Поле

«э́то по́ле! -э́то по́ле!» Начал мне петь мальчик, что стоял передо мной. Его голос был словно ангельский, детский, его голос завораживал. Это было самое приятное, что я слышала за свою жизнь, невольно я погрузилась в нахлынувшие воспоминания. Недавно я со своей семьёй приехала в деревню, к бабушке погостить. Тут же и встретила свой девятый день рождения, сразу вспомнила, как мне мама с утра заплетала косу и как любимая бабушка, ходила и всё расхваливала мои тёмно-коштановые волосы. «Небось все мальчики бегают!» Воскликнула она. На это я лишь слабо улыбнулась, решив, что не буду рассказывать о новоиспечённом друге. Мне так понравилось его имя, такое древнее…его звали Святослав. Он не говорил сколько ему лет, лишь шептал, что много, хотя и выглядел младше меня, такой маленький, низкий, через белоснежную сорочку иногда выглядывало худощавое тело, его выделяло от других селян чёрные, короткие волосы и ярко зелёные глаза. Он всё время жаловался, что все его как будто не замечали. Взрослые полностью игнорировали, а дети избегали. Помню, что я спросила. «А где твои родители?» Тогда я впервые увидела столь спокойное лицо Святослава. «Они сделали мне больно. Но сейчас все хорошо!» Он тогда ушёл от ответа. В той деревне, куда я приезжала. Неподалеку был лес, и если пройти вглубь по заросшей тропе, можно было выйти на большое поле, там всегда солнце было ярче и грело оно в несколько раз сильнее. Возможно, мне так казалось, сейчас уже и не вспомню. Помню тот раковой день. После которого меня больше не возили в деревню, строго настрого запрещали даже думать о деревни. Я и не особа интересовалась, как-то всё быстро забылось. Прошло с тех пор не один год. Я идя по жизни и забыла что был некий Святослав. Пока не стукнуло двадцать девять лет. Ровно на следующую ночь, мне приснился сон, где было до боли знакомое поле, испепеляющее солнце, чувствовалось жаркое удушье, было невыносимо жарко. Вдалеке пели птицы, я стояла прямо в середине этого поля. Это место больше не казалось спокойным, но и не было страшно или неуютно, скорее пусто. Этот сон был довольно коротким. Я проснулась когда только всходило солнце, небо было всё затянуто густыми облаками, на кухне создавался полумрак. Ранее заваренный чай уже почти остыл. Почему-то только сейчас я начала вспоминать детство, маму, папу, любимую бабулю и слабо припоминать дедушку. Сегодня прошло ровно сорок дней, как я осталась совсем одна в этом мире. Меня больше никто не удержит от поездки в деревню. Я решила не медлить, поехать прямо сегодня. Сидя в автобусе, я вспоминала последний день в деревне. Тогда какая-то девченка рассказала своей маме о том что я играю с плохим мальчиком. Меня тогда не ругали, лишь сказали вещи собирать, взрослые не отвечали ни на один заданный мною вопрос. Когда я уже уходила к машине, краем глаза я увидела Святослава. Он был грустный, но одновременно в глазах пылал гнев. В тот день, когда я приехала домой, меня словно подменили на некоторое время. Я кричала, плакала, истерила, но со временем полностью успокоилась. Сейчас размышляя об этой ситуации, она кажется крайне странная. Меня тогда не ругали, просто отец игнорировал, а мать иногда успокаивала. Из размышлений и воспоминаний меня вытянул водитель автобуса, который прокричал название села. Выйдя из автобуса, я оглянулась. В глаза сразу ударило яркое солнце, хотя ранее всё было затянуто неприглядными облаками, вокруг меня был лес и дорога. Неподалёку, в метрах 20-ти от остановки, стояла табличка с названием нужного села. В сердце сразу собралось тепло, но оно было необычное… словно мне пытались внушить, что мне здесь хорошо. Я прошла немного по обочине и завернула на весьма заросшую тропу. Спустя некоторое время я вышла на первые дома, пройдя в глубину деревни ко мне закралась мысль, что это