Your dreams come true, baby

Дни летели за днями. Джисон теперь виделся с Минхо реже. Как оказалось позже, у него началась сессия, поэтому даже сократил записи на пирсинг. Это парень узнал случайно, когда однажды увидел его утром, бегущего на остановку. Но с того периода Хан не видел его уже довольно долго. И он честно готов признаться, что соскучился по нему. По его приятному голосу, милой улыбке и звонкому смеху. Минхо даже ночью не приходил. Временами Джисон из-за этого терялся. Может чем обидел его? И снова ночная смена. Хан со скучающим видом сидит на кассе. Но сидеть всё время было ужасно, поэтому он поднялся и начал ходить вдоль рядов, изучая ценники, искал бракованные продукты, у которых истёк срок годности. И он нашёл в отделе молочки. Начал доставать скисшее молоко, которое Йеджи и Сан, по всей видимости, забыли убрать. Непорядок. Джисон цокнул языком и начал вытаскивать бутылки, осматривая маркировку каждой. Хозяйка явно будет недовольна. Брак нашёлся и в йогуртах, и в сырах. Хан был огорчён. Сколько пропавших продуктов… Дверь в магазин резко открылась, но из-за полки Джисон не увидел, кто это пришёл. — Добрый вечер! — прозвучал чей-то хриплый голос. — Добрый вечер, — отозвался Хан и продолжил сортировать продукты на полке. Через минуту он услышал приближающиеся шаги в свою сторону, но даже не обратил на это внимание. Корзинка резко упала возле его ног, кто-то очень крепко обнял его со спины и сразу отпрянул. — Ох… — Джисон обернулся к покупателю. — Минхо? И это был не сон. Спустя длительное время Минхо всё-таки пришёл к нему. Более уставший на вид, чем раньше. С огромными синяками под глазами и ужасно бледной кожей. Выглядел очень болезненно. У Джисона вздрогнула рука и бутылка молока упала, треснула, и само молоко с плеском разлилось на пол, брызгая на его джинсы и сменную обувь. — Это из-за меня? Прости! Где у тебя тряпка? — у него всё ещё был хриплый голос. Заболел, вот, что с ним случилось. Джисон улыбнулся от неловкости. — Минхо, ты здесь не виноват. Я не выспался днём, вот и руки дрожат. Блять, ну такое чувство, будто меня обкончали. Пиздец. Ли хохотнул, но всё-таки вырвался помочь. Пока Джисон вытирал пол, он складывал брак в огромную коробку. С этим уже хозяйка будет разбираться утром. — Как ты умудрился заболеть? — Простыл, наверное. Да и зря я пришёл сюда, вдруг ты заболеешь… — Не заболею, не волнуйся. М-да, давно мы уже здесь не виделись, — Джисон выжимал тряпку в ведре. — Угу, сессия началась. Честно, у меня уже крыша поехала, — Минхо улыбнулся. — Это ужасно, у меня в январе начнётся. Хоть с этим повезло. — Я так скучал по нашим разговорам. Переписка раз в несколько дней не дала мне тех приятных ощущений. Вживую намного лучше. — Это правда. Ну, ты хоть не пропадай. У меня ведь даже твоего номера нет. Минхо протянул руку: — Дай свой телефон, я введу. У меня их 2 вообще, но звонить можешь на любой, если захочешь. Если и правда захочешь поговорить. — Ты же занят сейчас, Минхо, — Джисон надул губы. — А я не хотел бы тебя отвлекать. Понимаешь? — И что? Для тебя я всегда найду время. Мне вообще скучно. Даже с Хенджином и Чанбином редко стали общаться. Грёбанная учёба. Куда это отнести? — Ну, раз уж вызвался помочь — в подсобку. Куда-то на пол поставь, хозяйка разберётся. Когда Минхо вернулся Джисон всё-таки дал свой телефон. Теперь у него есть его номера. Отлично. Хан мысленно очень сильно обрадовался. — Всё. 24/7 доступен, — он отдал телефон обратно. — Звони, когда хочешь. — Да? Ну, хорошо. Джисон с улыбкой начал набирать первый попавшийся номер Минхо. Раздался звонок и Ли вытащил свой телефон из кармана пальто. Улыбнулся и ответил: — Алло-алло, ночная фурия у аппарата! Хан рассмеялся и ответил: — Вас слышно, вас слышно. — У меня для вас предложение, белка. Хотите его услышать? — Белка? — Именно. Лесная