КРАШ, ВЕРНИ МОЁ ТЕЛО!

Чонгук крепко спал на животе, обнимая подушку, когда его разбудил телефонный звонок. — Алло, — сонно ответил он, не открывая глаз. — Чонгук? — спросил мужской голос. — Да. — Это Кан Суа. — Кан Суа? Кто это? — Послушай меня. Ты сейчас в моем теле и… — Что за бред? Тэ, это ты меня так разыгрываешь? — Нет же, я серьезно говорю, что мы с тобой поменялись телами. — Видимо, я вчера слишком перебрал с алкоголем. Мне надо поспать, позже поговорим. Парень, не дослушав, отключил телефон и вновь погрузился в дрему, однако через несколько минут его сон снова потревожили. Недовольный женский голос заворчал прямо над его ухом: — Суа, просыпайся, завтрак остынет. — Суа? — удивился макнэ. — Ммм, это что-то новенькое. — В смысле? Удивляешься своему имени? Видимо, вчера мы с тобой перегуляли малость. Чонгук улыбнулся, продолжая находиться в полусонном состоянии, а затем резко выкинув руку, произвел захват в области шеи и одним рывком перекинул девушку через себя. — Тэ, ты такой шалун, — сказал он. — Мне так понравилась вчерашняя вечеринка. Спасибо тебе, тигренок. Гук удобно устроил голову на плече Ханы, а руку положил на ее грудь, но уже через секунду сжал выпирающий бугорок и удивленно разлепил свои сонные глаза. Первое, что он увидел, так это неестественно женскую грудь Тэхёна. Несколько секунд он тупо смотрел на нее, а потом перевел взгляд на того, кто по идее должен был быть его другом. Однако, наткнувшись на большие круглые очки, парень в ужасе отпрянул, после чего спросил: — Ты кто? — Кан, мать твою, Суа! — взорвалась девушка. — Ты что такое вытворяешь? Мало того, что чуть шею мне не свернула, так еще и облапала! — Ой-ой, простите, пожалуйста, я не хотел, — слетел с кровати парень и, сложив лодочкой ладошки, начал кланяться. Однако, сделав два наклона, он застыл в таком положении, потому как с ужасом увидел красный маникюр на миниатюрных пальчиках стройных ног. Дальше его взгляд зацепился за женское нижнее белье и широкую футболку, под которой колыхались два упругих бугорка. Он осторожно сжал их, не веря в происходящее, а затем поразился тому, насколько длинными за одну ночь стали его волосы. — Суа, что с тобой такое? — спросила подруга, вставая с ее кровати. — Кошмар, что ли приснился? — Ага, наверное, — пролепетал Гук. — Нет, точно, я сплю! Блин, что с моим голосом? — Нормально все с ним. Хватит уже меня разыгрывать и садись завтракать, а то мы в универ опоздаем. — Куда? — Оглохла, что ли? В универ, говорю. — Но этого не может быть! Я не учусь ни в каком университете и вообще у меня самолет уже через полчаса. Чонгук заметался по комнате в поисках одежды и тут его взгляд наткнулся на отражение в зеркале. На негнущихся ногах он подошел ближе и одной рукой прикоснулся к поверхности, а другой — к своему лицу. По ту сторону зеркала на Чонгука смотрела симпатичная девушка, черты которой казались ему знакомыми, только он никак не мог вспомнить, где видел ее раньше. Рядом появилось отражение другой девушки, которая положила руку на лоб подруги и сердито спросила: — Суа, ты заболела, что ли? Чего ерунду говоришь? Мы учимся с тобой в одном универе на третьем курсе и сегодня у нас зачет по английскому. О каком самолете ты говоришь, если сама утверждала, что ни разу на нем не летала? Хана взяла девушку за руку и, подведя ее к накрытому столу, усадила на стул. — Поешь пока не остыло и давай собираться. Однако парню кусок в горло не лез. Он внезапно сорвался с места и, схватив телефон, начал набирать всех парней подряд, но ни один мембер в данный момент не был доступен. До вылета оставалось еще двадцать минут и Чон мог бы успеть, поэтому быстро накинул первые попавшиеся под руку джинсы с ветровкой, обул кроссовки и выбежал на улицу. Поймав такси, он доехал до аэропорта, но