77 Gunshots

К моменту, как ты закончила свой рассказ о мести, Майк уже позабыл о своем напитке и теперь руками держит голову в отчаянии в своей маленькой квартире. После того, как вы быстро избавились от тела и машины, он согласился отвезти тебя к себе, потому что ты не можешь говорить об этом в публичном месте. Никогда не знаешь, кто может услышать тебя. Майк переехал на новое место, с тех пор когда вы общались последний раз. Новая квартира находится рядом с главной дорогой, и она всегда наполнена шумом проезжающих мимо машин. Это настоящая мужская берлога, с пустыми бутылками от алкоголя, консервными банками и одеждой, раскиданной повсюду. Майк превосходный детектив, но совсем не чистоплотный человек. - Так что я буду работать на мафию, пока не убью каждого, кто в ответе за ту бойню, - заявляешь ты, стягивая с себя парик. Расстроенный вздох Майка не ускользнул от тебя. Он смотрит на свой стакан с пивом и делает большой глоток. - Ты совсем рехнулась, Ида, - начинает он свой выговор, - Это слишком опасно для такого хрупкого создания, как ты. Даже если считать, что они не узнают, что ты работаешь на них, чтобы прикончить всех, они убьют тебя уже за то, что ты женщина и дешевой уловкой посрамила их код чести! - Избавь меня от лекции, отец, - ты сухо отрезаешь и поднимаешься на ноги, - Я здесь не для того, чтобы просить твоего благословения. Если думаешь меня останавливать, то сразу сдай полиции. Ты знаешь, что Майк никогда этого не сделает. Твой папа учил его, как стать хорошим полицейским, и только по счастливой случайности его не было тогда в городе, когда началась “Операция зачистка” одиннадцать лет назад. С тех пор он не забывал про тебя, присылал открытки и подарки на Рождество и Дни Рождения, неохотно обучал тебя, как стрелять и водить машину лучше. Он даже ухаживал за тобой в последние годы, как будто он хотел сдержать обещание перед своим бывшим инструктором и позаботиться о его дочери. По крайней мере, ты решила, что так все и было. Тем не менее, ты аккуратно его отвергла и сказала, что не собираешься выходить замуж. Уже тогда ты знала, что посвятишь всю себя мести. - Ида, это не детские забавы. Тебя могут убить, - настаивает Майк, стиснув зубы. Ты начинаешь двигаться в сторону двери, но он нежно хватает тебя за руку, - Я не могу отпустить тебя, зная, чем ты занимаешься. Это слишком опасно. Мы сейчас же поедем за твоей тетей, и я отправлю вас в Лондон. - Ты мне не отец и не муж, Захариус. Я делаю, что хочу. - Это до боли очевидно, - бубнит он и встряхивает головой, - Подумай об отце. Что бы он чувствовал, зная, что его единственная выжившая дочь тратит свою жизнь на эгоистичную месть? - Если ты стараешься убедить меня отказаться от своей затеи, то у тебя плохо получается. Что у тебя хорошо получается, так это убедить меня впредь тебе ничего не рассказывать, - язвишь ему. Майк вздыхает и усиливает хватку на твоей руке. - Ида, я детектив. Я арестую тебя, если это удержит тебя от мафии. Твои глаза сверкнули, ты резко вытаскиваешь свой пистолет и направляешь на Майка. Он раскусил твой план, и уже навел на тебя свое оружие. Вы глядите друг на друга некоторое время. - Как ты вообще нашел меня на пирсе? - Я уже освободился от патруля и собирался домой, но кто-то остановил меня и передал, что был замечен автомобиль с водителем, который не может держать ровную линию. Подозревали, что водитель пьян и едет в сторону пляжа. Кокаиновые наркоманы иногда совершают свои делишки в этом месте, поэтому я решил поехать и проверить. Я совсем не ожидал встретить тебя там. Ты продолжаешь целиться ему в голову. Он вздыхает. - Я знаю, что ты отличный стрелок, но я все еще шустрее тебя. - Знаю. Но учитывая, что твоя задача попытаться сохранить мне жизнь, вряд ли ты выстрелишь мне в