ныло от его намёков. Всё читалось между строк, от чего хотелось плакать. Обоим. — Рома... Послушай... Тебе не нужно уезжать... Мы можем быть счастливы все вместе... Толик обязательно тебя простит, мы продолжим дружить... Все вместе, как раньше... Да и с Артёмом у вас всё уже начало складываться! Ты наш друг, Рома!        Марго не знала, есть ли смысл это говорить. Но она просто не могла допустить того, что Рома бы уехал. Навсегда, безвозвратно. Из-за одной оплошности, хоть и такой серьёзной. Девушка понимала, что этот человек уже болен и душевно. Поэтому винить его за что-то странное не было смысла.       Роман вздохнул. Её слова грели сердце, но... Хотел ли он, чтобы всё было как раньше? Да и могло ли так быть?        Тон Ромы стал тяжёлым. Он поднял тему, что крутилась на языках и в головах, но была слишком невозможной для разговора. — Я умираю, Марго... Я не хочу, чтобы вы это видели... Я хочу убежать...       Рома замолк на пару секунд, а потом решил, что нужно рассказать всё. Ей можно. — Дело в том, что я уже несколько месяцев не выполняю требования врача... Мои родители даже не приходят к нему на консультации. Когда я был в больнице в последний раз, то есть на днях, мне сказали, что моё состояние ухудшилось. Единственный выход теперь - это операция. Но родители ни за что не будут тратить на неё деньги. Я обречён, Марго. Я не хочу умирать, но... Понимаю, что так будет лучше для всех.        Рома замолчал. Перестали быть слышны даже звуки остальных людей на вокзале. Всё как будто остановилось. Марго с неподдельным ужасом смотрела на друга. И всё это время они ничего не знали? Всё это время она ничего не замечала? И всю прошлую ночь в таком состоянии он пробегал ради неё?        Горло девушки сжалось от слёз. Марго отвела взгляд. И что сейчас ему говорить? Разве какие-либо глупые слова будут иметь смысл? Но молчать тоже было нельзя. — Я уверена, можно ещё что-то сделать! Можно найти выход! Ты не должен бежать! Разве, друзья и не нужны для того, чтобы поддерживать?!        Маргарита почти истерила. Тема была тяжёлой, атмосфера напряжённой. Было сложно сейчас о чём-то думать. У Ромы тоже сдавали нервы. Он слишком устал. — А ты сама часто друзьям о своих проблемах рассказываешь, а?!        Парень звучал даже немного агрессивно. Марго снова опустила глаза. Её тон переменился. — Мы не обо мне сейчас разговариваем!        Наверное, никогда ещё в их разговоре не проступали настоящие эмоции. — А давай о тебе поговорим! Вот скажи, ты разве рассказала тому же Толику про свою попытку самоубийства?        Марго нахмурилась и наконец подняла глаза на собеседника. В них читалась острая боль. — Всё сложно... И это не имеет значения...        Рома едко ухмыльнулся. — Нет, как раз-таки имеет! Всегда всё сложно! Если ты ни о чём не говоришь, значит, не доверяешь! Ты говоришь о дружбе, но никому ты никогда из своего окружения не доверяла! И сейчас ты смотришь на меня такими глазами, только потому что очень устала и больше не можешь смотреть иначе! Теперь пойми, насколько я тоже устал!        Голос парня сорвался на крик. Глаза Марго заблестели. Она и вправду уже очень сильно устала. Но девушка не чувствовала, что говорила сейчас что-либо не искренне. Она ведь правда не хочет, чтобы Рома уезжал.        Речь Маргариты была наоборот, очень ровной и спокойной, разве что с нотками тяжёлой грусти. — Дело не в том, что я не доверяю... Просто... У меня ещё с детства так пошло, что чем больше я стараюсь и проявляю инициативу, тем хуже по итогу всё становится. Я очень боюсь навязываться. Мне кажется, что тогда вообще все люди от меня отвернутся. Если пользу получать больше не выйдет, то я никому не буду нужна. Я очень боюсь сделать хоть что-то не так. Потому что каждая моя ошибка тяготит душу всё больше.        