уже и не деревня или село, а посёлок городского типа. Поменялось почти все, но я всё равно узнавала с детства знакомые улицы. «хмм…интересно, каким вырос Свят? Жив ли он.» с такими мыслями я смотрела на бабушкин старый дом, в котором уже жили другие жильцы. Вдруг стало невыносимо жарко, я себя ощущала словно в большой печи. Мой рассудок помутнел ещё сильнее, ноги словно сами поволокли меня к лесу, который даже через призму времени, никак не поменялся. Когда я шла по лесу, я слышала его пение, этот ангельский голос, он завораживал. Я вышла на то самое поле, что видела во сне, только здесь было ещё жарче, кожу словно опаляли огнём. Продолжая идти, я увидела Святослава, он нисколько не изменился с последней встречи. Он остался таким же ребёнком. Святослав как только увидел меня, перестал петь и побежал ко мне. С разбегу он обнял меня, но я почувствовала что Свят неестественно холодный. — Ты вернулась! А я знал, что ты вернёшься! Вы все всегда возвращались! На этом моменте меня словно осенило, что то, что происходит сейчас, не нормально. Святослав взял меня за руку и весело предложил. — Пошли играть? У меня в душе поселился страх. — Нет… Это было всё, что я могла сказать из-за удушаещего страха. — Как это нет? С обидой спросил он. — Ты стала слишком взрослая! Надо было тебя забрать ещё тогда! Ярко зелёные глаза уже не сверкали добром, а источали неизмеримою злость. Я закричала от боли, когда рука, которую держал Святослав, начала пылать огнём. Я попыталась вырваться из хватки, но даже когда я упала на землю и вывернула себе руку, он даже не двинулся. Огонь начал распространяться по всему телу. Я кричала от боли, пытаясь хоть как-то отползти, я умоляла Свята отпустить меня, но он никак не реагировал ласкуты кожи просто падали с меня и... — Я не собираюсь дальше читать, это отвратительно! Отбросив явно потрёпанный дневник на стол, молодой полицейский посмотрел с интересом на старшего. — Ха! Сразу видно, новичек. Молодой парень на это лишь закатил глаза. — Ну так… Может поясните об этом деле? Я из этих записей мало что понял. Второй полицейский усмехнулся и начал рассказ — Ну слушай. Нас тогда вызвали пожарные, рядом с одним городком загорелось поле. После того как пожарные потушили, было найдено тело девушки а рядом с ней вот этот дневник. Второй полицейский указал пальцем на дневник, что лежал на столе. — Удивительно что дневник остался почти нетронутым огнём. Сделал вывод молодой полицейский. — Это не последняя странность, что была в этом деле. Даже с помощью днк-теста нам не удалось идентифицировать девушку. От тела осталось ровным счётом ничего. Только с помощью дневника, было установлено, что данное тело вообще являлось женским. Далее в дневнике писалось подробнее о Святославе, там было написано, что мальчик жил ещё очень давно, но его сожгли родители. Они были сектантами и соответственно, принесли в жертву своего сыночка, а сыночек обиделся и стал сжигать тех кто ему понравится. — Больше похоже на бредни сумасшедшего. Ответил на эту историю молодой полицейский, скрещивая руки на груди. — Неизвестно. Так как это далеко не единыждый случай подобной кончины. Конечно, ни в одном и том же месте, но это жертва не единственная, до неё были ещё около сорока найденных тел, что доложили в полицию. — А в остальных найденных дневниках тоже писалось о Святославе? Спросил молодой полицейский. На что получил положительный ответ. — Но не всё просто, этим делом занимались много кто до меня. Я этим делом занимался, А тебе не советую в это лезть. Чую что здесь нечистое что-то, пока этот маленький гадёныш не успокоится ничего не прекратится. Отводя взгляд в сторону сказал старший. — я не ребёнок, в сказки не верю. Усмехнулся молодой полицейский. — Смотри сам. Лишь сухо ответил старший, смотря на спину уходящего новобранца.