Кружево

— Чувствую себя старшеклассницей, которую из школы забирает ее богатый папа, — Доченька, не хлопай так дверьми, твоему папе нелегко достался этот Porsche,

***

Недавно Дэн получил сообщение, и даже не глядя на имя отправителя, смог догадаться, кто его написал:

≪Привет. Встретимся в ресторане ХХ, 14 числа? Буду ждать тебя рядом со сквером, сразу поймешь, что это я.≫

Незамедлительно согласился и весь последующий день размышлял, что за сюрприз его ожидает в этот день. Полностью погруженный в раздумья, он почистил свой костюм, выгладил рубашку и даже нашел свой любимый бордовый галстук, делающий владельца похожим на президента; дорогие туфли привел в божеский вид, купил новую пару носков и, наконец, побрился. Коллеги давно советовали сбрить эту ≪редкую щетинку≫, с чем Горский не считался. Вечером назначенного дня Дэн совершил преображение в человека, и еще раз сверившись с чатом, направился на место встречи, преисполненный уверенностью и нетерпением. Из высокого хвоста, что стал его любимой прической, все время выбивалась единая кудряшка. Уложить ее не получилось уже в сотый, если не тысячный раз, и мужчина просто забил на это. Все же он идет не на деловую встречу, а просто хорошо покушать в ресторане. Пока что на сквере он не увидел ничего из ряда вон выходящего, лишь обычные люди, деревья и дорогое авто… ≪Я знал, что его хвастовство никому не переплюнуть, но чтоб на обычную улицу с хрущевскими домами приехать на панамере… Мужик явно не в носу ковыряет≫ — подумал Даниэль и открыл лакированную дверь. — Чувствую себя старшеклассницей, которую из школы забирает ее богатый папа, — с ухмылкой произносит Даниэль, садится на переднее и хлопком закрывает дверь, — Доченька, не хлопай так дверьми, твоему папе нелегко достался этот Porsche, — Макс лишь чуть поднял брови, — Ты на понтах, как обычно. А костюм какой дорогой, а ботинки как налачил… Давно мы с тобой так богато не выглядели, Максимка, — не спуская глаз, говорил брюнет, — Не Максимка, а Максим Александрович, Макс и правда выглядел как с обложки глянцевого журнала. Весь его образ так и кричал о том, что он загребает деньги лопатой в кузов огромного самосвала, даже не все помещается. Одежда, прическа, автомобиль, выражение лица, спрятанное за солнечными очками, явно стоящими не меньше нескольких тысяч. Даниэль еле поднимает челюсть и говорит, — Как скажете, господин Комиссаров. Трогайте вашу золотую карету, В глубине души Дэн завидовал и ему, и самому себе. Как Макс может выглядеть так восхитительно в любой момент, получать кучу комплиментов и влюблять в себя всё и вся и одновременно выбрать такого заморыша, как Даниэля? На фоне своего бойфренда он терялся и выглядел как его младший брат, или скорее сын. Но это не мешало ему радоваться и мысленно наслаждаться тем, что он встречается с таким красавчиком. Вдруг машина остановилась, — Выходи, приехали, Дэн не ослушался приказа и покинул транспорт. Перед ним предстал ресторан, принадлежащий отелю. Название было на немецком, поэтому тот не смог прочитать его, но мысленно отдал парню уважение. — А ты, как я посмотрю, фанат всего немецкого? — Schade, dass du kein Deutscher bist, meine Liebe, — произнес Максим на четком немецком и поспешил войти, — Проходи, я забронировал нам столик, ≪Я ни слова не понял, но какой же он ахуенный, еще и немецкий знает…≫ — думал Даниэль. Он проходит в отворенную для него дверь и его взглядом снова завладело нечто извне. Красивейшее оформление зала, одновременно нагруженное, но выглядящее до слез шикарно. Темно-бордовые шторы, огромные картины на стенах и мебель, будто из викторианской эпохи произвели сильное впечатление на Дэна. — Тут, наверное, все очень дорого… Ты кем работаешь, чтоб ходить в такие рестораны? — ошарашенно произнес Горский, — Секрет. А если без шуток, то обычным гинекологом в частной клинике, ≪Гинекологом… На чужие пезды он смотрит≫ — Даниэль закатил глаза, но ничего не ответил. Максим провел его к столику, где посередине стояла ваза из темного стекла с букетом красных роз. Свежесрезанные цветы почти пробили в Даниэле скупую слезу, — Розы, какой милый знак внимания. Я не стереотипная девушка, но тоже их люблю, — Дэн лучезарно улыбнулся, — Не стоило, ты ведь уже привел меня в ресторан, — Это не последний подарок на сегодня. Последний — у меня дома. Не решился брать его с собой в официальное место, — Максим сложил руки домиком и выглядел сосредоточенно, — Не последний? По какому такому случаю ты меня катаешь на своей машине, приводишь в рестик, даришь цветы и заманиваешь к себе домой подарком? — Ты что, забыл? У нас же сегодня годовщина. 