Девушка резко замолчала. Почему-то именно сейчас пробило на откровенность. И с какой стати для решения проблем ей теперь нужно открывать свою душу, которую она столько времени держала под замком?        Пока Рома обдумывал ответ, Марго продолжила говорить, уже переключаясь на его тему. — Ты говоришь, что одному всё пережить будет легче. Но ты не прав. Да, может в одиночку и вправду становится меньше проблем. Но счастлив ты одиноким никогда не будешь.        Маргарита проговорила это твёрдо, ведь была полностью уверена в своих словах.        Роман кашлянул и заговорил уже мягко и достаточно стыдливо. Будто уже был виноват перед ней по всем на свете поводам. — Ты не должна винить себя ни в чём. Они сами выбрали тебя. И все твои оплошности не лежат на твоей совести. Каждый человек сам несёт ответственность за свой выбор. Ты не навязываешься, люди идут к тебе сами. Отношения не могут строиться только на односторонней пользе. Ты ни в чем не виновна. Я же знаю, что ты всеми искренне дорожишь. Так иди вперед к своему счастью, открывайся, наслаждайся. И ты права, одинокие не бывают счастливыми...        Мысли Романа сбивались, потому что разговор был тяжёлым, да и он уже очень сильно устал.        Марго только криво улыбнулась. Ей было так странно получать поддержку, но по сердцу разливалось тепло. — Спасибо...        Рома снова легко улыбнулся, а потом быстро и немного нервно выдал. — И всё же, в голове не укладывается... Ты ненавидеть меня должна, а вместо этого, сидишь тут и спокойно разговариваешь. Даже мягко, выходки мои терпишь. Почему?        Улыбка Марго даже потеплела, хоть и всё ещё была грустной. — Как бы там ни было... Ты в первую очередь мой друг. Я думаю, что все мы очень сильно запутались... И должны вместе выбраться и начать всё заново..... Новую жизнь, с чистого листа... Поэтому я и прошу тебя остаться...        В это же время, Толик вышел из квартиры. Надел куртку и свитер потеплее, выпил все нужные таблетки перед выходом и направился в гости к старому другу. Было уже достаточно поздно, но парень понимал, что должен при любых обстоятельствах увидиться с Борисом и объясниться. И чем быстрее, тем лучше.        Путь прошёл в каких-то особенно тяжких раздумьях, но зато незаметно. Уже совсем скоро Толик поднимался на нужный этаж. Короткий звонок в дверь и ожидание. Открыл Борис. Хорошо.        Первые несколько секунд прошли в утомительном молчании. На лице брюнета была такая палитра эмоций, что бросало в дрожь. Что-то между радостью, облегчением, злостью и болью. — Толик... — Привет, я...-       Как только за спиной парня захлопнулась входная дверь, в его живот прилетел жёсткий удар коленом, за ним сразу же подзатыльник и, в качестве десерта, сильная пощёчина, от которой голова Толика немного отлетела.        Анатолий издал тихий стон, а после согнулся. Это было достаточно неожиданно, да и ослабший организм парня вдвойне тяжко переносил любые воздействия. — Бестолочь.        Борис окинул друга злым взглядом и отвернулся, проходя вглубь квартиры. Толик же, как только немного пришёл в себя, тихо проговорил. — Так... Я зайду?       Старший резко обернулся и смерил парня ещё более уничижительным взглядом. — Если ты себе все мозги отморозил, то я могу тебе ещё раз врезать, придурок.        Толик кивнул, быстро разулся, скинул куртку и быстрым шагом последовал за Борисом. В дверях парень почти столкнулся с Катей. Как только он уже хотел извиниться, рядом, как из-под земли, возник Борис. Он резко толкнул Толика, отчего тот повалился на пол. Перед глазами серьёзно помутнело. Наверное, стала подниматься температура. Катя тихо вскрикнула. — Боря! — А пусть в себя придёт... Этому уроду полезно будет...        Толик тяжело вздохнул. Екатерина же окинула возлюбленного суровым взглядом, а после протянула руку Анатолию. — Меня Катя зовут. Я девушка Бориса.        