Можно я с тобой?

Опаньки попросила закрыть Одинокого глаза, чтобы он не видел, куда они шли. Он надвинул шляпу на лоб и теперь был полностью ведомым уберботом. Она долго вела его куда-то. Сначала было довольно тепло, но затем стало холоднее. Металл под ногами был шершавым и влажным. Через какое-то время Опаньки остановилась. Чародей чуть не врезался в нее и ойкнул. – Можешь открывать глаза! Маг стянул с глаз шляпу и увидел.. свой остров. Далеко за морем, где-то в тумане. Он узнал его по огням и ярким вспышкам самоцветов. – Это мой дом… – завороженно пролепетал Волшебник и подошел ближе к перилам. – Ага! – ответила Опаньки, пристроившись рядом. – Я люблю здесь бывать. Здесь так тихо и спокойно. И вся Ботопия как на ладони! Они находились на крыше Храма Технологий, где с высоты им открылся вид на весь город. Такой маленький, но красивый: где-то мигали фонари, просвечивали и мерцали голограммы, а на востоке летали искорки. Пару таких искорок пролетело недалеко от крыши. Одинокий узнал в них мошкадронов, и удивился, насколько они оказались большими в реальной жизни. Жителей внизу видно не было - их всех закрывал ночной смог, если там вообще кто-то был, конечно. Опаньки решила не заострять на этом внимания, давая Чародею насладиться Ботопийской архитектурой. Здания были геометричные и издалека напоминали сложенные друг на друга под разными углами коробки. На крышах было большое разнообразие антенн и спутниковых тарелок, а улицы были выстроены будто по линеечке и пронизаны паутиной проводов. Еще какое-то время маг наблюдал за ночными видами, а затем посмотрел наверх. Тучи загораживали небо, но они постепенно рассеивались. – Ах да! Сейчас должен быть рабочий перерыв и дыма должно быть меньше. Мы сможем увидеть звезды! – улыбнулась Опаньки и тоже подняла взгляд к небесам. Клубящийся дым все еще вылетал из труб, но постепенно начал исчезать. За ними показалась круглая луна, которая была сегодня слегка розоватой. А за ней показались долгожданные звёзды. Они раскинулись пеленой горящих лампочек, выстраиваясь в созвездия. На крыше почти не было освещения, поэтому видно их было очень хорошо. Волшебник даже ахнул от восхищения и потерял дар речи. Пока Маг и убербот молча созерцали далёкий искрящийся мир, Опаньки всё думала, как сказать Магу одну неприятную новость. И она всё ждала и ждала, чтобы он успел насладиться, прежде чем повернуться к нему и заговорить. – Послушай, Черныш… – тихо начала она. – Тебе через какое-то время придётся уйти… Волшебник посмотрел на неё и недоуменно наклонил голову. – Уйти?... Но почему? Я не хочу уходить, мне здесь нравится. Мятноглазая заметила, как глаза Мага снова заблестели. – Тебе не хочется со мной общаться?.. – Нет-нет, не в этом дело! – поспешил поправить себя убербот. – Просто… Вскоре мне придётся отдать контроль над телом обратно переписчику… и он будет не очень рад тебя видеть. Это сбило с толку Одинокого ещё больше. Он задумчиво оглядел Опаньки сверху донизу, и, представив, что на её месте будет кто-то другой, менее дружелюбный, попятился назад. Она заметила это и опустила голову. – Я не хотела сделать тебе больно… Я бы с радостью ещё с тобой пообщалась, но боюсь, что у меня почти не осталось времени. Маг медленно замотал головой. – Ты не хочешь уходить, потому что боишься снова быть один?... – тише спросила Опаньки. Он молча закивал. – Слушай.. я тоже не хочу чтобы ты уходил. Мы могли бы тебя спрятать, а когда я вернусь, мы снова будем вместе! Я буду где-то через пару дней. Идёт? – Фух… Идёт. Но где? – Я знаю одно место, где он точно не станет искать. А пока что… давай еще немного посмотрим на звёзды? Друзья вернулись к наблюдению за небесными светилами. Время было тягуче, они оба желали, чтобы эти мгновения длились вечно. Но как только дым загородил их обзор, Маг и убербот стали возвращаться обратно в главный зал. Всю дорогу Опаньки рассказывала одинокому про Интернет: какой он безграничный и сколько всего разного там можно найти. Черныш внимательно её слушал, как и Стиви, который всё еще сидел у неё на голове и довольно попискивал. Оба мало что поняли, но самое главное было в том, как убербот была заинтересована в нём и как её глазёнки горели этой темой. Чародей, смотря на неё, невольно почувствовал себя счастливее. Дойдя до главного зала, Опаньки повела Чародея налево. Они зашли в небольшую пустую комнату, где было свалено много коробок с картами со всех островов. Видимо из-за них комната и казалась такой маленькой. Сбоку виднелась конвейерная лента, с которой падали вниз пустые оболочки ботов. “Вот куда они деваются.” – подумал Одинокий. – Здесь обитает торговец. Или торговка… не знаю. Их сейчас нет и ты можешь залезть в одну из дальних коробок. Одинокий прошелся по комнате, разгоняя по полу пыль. Он увидал стоящую на самом верху башни из коробок нужную и полез в её сторону. Он хватался за деревянный край, подтягивал тело и повторял это, пока не оказался на самой вершине. Опаньки подлетела туда и, вскрыв коробку, вытряхнула из нее все внутренность в другой ящик, который она подхватила где-то внизу. Одинокий забрался в коробку и, перед тем как лечь на ее дно, остановился на мгновение. Затем он протянул руки и обнял убербота на прощание, похлопав её по спине. – Возвращайся поскорее. Я буду ждать тебя. – Я обязательно вернусь. Обещаю. Маг наконец лег и принял удобную для себя позу. На дне лежало сухое сено, было довольно мягко и тепло. Глаза сами собой начали слипаться, а когда Опаньки закрыла крышку и темнота поглотила его, Чародей, стараясь не обращать на неё внимания, постарался провалиться в сон как можно скорее. Мятноглазая же вернулась в главный зал. Она положила Стиви на место, еще раз погладив его. Он устал и ему нужен был отдых. Прислонившись к стене, она начала ожидать передачи контроля. В ее случае это тоже было похоже на сон. Реальность медленно уплывала из под ее взора, превращаясь в наборы цифр и командные строки. Это было совсем не страшно, она давно привыкла к этому. Но в этот раз её программа наполнялась грустью и ноющей тоской. Тоской по новому другу, который составил ей чудесную компанию, хоть разлука и не должна была быть долгой.