голову. Он нерешительно смотрит на тебя и убирает оружие. - Тут ты права, - соглашается он и отчаянно вздыхает. - Я знаю, что делаю. Просто не мешайся мне и если хочешь быть по настоящему полезным, сходи проведать тетю Хелен. Я оставила ее на попечение соседки, но она была бы рада небольшой компании. - Она все еще живет в той старой, ржавой квартире рядом с западным бульваром? - Тебе бы говорить о квартире, - говоришь ты с поднятой бровью, - Это место - дыра. - Не хватает женской руки, - с намеком улыбается Майк. Ты качаешь головой, но не можешь быть с ним слишком строга. Сдавшись, одариваешь его небольшой улыбкой. И, наконец, убираешь свой пистолет. - Просто не мешай мне. Твои парни не смогли принести справедливость моей семье, теперь пришло мое время. Майк пытается состроить строгую гримасу, но сдается и продолжает улыбаться. - Если ты переживешь эту бесчувственную резню, тогда ты, наконец, угомонишься и заживешь, как полагается леди? - Ты снова зовешь меня замуж? - небрежно спрашиваешь ты, отходя к двери. Квартира Майка недалеко от твоей мотеля. - Тебе разве хочется закончить жизнь старой девой? Я согласен заботиться о тебе, Ида, только позволь мне. Ты замерла. До этого момента ты никогда не задумывалась о замужестве. Но если каким-то чудом ты переживешь эту бойню, то что тогда? Ты собиралась отплыть обратно в Лондон и тихо жить там с тетей Хелен. - Я подумаю об этом, - ты, наконец, смягчилась. Майк выглядит счастливым, он так далеко еще не заходил в отношениях с тобой. Или вообще с какой-либо женщиной за его тридцать шесть лет жизни. Он безнадежен с женским полом, и, насколько тебе известно, ты единственная, к кому он подбивал клинья. - Ида, - Майк спешит к тебе и аккуратно обхватывает лицо ладонями, - Только…Пожалуйста, будь осторожна. Ты усмехаешься и надеваешь парик обратно. - Я справлюсь, Захариус. Как говорят, яблоко от яблоньки. Я никогда не промахиваюсь, - ты похлопала сумку, куда убрала пистолет, и вышла из его квартиры. - Еще увидимся. Ты знаешь мотель, где я остановилась. Только не приходи, если в этом нет сильной необходимости. Я взвою, если мой Капо узнает, что в месте, где я живу, шнуруют копы. - Я знаю, не тупой, - бормочет Майк, - Тогда..Навести меня, если будет возможность. Или пиши хотя бы. - Постараюсь, - улыбаешься ты. Его взгляд смягчается, и он проводит большим пальцем по твоей скуле, - Подумай над моим предложением, хорошо? - Хорошо. На этой ноте ты покинула его, размышляя над всем случившимся сегодня ночью. - По крайней мере, тебя не удивило появление Леви с утра, ожидающего тебя у своей машины. Ты вышла в своем привычном виде и выглядишь озадаченной подходя к нему. - С каких пор ты стал моим шофером? Леви выглядит так, будто его нервы уже напряжены до предела и вот-вот лопнут. - Захлопнись и садись в машину. Ты в растерянности пожимаешь плечами и делаешь, как тебе велели. - Надеюсь, в этот раз ты сначала расскажешь о своих подозрениях ко мне, прежде чем тыкать пистолетом в голову, - язвишь ты, когда Леви начинает вести машину. Ты не узнаешь местность вокруг, где вы сейчас едете. Вы на пути ни к кофейне, ни к поместью Моретти. Когда за окном дома стали появляться реже, и те наполовину развалившиеся, ты начала нервничать. - Ты снова везешь меня в лес? - ты стараешься звучать спокойно, но достаточно заинтересованно. - Нет. С облегчением выдыхаешь, надеясь, что новое место не принесет больше хлопот. Ты натягиваешь сдержанную, но усталую улыбку на лицо, когда Леви наконец-то останавливается у высокого, старого дома. Он тащит тебя через какое-то полуразвалившееся заброшенное офисное здание. Тебе известно, что в этой местности раньше процветал небольшой фондовый рынок, пока мафия не запустила в него свои грязные руки и прикрыло его, не давая