14 октября — у меня этот день даже красным фломастером в календаре обведен, — Я думал, ты не помнишь, — подбородок задёргался, а брови изогнулись. Вдруг Дэн резко поднял руку и крикнул, — Официант! Работник незамедлительно подошёл. — Здравствуйте, могу предложить вам меню?.. Извините, у вас все хорошо? — Да, просто момент трогательный… Мне салат ≪Цезарь≫… — его глаза наполнились слезами, — Мне тоже. И принесите нам бутылочку хорошего вина, — Хорошо, в скором времени будет готово, Официант удалился, проводив брюнета сочувствующим взглядом. — Ты что, плачешь? Я прогадал с датой? — на каменном лице Максима проявилась хоть какая-то эмоция, — Нет, нет, угадал… Просто… Это очень… Душещипательно… — на стол капнула пара слезинок, — Ты так хорошо меня поздравил… — Не плачь, пожалуйста. Я не могу на это смотреть, даже если это слезы радости, — Прости, прости. Больше не повторится, — Дэн вытер мокрые глаза ладонью и отвел взгляд в сторону, За соседними столиками сидели разодетые парочки: мужчины в строгих костюмах вели беседы с дамами в облегающих платьях. Обществу, посещающему этот ресторан, не казалось это чем-то удивительным, словно они каждый день приходят ужинать сюда, отваливая огромные бабки. — Мне даже как-то неловко. Все выглядят так роскошно и ведут себя так чопорно, — в полголоса произнес брюнет, — Не делай вид, что ты далек от этой культуры. Забыл, что твоя мать в министерстве работает и присылает тебе не меньше сотни каждый месяц? — Максим снял солнцезащитные очки и за одну дужку повесил их на нагрудный карман, — Я и не делаю. У меня просто экономия в крови, не могу позволить себе ходить по таким заведениям из удовольствия, — Зато я могу позволить, поэтому и привел тебя, — Ценю, спасибо. Словами не раскидывайся, а то я ведь обнаглею, — Дэн подмигивает ему, — Ради тебя никаких денег не жалко. Можешь наглеть, насколько фантазии хватит, — Ваш салат и вино, прошу, — официант незаметно появился у столика и аккуратно оставив его, ушел, разлив вино по бокалам, Приборы, принесенные официантом, блестели хлеще самого отполированного алмаза. Макс, не увидев ничего необычного, просто принялся за салат, разбирая его по кусочкам. ≪Такие маленькие порции… Тут на зубок, если не на половину≫ — подумал Даниэль. Через пару минут на столе стояли две пустые тарелки. — Будешь что-то еще? — Комиссаров рассматривал тонкий стеклянный бокал, который вот-вот бы разбился, сжав он его покрепче, — Нет, я наелся, — Как скажешь. Ну, чокнемся за наше благополучие, Бокалы звонко ударились друг о друга. Сделав глоток, Даниэль сморщился. — Что-то не так? Невкусно? — спросил Макс и также сделал глоток. Его лицо никак не изменилось, — Слишком горькое, как из резины. Мне такое не очень по душе, — он поставил бокал обратно, — Ты прав. Не самое лучшее, что я пробовал. Ничего страшного, у меня дома есть бутылка получше. Хочешь еще посидеть, или мы можем ехать? — Не вижу смысла просиживать тут стулья, если мы ничего не заказываем. Поехали за подарком, ≪Блин, а у меня даже подарка в ответ нету…≫ — думал Горский. Оказавшись в машине, он пристегивается и бросает на Макса жалостливый взгляд. — Может быть, без подарка? Я тебе ничего не подарил, — И что? Я это делаю безвозмездно, — Как знаешь. Спасибо тебе, В автомобиле играла непринужденная и спокойная музыка, совсем не под стать старому Максу. В зеркале отражался букет, лежащий на заднем сидении. — Сколько ты отдал за розы? — Неприлично называть цену подарка, — ответил Максим, не поворачивая головы, — Я из чистого любопытства. Мне так интересно, что ты мне приготовил, — Тебе понравится, ≪Из него ничего не вытянешь≫ — Дэн скорчил рожу и отвернулся. За окном мелькали цветные вывески, улицы, магазины и приятно убаюкивали уже уставшего Даниэля. Ненароком закрыв глаза, он чуть задремал. — Не спи, — Комиссаров легко потрогал его за плечо, — Не сплю. А что, уже приехали? Даниэль вышел из автомобиля, и мысленно попрощавшись с ним, направился за Максом. Все тот же двор, та же лавка у подъезда, тот же лестничный пролет. Максим отпирает дверь тем же ключом, что он когда-то уронил с балкона в сугроб и нашел только по весне. Дэн