О желаниях и последствиях

      Лунный свет так точно, так правильно, попадал прямо в одну из комнат через окно, не занавешенное до конца плотными шторами. Постоянно пользовался этим и проникал дальше окон, изучая комнату и попадая на всё, что только попадалось: большая кровать с узорчатым изголовьем и балдахином; длинный ковёр — вдоль окна — с вышитыми серебряными кристаллами по бокам и таким же серебряным утонченным оленем, под поднятым копытом которого, словно песок или снег, закручивались завитки. Он также добрался до деревянного стола, за которым сидела рыжеволосая девушка и что-то сосредоточено выводила пером на бумаге. Луна, будто с неумело прикрытым любопытством, подглядывала.       «С любовью, Анна~»       Гласила последняя строчка, которую зацепил лунный свет. Анна отложила перо и подняла голову, облокотилась на спинку стула. С влюблённой улыбкой пробежалась глазами по письму и, наконец, встала из-за стола. Завтра после завтрака она тот час попросит Марту — юную служанку — отнести это письмо Хансу, который, как обычно, будет ждать около причала.       Ханс.       Принц из Южных островов, который приезжал как-то на коронацию её старшей сестры — Эльзы. Ханс, с которым Анна протанцевала весь вечер и о котором думала после всю ночь. Ханс, с которым на следующий день, да и на последующие тоже, она тайно организовывала встречи, в чём ей помогала Марта. Юная служанка сразу же вошла в положение, проникнувшись глубокими чувствами, а потом мечтательно вздыхала, слушая вечерами рассказы про встречи с принцем. С каждым днём Анна всё чаще думала о принце и мечтала однажды выйти за него замуж, получив благословение сестры. О как она мечтала. И была уверена, что Эльза одобрит, ведь лучшей партии для любимой младшей сестрёнки не найти. Он — принц, она — принцесса, никаких проблем не будет получить. Потом свадьба, дети.       — Молю, пожалуйста, пусть Эльза одобрит этот брак, пусть Ханс станет мне мужем. О другом я и не мечтаю, — произнесла Анна около окна. Впрочем, она молила каждый поздний вечер, когда Луна светила ярко.       На секунду ей показалось, что комнату заполнил яркий свет, но через мгновение всё закончилось. Точно также, как и свет Луны исчезал с письменного стола, задевая своими лучами письмо. Исчез лунный свет и с кровати, и с ковра. Теперь Луна светила тускло в окно той, желание который было услышано.