было уже поздно. Самолет, в котором находились его друзья, вот уже как десять минут находился в воздухе. Парень с отчаянием смотрел ему в след, как вдруг в зале ожидания его настиг водитель такси с охранниками. Гук пулей вылетел из машины и совсем забыл про оплату, а когда сказал, что у него нет денег, то его отвели в специальную комнату, а через какое-то время приехала полиция. Он молчал и отрешенно глядел на изящные ухоженные ручки, понимая всю нелепость ситуации. Парню все равно никто не поверит, пусть даже до хрипоты будет доказывать, что он ни какая-то там Кан Суа, а Чон Чонгук, известный айдол популярной группы. Так и не добившись от девушки никаких ответов, полицейские отвезли ее в участок, конфисковав телефон. Уже ближе к вечеру туда ворвался тайфун по имени Хана. Она объяснила, что с подругой случилось несчастье, после которого начались провалы в памяти. Показав документы Суа и заплатив штраф, Чо отвезла ее обратно в общежитие. Желудок Чонгука устроил забастовку, требуя сытной еды, но мозг на это никак не реагировал. Он вообще находился в полной прострации, не понимая, как такое возможно. Макнэ свернулся калачиком на чужой кровати и забылся беспокойным сном, несмотря на все протесты голодного желудка. Хана тяжело вздохнула, глядя на свою шебутную подругу. Она бережно накрыла ее одеялом и, присев рядом, погладила по спутанным волосам. — Иногда мне кажется, что у тебя не тараканы в голове, а черти, которые так и норовят свести меня с ума, — тихо сказала она. — Вот, что на этот раз на тебя нашло? Куда ты сорвалась и почему ведешь себя так странно? Утро вновь убило Чонгука жестокой реальностью, что он все еще не в своем теле. Опустив одну руку к паху, а другую положив на упругую грудь, парень тяжело вздохнул и открыл глаза. Он думал, что, проснувшись, все это окажется кошмарным сном, но макнэ по-прежнему находился в чужой комнате с незнакомой девушкой. Та подошла и, внимательно вглядевшись в лицо подруги, спросила: — Ну, как ты себя чувствуешь? — Паршиво, — ответила она. — Можешь объяснить, какая муха вчера тебя укусила, что ты так резко сорвалась куда-то? — Я и сам бы хотел это знать. — Сам? Подруга, с тобой полицейские нормально обращались? Головой ни обо что не били? — Да все со мной в порядке. — Тогда объясни, что с тобой происходит? — Я не знаю. Мое тело за тысячу километров отсюда с моими друзьями, а я застрял здесь с тобой. — Суа, ты, наверное, заболела, — и девушка протянула руку к ее лбу. — Нужно вызвать врача. — Ничего мне не нужно! — рявкнул на нее Чонгук и сильно ударил по руке. — Не трогай меня! — Суа, ты чего? — обиженно сказала Хана, прижимая к себе ушибленную руку. — Больно же. — Никакая я тебе не Суа! Мое имя — Чон Чонгук и я очень популярный айдол. — Ты меня пугаешь. Неужели твои тараканы довели тебя до сумасшествия? — Какие тараканы? Ты сама-то в своем уме? — Я не знаю, что с тобой произошло, но ты ведешь себя отвратительно! Я, между прочим, беспокоюсь о тебе и всю домашку за тебя выполнила, а ты так меня благодаришь? — Я тебя об этом не просил и уже в сотый раз повторяю, что нигде не учусь. — Хочешь сказать, что ты и сегодня не пойдешь в универ? — Ни сегодня, ни завтра, вообще никогда. — Но тогда тебя отчислят. Подумай, на что ты будешь жить и где? Ведь у тебя нет ни дома, ни работы и как же твой отец? Что он подумает о тебе, если ты не сможешь навестить его в пансионе? — А что он там делает? — Ну, знаешь, твои шутки зашли слишком далеко! С таким отношением к жизни у тебя только два пути: либо на панель, либо в нищеброды. — Да ты знаешь, сколько у меня денег? Тебе столько и не снилось. — Правда, тогда почему такси не смогла оплатить и загремела в полицию? — Потому что это не мое тело. — С меня хватит! Поступай, как знаешь. Я думала, мы — подруги, но