белка. У Джисона никак не могла исчезнуть улыбка с лица. Она становилась всё шире и шире. И сейчас он сверкал своими зубами, смеясь. — Хорошо, какое у вас предложение? — Завтра днём, я хотел бы сходить с вами к Рождественской ёлке на площади. Что думаете? Надеюсь, вам нравятся ёлки. Красивые, праздничные. С блестящими украшениями и гирляндой. Думаю, белкам такое нравится, верно ведь? — А ночная фурия хорошо лечится, чтобы сходить туда завтра? — Выздоровеет в один миг, — Минхо улыбался. — Вы не обращайте внимание на мой голос. — После глинтвейна её голос станет лучше? — И настроение тоже, — он подмигнул, из-за чего Хан снова рассмеялся. — Тогда я согласен. Такой радостной улыбки Джисон ещё никогда у Минхо не видел. Но теперь знал, что он может так улыбаться. Так он выглядит ещё прекраснее. Ли отключился и стал сохранять номер Хана. — Это было забавно. — Ну, видишь, не только ты можешь удивлять. Я тоже так могу. Ох, Джисон, тебе ещё столько всего обо мне придётся узнать… — Это точно! Хан чувствовал себя, как герой романтической дорамы. Возможно с лёгким драматический сюжетом, но и комедия присутствовала. Не всегда же плакать, верно? Может, общение с Минхо действительно стало для него самым лучшим подарком судьбы. Даже, если Ли останется ему лишь другом. — Ты что-то купить хотел, да? — Вообще нет. У меня вроде всё дома есть, да я и не буду ничего готовить. Возьму крылышек, коньяк, и посмотрю какое-то кино. Наверное, так и будет. — А как же ужин? Как же твои друзья и Йеджи? Минхо вздохнул и прислонился спиной к витрине. Джисон сразу понял, что Ли расстроился. Улыбка его исчезла, больше не освещала лицо. А голос прозвучал слишком грустно, несмотря на хрипоту. — Хенджин уедет завтра домой. Чанбин ещё в начале этой недели уехал. А сеструха со своим парнем. И да, она съехала от меня уже. — Получается, ты будешь один? — с грустью произнёс Хан. — Ты забыл о моих котах, Джисон. Ты хоть помнишь, как их зовут? — Кажется… Дуни, Дори и Суни? Или как ты любишь говорить — Сун-Дун-Дор. — Вау, ты даже помнишь, — Минхо слегка растерялся, ведь не ожидал, что его симпатия что-то да запомнит. — Мне приятно слышать и понимать, что ты не забыл. — Ох, да ты же мне ими все уши прожужжал. Я знаю их расцветки, хоть и не научился различать. А ещё, где ты их нашёл, откуда притащил. И сколько им лет, тоже, примерно, — Джисон взял корзинку и понёс её обратно на место, где она и должна была стоять. Минхо последовал за ним, спрятав руки в карманы пальто. — Ну люблю я их, что я могу поделать? Мне постоянно хочется о них говорить. У меня вся галерея забита их фотографиями. Как едят, как спят, как я их мыл в ванной. Джисон хохотнул и кивнул. — Кто-то настоящий кошатник. Стой, а как же N? Ты признался или нет? — Забудь, — Минхо изменился в лице, но лишь на несколько секунд. — Нет никакой N больше. — Оу… — Хан сделал вид, что искренне сожалеет, но мысленно обрадовался. — А почему так? — Всё кончено. Не хочу даже вспоминать об этом. Минхо мастер врать, ведь Джисон даже ничего не заподозрил. Он кивнул и сел за кассу. Взгляда так и не отводил, пытаясь насладиться долгожданной встречей. Но сердце его болело. — Что ж, в жизни и такое бывает разочарование. Но ты не расстраивайся. В мире ещё полно красавиц. Ли шумно вздохнул и провёл пальцами по переносице, немного хмурясь. Он немного злился, но делал вид, что у него болит голова. Джисон, заметив это, обеспокоенно смотрел. Даже руку протянул, проводя пальцами по чужой ладони. Минхо не отстранился, от чего ему стало приятно. — Тебе плохо? Температура какая была? — 38, но сё нормально, — Ли легонько сжал пальцы Джисона, радуясь прикосновению. — Тебе не стоит волноваться, правда. — 38? Ты почему вообще сюда пришёл? — Хан вскочил и упёрся руками в прилавок. — Я… хотел пригласить тебя. А номера не