***

      После плотного завтрака, который Анна старалась съесть как можно быстрее, несмотря на замечания Эльзы, принцесса поспешила в комнату, чтобы отдать заветное письмо Марте. Прошло двадцать минут с того, как служанка убежала к причалу, а Анна осталась стоять у окна.       — Анна? Можно? — послышался негромкий стук в дверь, и принцесса тут же обернулась.       — Конечно, входи, — дверь открылась, и в комнату вошла сестра.       — Я хотела с тобой поговорить, — Эльза неспеша шла к сестре. Королева указала рукой в сторону кровати.       Анна молча села на свою постель. Эльза тем временем не спешила сама садиться рядом, а заместо этого подошла к большому окну, задерживая взгляд. За стеклом, там, внизу, кипела жизнь. Горожане шли по своим делам, что-то активно обсуждая между собой. Анна словила себя на мысли, что в этом тёмно-синем платье, которое снизу становилось всё светлее и светлее, с длинными рукавами, с еле заметными серебряными кристаллами как на её ковре, её сестра выглядит как прекрасная озёрная нимфа. Движения плавные, а переход от тёмно-синего до самого светлого добавлял платью, да и самой девушке, изумительное сходство, скорее больше похожее на ассоциацию, с прекрасными нимфами.       — А поговорить я с тобой хотела насчёт твоего будущего, — мысли Анны прервал голос сестры, словно холодный ветер, который резко подул через открытое окно.       Принцесса, стоило ей услышать тему разговора, в ожидании посмотрела на сестру.       Эльза села на кровать и заговорила:       — Прошла моя коронация, и я этому рада. Но про замужество никогда не думала. Но может быть ты задумывалась о браке? Не с кем-нибудь конкретным, а вообще, — холодные глаза цвета океана в ожидании ответа смотрели в светло-голубые — не такие глубокие –, оттенок которых напоминал зеркально-чистое озеро или ручей, чьи воды ещё не были закованы во льдах.       Анна видела в глазах сестры страх. Был ли он от вопроса или от ответа, который она могла получить? А если от последнего, то какой ответ страшит сестру больше всего? Конечно же, Анна думала о свадьбе с Хансом. Но стоит ли говорить об этом Эльзе?       — Да, — выдохнула принцесса и положила свою ладонь поверх ладони королевы. — Да, Эльза. Я думала и до сих пор думаю о том, что когда-нибудь буду идти к алтарю, давать клятву любви и верности. Но я по любви хочу замуж, понимаешь?       Королева кивнула.       — Конечно понимаю. Я не тороплю, — Эльза улыбнулась, немного покачав головой. — Когда полюбишь кого-то всем сердцем и будешь готова, тогда я обязательно дам своё благословение. Можешь даже не сомневаться.       Эльза поправила свою белоснежную косу и коснулась плеча сестры, после чего поднялась с кровати. Как только королева зашагала в сторону выхода из комнаты, платье, словно водопад, который к низу становится почти белым, заструилось при каждом шаге.       Через несколько минут после ухода Эльзы в комнату забежала Марта, пытаясь отдышаться. Анна, в нетерпении, подскочила с кровати и подошла ближе, чтобы взять ответное письмо из её рук. Сердце забилось чаще, улыбка становилась шире, а глаза бегали от одной строчке к другой, стоило принцессе начать читать.       — Принцесса, что там? — любопытная Марта сделала несколько шагов вперёд.       — Он хочет видеть меня сегодня в полночь, — мечтательно пролепетала Анна и прижала письмо к груди. –Марта, ты слышала? — она обернулась к служанке, которая только кивнула с улыбкой на лице. — Он хочет видеть меня! — она подбежала к девушке, взяла её за руки и закружилась с ней по комнате. Раздался заливистый звонкий смех двух девушек.

***

      — Ханс, я так рада, что ты захотел увидеть меня.       — Как же я мог не захотеть увидеть свою возлюбленную? — принц обнимал её со спины, его горячее дыхание опаляло её шею. На её щеках появился румянец, а на лице улыбка.       Анна полностью утонула в этой любви. С первого взгляда. С первого танца. И с каждым днём тонула всё глубже и глубже, стоило ей только заглянуть в эти зелёные глаза, словно нескошенная луговая трава под солнцем. А как только она читала его письма, то влюблённая улыбка неосознанно появлялась на губах. Одним словом, Анна отдавала всю себя этой любви.       — Я давно думал, возможно, слишком рано, ведь мы знакомы всего ничего, сколько прошло с коронации? Две недели?       — Ханс…? — Анна внимательно смотрела на принца, что отошёл от неё.       — Я знаю, знаю. Возможно это всё выглядит странно, но…– он сел на одно колено перед ошарашенной девушкой. — Позволь спросить, ты выйдешь за меня?       Сказать что Анна была в шоке — это ничего не сказать. Она была очень счастлива. О как она мечтала об этом, читала его письма и уповала надеждами на то, что когда-нибудь, в один день, Ханс наконец решит сделать её своей невестой. А потом и женой. Неужели те мольбы, которые она произносила у окна по вечерам были услышаны? И кем? Неужели судьба действительно снисходительна?       — Да! Конечно! — вырвалось от радости, прежде чем успела подумать. — Конечно я выйду за тебя!

