学校のいじめっ子。

«Дни, пролетающие мимо, всегда кажутся чем-то мгновенным, если в них не будет хотя бы одной, маленькой, интересной детали, которая может запомниться еще на несколько лет.» »…« Холодный осенний ветер проникает в неброскую, тусклую и тесную комнату, в которой спал мальчишка. Под глазами красовались синяки, которые указывали на бессонные ночи, к которым юноша уже явно привык. Мать уже ничего не может поделать, слишком он хитрый. Да и взрослый, сам о своем самочувствии должен заботиться. Да, он обещал, но инициативы с его стороны никогда не было. Иногда кажется, что если бы не она, то он бы вообще не спал, забросив здоровый образ жизни на самую дальнюю и пыльную полку. Вдруг был услышен до боли знакомый звон будильника, ударяя по ушам, заставляя вздрогнуть. Родителей к этому времени уже не было дома, так что можно было и не торопиться. Нажав на нужную кнопку на сенсоре уже полумертвого телефона, Марк перевел будильник на еще пять минут, снова уютно устроившись в кровати, вновь прикрывая глаза. Эти пять минут для юноши были как кусочек рая на земле. Один светлый лучик в этой тухлой квартире, да и в жизни его тоже. Марк уже ничего не видел кроме школы, дома, и своего телефона, в котором залипал сутками, так как делать ему больше нечего. Да и не хотелось. И ладно если бы он общался с кем-то, но нет. Все друзья бросали его через неделю максимум. Было это либо из-за несхожих интересов, либо они просто пропадали, и больше не появлялись. То же самое было и в реальной жизни. И все мальчишке не везло. Одна сплошная черная полоса, которая затмила все его детские желания и мечты, к которым он всегда тянулся, но уже потерял всякую надежду. Он уже почти провалился в сладкий дрем, но будильник не дал ему этого сделать, снова до ужаса громко звеня, ударяя по барабанным перепонкам, от чего юноша лишь морщится снова, устало поднимаясь с кровати, недовольно бормоча что-то неразборчивое себе под нос. Уже покинув теплую и такую родную кровать, он направился к раковине, умывая свое лицо. Как и ожидалось, от воды лицо парня живее или лучше не стало. Волосы уже были не в самом лучшем состоянии, но мыть их уже времени не было. Он просто надел кепку сверху, чтобы не было видно ужасного и отвратительного блеска на светлых волосах, от которого тошно становится даже их обладателю. Быстро откопав в шкафу, а точнее на полу около него что-то не более менее чистое, и по словам отца "не пидорское", он так же быстро надел жто на себя, после чего скидал учебники с тетрадками со стола в свой потрепанный портфель, и взяв его в худощавые и трясущиеся ручки, поплелся в коридор, ближе к входной двери. Там он одел уличную обувь, и напялил ветровку, после чего накинув портфель на одно плечо вышел из дома, предварительно закрыв его, поперся на остановку. Автобус как всегда опаздывает, и мальчишка совсем не удивлен. Слишком уж это привычная часть ежедневных будней. Хотя, в этот раз, автобус опоздал не настолько сильно. Но все же, осадок от малого раздражения остался. В автобусе он по привычке надел наушники, включая любимую музыку, и параллельно смотря в окна, чтобы не пропустить свою остановку. Хоть и ездил он в автобусе каждый день, все равно боялся выпустить остановку из виду, так как город он еще не до конца знал. Время поездки прошло очень быстро, и малец всё-таки не пропустил своей остановки. Видя знакомое здание школы, он поднял портфель с рюкзака, снова накидывая его на одно плечо, после чего благополучно покинул общественный транспорт. Время 7:37, время, в которое особо большое количество школьников идут в заведение, что тоже не удивительно. Проходящие мимо него второклассники, которые знали его, так как его заставили выступать в их классе, сразу подбежали и поздоровались с ним. Слишком уж он им понравился. Парнишка сам не знал, что эти детки нашли в нем, но видимо, его актерские таланты и в правду были велики. — Дядя Марк! Дядя Марк!! Дети бросились к нему, выкрикивая его имя, и окружая его, начиная нападать на него с такими безобидными и невинными вопросами, на которые отвечать юноше было крайне сложно. Да и прозвище "дядя" водило его в ступо р, все же, он не такой уж и большой. Да и старше их только примерно на восемь, ну может быть на девять лет, не больше. — Как у вас дела, Дядя Марк? А вы будете еще выступать у нас? Пожалуйста! Он видел всю эту детскую невинную наивность, и то, как блестели их глаза в ожидании ответа, которого они хотели. Но он не мог врать детям, да и огорчать их не особо хотелось. Тем-более тогда, когда это все происходило в общественном месте. — Ну... Я точно не знаю, но если выпадет возможность, то обязательно. Он аккуратно взъерошил волосы двум веселым мальчикам, после чего попрощался, и снова продолжил свой путь до школы. Тогда показушная улыбка сразу же исчезла с его лица, и он уже был готов