ты… Девушка не смогла договорить, сдерживая в себе обидные слова. Она схватила свой рюкзак и, накинув куртку, вышла из комнаты. Чонгук еще часа два лежал в кровати, втыкая в потолок и не желая шевелиться. «Нужно построить логическую цепочку, с чего все началось, — подумал он. — С утра мы с Тэ упаковали свои вещи и сдали их в багаж вместе со всеми. Потом мы оделись в неприметную одежду и поехали на праздник в центр. Было довольно-таки весело разгуливать среди толпы без охраны. Дальше Тэ потащил меня в бар, где я не хило нахерачился, но вот, что было потом, хоть убей, не помню. Так, я посмотрел кучу дорам и перечитал множество книг, среди которых была фантастика по обмену телами. Это по любому мистическое событие и этому должно было что-то предшествовать. Блин, но я не помню, чтобы об этом где-то говорилось. Везде либо кома способствовала такому развитию событий, либо возвращение с того света. Не мог же я напиться до потери пульса? Ну и опять же, почему именно с этой девушкой я поменялся телами? Нет, именно в этом нужно искать ответ. Должно было что-то столкнуть нас вместе. Столкнуть, хм». Чон встал с кровати и, подойдя к зеркалу, внимательно вгляделся в отражение. Слишком знакомые черты лица, но где же он их встречал? Парень начал строить рожицы, пытаясь поймать ускользающее от него видение, но довыделовавшись, чуть не упал. Хорошо успел подставить руки, опершись о гладкую поверхность и тут выражение его лица в точности скопировало ту девушку, что столкнулась с ним среди толпы. Точно также она уперлась руками в его пресс и таким же офигевшим взглядом смотрела на него. Суа обронила браслет, который макнэ поднял и положил к себе в карман. Парень посмотрел на свою руку и обнаружил там два украшения: один незнакомый браслет, а другой точно такой же, что он поднял с земли. Видимо, это были парные браслеты с какой-то мистической подоплекой. Чонгук взял телефон и попытался найти в интернете все, что связано с этой темой. Как ни странно, ответ нашелся очень быстро. Оказывается, парные браслеты можно надевать только влюбленным. Если одно из этих украшений наденет посторонний человек, то последствия могут быть непредсказуемыми, а если это сделать еще и в полнолуние, то вообще катастрофа. Чон загуглил в какой фазе находилась луна перед его отлетом и усмехнулся, убеждаясь в правдивости этой статьи. Он поискал рецепт избавления от этой напасти, но так ничего и не нашел. Тогда макнэ попытался снять этот чертов браслет, но тот будто приклеился к нему. Ни ножницы, ни нож его не брали, хотя сделан он был из обычного бисера на леске. «Вот уж действительно мистика, — подумал Чон. — Парни в турне, и я ничего не могу сделать, пока они не вернуться. Я так понимаю, что эта девушка из средних слоев и денег у нее кот наплакал, поэтому не смогу поехать за друзьями. Месяц в принципе срок небольшой, а значит, нужно притвориться, будто я действительно эта самая Суа. Что ж, хоть я и не первоклассный актер, как Тэ, но думаю, женская роль не такая уж и сложная. Ладно, нужно побольше узнать об этой девушке, а значит, мне нужна помощь ее подруги. Блин, я так по-хамски нагрубил ей, это совсем на меня не похоже, а еще ударил ее, что вообще мне не свойственно. Сто пудов она теперь обижается, но мне обязательно нужно вымолить у нее прощения». Измученная и голодная Хана вернулась домой только под вечер. Сегодня преподаватели как с цепи сорвались и задали кучу дополнительных заданий. Она так привыкла выполнять их вместе с подругой, что и понятия не имела, как нелегко будет справляться с этим в одиночку. Все сделать девушка все равно не смогла, да и желудок бунтовал, хоть она и плотно поела в столовой. Если честно, то Чо совсем не хотелось возвращаться в комнату, где ее ждала неблагодарная соседка. Да, они иногда