больше местным бизнесам процветать. Естественно, мафия начала устанавливать свои правила, кто, где и сколько должен покупать, поэтому многие компании закрылись и уехали в другие города. Это выглядит как одно из таких зданий. Леви приводит тебя на крышу. Он толкает тебя к краю шестиэтажного здания. Ты смотришь вниз: скорее всего умрешь, если не приземлишься на что-то мягкое. - Миленькая операция у тебя вчера произошла, - заявляет тебе Леви и достает оружие, направляя его тебе в голову, - Выкинь свой пистолет. Ты вздыхаешь и делаешь, как тебе велено. Смотришь вниз смертельного падения и испытываешь прилив адреналина. Это возбуждает тебя почти так же сильно, насколько пугает. Ты чувствуешь присутствие Леви сзади себя, представляешь холодные, злые глаза, и, как в прошлый раз, тебя это распыляет. Может, это потому что именно Леви позволил тебе жить много лет назад, что теперь для тебя сочетание он и смертельная опасность так притягательно. Неожиданно, он уже прям за тобой. Ты слышишь, как он завел курок, он хватает тебя за волосы и грубо тянет голову назад. Ты начинаешь быстро дышать, как только почувствовала вибрацию его голоса на своем ухе. - Нечего сказать? - О чем ты говоришь? - хрипло спрашиваешь ты. - Партию алкоголя украли, и все, кто занимался его доставкой, мертвы, кроме Роба, который на данный момент исчез. Правда, никто не ожидает найти его живым. Он никогда бы убежал так с алкашкой, несмотря на твои попытки выставить его в таком свете. - Ты думаешь, я все это сделал? Убил троих обученных людей и избавился от машины? - Ты и те, на кого ты работаешь. Пора выводить тебя на чистую воду. С кем ты работаешь? Семья Рикки? Ты чуть не улыбнулась, вспомнив, что Роберт задал тебе тот же вопрос. - Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь. Если ты так уверен, что я стою за всем этим, то почему привез меня сюда, а не отвечать перед Доном? На это хватка Леви становится сильнее от болючей к карательной, и он прижимает ствол пистолета к твоему виску. - Не выебывайся тут, пацан. Я знаю, что ты стоишь за этим. Где груз? Видимо у тебя в штанах, судя по твоему голосу. Ты стараешься унять вихрь пошлых мыслей, проносящихся в твоей голове. - Я не знаю, о чем ты говоришь. С чего ты вообще решил, что это был я? Чем дольше ты об этом думаешь, тем сильнее убеждаешься, что у Леви нет никаких доказательств. Если бы были, он уже давно рассказал все Дону Моретти. Он просто пытается сломать тебя по давлением. Снова. - Я знаю, что это сделал ты, потому что ты фальшивка. Ты не восемнадцатилетний парень из Алабамы, зарабатывающий для своей мамы, ты червяк. Сорняк, который нужно скорее растоптать, чтобы он не разросся. И теперь, я или добьюсь от тебя правды, или скину с этого здания. - Метишь в постановочное самоубийство? Я думал, ты культурный человек, - поддразниваешь его. Если он все равно собирается тебя убить, ты хотя бы можешь поязвить немного, пока пытаешься придумать, как выбраться из этой заварушки. - Где ты был прошлой ночью? - рычит Леви. Ты прикусываешь губу, чтобы не застонать. - Почему бы тебе не узнать это у своей шестерки? Я уверен, он точно знает, во сколько я зашел в свой мотель. Леви молчит, он, конечно, уже спросил его и не получил никакого удовлетворяющего его ответа. Все, что он видел, как ты вечером зашла в мотель и вышла только утром. - Ты знал, что за тобой следят и ничего с этим не сделал? Почему? - спрашивает он. - Надеялся, что в тебе хватит совести остановиться после нескольких недель безрезультатной слежки. Получается, я был слишком высокого мнения о тебе. С разъяренным шипением, он дергает твою голову еще сильнее назад. Ты действуешь ему на нервы. И эта мысль невероятно сексуальна. - Значит, ты кому-то рассказал о поездке в Айову. Он уже почти рвет