было. Писать не хотел, это не так интересно. И так не ты не услышишь голоса, а по телефону не увидишь эмоций. Так неинтересно. Вживую ведь намного лучше. Я просто тебя хотел увидеть. Только не злись, ладно? — Минхо улыбнулся, когда заметил нахмуренное лицо младшего. — Блять, ну ты нормальный? — Джисон повысил голос. — У тебя температура! Беги домой и лечись. — Но я хочу хоть немного побыть с тобой. Мы давно не виделись. Я хочу поболтать, хотя… Ладно, ты прав. — И ты один сейчас? Йеджи нет дома? — Нет. А что? Хан, недолго думая, снимает с себя жилетку и бросает её на стул. Минхо наблюдает за этим с удивлением. Джисон начал что-то делать у кассы и выключать компьютер. — Что ты задумал? — шепчет Ли. — С тобой пойду. Что поделаешь. Ты лечиться не собираешься, похоже. А Рождество ты не будешь отмечать один. Если хочешь… вместе отпразднуем, — Джисон сам стеснялся того, что говорил. Ведь сейчас он говорит не как друг. Говорит от чистого сердца, которое так любит Минхо. — Ты сейчас серьёзно? Но как же твои планы? — он схватил руки Джисона в свои, пытаясь остановить. — Тебе не стоит так волноваться. Это обычная простуда, Джисон. Я… — У меня нет никаких планов. Мои родители в другом конце страны, если тебе интересно. А ты мой друг. Разве не так? А друзья должны помогать друг другу и поддерживать. Забыл? Джисон пошёл в подсобку, а Минхо остался стоять возле кассы. Сейчас его переполняли чувства и эмоции, но из-за простуды он даже думать не мог нормально. Единственное, что из него вырвалось — слеза, которая быстро нарисовала дорожку на правой щеке. Минхо быстро вытер её ладонью, чтобы не показать этого Джисону. Даже если они от счастья. Он в который, раз понял, что Хан именно тот человек, с которым он хотел бы провести свою жизнь. И Минхо признается ему. Расскажет о своих чувствах и безмерной любви, которую испытывает к нему. Раскроет своё сердце, отдаст его. Да, ему страшно, что Джисон может отвергнуть, но всё равно признается. Завтра. В Рождество, которое они будут праздновать вместе. Хан даже сам не понял, как смог быстро закрыть магазин, а перед этим включить сигнализацию, закрыть кассу, и проверить двери и окна. Как взял Минхо за руку и потащил к себе. И он даже не сопротивлялся. Наверное, всё это ему казалось сном, хотя и сам Джисон не верил в то, что делает. Он действительно привёл Минхо к себе домой. В съёмную квартиру, в которой обитала лишь его одинокая душа. — Снимай ботинки, а я сейчас чайник поставлю… — Минхо даже не успел ничего ответить, как Хан исчез с его глаз. Уже успел зайти в кухню. — Прости, у меня кофе нет! Тебе зелёный чай подойдёт? — Да, — отозвался Минхо. Джисон вернулся спустя минуту и повесил пальто на крючок вешалки, рядом со своей курткой. — Ох, да ты мокрый от снега. — Мне нормально. — Здесь вообще холодно, поэтому лучше садись ближе к батарее, — Хан схватил его за руку и повёл в спальню. Поставил небольшой табурет возле батареи и буквально усадил Минхо на него. Ли до сих пор был в растерянности. Очень быстрая смена локации. Он не успел рассмотреть коридор и гостиную, как уже оказался в спальне. Джисон накрыл его плечи тёплым покрывалом. — Ты давно температуру мерял? — Перед тем, как зайти к тебе. — Давай снова. Сейчас градусник принесу. Чай заварился. Джисон поставил его на столик, пока Минхо сидел с градусником. Теперь он хоть имел возможность рассмотреть апартаменты, хоть и небольшие. Скромные. Но Джисону этого вполне хватало. В последнее время он очень редко был дома. Учёба-работа-учёба… И это целый порочный круг. Хан бы просто умер со скуки, если бы в его жизни не появился Минхо. — Это твоя квартира? — Нет, это съёмная. Ты что, откуда у меня деньги на квартиру? Я вообще в магазинчике работаю. Минхо вяло улыбнулся и вздохнул. — Ну, сколько там у тебя? — 38, 3. — Тогда сейчас выпей порошок. Чай