***

      На следующее утро, после завтрака, Анна пришла к Эльзе, чтобы рассказать об этом событии. Королева, конечно, была не в восторге от того, что её младшая сестра молчала и тайно ходила на эти встречи, хмурилась. Анне даже подумалось, что Эльза откажет, пригласит Ханса к себе и попросит его немедленно вернуться домой. Но, вопреки этим страхам, сестра только глубоко вздохнула, прикрывая глаза, а после открыла и произнесла короткое, но такое радостное для Анны:       — Хорошо.

***

      Свадьба тоже прошла на ура. Марта с самого утра помогала принцессе. Низ юбки белоснежного платья был украшен серебряными кристаллами, около которых закручивались в крохотные спирали рассыпчатые бусины такого же цвета. Корсет, плавно перетекающий в юбку, по контуру был украшен серебряными нитями, которые, как казалось Анне, блестели на солнце. В центре корсета, такими же нитками, был вышит маленький кристалл, а по бокам его украшали четыре маленькие серебряные бусинки. Стоило Анне увидеть себя в платье, она тут же бросилась обнимать служанку, которая только и успела охнуть от неожиданности, и закружилась с Мартой, звонко хохоча.       Свадьба прошла просто идеально. Анна была так счастлива. А Эльза была рада за сестру. Весь день новоиспеченные муж и жена кружились в вальсе или о чём-то говорили, весело смеясь. Дни сменялись неделями. Принцесса и принц были просто счастливы в браке. Но не всё было так радушно…

***

      — Принцесса Анна! Принц Ханс! Откройте!       Стук за дверью раздался в вечернее время. Анна, лёжа на кровати и читала книгу, а Ханс стоял около окна. Громкий стук вперемешку с испуганным голосом заставил молодых людей одновременно повернуть головы в сторону двери.       — Ваше высочество! — повторили за дверью.       — Что там такое? — принцесса, не на шутку взволнованная таким визитом, отложила книгу в сторону и посмотрела на мужа. В глазах читалось непонимание. Собственно, как и в его.       Ханс быстрым шагом подошёл к двери, пока его жена слезала с кровати и надевала на плечи тонкую прозрачную шаль. Ханс отворил дверь и тут же столкнулся с потерянным видом прислуги, в глазах которого читался самый настоящий страх, будто он готовится пережить какое-то горе, но как пережить — совершенно не знал.       — Что случилось?       — Принц Ханс, королева Эльза…она…       — Что с моей сестрой? — Анна тут же метнулась к двери.       — Простите, принцесса, за поздний визит. Но Ваша сестра упала с лошади на сегодняшней прогулке, очень сильно.       — Ну да, но ей же стало лучше, разве нет? Лекарь осмотрела все ушибы и синяки, дала специальную мазь. Разве моя сестра сейчас не отдыхает? — на минуту ей показалось, что в глазах всё поплыло, а ладони стали мокрыми, стоило прислуге снова напомнить о том, что произошло сегодня днём с её старшей сестрой.       Конная прогулка закончилась трагедией, после которой у Эльзы болело всё тело. Ноги и руки были в синяках и ссадинах, на которые аккуратно наносили лечебную мазь. Ближе к вечеру Анна сама принесла в комнату обед. Горячий бульон. Хоть немного, но он придаст сил ослабшему телу.       — Всё так и было. По крайней мере, мы так думали. Но недавно ей стало хуже. Сильная головная боль, жар, ломит все кости. Она желает видеть Вас, — последние слова были произнесены тихо, почти шёпотом.       И тут Анну окутал самый настоящий страх. Она выбежала из комнаты.       Эльза лежала, укрытая одеялом. Вокруг неё метались служанки, а на самой постели, рядом с королевой, сидела лекарша и растирала руки и внутреннюю сторону шеи прохладной водой, а после наносила мазь. Рядом с кроватью на небольшой тумбе стоял таз с водой, которой время от времени обтирали руки, шею и лоб Эльзы. Светлые волосы были мокрые от пота и прилипали то к щекам, то к шее. Анна зашла в комнату и остановилась около дверей, с болью наблюдая за состоянием сестры. В груди кольнуло от осознания того, что Эльзе стало в разы хуже, а по спине прошёлся неприятный холодок, который никогда не предвещал ничего хорошего.       — Анна, — улыбнулась Эльза. Только улыбка получилась вымученная. И только сейчас Анна заметила, что лицо сестры стало бледнее.       Она подошла ближе.       — Тебе стало только хуже? — скорее утверждение, но прозвучало больше как вопрос. — Завтра станет обязательно лучше. Хочешь я посижу с тобой…       — Не надо, — тихий голос Эльзы не дал договорить. Королева протянула руку сестре. Анна с непониманием смотрела на Эльзу, а потом на протянутую руку.       Принцесса молча протянула свою ладонь и присела на край кровати.       — Не надо ничего, — повторила Эльза.       — Я не понимаю.       — Анна, — королева накрыла ладонь сестры второй рукой и слабо улыбнулась.       Холодные глаза цвета океана встретились со светло-голубыми, такими прекрасными и чистыми, но в которых читался страх       — Всё хорошо. Возможно судьба хотела, чтобы я ушла после того, как ты обретешь любовь.       — Что? Ох, Эльза, не смей так говорить, слышишь? Да у тебя лоб горячий! Поэтому ты такое говоришь. Давай сюда, — Анна взяла с тумбы тряпку, намочила в воде и аккуратными заботливыми движениями поднесла к горячему лбу.