тебе волосы, и ты не можешь сдержать стона в горле. В мгновение, когда Леви понимает причину твоего стона, он резко отпускает тебя. Его пистолет все еще направлен тебе в голову, но он больше не касается тебя. - Ты мне противен, - говорит он, голос его враждебный и возмущенный, но нотка замешательства кроется за всем этим. - Тогда почему ты снова ставишь нас в такую ситуацию? Нужно было просто отвезти меня к Дону, - напоминаешь ему с ухмылкой. Ты смотришь вниз на пустой двор. Только машина Леви и большой контейнер мусора, накрытый старой тканью. Тебе не разобрать, что внутри. Может быть, сено, а, может, металлические трубы. - Тебе ничего из меня не вытянуть, Капо, - последний раз пытаешься объяснить Леви, - Я не имею к этому никакого отношения. - Тогда ты умрешь, веря в свою невиновность, - говорит Леви и замахивается ногой с безжалостным блеском в глазах. - Когда-нибудь слышал о судах над ведьмами? Они проверяли, если подозреваемые владели магией и кидали их в озеро в каменных ботинках. - Не умничай, малец. Это другое. - И как же? - Потому что я знаю, что это был ты. Ты слегка ухмыляешься, все еще не зная, что в той куче мусора. Только один способ узнать. - Как скажешь. Ты выиграл. До скорого. Прежде чем Леви успел толкнуть тебя, ты побежала и спрыгнула с крыши. Ты слышишь, как Леви кричит тебе что-то неразборчивое, и как только упала, ожидаешь выстрелов. Но они не последовали. Ты приземлилась на кучу мусора. Тебя окутывает что-то мягкое. Все еще безумно больно. Чувствуешь, как появляются синяки и гематомы на теле, и только благодаря большому количеству подушек под тобой, ты сейчас вообще жива. Ты снова обманула смерть. Или прошлые биржевые трейдеры любили прикорнуть после обеда, или эти подушки из ближайшего закрывшегося отеля. От них исходит очень затхлый запах. Ты не долго там размышляла, когда грубая рука схватила твою. Все еще немного дезориентированная после падения ты спотыкаешься, пока тебя ведут обратно в здание. Как только ты снова оказываешься в большом коридоре с прогнившими деревянными стенами, заставленным наполовину съеденной молью мебелью, тебя прижимают к стене. Пистолет Леви снова у твоей головы, а его глаза темные и буйные. - На какой хер ты это сделал? - Сделал что? - ты вызывающе улыбаешься ему. - Спрыгнул с гребенного здания. Ты знал, что приземлишься на что-то мягкое? - Нет. - Тогда нахрена ты это сделал? - Извини, но мне показалось, что ты говорил, что все равно собираешься скинуть меня с крыши. Я сделал то, что ты хотел, - подмечаешь ты с приподнятой бровью. Леви сильно стиснул зубы, и на секунду тебе показалось, что он сейчас спустит курок. - Ты самый безрассудный, безумный сукин сын, которого я встречал, - с ненавистью выплевывает он. Прежде чем ты успела придумать ответ, он схватил тебя за шею и притянул к себе. Удивленный визг вылетел из твоего рта, когда Леви убрал оружие, обхватил твою голову руками, вжал собой в гниющую стену, и его рот впился в твой. Адреналин все еще бушует в твоем теле. Осознание, что снова единственная вещь, которая спасла тебя - это огромное количество чистой удачи, невероятно заводит тебя. Ты наклоняешь свою голову, выпускаешь из горла стон и запускаешь руку в его волосы. Расслабляешься, прислонившись к стене и позволяешь ему вжать себя в нее. Одна его рука тянется к твоим волосам, а вторая хватает тебя за талию и плотно прижимает к нему. Его рот горячий и полон желания. То, как он впивается зубами в твою нижнюю губу, то, как его язык орудует у тебя во рту, мешая вдохнуть, то, как ты ощущаешь на своих губах горячий воздух, который он выдыхает каждый раз, когда отстраняется лишь на мгновение, чтобы сделать новый вдох и снова прижать тебя к стене и целовать. - Капо, - выдыхаешь ты, но он не отвечает. Вернув себе