The lunch evening meal
Впервые услышав об ужине, Вокс в шутку предложил провести его вдвоём, смутно ожидая отказ. Однако, странный до ужаса грешник внезапно… согласился.
И Вокс, честно говоря, выпал в осадок на добрые пару секунд, прежде чем сипло засмеялся и нервно переспросил, на что Аластор смерил его снисходительным взглядом и кивнул ещё раз.
Вокс проводил его удаляющуюся спину смешанным взглядом, гадая, что у этого демона на уме.
И не станет ли он, случаем, его ужином?
На вопрос ответа не было, но что-то подсказывало, что старший грешник съесть его не собирается.
В противном случае, зачем с ним так возиться?
Охотник не играется с жертвой. Хищник – да.
И от последнего по спине пробежал холодок. Однако телеведущий быстро отбросил все плохие мыслишки. За весь день, что он пробыл рядом с Аластором в его собственном логове, ему ещё не приходилось сомневаться в том, что он… маньяк. Самый настоящий, чёрт возьми, – хах, как иронично, – маньячелло, которому просто стало скучно и в голову которого пришла гениальная мысль о том, чтобы взять под своё крыло новую душу в Аду.
Забавный грешник с телевизором вместо головы определённо подходил для избавления от скуки.
Ибо даже Вокс считал свой экран смехотворным.
Так что… его не собирались убивать. По крайней мере,
пока.
***
Спустя пару часов Вокс ждал своего как снег на голову свалившегося знакомого? покровителя? приятеля? и, честно говоря, немного побаивался. Сам дом он ещё не до конца изучил за то короткое время, что он успел в нём пробыть, потому принял самое разумное решение – не искать Аластора, а дождаться его внизу, в холле, положившись на приблизительное время для вечернего приёма пищи. А тот, как назло, как сквозь землю провалился; Вокс ждал пять минут, семь, десять. На двадцать седьмой минуте уже чувствовал себя идиотом, голодным и обманутым, раздражённым и разочарованным, нервно отстукивая по паркету незатейливую мелодию, услышанную в каком-то пабе, когда из-за спины внезапно раздалось гулкое хриплое «привет».
Как он тогда умудрился не заорать – тайна века, удивляющая даже его.
– Тц, чёрт! Аластор? Зачем ты.. Как ты…? – от неожиданности бывший телеведущий вздрогнул и слегка подпрыгнул, ожидая атаки: за время, проведённое в Аду, он уже понял, что всё, что движется, хочет тебя убить, исключение – тот, кто теперь с интересом смотрел ему в лицо.
Но это пока не факт.
Через миг хозяин древнего жилища лишь снисходительно (а в душе довольно) улыбался.
Шалость удалась.
***
Теперь они сидели за лакированным столом, и Вокс сверлил взглядом точку на нём, не желая лишний раз видеть рожу этого "так себе шутника". Минутой ранее он был вынужден последовать за грешником, так как других вариантов не оставалось: идея оставаться и дальше стоять средь жуткого вестибюля не очень-то прельщала. Но отомстить за собственный пережитый страх было уже делом чести, поэтому вместо того, чтобы спросить, куда Аластор уходил на добрые несколько часов, он мрачно молчал, вызывая вместо хоть какого-то раздражения лишь весёлую ухмылку.
Зачем он дуется, как ребёнок, Вокс и сам не знал. Просто чувствовал острое желание хоть как-нибудь насолить грешнику в ответ на испуг.
И молчание было единственным, что пришло ему в голову.
– Вокс, почему же ты молчишь? Неужели я тебя обидел? – а демон будто смеялся над ним, подливая масло в чужую чашу терпения и стойкости. В прошлой жизни он, Вокс, был звездой шоу-бизнеса! И не умри он такой глупой смертью, может, прославился бы на весь мир, а не только на несколько штатов!!
Доселе не посещавшие его мысли о прошлом, теперь они заполонили голову целиком, на некоторое время вытесняя нового знакомого и Ад в целом. Но ненадолго.
В какой-то миг Вокс не заметил, как скрипнул соседний стул…
– Вокс?
Казалось, изменённый голос звучал с той стороны Ада, откуда уже точно не возвращаются, он мигом привлёк его внимание. Аластор улыбался всё так же широко, но теперь растянутый рот говорил о другом.
Что Вокс гораздо слабее и ему следует подчиниться.
Бывший телеведущий сглотнул. В горле резко пересохло. И стоило об этом подумать, как перед ним появился бокал.
– Попробуй, думаю, тебе понравится, – донеслось со стороны демона с улыбкой, и Вокс поспешил последовать приглашению, не желая злить грешника ещё сильней.
Из-за оцепенения жидкость чуть не выплеснулась через край и не окрасила белоснежную скатерть в кроваво-красный цвет. Вокс про себя хмыкнул, прикрыв глаза и пригубив напиток.
Аластор, похоже, скорее удавится, чем променяет на что-то свою любовь к багровому.
В следующий миг его глаза зажглись ярким удивлением. Что бы грешник ему не дал, это было очень крепким, настолько, что первым желанием было выплюнуть обратно. Но это было бы уже верхом неприличия, а испытывать терпение Аластора было не самой лучшей идеей, поэтому он сглотнул. Терпкая субстанция обожгла горло, вызвав неприятный спазм; Вокс поморщился, что не укрылось от внимательных глаз.
– Смотрю, ты прямо-таки светишься от удовольствия, – не переминул поддеть его Аластор, опустив голову на руки. Взгляд его прищуренный искрился хитрицой, и честно, несмотря на некоторое смятение, Воксу он… понравился.
Но не настолько, чтобы рисковать здоровьем.
– Что это? – вместо этого спросил он, чувствуя, что вкус напитка изменился. Горечь, осевшая во рту, рассосалась, и осталось приятное сладкое послевкусие.
– Это – хорошие бренди из одного магазинчика, что я приметил пару лет назад, – невзначай обронил Аластор, будто знал, что за вопрос вертелся у него на языке всё это время. Оставалось лишь удивляться и посматривать на переливающуюся жидкость в бокале. Дальше грешник ещё немного рассказал о своём любимом месте, а после затих. Вокс смерил алкоголь сомнительным взглядом.
– ..Я сначала подумал, что это кровь.
В ответ Аластор рассмеялся, и атмосфера в комнате разгладилась.