Парень глуповато, но очаровательно улыбнулся новой знакомой. Боря был прав, перед ним - буквально ангел. Толик мягко схватился за руку Екатерины и аккуратно поднялся. — Толик. Боря - мой самый близкий человек в этой жизни.       Катя и так догадывалась, но теперь всё окончательно встало на свои места. Вот он, знаменитый проблемный блондин. Девушка не могла отрицать природную красоту этого человека.        Когда Толик окончательно встал, сразу заговорил, хоть и отрывисто. — #₽&@... Боря, прости меня пожалуйста.... Я мудак последний, каких не сыщешь.... Ты это меня ещё легко, я...        Парень замолчал, ему было тяжело. Борис же перевёл взгляд на Катю. — Катюш, мы поговорим с ним наедине, ты не против? Ну, если ты конечно не мечтала всю жизнь услышать исповедь безмозглой малолетки.        Екатерина покачала головой. — Ладно уж, идите. Я пока чай сделаю.       Борис уже мягче подтолкнул Толика в комнату, где они сели на кровать. Парень опустил глаза. — Так, воспитательная часть окончена. Теперь давай всё по порядку, Анатолий.        Толик тяжело вздохнул, а после начал рассказывать о всех событиях вечера, начиная с самого начала бала. Борис внимательно слушал, испытывал разные эмоции и не показывал, что слышал некоторые факты несколькими часами ранее. — Ну а потом... Ломать начало сильно... Честно, я вообще хрен знает, чё тогда с мозгами случилось. Перед глазами только порошок был, всё остальное как преграда... Ну и я руку на неё поднял, в порыве, не со зла совершенно... Пощёчина, сильную дал. Даже синяк остался, только она его замазала... Потом решил, что такой биомусор больше существовать не должен. И самым лучшим вариантом показалось замёрзнуть заживо. Снял куртку, упал в снег под ближайшую скамейку. Перед этим тебе сообщение написал... Ну а дальше уже... Утром меня друг, одноклассник наш, нашёл, позвонил ей. Примчалась, плакала, я на коленях перед ней стоял. Но винить себя всё равно до конца буду.       Толик отрицательно покачал головой, Борис смотрел на него с болью. — Я окончательно убедился, что я её не достоин... Теперь ни о каком признании и речи идти не может... Да и, я всё такой же трус, как и был... Сдохнуть мне надо было, Боря... Да и то не смог...       Здесь, вместо удара, Борис аккуратно приобнял друга одной рукой за плечи. Толик сразу заулыбался, хоть и с грустью. — Замолчи, Толяс, просто замолчи... Глупый ты ещё очень, безумно глупый... Если простила, это очень многое значит... Иногда нужно рисковать. Тем более, она делает для тебя столько. Все ошибки совершают, так что теперь? Всему миру умереть?       Толик криво ухмыльнулся и пожал плечами. После снова начал говорить. — Просто я трус. В этом и проблема вся. Я боюсь того, что ждёт впереди, я боюсь, что не смогу вылечиться от зависимости, я так всего этого боюсь... Я больше драться не боюсь, вон, в одиночку против такого пошёл... А этого всего - страшно боюсь. Сколько было моментов признаться уже... Когда мы танцевали, она была так близко.... Когда мы помирились, возможно, это бы изменило всё... Но только вечный страх сковывает раз за разом... Завтра вот матч на региональном уровне. А я в таком состоянии... Понимаешь, к чему я? И этого тоже боюсь... Мне тренер сказал, что если завтра не выиграем, то он мне дорогу в спорт перекроет, то есть, мечту всей жизни... Из-за этой дряни, как истинный биомусор, я чуть всего самого важного не лишился... А может, ещё лишусь...        Толик замолчал. Почему-то сейчас он был уверен, что его не осудят и поддержат. И был в этом полностью прав.        Борис покачал головой и посмотрел Анатолию в глаза. Звучал парень очень серьёзно. — Толик, знаешь... Наверное, тебе будет странно от меня такое услышать, но страх - это абсолютно нормально. Иногда он приводит даже к лучшему, чем смелость...       