ссорились, но это скорее походило на спор, и он никогда не переходил на личности. Сейчас же Суа перешла все границы и Хане было больно слышать от нее обидные слова. За эти три года они так сдружились, что девушка даже знала, о чем шептались тараканы в голове ее подруги. Она была готова к любым сюрпризам, но сегодняшняя выходка просто повергла в шок. Однако делать нечего, придется идти в комнату, которую Чо делила с Кан. На этаже витал потрясающий запах, который заставил многих студентов выйти в коридор и удивленно принюхиваться. Хана тоже поразилась чьему-то отличному умению готовить, но настроение тут же испортилось, потому как в комнате ее ждал повседневный беспорядок и пустой холодильник. Все еще глотая слюнки от дразнящего запаха, она на автомате открыла дверь и зашла внутрь. Сняв с плеча рюкзак, девушка вдруг замерла, а затем, сняв очки, быстро протерла их краем блузки и надела обратно. В помещении царила идеальная чистота. Все вещи были убраны в шкаф, учебники расставлены по полкам, пол вымыт, а на столе расставлены различные блюда. Чонгук стоял возле него, робко улыбаясь. — Я тут немного прибрался, то есть прибралась, — смущенно сказал он. — Да ладно! — не поверила подруга. — Я случайно комнатой не ошиблась? Это точно семьдесят вторая? — Ой, а я не знаю. Наверное, да. — Опять издеваешься? — Нет-нет, что ты. Проходи, ты, наверное, проголодалась, а я вот тут как раз еды приготовила. Рюкзак Ханы выпал из рук на пол. Она подошла к подруге и подозрительно посмотрела на нее. — Ты точно Кан Суа? — спросила девушка. — Да, а что не похожа? — удивился макнэ и подбежал к зеркалу. — Блин, теперь ты меня подловила. — Суа, ты правда здорова? — Да нормально со мной все! Чего ты так удивляешься? Каждая девушка умеет готовить. — Но ты не каждая, а досадное исключение из правил. Хотя погоди, может, ты специально скрывала от меня свои кулинарные способности, чтобы не замарачиваться с едой? «Вот же! — подумал Чонгук. — Мало того, что эта девица заняла мое шикарное тело, так она еще и не умеет готовить. Вот парни-то удивятся». — Эмм, Хана, ты права, я действительно не умела готовить, но это ведь дело нехитрое. Я посмотрела несколько кулинарных шоу и решила сама приготовить по их рецептам. Прости, я обидела тебя сегодня, не знаю, что на меня нашло, но хочу таким способом загладить свою вину. — Хорошо, что ты это осознала. Знаешь, как мне было обидно? — Понимаю, поэтому прости меня, пожалуйста и давай уже поедим. — Я хоть жива останусь после этого? — Попробуй и узнаешь. Девушка села за стол и начала пробовать каждое блюдо. С очередной ложкой ее глаза становились все больше от удивления, и она наконец-то смогла восхищенно вымолвить: — Ммм, это просто божественно! — Правда? — обрадовался Чонгук. — Да! Суа, скажи честно, ты ведь не сама это готовила. Одно из двух: либо доставка, либо тебе кто-то помогал. — Блин, ну, почему ты не веришь, что я сам это приготовил? — Сам? — Ну, то есть сама. — Знаешь, я бы очень хотела в это поверить и порадоваться за тебя, но мы почти три года живем с тобой вместе. Это стоило мне трех сожженных кастрюль и двух любимых сковородок. — Ладно, твоя взяла. Я заказала доставку, легче тебе от этого? — Не совсем. Тут явно вся твоя стипендия и, учитывая, сколько мы с тобой потратились на празднике, у тебя должно остаться как минимум в три раза меньше. — Вот же! Почему ты считаешь мои деньги? — Потому что мы получаем одинаковую стипендию и вместе складываемся на продукты, а вчера мы потратили одинаковую сумму, только ты на всякие магические побрякушки, а я — на еду. Поэтому знаю, сколько у тебя должно остаться. — Магические побрякушки? Хана, ты что-то знаешь об этом? — В смысле? Ты же мне вчера все уши прожужжала, что вот этот браслет исполняет желание, а тот — усиливает чувства