заходит в дом, разувается и проходит чуть дальше. Ностальгические чувства накрыли его с головой. — Я почему-то думал, что ты переехал, — с легкой улыбкой сказал брюнет, — Я хотел. Уже нашел квартиру, подготовил нужную сумму, почти отдал ее, но меня что-то остановило. Понял, что не смогу бросить дом, в котором родился и встал на ноги, — Комиссаров присел на диван и подозвал парня сесть рядом, — Мне тоже что-то помешало продать старую квартиру. Сказал матери, что нашлись желающие купить, она меня чуть не съела, говорит ≪не смей эту квартиру продавать≫. Я и остался там, она стала чаще приезжать. Сама-то в центре живет, а эту брежневку бережет, как будто медом намазано, — Насчет подарка, — Макс куда-то подскочил, а через минуту уже внес в комнату небольшую плоскую коробку, красиво запакованную в подарочную бумагу и ленту, — Открывай, Даниэль потер рукой о руку, потянул за бантик и порвал бумагу. На коробке была надпись очень тонким курсивом, которую разобрать в потемках было сложновато. Даня пропустил эту часть и поддел крышку коробки. Сначала его лицо, полное энтузиазма, сменилось задумчивостью, а потом эмоцией шока. — Это… Это что? — запинаясь, спросил Даниэль, — Как что? Подарок, само собой, — Макс говорил так, будто в коробке не лежало ничего экстраординарного, В подарочной коробке, средь шелестящей мишуры и бархатной подстилки, лежал комплект кружевного белья ало-бордового цвета, почти как цвет лица Дэна. Сначала брюнет достал бюстгальтер: тонкие лямки переходили в сам лиф без чашек. Его обрамляли шикарные цветочные мотивы. Следующим элементом он достал пояс, стропы которого, по всей видимости, должны были держать чулки. Затем на его руках оказались кружевные трусы, которые не прикрыли бы ему абсолютно ничего. И последним, что он нашел, были чулки, верх которых состоял из ткани и зацепки для пояса. Дэну казалось, что его голова уже дымится. ≪Вот вроде взрослый дядька, подарил бы кофемолку или набор носков… Честное слово, как я с ним еще не расстался? ≫ — думал про себя Горский. — Ты щас серьезно? Коробки не перепутал? — Дэн изогнул брови в непонимании. — Абсолютно серьезно. Помнишь, ты мне как-то прислал женщину в этом комплекте и сказал, что он смотрелся бы на тебе идеально? — Ты не шутить, не понимать шутки не умеешь, — он положил ладонь себе на лоб, — Даже не примеришь? — блондин поник головой, — Примерю, только не делай такое лицо, у меня сразу под сердцем колоть начинает… Я в ванной переоденусь, Даниэль взял с собой все содержимое коробки и направился в ванную, закрыв за собой дверь. Он мнется на месте, а затем потихоньку снимает с себя пиджак, развязывает галстук, расстегивает рубашку, спускает брюки и стягивает носки. Вешает это на полку рядом и начинает примерять подаренное. Лиф сел так, будто шит он был специально на Даню, лишь спереди был слегка великоват за неимением груди. Пояс также идеально вписался на его талию, и чулки оказались к месту. Самым сложным элементом и морально, и физически оказались трусы. Кое-как натянув их, он столкнулся с проблемой: как бы он не вертел свое достоинство, оно не влезало никуда. — Слушай, Макс, у меня тут такая проблема… Дверь слегка отворилась, но Горский сразу же захлопывает ее, чуть не прищемив Максу пальцы, — Да ты куда лезешь?! Я тебе через дверь скажу… У меня тут не умещается кое-что, — Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, — со слегка вопросительной интонацией сказал Комиссаров, — Я не готов, Несмотря на слова бойфренда, Макс врывается в ванную и окончательно лишая Дэна способности говорить, нависает над ним. Даниэль опирается на раковину руками и чуть не лежит на ней. Тяжелая, но мягкая рука Максима сжимает его плечо. Дэн отворачивает голову и хмурится. Кровь так резко прилила к его лицу, что он мог чувствовать, насколько оно горячее. — Я же сказал, я тебя не пускаю… — Не смог удержаться, прости, дорогой, По смуглой спине пробежали мурашки. ≪Как давно я не слышал этого слова…≫ — Дэн бросается на него и, сжимая его руки в своих кулаках, жадно целует его. Смакует его нижнюю губу и сплетает их языки так, словно завтра Макс уедет далеко и навсегда. Хочет запечатлеть этот момент надолго. Рукой Максим снимает лямку с его плеча, проходится подушечками пальцев по ключице, по шее и по затылку, прижимает его ближе к себе. С сожалением разрывает поцелуй и, приобнимая Дэна за талию, целует его шею.