***

      Эльза умерла сегодня ночью. Она словно чувствовала, что уйдёт навсегда. Анна просидела у кровати сестры до самой поздней ночи, дожидаясь пока жар спадëт, и пока Эльза не уснёт. До того, как уснуть и больше не проснуться, королева заверила сестру, что головная боль больше не беспокоит её. А на следующее утро служанка доложили Анне и Хансу ужасную новость. Что можно сказать о том, что чувствовала Анна? Да ничего. Весь её мир рухнул, она проплакала до обеда. До обеда же и просидела в комнате Эльзы. Неуверенный стук в дверь. Не дожидаясь ответа, а Анна вряд ли бы ответила, в комнату вошёл Ханс. Супругу он застал сидящей на кровати королевы и смотревшую перед собой.       — Анна.       Не ответила. Он и не ждал. Молча сел рядом и взял её за руку. Для всего Эренделла смерть королевы была неожиданностью, но для самой принцессы это было сильнейшим ударом.       — Эльза же раньше хорошо ездила на лошадях. Никогда не падала, что изменилось вчера? — она посмотрела на него красными от слёз глазами.       — Не знаю, дорогая, не знаю.       Хансу показалось, что Анна еле слышно горько усмехнулась.       — Иди сюда, — он приобнял её за плечо, не сильно надавливая, заставляя супругу положить свою голову ему на плечо. И она положила, шумно вздохнув.       Похороны. Траур. А через три недели коронация. Эренделл не мог вечно скорбеть и оставаться без королевы. После смерти Эльзы Анна занималась некоторыми вопросами государства, читала письма, в которых выражалось искреннее соболезнование. Где-то ей помогал Ханс. Но, как бы то не было, Анна по титулу своему остаётся кронпринцессой, пусть к ней и перешли обязанности сестры. А потому настал день коронации, но не только для Анны. Ханс тоже примерил новую роль. Роль короля.       Анна — новая королева Эренделла. Ханс — её супруг и король Эренделла.

