Стокгольмский синдром

Что делать, если тебя связали по ногам и рукам, а во рту какая-то тряпка с мерзким привкусом? Она явно не чистая. Ею что, полы мыли? Это же просто ужасно! Он, может, не царских кровей, но и не был отбросом, с которым можно было бы так обходиться. Обычный парень, вот-вот готовый окончить старшую школу и поступить в приличное заведение. Как он тут вообще оказался? В памяти всё было расплывчато. Любая мысль, за которую он смог ухватиться, тут же искажалась и расплывалась кругами. Зато он точно знал где находится. Это напоминало подвал, но не очень больших размеров. Вокруг как будто развернулась мастерская, как у многих мужчин в гараже. Прямо напротив в самом конце лежали коробки, скорее всего, с ненужными вещами. По одну сторону стоял стол, забитый различными инструментами, а под ним лежали коробки еще с чем-то. Он мог разглядеть пилу, молоток, верёвки, топор, лопату и много других более навороченных приспособлений. По другую сторону стоял какой-то сундук, закрытый на замок. Там вполне мог бы поместиться человек, даже среднего роста. На крышке сундука лежала бита. Похоже, именно ей его и вырубили, поскольку голова сильно болела, готовая расколоться на две части. Был еще один момент, который он предпочел бы не видеть.. Он был прикован не к стене. От потолка тянулись две цепи с металлическими браслетами, за которые и был закреплен парень. Его оставили стоять на коленях и длина цепи могла позволить только встать, либо же остаться стоять на коленях. Когда он только осматривался, то повернул голову, и увиденное повергло его в ужас.. Сзади лежали трупы. Один из них был подвешен в петлю, Какой-то мужчина средних лет. Слева от него лежала обнаженная девушка в луже крови. Ей вспороли живот, проломили грудную клетку и достали органы из тела. Её сердце и кишки лежали рядом. Это была именно та картина, от которой тянуло блевать, но Му Цин смог устоять. Хотя видеть что-то на картинке и в живую разные вещи, но он особо ничего и не испытывал к трупу. Жизнь как начинается, так и заканчивается. Надо смотреть на труп не как на человека, который жил когда-то, а как на обычную вещь. Человек, мечтавший стать врачом, усвоил этот урок на первых же своих похоронах. Пока все плакали из-за смерти какого-то дальнего родственника, которого Му Цин даже не знал, парень решил выяснить причину смерти, а потом осмотреть труп внимательнее. Он ничего не чувствовал к этой оболочке, и ему хотелось понять, почему же другие люди так страдают. Их любимый человек жив, пока они будут помнить о нём. Его душа не умерла, а продолжила жить и наблюдать за другими, так почему они все плачут? Тогда он так и не понял. Возвращаясь к трупам, он не нашел между ними и собой какой-либо связи. Либо она не внешняя, либо преступник выбирал их совершенно случайно. Похоже он был садистом, которому нравилось наблюдать за мучениями людей и животных. Случайно увидел чей-то пушистый хвост, который лежал в другой стороне от девушки. В сознании он находился уже несколько часов, и ему оставалось только ждать, когда же преступник покажет себя. Он точно зайдёт проверить свою жертву, вопрос в том, когда именно. По меркам Му Цина прошло примерно 2 часа, прежде чем крышка подвала открылась и в него стал спускаться человек. Ему стало страшно за себя, несколько секунд назад он был более уверенным в себе, но сейчас это всё испарилось. Он зажмурил глаза, не решаясь посмотреть на вошедшего. Похититель подошел вплотную и грубо взял парня за подбородок, усмехаясь. –Может посмотришь? Будешь знать, с кем имеешь дело. Му Цин осторожно приоткрыл один глаз, встретившись с невероятно красивым юношей. Он и не ожидал, что он будет настолько красив, однако взгляд был холодным и прожигающим, будто тот хотел спалить жалкого Му Цина. Он осторожно открыл и второй глаз, полноценно осматривая идеальную внешность своего похитителя. Густые волосы, цвета вороного крыла, челка прикрывала один глаз, а кое-где были вплетены в волосы серебряные кольца. Одет он был в красную, идеально поглаженную рубашку и черные брюки, что придавало ему строгости и серьезности. Он выглядел как босс какой-то крутой богатой кампании, да от него даже пахло так, будто он использует дорогие брендовые духи! Зачем такому человеку похищать кого-то вроде Му Цина? Он его впервые видит! А может, это глава какой-то опасной банды? Помимо богатства от него веяло холодом, заставляя дрожать и со страхом смотреть вперёд, не смея отводить глаза. Взгляд его был холоднее Антарктиды, а усмешка на его губах нагоняла жуть. –Ты весь дрожишь. Му Цин только сейчас понял, что превратился в дрожащий осиновый лист. Ему было ужасно страшно за себя, но еще больше за то, что он больше не сможет увидеть свою мать. –Какие люди бывают забавные. Мужчина опустился на корточки перед свой жертвой и приблизился к лицу, в опасной близости находясь рядом. Было и неловко, и страшно.. –У меня хорошее настроение, сегодня я дам тебе выбор - какой конечности ты хочешь лишиться первой? Руки, ноги? Может, сразу головы? Му Цин не ответил, зажмурив глаза, и спустя несколько секунд ощущая сжавшуюся ладонь на своей шее. Преступник не стал медлить, видимо, его хорошее настроение