Roter Mohn

Мак раздраженно махнул хвостом. Ему уже порядком поднадоели однотипные речи дяди. Лом вечно повторял одно и то же: мол, они - бродячие городские коты - достойны лучшего, а всякие несогласные шавки пусть захлопнут свою пасть. С одной стороны Мак, конечно, был с ним согласен. Жить в постоянном волнении из-за того, что на них в любой момент могли напасть коты из других стай совсем не хотелось. Но с другой... Лом был слишком агрессивен и необоснованно жесток. Дядина ненависть, направленная в сторону других ни в чем, в общем-то не провинившихся и не показавших своих воинственных намерений котов, пугала юного Мака. Черно-белый кот был еще слишком молод и старался всегда верить в лучшее. Фразы Лома о том, что доверять никому нельзя, вокруг одни враги и лучше напасть первым, чем быть атакованным, никак не могли поколебать мировоззрения Мака. Дядя видимо заметил, что мысленно его племянник совсем не здесь. Это обстоятельство только еще больше разожгло злость внутри огромного серого кота. - Кровавый Мак! Ты вообще меня слушаешь, черт возьми? Когда ты уже возьмешься за ум и поймешь, что либо ты убьешь врага, либо он тебя?! Только посмей сказать, что это не так... - Голос Лома стал угрожающе хриплым, а в глазах засверкала обращенная на племянника злоба. Мак невольно прижал уши к голове и привычно поморщился на ненавистную полную версию своего имени. Оно ему никогда не нравилось. Естественно, он не был каким-то дурачком, который совсем не понимает, как надо жить. Да, действительно существуют ситуации, когда без боя не обойтись, но его дядя почему-то предпочитал их создавать самостоятельно. Лому всегда было безразлично, хотят конфликта соседние стаи или нет. Он просто хотел "заморить червячка", как выражались некоторые в их шайке. Они тоже были такими же, как его дядя, поэтому со злорадством напоминали Маку о том, что он рано или поздно должен будет их возглавить. Управлять теми, кто любит кровавые побоища больше мира, молодому коту абсолютно не хотелось. Лом не собирался останавливаться только на одном замечании. Отсчитывать племянника ему нравилось примерно так же сильно, как и расцарапывать кому-нибудь морду. Поэтому уже через пару секунд дядя вновь разразился гневной тирадой. - Глупый щенок! Неужели ты не понимаешь, что я хочу как лучше? - янтарные глаза Лома блестели от возбуждения, а острые когти противно скребли асфальт. - Мы должны разобраться с теми котами, как можно скорее. Ржавый говорил, что они в каком-то сговоре с лесными ублюдками. Ржавый говорил... Ну конечно! Как Мак раньше не понял? Дядя всегда прислушивается к своему любимчику, а мерзкому рыжему котяре только это и нужно. Лом всего лишь забыл одну маленькую незначительную деталь: лесные племена презирают городских котов и приравнивают помойных бродяг к изнеженным домашним кискам. Озвучивание этих мыслей было чревато определенными последствиями, но больше сдерживаться как-то не хотелось. Глупость дяди заставила бы даже бездушный камень завыть от негодования. - Дикие коты считают нас слабаками не заслуживающими внимания. С чего бы им объединяться с какой-то из городских шаек? Кроме того, Садовые коты не пересекали границ нашей территории. Они всегда были вполне мирной стаей. Зачем нам нападать первыми? Да, и если ты забыл, не все наши еще пришли в себя после прошлой стычки. После слов Мака морда Лома исказилась от ярости, зрачки сузились и появился неприятный оскал. Молодой кот привычно напрягся: от дяди можно было ожидать чего угодно, особенно когда он в гневе. Но, к сожалению, физическая готовность от неприятных слов не спасает. Фразы серого кота метко бьют в цель и причиняют боль похуже жалких царапин. - Мне плевать на твое мнение, недомерок! Если бы твоя мать не была моей сестрой, твой бесполезный труп уже лежал бы где-нибудь в канаве и разлагался. Ты бы просто сдох без меня, неблагодарная псина! Я тебя воспитал, а ты отвечаешь мне неповиновением и постоянно перечишь. Если что-то не нравится - проваливай. Мне не нужен жалкий и слабый преемник! Слушать все это неприятно, но Мак в какой-то степени уже привык. Но боль от этого слабее не становится, а наоборот только сильнее сдавливает что-то глубоко внутри, мешая нормально дышать. Мощная лапа Лома задевает только ухо Мака. Готовый к подобному черно-белый кот успевает отпрыгнуть подальше от разбушевавшегося родственника. - Убирайся, подонок, к своим садовым кискам! Пока не приползешь ко мне с извинениями, в этом районе ты будешь чужаком. Проваливай, щенок! Лом зарычал и встал в боевую позу. Шерсть на его спине взъерошилась. Мака потряхивало от переполнявших его обиды и злобы. Дядя и раньше никогда особо ласково с ним не обращался, но прогонял впервые. Стало немного страшно, но юный кот быстро потопил волнение в ярости. - С извинениями!? Ты вообще себя слышишь? Не бывать этому! Пока ты лидер этой стаи, моей лапы не будет на территории Центра и Фонтанов! Возможно Мак потом пожалеет о своих словах, но в этот момент, когда в голове пульсировали лишь мысли о тупости дяди, они казались самыми правильными. - Вот и катись ко всем псам, неблагодарная ранимая киска! Лом прыгнул на племянника. Черно-белый бок окрасился кровавыми разводами. Огромный котяра явно бил не жалея сил. Против дяди у Мака не было и шанса. Как бы сильно молодой кот не противился стычкам, те сделали из его родственника настоящего монстра. Было мерзко от осознания собственной слабости. Но других вариантов попросту не было. Улучив момент, Мак прыгнул на мусорные баки и бросился из переулка в сторону парка. - Беги, жалкий трус! - Лома вряд ли сильно волновала дальнейшая судьба племянника.

***

Мак бежал не разбирая дороги. В его глазах стояли слезы, а в голове бесконечно повторялось противное до омерзения: "Трус!... Трус!... Трус!..."