снова окунуться в однотипные будни, без отдыха и морального перерыва. Переходя порог школьных ворот, он сразу же заворачивает в раздевалку, неспеша стаскивая с себя потрепанную ветровку, и замызганные в грязи и опавших листьях кроссовки. Одноклассники заметив его лишь мельком смотрели, после чего снова оборачивались, и продолжали заниматься своими вещами, а некоторые могли даже поздороваться, на что Марк даже не утруждался посмотреть в ответ. Слишком уж много мыслей занимали его голову. Мысли, которые никто не поймет кроме него самого. Мысли о тех самых неизменных буднях, которые он никогда не в состоянии будет изменить. Повесив несчастную ветровку на вешалку, он наконец вышел из раздевалки, достав из кармана свой телефон, чтобы проверить сегодняшнее расписание. Как всегда, ничего нового. И на что он надеялся? Поднявшись по лестнице на верх, он зашел в знакомый кабинет, осматривая одноклассников. Но что-то тут было не так. Что-то новое? Почти все собрались в кучку, что-то активно обсуждая. Марк на жто не обратил внимание. Если его не позвали — то его и не ждали. С этим девизом юноша жил уже около пяти лет. Интересно, как он может надеется на хоть какое-то уважение или внимание к нему со стороны остальных, если сам даже не может потрудиться завести новое общение? Он сел за свою привычную последнию парту. Как и ожидалось, с ним никто не сидит, да и никогда не сидел. Лишь в младших классах, когда у него было два настоящих друга. Бунтарная и активная девушка, у которой всегда на уме было что-то взрываное, с чем она обязательно поделится со своими друзьями, да даже с обычными незнакомцами. Привычные белые длинные волосы, и звонкий голос. В классе она была старше всех, и для Марка была как вторая мама, котороя всегда была готова успокоить, и даже защитить от обидчиков того маленького, невинного мальчика. И именно благодаря ней, он познакомился со смуглым и спокойным мальчишкой, нежности и заботы которого не было предела. Он всегда готов был поговорить с Марком, и заботился о его проблемах, и часто плохом самочувствии. Эти ребята, Люси и Тикей, подарили ему надежду, и уверили его в том, что есть белое пятно счастья и любви, в черной жиже ненависти и неудачи. К сожалению, после отстартировки классов, они потеряли связь, и больше он их не встречал. Было очень обидно потерять двух настоящих лучший друзей, но сейчас уже ничего не поделаешь. Из мыслей его вытащил звонок на начавшийся урок. Все ученики по традиции встали, приветствуя учителя, но лишь Марк с отстроченной реакцией встал позже всех, неловко почесывая затылок. Учительница по традиции наспла что-то бубнить по теме урока, но резко ее прервал стук в дверь. Тогда же Марк заметил, как все стали активно перешептываться друг с другом, хихикая и ахая после каждого сказанного слова собеседника. Вскоре, в класс вошла классная руководительница, но далеко не одна. Рядом с ней стоял довольно высокий парень, с хищным, и опасным видом. Весь класс резко умолк, когда новопришедший стал хищно осматривать класс. Расплетенные черные волосы достающие до талии, черный сетчатый кроп топ, через которые можно было увидеть грудь и соски парня, широкие и порванные на коленках черные джинсы, и берцы с высокой подошвой, а так же небольшие аксессуары, в виде браслетов и чокера с многообразными шипами. Уже было понятно, за какую субкультуру был парень. И что-то все же в нем было такое, что явно не соответствовало его внешнему виду. Ну, или же ему кажется. Представив нового ученика, который даже не потрудился поздороваться, она поспешно ушла, как-будто боялась его. Девочки - подростки, как и ожидалось стали бросать на него взгляды полные обожания и любви. Жаль, что эти чувства не взаимны. Они все стали умолять его сесть с ним, на что он лишь грозно огрызался, закатывая глаза. Но что было самым страшным, так это то, что он стал направляться к Марку. Тот невидимо взглотнул, ощущая нарастающие присутствие новоприбывшего, после чего отвернулся, надеясь, что он просто выбрал парту рядом с ним, но не его. К сожалению, Марк услышал тот противный скрип стула рядом с ним, после чего повернулся чтобы посмотреть на новенького. Питера. Он был невообразимо высокий и большой. Тот лишь кинул грозный взгляд на бедного Марка, после чего без зазрения совести напугал бедняжку, чуть кинувшись вперед, грозно рыча, после чего тихонько усмехнулся. — А ты смешной, пуська. Выдал гот, посмеиваясь над ним, после чего его улыбка спадает, и под партой он нащупывает чужую руку, до боли сжимая его, после чего его голос понимажается до мелодичного, опасного шепотоа. — Я превращу твою жизнь в ад, если ты попробуешь перейти мне дорогу, или ослушаться. Он сказал, после чего хищно улыбнулся, грубо отталкивая руку Марка от себя, и смотря в сторону, закинув ноги на парту. Неужели, в его жизни хоть что-то изменится....