Борис остановился на пару секунд и указал на свой шрам на шее. — Вот это результат смелости. Безрассудной и необдуманной. Когда научишься использовать страх себе на пользу, тогда и станешь сильнее. Толяс, то что ты ему противостоять не можешь - не значит, что ты трус последний и никуда не годишься. Конечно, не сразу всё это, но настанет момент, когда ты сделаешь хоть один шаг навстречу борьбе. Толь, я тоже дурак последний, но я работаю над собой и пытаюсь стать нормальным человеком, достойным моей Кати. И знаешь, иногда девушки не ищут в тебе идеала. Ты своей Маргарите, может, тоже нужен трусливым придурком, а? Всё же, именно такого тебя она приняла, не думаешь?        Толик молчал. Он не представлял, что Борис способен на такие речи. Сердце парня будто раскололось на несколько частей. Никто его так хорошо не понимал. Никогда.       Анатолий понимал, что не имеет права плакать, но внутри всё горело. Парень порывисто обнял друга. — Борь... Прости меня за всё... Я не только Марго, я и тебя не достоин... Спасибо...        Борис широко заулыбался, понимая, что Толик не видит сейчас его лица. Все преграды, что когда-либо возникали между ними, вмиг разрушились. Сейчас сердца обоих парней были согреты исключительным теплом. — Нет, Толик. Ты уже не Трус, давно не Трус. Если я Сокол... То ты с этого дня Орёл.        Анатолий мгновенно отстранился от него, как ошпаренный. Это было последней каплей. Такой калейдоскоп эмоций на лице парня было трудно представить. Ведь данной фразой Борис буквально ставил его на один уровень с собой. Позорное прозвище, что так плотно отпечаталось на его жизни, теперь... Толика приняли по-настоящему.        Глаза заслезились, парень посмотрел прямо в глаза друга. Сейчас он выглядел искренне счастливым, будто бы никаких проблем не осталось, только безоблачная жизнь впереди. — Спасибо, Сокол! Я буду с гордостью и мужеством нести это звание!        Для картинного монолога голос парня был слишком серьёзным. Но счастье било через край. Борис только похлопал его по плечу, не сдерживая довольной улыбки. — Будто у тебя выбор есть.        В этот момент в комнату зашла Катя и улыбнулась обоим. — Ну вот, другое дело! И чай готов.        В квартире воцарилась своеобразная идиллия.        Марго с Ромой смотрели друг на друга с теплотой. — И знаешь, Рома... Это мой выбор, и я готова нести за него ответственность.        Парень улыбнулся шире и кивнул. — Тогда я тоже постараюсь исправиться... Спасибо тебе за всё...       Рома порывисто обнял Марго. Девушка крепко сжала его в ответ. Вот, маленькая победа. Теперь можно было выдвигаться к Толику, решать ещё одну проблему.        Чаепитие было молчаливым. Все находились в своих мыслях. Толик с Катей тайком рассматривали друг друга, Борис только ухмылялся этой картине.        Толик пришёл раньше Маргариты. Парень быстро переоделся, принял нужные лекарства и сел на кровать, делая вид, что почти не двигался с места. Марго в это время проводила Рому до его дома, дала наставление отдыхать и ни о чём не думать, после купила немного еды и направилась к Толику. Застала девушка друга в гораздо лучшем состоянии, с невинной улыбкой на лице. — Ну как ты? Вижу, лучше?        Марго тоже не смогла сдержать улыбку. На сердце даже немного потеплело. Толик поспешил ответить. — Да, гораздо! Твоё лечение на пользу идёт!)        Девушка рассмеялась. Это звучало искренне. По телу Анатолия даже пробежала волна мурашек.        Марго села на стул рядом с его кроватью и обернулась на парня. — Натворил же ты дел, Толь... Ладно, гляди, я вкусного купила...       Глаза девушки довольно блеснули. Она достала увесистый пакет, Толик прямо засветился. Казалось бы, что может прервать такой радостный и долгожданный момент счастья и спокойствия? Ну... Например... Громкий хлопок входной двери. И вот, один из самых страшных кошмаров Толика начал сбываться.