***

      Беременность. Кто бы мог подумать. Королева Эренделла беременна и через девять месяцев на свет появится наследница или наследник. Ближе к ночи, в день когда Анна узнала о своей беременности, луна светила ярче. Такую луну Анна не видела давно. С того самого вечера, когда она просила о свадьбе с Хансом.       Как же Анна и Ханс были счастливы. Скоро они станут родителями. Их счастью не было предела, но и оно длилось недолго. Ближе к родам Анну всё больше терзал какой-то непонятный страх.       Первенец родился в ночь, когда на небе ярко светила луна. Она светила так, как не светила никогда раньше. Детский плач заполнил комнату, заставив Анну облегченно выдохнуть и устало улыбнуться.       На утро, когда королева с нежностью смотрела на сына и качала на руках, в комнату тихо вошёл Ханс. Новоиспеченный отец невольно улыбнулся и подошёл ближе к постели, обогнув её.       — Наш сын, — полушепотом сказала Анна, осторожно показывая мужу младенца, сопящего во сне.       Ханс посмотрел на спящего ребёнка, и ему тут же бросились в глаза, пока ещё коротенькие, белоснежные, как чистый снег, волосы и такую же белую кожу. Виду он не подал, но в душу стали постепенно закрадываться сомнения.       — Как мы его назовём? — король осторожно коснулся пальцами волос ребёнка, также осторожно провёл по ним. Анна посмотрела на сына.       — Джек, — произнесла она. — Его будут звать Джек.       — Джек. Чудесное имя.       Джек. Принц Эренделла. Сын Анны и Ханса. Ханс бегло прошёлся взглядом по волосам, белой коже и по спокойному спящему личику. Где-то внутри он чувствовал какое-то облегчение, счастье. Ханс готов был прогнать любые сомнения о том, почему цвет его кожи на несколько оттенков светлее. Джек. Принц Эренделла. Сын Анны и Ханса.       — Отдыхай, — король поцеловал жену и сына в лоб и вышел из комнаты.

***

      Сомнения с каждым разом становились всё сильнее и сильнее, стоило только Хансу вспомнить своего сына. Он хмурил брови, менялся в лице, сжимал ладони в кулаки. Прошло две недели. Ханс всё метался между сомнениями и любовью к жене. Он всё никак не мог поверить в то, что Анна способна на измену. Ведь они так любили друг друга! Правда же?..       Пусть его и терзали сомнения, но сына игнорировать не мог. Как только он видел Джека, то он с радостью брал ребёнка на руки. Может всё забыть и принять как есть? Принять тот факт, что его любимая Анна просто не могла предать их любовь. И Ханс готов был забыть, но не мог.       Анну он позвал вечером. Джек уже спал в своей колыбеле, когда служанка сообщила королеве о том, что король желает её видеть в одной из комнат. Анна очень удивилась этому. Натянула на плечи шёлковый халат и вышла из комнаты.       — Что-то случилось? Разве мы не могли поговорить в нашей спальне? — спросила королева, закрывая дверь. Супруг стоял около окна, к ней спиной. Руки сложены в замок за спиной. — Ханс?       — Скажи честно, только не смей врать. Джек мой сын? — мужчина развернулся лицом к жене.       — Что? — шокировано спросила Анна, не веря тому услышанному. Он на полном серьёзе или пошутить решил? Ей захотелось рассмеяться. — Ханс, что…       — Говори, — в голосе послышались стальные нотки, отчего Анне стало не по себе.       — Откуда у тебя вообще возникли такие мысли? — спросила она, опускаясь на диван.       — У него белая кожа. Такие же волосы. Поверь, две недели я пытался прогнать эти мысли и всё забыть. Принять тот факт, что Джек мой сын! — под конец голос сорвался на крик.       — Но он и так твой сын, — послышалось в ответ. — Белые волосы, да. Но ведь и у Эльзы были белые волосы. Он мог унаследовать этот цвет от неё. А кожа…       — Вот видишь, ты и сама не знаешь. Да, я верю, что цвет волос он получил от твоей сестры, но цвет кожи!..       — Ханс, ты себя то слышишь! — она вскочила с дивана. — Я не верю в то, что ты всерьёз обвиняешь меня в измене. Я бы никогда так не поступила.       — Мне бы очень хотелось в это верить, — он сокрушенно вздохнул, прикрывая глаза. Подошёл ближе и опустил свои руки на плечи жены, что смотрела на него твёрдым взглядом, а губы сомкнула в тонкую линию. Он мог ощутить её злость, ещё бы. — Не хочу, родная. Но и сомнения не желают покидать меня, понимаешь? Умоляю, скажи мне правду, я прощу тебе это, слышишь, прощу. Ведь полюбил Джека, как собственного сына.       Он неосознанно впился пальцами в женские хрупкие плечи, заставляя супругу скривиться и зашипеть.       — Он и так твой сын! — женские руки резко, со всей своей максимальной силой, подпитываемой злостью и обидой, скинули со своих плеч руки мужа. — Джек твой сын, как ты смеешь! Как смеешь усомниться в моей верности к тебе, я клятву давала!       Она не в силах сдерживать слёзы обиды.       — Я бы никогда.! Но может…может это ты просто ищешь повод развестись со мной! — слова сами вырвались. — Может разлюбил меня? Так и скажи, а то придумал какую-то историю про измену!       Ханс, и без того злой от этого разговора, был просто в гневе. Он очень старался, чтобы не сорваться. На Анне срываться не хотелось, но…       Его крик сопровождался ударом. Одним неосторожным ударом, который изменил многое. Он стал для Анны роковым. Удар об угол камина, и вот она уже лежит неподвижно на полу.

