Субъект А24: Подкидыш

[Dance Of The Sugar Plum Fairy]       Когда я была маленькой, я очень боялась темноты.       Я вроде даже знала, что монстры под кроватью не водятся, куклы вдруг не оживают и не идут на тобой следом, а шорох с кухни — это всего лишь шум, а не гном ворующий из холодильника еду.       Но когда ты маленький, тяжело доверять самому себе. Все взрослые вечно твердят что они умнее, они — люди начитанные, образованные, опытные. Поэтому слушайся нас, взрослых, мы знаем что правильно, а что — нет. Дедушка Мороз не придет к тебе с подарками, если будешь плохо себя вести (А вдруг он придет с плохими подарками? Вдруг он отомстит за плохое поведение?). Зубная фея заберет твой молочный зуб, а тебе взамен принесет подарок (А зачем ей зубы? Откуда она знает, что я хотела такую игрушку?). Делай вот так, потому что мы так сказали (И что, что вы так сказали? Почему вы считаете, что так правильно? В чем настоящая причина?). Вырастешь — поймешь (А сейчас что, я маленькая и недалекая? Вы тут самые умные собрались, а я всего лишь глупышка, путающаяся под ногами, так значит?). А вот если они с моста спрыгнут, ты с ними прыгнешь? (Ну мам, это же разные вещи, как ты не понимаешь?).       Ответы на все эти вопросы ребенок, конечно же, вряд ли получит. Но что уж тут поделать — ни родителем, ни ребенком быть не просто.       Короче говоря, вечная проблема «отцов и детей» никому никогда не даст покоя. А раз ни себе, ни взрослым доверять не получается, то единственное, что остается — попросить их выключить свет вместо тебя. Завернуться покрепче в одеяло с головой, крикнуть что-нибудь невразумительное, и кто-нибудь из родителей прибежит и сам выключит свет.       Не хотят отвечать нормально, вот пусть сами по этой страшной темноте и таскаются.       Хотя, уже позже понимаешь, что страхи уходят, и эти взрослые, скорее всего, уже совсем не боятся темноты. Они понимают, что монстров не существует, и кукла не придет к ним с ножом чтобы перерезать глотку.       Другое дело, что человек то поймет, а его воображение может и повредничать. Ну или устроить тебе молчаливую пытку страшными видениями и сновидениями.       У меня это началось лет так в десять. Знаете, хорошее воображение — это благословение и наказание одновременно. Творчество, так сказать, прет и лезет через край. Но только попробуй насмотреться страшилок на ночь… . Перед глазами будет стоять картина в несколько раз страшнее. Кровь, смерти, пытки, глубинные страхи — все это и даже больше не будет давать спать, или, по крайней мере, спать спокойно. И ведь мозгу не объяснишь, какая картинка когда-то была реальностью, а какая — выдумка, пустышка.       Расскажи об этом взрослым — отправят к врачу. Ну а в лучшем случае скажут: не думай об этом и все, в чем проблема? Да проблема в том, что не думать не получается.       Вот и становишься рабом своего сознания, как полнейший идиот.       Но жизнь идет вперед, и ей как-то абсолютно фиолетово и параллельно, отстал ты где-нибудь квартала два назад, или тебя задавили и переехали твои детские травмы. Ха, жизнь то просто идет себе, не оглядываясь. А ты уж, дорогой мой друг, поспевай за ней. Хочешь успеть на поезд, правда хочешь? Тогда ты не позволишь злому дядьке или страшной собаке тебя остановить. Ты обойдешь их, пройдешь напролом, перепрыгнешь, отодвинешь, но пройдешь в свой вагончик и усядешься на свое законно купленное дешевое местечко на расхлябанной полке и будешь пить вкусный черный чай с сахаром и привкусом металла, смотря в окно на полудохленькие деревья и трехметровые кучи снега с мыслью «Ну и зачем оно все вообще?». Но в вагон ты сядешь, и будешь этому несказанно рад.       Вот так я и перестала бояться темноты. Вернее, бояться не перестала, но остановить меня она уже не может. А видения — они приходят и уходят, ничего уж тут не поделаешь. Просто идти вперед — и не оглядываться. [Noah Kahan - False Confidence (Acoustic)]       Я проснулась ночью. Окончательно проснулась от того наркотического сна, и у меня появилось пару наблюдений.       Первое — я была в каком-то домике. Хомстед, кажется. Ну, если они тут еще не настроили чего-нибудь за время моей отключки.       Второе — на мне уже не моя красная пижамка, эх. Хотя нет, так наверное даже лучше. Хоть в лифчике, и на том спасибо. А, ну да, кроме нижнего белья на мне еще были коричневые широкие джинсы и темно-синий лонгслив. Волосы естественно в лохмотьях, а в зеркало наверное даже смотреть не стоит. Кто бы меня сюда не дотащиал из ящика, я надеюсь в своем отмороженном состоянии я их не обслюнявила.       Третье — память мне не отшибло. Слава макаронным богам. А вот тут начинаются проблемы. Если я помню и знаю что случится с глейдерами&co, тоооо….       Нужно ли им об этом сказать? Или сказать, что знаю, но не говорить, что именно? Или притвориться немой? Ну и тупой, за одно, чтоб уж наверняка. Стоит ли мне что-то менять? О, точно! Совсем забыла сказать. Я третью часть то не прочитала. То есть, выберись мы из лабиринта живыми и может быть даже сохранив хотя бы пол хп в Жаровне, какова вероятность, что мы доживем до Тихой Гавани, если я ничерта о ней не знаю?       