закончилось, и повторять он не собирался. Первым стал удар в живот. Насколько сильный, что парень успел подумать, что сейчас задохнётся. Перед глазами чуть ли не круги поплыли, но его отрезвил следующий удар - куда-то в район бедра. Удар с ноги был не менее слабым, Му Цин взвыл, и слёзы градом полились из его глаз. Он попросил остановиться, но его будто и не слышали вовсе. Вставая, мучитель двинулся в сторону стола и взял оттуда что-то тяжёлое, вновь возвращаясь. Удар снова пришёлся в ногу, проломив кость и заставив парня закричать так, что тот просто сорвал голос. Его мучитель.. Он стал раздевать Му Цина, оставив только штаны, полность оголяя верх. Этот садист смеялся, вновь уходя и возвращаясь. Он почувствовал что-то холодное на груди и через пелену слез смог разглядеть лезвие с рукояткой. Вот блядство.. Такой маленький, легкий предмет был смертносным оружием. Именно им стали резать Му Цина, срезая откуда-то небольшие кусочки кожи. Кое-где вырисовывались узоры такой глубины, что можно было даже разглядеть внутри то ли кости, то ли мышцы. Похититель снова встал и ушел, возвращаясь с винным бокалом и делая новую глубокую рану на теле парня, подставляя туда бокал. Не в силах больше выносить боль и оставаться в сознании, Му Цин отключился, уже понимая - он мертвец. Было удивительно вновь открыть глаза, при этом попытка приподняться отозвалась болью во всем теле. Он все еще лежал в подвале, но на этот раз не в кандалах. Более того, ему даже постелили под низ какой-то плед и положили подушку. Пусть все еще было жестко, стало хоть чуточку теплее. С большими усилиями он осмотрел себя: все его раны были перевязаны, на ноге было что-то наподобие гипса, но из более жестких и неприятных материалов. А рядом с импровизированной лежанкой даже нашлась открытая консерва.. Ему ужасно хотелось есть, такого истощения его тело не испытывало давно. Он побоялся потревожить раны и пытаться встать не решился, обдумывая план побега. В таком состоянии сбежать будет сложнее, если вообще возможно. Встать без поддержки он явно не сможет, остаётся только жить в ожидании чуда. Мама.. Его мама, как она там? Наверное, она плакала в первый же день, как не дождалась сына и дозвониться не смогла. Его мать была прекрасной женщиной, поднялась и вырастила сына в одиночку. С детства она очень беспокоилась за него и опекала гораздо больше положенного, но зато у него сложилась крепкая связь со своей матерью. Она всегда вкусно готовила и научила своего сына этому. Она любила цветы, дома была целая куча горшков с домашними цветами. Именно она была лучшим другом, который всегда будет на его стороне и выслушает, хотя было и такое, что могла надавать по шапке. Сейчас, когда она потеряла своего любимого сына, который был для нее всем, как она? Женщина уже не молодая, были некоторые проблемы со здоровьем, а сейчас у нее такой стресс.. Ему нужно выбираться, чтобы еще хоть раз увидеть маму. Сейчас у него не получится сбежать, но вполне можно втереться в доверие к этому маньяку и одурачить его. Нужно просто сделать так, чтобы его не убили, как и тех людей.. Трупы пропали. Только сейчас Му Цин это заметил. Пропали даже органы, петля, следы крови и кошачий хвост. Видимо, все это преступник уже успел куда-то унести. Он очень надеялся, что этого поддонка поймали, но вскоре тот вернулся с подносом в руках. Там были вкусно пахнущие кексы, от которых так и текли слюнки. Му Цин с надеждой посмотрел на преступника, а тот довольно улыбнулся при виде взгляда парня и присел рядом. –Хочешь попробовать? Му Цин неуверенно промычал, но был безумно рад, когда ему помогли поесть. –С чем они? Это..? –Мясо. Это свинина, ешь. Он больше не задавал вопросов, боясь вставить лишнее слово. Судя по довольному лицу, у мучителя было хорошее настроение, но донимать его вопросами все еще не стоило. Он уже не первый раз ест мясо, и именно это было слишком мясистое для свинины, но все еще похожее на вкус. –Тебе нужно восстановиться, на тебя у меня свои планы. Если будешь вести себя хорошо и не злить меня - проживешь дольше. Он встал и снова ушел, оставляя Му Цина одного. Видимо, у него будет достаточно времени, чтобы втереться в доверие и найти способ сбежать. Остается только подлечиться, а сейчас ему и правда стоит набираться сил. Примерно неделю его мучитель приходил два раза в день и наблюдал за состоянием своей жертвы. Скормил ему свои кексы, потом стал кормить котлетами и мясными рулетами. Было довольно вкусно, этот парень явно неплохо готовил. Его даже удалось разговорить, правда это была не личная тема. Он просто рассказывал, какие блюда любит есть, а какие просто ненавидит. Парень и сам поделился предпочтениями, не забывая похвалить готовку мучителя. Самое приятное - он смог выяснить имя своего похитителя. Оказывается, имя было очень красивое и он как будто бы где-то уже слышал его. –Стой, Хуа Чен! Парень, уже собиравшийся уходить, вновь взглянул на свою жертву с вопросом во взгляде. –Я.. Не оставляй меня здесь, я боюсь темноты и тут довольно холодно. Хуа Чен улыбнулся как-то по-доброму и вновь подошел к нему. Наконец-то он не будет томиться в этом подвале и хоть на небольшой шаг приблизится к побегу.