***

      Комната встретила его тишиной. Дрожащей рукой он дотронулся до лба маленького ребенка и смахнул несколько прядок. Лицо малыша выражало только спокойствие, отчего Ханс горько усмехнулся. А ведь Джек не знает, что произошло в дальней комнате между его родителями.       И никогда не узнает.       Луна светила ярко в эту ночь и наблюдала, как мужчина с ребёнком на руках, закутанного в тёплую шерсть, вышел из комнаты, тем самым навсегда закрывая дверь в счастливую жизнь, наполненную любовью и теплом.       Он направлял лошадь к лесу, и чем всё дальше, тем страшили его собственные мысли вперемешку с возрастающей обидой и злостью. На самого себя, на супругу или на ситуацию в целом? Как бы то не было, Ханс окончательно вбил себе мысль о том, что Джек не его ребёнок. Он так часто думал об этом, что пришлось поверить. Даже если бы он и оставил этого ребёнка во дворце, то. то просто бы не смог на него смотреть, зная, что лишил Джека матери. И пусть то, на что он решился ужасно, но по-другому он не мог.       Маленький ребёнок лежал в сугробе, посреди снега и леса, совсем один. И, когда он распахнул свои голубые глаза, к нему уже тянула руки женщина с рыжими волосами, лицо её украшала такая тёплая улыбка, какой согреваются любые сердца, а в глазах читались нежность с материнской любовью.       — Добро пожаловать домой, — произнесла женщина, целуя ребёнка в лоб и прикрывая глаза.       Джек. Принц Эренделла. Сын Анны и Ханса.Сын Луны.

***

      — А что было потом? — хлопнула глазами девочка.       — Потом? — немного не поняла женщина, дотрагиваясь свой рукой до светлой косы девочки.       — Ну да. Потом. Как лунный принц познакомился с прекрасной принцессой, у которой длинные волосы? — пояснила малышка, искреннее желая услышать продолжение истории.       Вообще бабушка умела рассказывать истории, которые ещё долго обсуждались между светловолосой и её старшей сестрой. И эта история была одна из таких. Девочке очень не хотелось, чтобы она подходила к концу.       — Ах продолжение, — улыбнулась женщина. — Прости, детка, но эту историю я расскажу в другой раз.       — Но почему? — спросила девочка с чёрными волосами, заплетенные в две косы. Младшей сестре пришлось повернуть голову, чтобы увидеть, как старшая немного насупилась и надула щёки.       — Потому что я рассказываю истории не пять минут, а намного дольше. И из-за этого время близится к тому, что вам уже надо спать, Арманда, — женщина легко щелкнула черноволосую по носу.       Селена, а так звали женщину, встала с булыжника.       — Пошлите, я отведу вас к родителям, — и, взяв девочек за руки, Селена отправилась к ледяному озеру, около которого она и намеревалась найти своего сына с его длинноволосой женой.       Так как всё-таки сын Луны познакомился со своей принцессой с длиной светлой косой? Это уже другая история.