влюбленных. Смотрю, ты решила последовать моему совету, раз надела оба. — Какому совету? — Да брось. Ты же знаешь, как я скептически отношусь ко всем этим артефактам. Повторюсь еще раз: мы сами строим свою судьбу и никакое волшебство не может этому помешать. — Ммм, ну, да. — Ладно, раз уж ты потратилась на еду, я помою посуду. — Ой, не нужно, я сам, то есть сама. — Суа, а ты случайно пол не надумала менять? Как-то ты определиться не можешь: сам или сама. — Не обращай внимания. Просто что-то в последнее время язык заплетаться начал. — Да? Ну, ладно. Ты, кстати, твердо решила универ бросить? — Нет, что ты. Это просто я ляпнула с горяча. — Значит, завтра пойдешь на занятия? — Да, конечно. — Отлично. Нам сегодня столько задали, что думала, свихнусь, пока буду все это выполнять. В итоге я сделала только половину, так что сейчас помою посуду и будем делать остальное. — Хана, оставь ты эту посуду. Давай лучше сейчас приступим к занятиям, потому как время уже позднее. — Хм, а ты права. Ладно, завтра с утра помою. Девушки убрали со стола и, разложив учебники, начали выполнять задания. Однако уже через полчаса, разморенная сытным ужином, Чо начала клевать носом и вскоре уснула, положив голову на тетрадку. Чонгук улыбнулся, вспомнив как мемберы валились с ног после репетиций и засыпали прямо на ходу. Он с Намджуном растаскивал их по комнатам, заботливо укрывая одеялом, а на утро парни не могли их самих добудиться. «Интересно, как там Суа уживается в моем теле? — подумал он. — Девушки вообще очень критично относятся к мужским гениталиям, что, если она, как и я не принимает душ? Блин, представляю, что стало с унитазом после того, как она сходила в него по-маленькому. А что, если она делает это не стоя, а сидя? Боже, какой позор! Надеюсь, хоть парни этого не видят, иначе никогда не отвяжутся со своими подколами. А что, если нам уже никогда не суждено вернуть свои тела обратно? Мы ведь даже не знаем, как это сделать. И за какие такие грехи мне все это досталось? Блин, это что же получается, что я больше никогда не смогу выступать с парнями и видеть их буду только по телевизору? А родители? Я смогу только издалека смотреть на них. Нет, я не вынесу этого! Так, Гук, не отчаивайся, я верю, что есть способ все изменить и мы обязательно его найдем». Парень встал из-за стола и подошел к Хане. Он аккуратно переложил ее голову на свою руку и попытался поднять на руки, но это удалось ему не с первого раза, потому как тело, в котором он находился, было слабым. — Блин, Хана, ты такая тяжелая, — тихо сказал он. — Или это твоя подруга такая хилая. Надо бы записаться в спортзал. — Ммм, Суа, — сонно пробормотала девушка и обняла Чона за шею. Тот замер от неожиданности, а затем поспешил уложить Чо на кровать. Тяжело дыша, он расцепил ее руки и, накрыв одеялом, осторожно снял очки. Положив их на тумбочку, Чонгук собрал всю грязную посуду, а затем вымыл ее. Позже ему приснился кошмар, будто собственное тело отвергало его и не хотело впускать обратно. Со злой ухмылкой на лице оно сказало, что он больше не Чон Чонгук, а Кан Суа и останется ей навсегда. Парня бросило в жар и затрясло так, что земля ушла из-под ног, а по сути, это Хана тормошила его изо всех сил, пытаясь разбудить. — Суа! — громко звала она. — Суа, проснись! — Тэ, уйди, — отмахнулся от нее сонный макнэ. — Суа, это я, Хана! Да проснись уже! — А? — внезапно вскочил тот, чуть не столкнувшись с подругой лбами. — Наконец-то. Ты кричала во сне, тебе кошмар приснился? — Да уж, похлеще фильма ужасов. — А я говорила тебе, допоздна не засиживаться за своими дорамами. Фу, а чем это от тебя так воняет? — Нормальный запах, — ответил парень, прикрываясь одеялом. — Боже, а что с твоими волосами? Там уже ворона гнездо свила и не одно. — Да что ты ко мне