подождёт. — Джисон-а, ну хватит тебе бегать. Я и сам могу себе всё сделать. — Сиди и грейся, фурия, а то вылетишь из окна и будешь летать в декабрьский мороз! Минхо улыбнулся, кутаясь в покрывало. Довольно приятное на ощупь и тёплое. Красного цвета. Примерно такого же, как и его уши сейчас, сгорающие от смущения. — Ладно, я сдаюсь. Белка вообще бешеная. — Да, поэтому не зли меня. Хан быстро убрался в спальне, ведь он совсем не хотел, чтобы Ли увидел беспорядок. А он был, да ещё и какой. Пришлось прятать грязную одежду в шкафы, выбрасывать пачки из-под различных снеков и даже менять постельное бельё. От нервов у него тряслись руки, что даже никак не получалось прекратить. А ведь сейчас в его квартире находился человек, для которого хотелось быть лучшим, идеальным. Пускай и другом, но хорошим в его глазах. Джисон напоил Минхо лекарством и чаем, уложил спать в свою кровать, хоть тот и возмущался. Заботливо укрыл одеялом и покрывалом, даже подушку поудобнее положил. Но Минхо вертелся со стороны в сторону, как юла. — Спать! — Джисон нахмурился. — Ну ты как мамочка, ей богу. И это при том, что я не верующий, — он хрипло рассмеялся, за что получил лёгкий пинок локтем по спине. — Молчи уже. Говорю же — спи. До утра тебе должно стать легче. — А что если мне не станет легче? — Минхо лёг на спину и сложил руки на животе. Лежал пытаясь хоть как-то рассмотреть Джисона во тьме. — Тогда моё предложение уже будет не в силе? Джисон растерялся от вопроса. Он застыл с чашкой чая в руках, который так и не выпил. Дотянулся до включателя, освещая комнату ламповым светом, ведь он всё ещё не спал, как и Минхо. Ли просто вредничал. — Ну… Не знаю. Хотя бы на полчасика можно будет пойти к ёлке, но потом лучше где-то в тепле посидеть. А ещё лучше дома. Я же согласился, значит, всё в силе. Поэтому не расстраивайся. — Хорошо. Вообще мне неловко. Ты с работы ушёл, без разрешения, меня к себе привёл… — И что? Ты же мой друг, забыл? Друзей в беде не бросают вообще-то. Минхо улыбнулся и поудобнее улёгся на своей половине кровати. От части он был доволен происходящим. Простуда дала ему столько привилегий. Без неё он даже не попал бы в эту квартиру. И, возможно, Рождество праздновал бы один. Джисон выпил свой чай и поставил чашку на тумбочку. На часах 4 утра. Наконец-то он ляжет спать в такое время. — Почему не ложишься? Боишься заразиться? — Нет. Просто задумался, — Джисон выключил светильник и улёгся на кровать, соблюдая дистанцию. Эту черту он не должен пересекать, даже если хочется. Хочется прижаться к Минхо и греть его своим телом. Хочется целовать, сжимать, кусать, царапать. Всем видом показывать, что он его и больше ничей. Не выпускать из объятий. Шептать самые нежные и приятные слова. Но он даже поверить не может в то, что Минхо лежит в его кровати. Рядом. Так близко, что можно даже услышать его дыхание. Почувствовать его тепло. — Ясно. — А ты почему не спишь? — Смена обстановки, но температура через пару минут меня добьёт, поэтому скоро усну. Ты прости, что так произошло. — Не извиняйся. Я помочь хочу. Было бы грустно, если бы ты отмечал Рождество один. — Ты прав. Обычно его отмечают с семьёй, с друзьями, или же с любимым человеком… — А чем мы хуже? Тоже вкусно поедим, посмотрим что-то друг другу подарим… Блять! — он резко сел на кровати. — Что случилось, Джисон-а? — от столь милого обращения к себе, Джисон смутился ещё больше. — Подарки. У меня нет для тебя подарка, — он шумно вздохнул и закрыл ладонями лицо. — Я идиот. Ну вот какой из меня друг? Минхо тоже сел на кровати. Он легонько коснулся плеча Джисона и провёл ладонью. — Всё нормально. Ты не обязан мне что-то дарить. — Ты же мой друг… Первый, как ты говорил. Минхо улыбнулся, что не было видно без света. Лампу Джисон выключил несколькими минутами ранее, чем спас его положение. Он