[Сезон 3].Дикша

— Просто так, на секундочку: твоя идея с норами — дерьмо. Лайла почувствовала, как у неё дёрнулась бровь. Раздражённо выдохнув, Росси обернулась через плечо; конечно же, сзади неё стоял Кот Нуар. Вообще-то, сзади неё было множество Котов Нуаров, похожих друг на друга как родные братья. Но вот тот, что стоял за ней, был особенным — хотя бы потому, что это был Кот Нуар из её изначального мира. — Ты решил, что я нуждаюсь в твоих комментариях?.. — Ты нуждаешься в хорошей трёпке, — сказал Нуар, не поведя и бровью. — Или, возможно, в порке. Только вот руки об тебя марать не хочется. Жизнь и так неплохо справляется. Лайла цыкнула и отвернулась от своего давнего знакомого. Ну его… у неё сейчас были другие дела. Не до человека, тренирующегося в собственном остроумии. — Что ты сейчас хочешь сделать? — спросил Нуар, подходя к Лайле и вставая по левую сторону от неё. — С норой я понял, но что насчёт неё? У тебя всегда есть какой-нибудь план. Что на этот раз? Лайла ещё раз тяжело вздохнула. Ну что он лезет-то… какая ему разница? Почему-то Нуар всё ещё не научился её ненавидеть. Так и таскался хвостом за Росси, стоило только той появиться в объединённых норах Повелителей Времени. И, будто этого было мало, Кот ещё и любые её просьбы выполнял… странный парень. Лайла боялась посвящать его в свои планы, несмотря на то, что Нуар раньше только и делал, что показывал свою искренность и желание помочь. Но что, если это всё было лишь подготовкой для дальнейшего предательства? Для финальной сцены, когда выясняется, что помощник главного героя на самом деле ненавидел его изо всех сил своей души… В своём мире Лайла хотела стать актрисой. Не для кино, а для театра. Так что она много читала разных сценариев и научилась предугадывать подобные «вехи» ещё до того, как они начнут воплощаться в жизнь. К тому же, ещё с детства Лила Росси была хороша в психологии, отслеживая настроения неуравновешенной матери и отца-лудомана. Что страшно, в словах и действиях Нуара из её мира Лайла не видела ничего, что могло быть классифицировано как «попытка будущего обмана». И всё же… довериться? Даже если он ей нравился — невозможно. — Я, — она нахмурилась, уставившись на яркую голубую панель с кучей кнопок, о которую Лайла опиралась уже некоторое время, — хочу её… вытащить. — Удивительно, — ответил на это Нуар без всякого выражения, словно зачитывая скучный, плохо написанный сценарий. — Вот этого я не ожидал. — Издеваешься. — Что ещё мне остаётся? — он скрестил руки на груди и склонил голову к плечу, разглядывая Лайлу возле себя, словно та была подходящим для коллекционирования жуком. — Ты же единственное, что у меня осталось. Лайла поджала губы и посмотрела на Нуара. Лицо у него было беспристрастным, серые глаза — спокойными, отстранёнными. Он всегда таким был. Ядовитый язык и равнодушный взгляд. Действия, в которых оказывалось слишком много заботы и внимания для кого-то вроде Лайлы. Он был таким ещё когда не был Котом Нуаром… и когда Лайла просто училась с ним, тихонько сидя на задних партах в коллеже и недоумевая: почему же такого, как Феликс Грэм де Ванили не замечают? Почему все стремятся к Адриану Агресту, который был как нагретая трава летом; почему не к Феликсу, который напоминал Лайле тонкий горный ручеёк, преодолевающий каменные завалы изо дня в день? — Впрочем, какая разница, — сказал Феликс, отворачиваясь от Лайлы и смотря на тонкое нечеловеческое тело, зависшее в колбе перед кнопочной панелью. — Ты хочешь вытащить этого робота, хорошо. Дальше что? Лайла поморщилась. Да, точно. Дела. — Мало вытащить её, — сказала она, начиная быстро нажимать нужные клавиши и думая, что уж в фантастической кроличьей норе-то должна быть сенсорная панель, а не такое старьё, — мне нужно её сознание. — М-м-м… как я понял, у тебя не получится вызволить его, если не разорвать связь между норами. — Я это знаю. реквизит уже готов. — А, — он посмотрел Лайле за спину, где множество Котов Нуаров, которых забрали из их родных миров, сидели в напряжённом ожидании подходящего финала. — Ясно. Не так давно Лайла обещала этим потеряшкам их «Долго И Счастливо», так что теперь, прельщённые возможным Хэппи Эндом, Коты Нуары, — как странно было думать о них во множественном числе, — просто ждали её приказа. То ли они были ненормально доверчивыми, раз поверили Лайле на слово, то ли Лайла оказалась слишком хорошим оратором… в любом случае, заминок не возникало. А если и появлялись какие-то внештатные ситуации, грозящие плану Лайлы, то с ними разбирался её собственный Нуар: уж у Феликса язык был подвешен что надо. Да и опыта в уговорах оказалось достаточно. — И всё же, одно остаётся непонятно, — сказал Феликс спустя пару минут клацанья кнопочек. — Если ты опять о моей мотивации, то даже не