хоть немного вменяемости, ты стараешься положить руки ему на грудь и придержать коней. Хотя бы, чтобы узнать, почему он это делает. Он тут же хватает твои руки и удерживает их над твоей головой. Ты стонешь в распутной манере, чувствуешь возбуждение у себя в трусах - влажность распространяется все больше с каждым твоим движением ног. Его свободная рука хватается за твое горло, и с дополнительным давлением на твою глотку возрастает дрожь возбуждения. Ты готова раствориться в нем, целоваться, пока губы не опухнут и покраснеют, и ощущать его руки, крепко держащие тебя на месте, пока он не решит, что наигрался с тобой. Леви неожиданно отстраняется от тебя. Твои приоткрытые глаза встретились с его твердым и настойчивым взглядом. Он очевидно заведен, его дыхание сбито, и какой-то огонек одинаково пугающий и волнующий мелькает в его глазах, когда он смотрит на тебя. И тут, без слов, он берет тебя за плечо, разворачивает и впечатывает грудью в стену. Ты слышишь, как дерево угрожающие заскрипело, и на секунду ты забеспокоилась о том, что тут все к чертям развалится. Потом, однако, ты начинаешь переживать о чем-то намного хуже. Ты чувствуешь горячее дыхание Леви на своей шее, его грубые руки хватают твои бедра и тянут к себе, так, что твоя задница теперь тянется вверх. Ты чувствуешь, как что-то твердое прижимается к твоему заду, и понимаешь, что это его стояк. Он сейчас тебя трахнет. И он не просто тебя трахнет в это жалком, плесневом оправдании здании, но и еще он трахнет тебя, предполагая, что ты парень. Стоит ему только стянуть с тебя трусы, и правда выйдет наружу. И как бы заманчива не была мысль о том, что Леви узнает, что ты женщина, и он может наказать тебя, вбивая всю свою длину внутрь тебя, пока твой голос не надломится в криках, прости, ты не можешь этого допустить. - Подожди, - на выдохе говоришь ты. Твоя рука накрывает его руку, когда он тянется к пряжке твоего ремня. Он замер, но лишь не надолго. - Что? - спрашивает он, нетерпеливым и возбужденным голосом. Он кусает кожу на твоей шее прямо под линией волос, ты не можешь сдержать глубокий стон, который помогает тебе осознать. - Подожди. Позволь мне. Ты разворачиваешься и многозначительно смотришь на него. Он отвечает тебе нечитаемым выражением, пока ты медленно опускаешься на колени перед ним. - Я могу…- ты пытаешься прогнать смущение. Несмотря на твою игру сильной девчонки, ты никогда не делала ничего подобного. Ты до этого даже не целовалась толком. - То есть…Могу я? Леви не спускает с тебя глаз, следит, как ты облизываешь свои губы, наслаждаясь зрелищем. Он заставит тебя сделать только это или все-таки выебет тебя после? Наконец, он запускает руку в твои волосы и придвигает к себе. Твой нос упирается в бугорок в его штанах, и ты громко сглатываешь. - Потрись. Ты смотришь вверх, и неуверенность в твоих глазах только возбуждает его больше. Он стонет, хватка в волосах становится больнее, и он прижимает тебя сильнее к себе. Послушно и мокрее, чем ты хотела бы признаться, ты трешься и накрываешь ртом его эрекцию через плотную ткань его наглаженных брюк. Краем глаза ты видишь его пистолет в кобуре, в любой момент готовый выстрелить, и это заводит тебя еще больше. Леви одной рукой держит тебя на месте, пока другой расстегивает свои штаны. У тебя слегка пересохло во рту, когда его член появился наружу и в полной красе перед тобой. Ты никогда раньше не видела мужской половой орган, и вот он прямо перед тобой. Твердый, напряженный и принадлежащий человеку, который минуты назад собирался тебя убить. Ты не сдержалась и тихо заскулила. - Посмотри на меня. Ты поднимаешь свои глаза вверх. Его взгляд еще темнее, чем обычно. Доминирующее выражение пускает дрожь по твоей спине. - Не жди, что я отплачу тем же. Я твой Капо, ты