аккуратно обнял Хана и провёл ладонями между лопаток. — Всё хорошо. Зато у меня есть такой замечательный… друг. Это лучший подарок. Правда. После этого они снова легли. Минхо почти сразу уснул, а вот Джисону не спалось. Он волновался из-за подарка, а ещё из-за того, что лежит в одной кровати рядом с своей пассией. Мечтой. Именно, Минхо был его мечтой и ещё до сих остаётся. Хан повернул голову в бок и смотрел на лицо Минхо, которое в лунном свете стало хоть немного видно. Просто Джисон не закрыл шторами окно. Может, это было и хорошо. Минхо спал довольно крепко, как казалось, поэтому Хан рискнул. Он провёл пальцем по щеке, и заметив, что Ли не реагирует, продолжил свои исследования. Скула. Верхняя пухлая губа, она даже больше. А нижняя с кольцом. Джисон коснулся украшения и даже улыбнулся. Исследовать Минхо было увлекательно, да и ещё когда он доступен, находится так близко. Это был прекрасный момент. Хан коснулся кончика носа и тоже провёл пальцем по кольцу. Немного поправил чёлку, убирая её со лба. Но когда он снова коснулся губ, услышал тихий чмок. Минхо сквозь сон поцеловал его пальцы? Как такое возможно? Джисон немного отодвинулся, но рука Минхо довольно резко потянула его к себе поближе, и он наконец-то открыл глаза. — Нравится мой пирсинг? — М-минхо… — Я не злюсь, не волнуйся, — прошептал он и провёл ладонью по щеке Джисона. — Возможно мне это всё снится, но должен сказать, это самый прекрасный сон. Хан не мог поверить в то, что слышит. — Ты сам меня заставляешь Джисон. — Что именно? — Делать то, что планировал сделать завтра, — Минхо сел на кровати, стащил с себя одеяло. Джисон тоже сел напротив него. — Ты о чём вообще говоришь? Я тебя не понимаю. У тебя жар? — Хан коснулся ладонью горячего лба Минхо. — Да у тебя жар! — Нет, нет. Прекрати обращать на это внимание. Лучше послушай меня. Я хотел бы тебе кое-что сказать, — он взял его руки в свои. — Знаю, атмосфера вовсе не романтичная. Я в этом плане полный идиот, но… Хочу тебе признаться в кое-чём. Джисон замер, даже дыхание затаил. Сердце от чего-то билось очень быстро, и Хан чувствовал, как краснеют его уши. Неужели это то, что он думает? — Ты мне нравишься, Джисон. Очень-очень нравишься… — он сделал паузу и хохотнул, — Прости, я нервничаю, но выслушай меня до конца, даже если буду запинаться. Так вот… Я уже долго думал над тем, что я к тебе чувствую. В начале этого месяца я предложил тебе быть твоим другом, но это не так. На самом деле я боялся признаться, что я в тебя влюбился. Вот взял и влюбился, понимаешь? Даже не знаю, когда именно это произошло, этот щелчок в голове, но ещё с самого первого дня ты показался мне милым и симпатичным, — он снова умолк и спустя пару секунд продолжил. — Да, именно так и было. Хоть мы и общались не очень много, но кажется, что ночные вылазки к тебе позволили мне понять, насколько ты прекрасный для меня человек. Идеальный, и даже если это не так, ты всё равно для меня идеальный во всех смыслах. И в самом деле не было никакой N. Точнее есть — это ты. Джисон, я говорил о тебе. Помнишь наш разговор? Ты говорил, что нужно признаться и тогда станет легче. На самом деле я не виделся с тобой из-за того, что думал, что я тебе не нравлюсь. — Но это не так, Минхо. Ты мне нравишься… — Джисон сжал его руки и наклонился к его лицу. — Это правда. Ты очень мне нравишься. Минхо улыбнулся и коснулся его лба своим. — Вот как? Значит, я ошибся? Чёрт… Так много времени потерял. — Ничего ты не потерял. Всё хорошо. — Давай встречаться, Джисон. Но не думай, что я перестану быть твоим другом. Я им буду и дальше, но в первую очередь я буду твоим парнем. А ты моим. Я всё сделаю, что ты захочешь. Лишь бы ты был рядом. Лишь бы был только моим, — губами он коснулся щёки Джисона. — Что скажешь? — Давай. А ты меня опередил. Я на Новый Год хотел тебе