прицепилась? Сейчас встану, расчешусь и все будет хорошо. — Так, время до универа еще есть, так что дуй в душ и как следует помойся. — Это обязательно? — Суа, я привыкла к тому, что ты везде разбрасываешь свои вещи, но ты никогда не была грязнулей, так что не спорь. — Блин. Чонгук потянулся и, встав с кровати, подошел к шкафу, рефлекторно почесывая паховую зону. Подруга удивилась, заметив это, а затем спросила: — Ну и чего застыла? — Эмм, а какие из этих вещей мои? — ответил Гук. Чо глубоко вздохнула, закатив глаза, а затем подошла к шкафу и, ткнув пальцем, сказала: — Вот, эти две полки, а еще вот с этой стороны висят твои вещи и обувь твоя на нижней полке, а ты в прошлый раз убежала в моих кроссовках. — Да? Прости. Макнэ взял чистую одежду, полотенце и мыльные принадлежности, а затем отправился в общий душ. Он зашел в кабинку и, развесив все по крючкам, никак не мог решиться раздеться. «Ну, же, Гук, будь смелее, — подбадривал он себя. — Это все равно, что раздеть любимую девушку перед тем, как заняться с ней сексом. Вот именно, любимую, а тут тело совершенно незнакомой девицы, и я еще должен к нему прикасаться. Так, ладно, надо закрыть глаза и представить, что это мое тело». Он зажмурился и медленно снял с себя всю одежду, а затем на ощупь залез в душ и включил воду. Единственное, что хорошо удалось вымыть с первого раза, так это волосы, хотя занятие и оказалось, капец, каким сложным. Тело было вымыто частично: спина, живот, руки и ноги, а ко всему остальному парень никак не мог решиться прикоснуться даже с закрытыми глазами. «Блин, это же просто, — думал он, держа намыленную мочалку в нескольких сантиметрах от груди. — Женская грудь не сильно отличается от мужской, просто немного больше. Ну, ладно, намного больше и все равно тут нет ничего страшного». Решительно выдохнув, Чон аккуратно намылил полушария, стараясь не задевать соски, которые уже и так затвердели. Затем его рука опустилась к пятой точке и так же осторожно намылила половинки и промежность между ними. Оставалось самое сложное — вымыть гладко выбритый лобок, однако стоило макнэ коснутся его мочалкой, как по телу словно пробежался электрический разряд, а внизу живота завязался узел, приятно тянущий вниз. Дыхание парня тут же участилось и, распахнув глаза от удивления, он убрал руку с мочалкой, а затем оперся о стену, пытаясь успокоиться. «Ай-щ, что же она такая чувствительная, — подумал он. — Хм, а если я продолжу, это будет равносильно тому, что я иногда дрочу по утрам? Блин, Суа уже наверняка все рассмотрела и потрогала у меня, так почему я до сих пор сгораю со стыда?». Гук решил больше не закрывать глаза и, слегка раздвинув ноги, вновь прошелся мочалкой по промежности. Ему очень понравились эти ощущения, и он ускорил движение пока тело не начало содрогаться в оргазме, а в глазах не появились звездочки. Чон укусил себя за руку, чтобы не застонать в голос, а затем, придя немного в себя, решил проверить одну теорию. Широко расставив ноги, он нащупал маленькую дырочку и осторожно ввел туда один палец. Тело напряглось от возбуждения, но палец упорно не желал до конца входить в лоно. Тогда парень добавил еще один и попытался силой протолкнуть их внутрь, что тут же отозвалось резкой болью. Он вынул пальцы и непонимающе уставился на кровь, которая была размазана на кончиках. Однако до макнэ наконец-то дошло, что он только что сделал и ему вдруг стало дурно. «Блин, это что же получается, я сам себя лишил девственности? — в ужасе подумал Чон. — Хотя, это же не мое тело, тогда получается, что я изнасиловал Суа? Боже, что я наделал? Гребаное мое любопытство! Как теперь все это исправить? Глупый вопрос, хотя подожди, у нее ведь длинные ногти и, возможно, я просто поранил, а не порвал плеву. Да, точно, буду так и дальше думать».