живешь, чтобы служить мне. Понятно? - Да, - тут же отвечаешь ты. Тебя это заводит. И так же решает проблему, что у тебя нет члена, чтобы дать ему пососать. - Смотри на меня и открой рот. Высунь язык. Ты делаешь, как тебе говорят. Широко раскрытыми глазами смотришь на Леви, когда он кладет головку члена тебе на язык. Очевидно, он знает, что ему нравится. Наверняка, ты не первая, кто стоит перед ним на коленях. Неожиданно у тебя в голове всплывает момент, когда дочь Дона махала ему на улице. Сомневаешься, что он так груб с другими девушками в постеле. Он думает, что ты парень. Он думает, что ты тот, кого можно выкинуть за ненадобностью. И он не ошибается. Тебе надоело, что только он всем управляет, ты широко открываешь рот и наклоняешься вперед, впуская в себя столько, сколько поместится. Ты чувствуешь как он уперся в стенку твоего горла, и немного кашляешь. - Если ты только коснешься зубами, я выбью из тебя все дерьмо, - угрожает Леви низким, глубоким голосом. Моментально ты стонешь и начинаешь с энтузиазмом двигать головой. У тебя нет опыта, и ты не совсем понимаешь, что нужно делать, но здравый смысл подсказывает, что пока каждый миллиметр его члена у тебя во рту, то он будет счастлив. Леви направляет твою голову, сжимает волосы сильнее, если хочет, чтобы ты заглотила глубже, и отпускает, если хочет медленно и мокро. Ты не отводишь от него взгляда, меняя выражение с широко открытого и невинного, на темное и шлюховатое. Твои эмоции меняется, пока он трахает твой рот, и ты позволяешь ему. Когда он, наконец, решает закончить это, он держит тебя неподвижно за волосы, пока толкающими движениями бедер бьется головкой об стенку твоего горла, ты не пытаешься его оттолкнуть. Вместо этого, берешься за основание его эрекции и массируешь в такт, твой рот широко открыт, пока он использует тебя. Хуже всего то, что чем жестче он с тобой, тем мокрее ты становишься. Ты стонешь и скулишь, и снова представляешь, как это ощущалось бы, если бы он поставил тебя на ноги, прижал бы к стене и оттрахал твой зад. Ты видишь это в его глазах; его это искушает. Это очевидно по тому, как он толкается в твой рот, лишь слегка расстроенный, когда кончик твоего языка скользит по головке, что это все равно не заменит настоящий секс. Тем не менее, он трахает тебя жестко, в самую глубь глотки, заставляет служить ему своим ртом, пока он, наконец, не кончает с низким стоном, его рука сжимает твои волосы в кулак невероятно сильно. Он отстраняется, тяжело дыша, задумчивый взгляд на тебе, ты думаешь, что делать. И вот, ты все еще смотришь ему в глаза, сглатываешь и открываешь рот, чтобы показать, что ничего не осталось. Леви выглядит потрясенным и сбитым с толку. Видимо, впервые кто-то сглатывает, вместо того, чтобы сплюнуть семя. - Ты выглядишь, как будто привык это делать, - подмечает он. - Не правда, - отрицаешь ты, - Я никогда раньше.. Ты краснеешь, твои бесстыжие действия только сейчас начинают давить на тебя. Твой отец сейчас крутится в гробу. - У меня тоже никогда не было этого с мужчиной. И если ты хоть кому-нибудь об этом проболтаешься, я отрежу тебе язык. - Кому мне рассказать? Это одинаково незаконно для нас обоих, - подмечаешь ты и встаешь на ноги. Леви застегивает свои штаны и поворачивается к двери. - Тогда поехали. - Куда? - В Айову. На следующей неделе у жены Дона вечеринка по случаю дня рождения, и у нас даже близко не достаточно алкоголя. Плюс, нам нужно пополнить запасы в кофейне. Ты едешь со мной. Ты замираешь на секунду. - Ты с самого начала планировал взять меня с собой за алкашкой? - А что такого? - спрашивает Леви, останавливаясь перед машиной, и бросает на тебя нетерпеливый взгляд. - Значит, ты не собирался скидывать меня с крыши? - Садись в машину, парень, - ворча, приказывает Леви.