признаться… Под бой курантов. Минхо хохотнул и положил голову на плечо Джисону. Наконец-то он был спокоен. Наконец-то всё стало на свои места. Пускай и не таким образом, каким он хотел. Пускай и не так романтично, но всё же лучше, чем просто молчать. — Я в шоке. Всё так просто. Да если бы я наперёд знал…! — Т-ш-ш-ш-ш. Успокойся, — Джисон обнял его. — Всё уже хорошо. И теперь мы будем вместе, слышишь? Ты только выздоравливай. Болеть на праздники не круто. — Слушаюсь! Но я поверить не могу. Ты мой! Мой! — А ты мой. А теперь давай ложиться спать, хорошо? — Хан провёл ладонью по его спине. — Нужно будет раньше проснуться и хоть что-то приготовить к Рождеству. — Слушай, а давай праздновать у меня? В квартире. Коты без меня никак. — Хорошо, как скажешь. Я не против, — Джисон хохотнул и опустил голову на плечо Ли. — Ты у меня побывал, а теперь я приду к тебе. — Супер! Как раз познакомлю тебя с моими Сун-Дун-Дор! Думаю, ты им понравишься, — Минхо начал кашлять, поэтому Джисон отпрянул от него. Болеть всё-таки не очень-то и хотелось. — Вот бы не заболеть… Хотя, с тобой можно. — Дурак, никаких болеть!! — Ладно. Ради тебя я постараюсь. Но ты лечись и не вредничай. — Слушаюсь! Джисон прильнул к его губам, даря первый поцелуй своему парню. Отныне Минхо его пара. И это самое большое счастье. От этого хочется прыгать и кричать на весь мир, но Хан сделал это мысленно. Всё-таки шум он не любит. Будет тихо любить и отдавать всего себя. А завтрашний день подарит ещё нечто прекрасное… Первое совместное Рождество, которое влюблённые сердца проведут вместе. И ещё не один год подряд. *** На площади очень много людей. Везде царит атмосфера праздника, все в ожидании чуда. Джисон шёл за руку с человеком, которого отныне может смело называть своим парнем. Минхо хохочет, крепче сжимает ладонь парня в своей, куда-то указывает пальцем и без умолку болтает. Голос ещё хрипит, но с момента приёма лекарств стало лучше. — Смотри, а вот там можно попробовать очень вкусные… Джисон счастливо улыбался, смотря в любимое лицо. У Минхо была очень красивая улыбка, от которой сердце Хана таяло с каждой секундой больше и больше. Он мило щурил глаза, от чего Джисон будто ловил стрелу Купидона в своё сердце. «Неужели я действительно встречаюсь с таким прекрасным человеком?» — О чём ты так задумался? — Хан смущённо хохочет, когда Минхо довольно резко умолкает и останавливается. Его взгляд всё так же устремлялся в личико с самыми милыми щёчками. — Знаешь… Мечты ведь и правда становятся реальностью, детка? От такого милого обращения Джисон судорожно выдыхает и прячет свою улыбку в шарфе. Вокруг слышно возглас детей, болтовню влюблённых парочек, но для него сейчас важнее всего Ли Минхо. И как же сейчас красиво выглядит, когда волосы укрылись снегом, щёки покраснели от мороза, длинные ресницы волнительно трепещут, а в глазах виднеются огоньки от гирлянды. Но, кажется, вместо них видно самые настоящие звёзды. — Знаешь, а ты прав. Моя главная мечта уже сбылась. И знаешь какая? — Джисон слегка нервничает, поправляя шарф. — Какая? — Минхо улыбается и спрашивает, хоть прекрасно знает ответ. — Ты… Ли бесшумно выдыхает и прячет пальцы в волосах Джисона, притягивая его лицо поближе к себе. Мгновение, и его губы чувствуют горячее дыхание. Кажется, что время для них сейчас остановилось. — Моя мечта тоже сбылась, бельчонок. И когда уже довольно сильно стемнело, а люди начали расходиться кто куда, они всё ещё стояли возле ёлки, держась за руки и смотря друг на друга. — Люблю тебя, мой хороший. — И я тебя очень-очень сильно люблю, — Джисон улыбался объятиям и нежному поцелую на щеке. Под мерцание Рождественской ёлки и чьих-то возгласов они поцеловались, погуляли площадью и ушли к Минхо домой, крепко держась за руки, где их ждут коты, сладости, глинтвейн и первая незабываемая ночь…