спрашивай. — Хм. Нет, с ней-то всё в порядке. Я знаю, что ты слишком привязана к Маринетт из того мира, где ты проводишь больше всего времени. — Что тогда тебя интересует? — Почему из всего нашего мира ты вытащила именно меня. Лайла даже не запнулась, продолжая печатать всё так же ровно, как и прежде. Сердце у неё тоже отстукивало мерный ритм. — Потому что я тебя люблю, конечно же, — сказала она. — Какие ещё могут быть причины? — Ха… опять ты об этом. Она позволила себе отвлечься на секунду, чтобы посмотреть, как Феликс раздражённо зачёсывает волосы назад. С шухером Кота Нуара, — пускай даже у Феликса волосы были длиннее, чем у других Котов, — это действие было абсолютно бесполезным. Но зато очень хорошо передавало настроение и повадки того, кто скрывался под котовьей шкурой. У Феликса без синхронизации была идеальная длина волос, как раз позволяющая сексуально зачёсывать их одним движением. Жалко только, что Лайла давно не видела Грэм де Ванили без костюма. — Можешь придумать себе любую другую причину, — разрешила Лайла, нажимая последнюю кнопку и выпрямляясь; панель заиграла разными оттенками синего и голубого, а в колбу с телом Эон Хилл хлынул розовый туман. — Но почему бы не остановиться на этой? — Мне не нравится, когда к делу примешиваются какие-либо чувства. — Ну так не примешивай. Лайла увидела, как туман полностью заполнил всё пространство колбы. Тела Эон больше не было видно; значит, совсем скоро превращение закончится, стекло начнёт трескаться от давления изнутри, и план, перешедший в финальную фазу, будет исполнен. Она давно хотела разобраться с Повелителями Времени. И это было не только из-за того, что Кролики досаждали Маринетт, — насчёт которой Феликс всё-таки был прав, — но и из-за того, что изначальный мир Лайлы погиб по их вине. Маринетт считала, что она была причиной апокалипсиса. Потому что, прыгая из мира в мир, она как будто «что-то запускала»; какую-то программу самоуничтожения или же вирус. Чушь это всё. Просто за прыжками Дюпэн-Чен следили. Из этой объединённой норы. Лайла не знала, кто именно из Кроликов повинен в разрушении её мира. Да и других миров тоже. Скорее всего, это не была Аликс: Кюбдель, хотя и являлась признанной грубиянкой и эгоисткой, также отличалась удивительно бодрым и добрым нравом наряду с чувством справедливости. Джаггед?.. нет, тоже вряд ли. Он был слишком зациклен на себе. К тому же, ему нравилось жить в норе и заниматься кроличьими делами, ведь здесь не было ни наркотиков, ни алкоголя, ни популярности. Плохого прошлого тут тоже не было. Только работа. С которой Джаггед справлялся на удивление хорошо. В итоге получалось, что оставались Макс… или Милен. Они оба напрягали Лайлу до головной боли, потому что, казалось, были полностью лишены всякой человечности. И они оба были достаточно подозрительными, чтобы Росси в моменте не могла выбрать, кого именно назначить в своём сценарии «злодеем номер два». Потому что «номер один» — это вроде как она сама. — Слишком много думаешь, — сказал Феликс, положив большую горячую ладонь прямо между лопаток Лайлы, на тонкую ткань тёмно-синей майки. — У тебя такое лицо ещё в актёрском училище ничего хорошего не сулило. Она усмехнулась. Ну да… — Мы там проучились вместе всего год, да ещё и на разных потоках. Когда успел заметить? — Не знаю? — в противовес своим словам, Грэм де Ванили улыбался. — Можешь сама придумать причину, которая тебе понравится… хм? Он обернулся, Лайла следом. За ними, не доходя пары шагов, стоял один из Нуаров. Молоденький… судя по всему, это был тот, кого Маринетт притащила в мир последним. — Где Ледибаг? — спросил Кот, смотря на Лайлу мутноватыми глазами. — Нас разделило. — Когда вернётесь обратно по мирам, снова соединитесь, — сказала Лайла, заправляя прядку волос за ухо. — Нет причины для беспокойства. — Нет причины? — оскалился малец. — Да я вас… — Тише-тише, котёночек, — вмешался Феликс, вставая между Лайлой и Нуаром. — Если будешь много шипеть, то ничего хорошего не выйдет, да? Веди себя хорошо и не мешайся под ногами. Малец-Нуар сцепил зубы. — Мы только что разбирались с акумой, а потом я вдруг моргаю, и оказываюсь в этом месте. Думаете, у меня нет причин вести себя… «плохо»? — Прибереги злость на потом, — посоветовала Лайла, проверяя, что там происходит с колбой и Эон в ней. — Говорят, что сила Катаклизма напрямую зависит от эмоций, которые ты испытываешь в моменте. — Что?.. — Тебе понадобится вся мощь, на которую ты только способен, — улыбнулась Росси. — Ты же хочешь спасти свою дорогую Ледибаг, верно? — Думаю, такие слова его только разозлят, — заметил Феликс. Лайла хмыкнула. — Ну, что поделать… злость — хорошая подпитка для Катаклизма. — Тогда, может, мне и остальные свои копии вывести из себя? — Не начинай пожар, с которым не справишься.