А вдруг П.О.Р.О.К. меня просто уберет, когда узнают, что я знаю то, что они знают и даже то, что я знаю то, что может быть они сами не знают о том что я знаю что они знают и не знают? А мы где вообще, в книге или фильме? Мать моя женщина, что мне делать? Рассказать им все? Рассказать им не все? Рассказать им ничего и включить дурочку?       Дверь со скрипом отворилась. Внутрь заглянула светлая макушка.       Мать моя женщина — мужик мой отец — кот мой не собака — Господи Боже блять.       Я выбрала последний вариант.       Я просто девочка. Имени своего не помню (кстати, я ж могу новое взять..?), воспоминаний ноль, понимания происходящего — ноль, и О ДУХИ их зашла сюда целая орава. Первым был Ньют, а за ним лидер Алби, два медака — Клинт и Джефф, ну и королева дьявольских бровей, Галли. За дверью выглядывало еще несколько любопытных физиономий.       Поняв, что спящей притворяться уже бессмысленно, я откинула одеяло и села по-турецки.       Чтоб вы понимали, дорогие друзья, фикус тут в том, что парни выглядят ну точь в точь как в кино, и это, блин, жутко. Все они стояли и тупо пялились на меня, как на какую-нибудь экзотику. На их лицах читалось все от задумчивости до замешательства и еще какой-то эмоции, которую понять мне спросонья никак не удавалось.       - Проснулась? - спросил Джефф. Ему было индиферентнее всех, хотя то, что девушка им тут в новинку, было видно явно.       Подсобрав остатки своего растекшегося сознания и откопав где-то в этой луже немного английского словарного запаса, я все таки сумела выдавить из себя что-то вроде «ага, да, проснулась».       Еще с минуту я рассматривала глейдеров. Потом начался допрос.       - Кто ты? Тебя прислали Создатели? Ты одна из них, да? - засыпал меня вопросами Галли. Ну, не удивительно.       - Галли… - Начал было Ньют, но:       - Что, Галли? Ее бы лучше спросил. Нахрена ее сюда прислали вообще? - парень явно завелся.       А вот тут мне стало немного страшно. Я, кончено, не из слабого десятка, но если этот парень захочет меня придушить, ему хватит десяти секунд. Да что уж там, и пяти достаточно. А еще я терпеть не могу крики. За криками всегда следует что-то нехорошее — слезы, битые тарелки, драки.       Парни начали шуметь.       - Она же ничего не сделала.       - А вдруг сделает, что тогда?       - Захлопнитесь, парни, ну.       - Она хоть пахнет нормально.       - Она теперь одна из нас, вот и все.       - А вдруг это сообщение от Создателей?       - Что, звоночек? «Хэй, детки, пора размножаться?»       Хватит!       Я спрятала голову в коленях и попыталась уменьшиться в размерах насколько это возможно. Жаль, что «провалиться под землю» - всего лишь фразеологическая опция. Противно стало от их слов, так противно, что аж смешно от того, что когда-то мне все это нравилось. Что-то в стороне громыхнуло. Я закрыла голову руками. Черт, черт, черт.       А что, если они узнают? Поймут, что за знания у меня в руках? Сразу в лабиринт отправят, или в кутузке подержат пару деньков?       Гром голосов бил по ушам, сердце стучало, так и норовя вырваться из грудной клетки. В голову стали приплывать воспоминания, сначала маленьким потоком, потом все больше и больше, словно река вышла из берегов, и теперь уже не настоящий момент причинял головную боль, а осознание того, что это, похоже, конец.       Мне не выбраться.       Видимо седативное было с каким-то странным побочным эффектом, потому что когда я только проснулась, голова была относительно чиста от мыслей, а сейчас их нахлынуло такое неприемлемое количество, что стало в физическом смысле больно. Я думала, что заплачу, но слез не было. Я еще сильнее сжалась, глаза зажмурила так, что цветные пятна заиграли, а еще все тело тряслось как старая добрая стиральная машинка. Ну, приплыли, называется.       Какое-то время парни препирались, забыв, что объект их споров прямо перед ними. Один голос смог в момент перекричать остальные, заставив всех заткнуться.       Звенящая тишина наступила довольно резко. Я тяжело дышала. Все тело подергивало.       - Все вышли, - четко скомандовал тот же голос. Алби.       Шарканье ботинков по деревянной половице ознаменовало отступление парней. Дверь со скрипов закрылась.       Кровать, на которой сидела моя бедная тушка, прогнулась сильнее. Кто-то сел рядом.       - Шнурок, ты это, прости за дурацкое приветствие, - лидер заговорил тихо и осторожно, как будто боясь спугнуть, - Шанков иногда заносит. Ты в порядке?       Вдох, выдох, Анна. Вдох, выдох.       Соберись, девочка.       Ты в безопасности.       Я осторожно подняла голову, которая все еще не хило так болела. Прочистив горло, я уже более уверенно ответила:       - Да, в полном.       В комнате остался еще и Ньют.       Что, хотела попытать свои силы в лабиринте? На, получай свой заказ.       Хотя, все лучше текстовых задач по алгебре.       Ньют уселся на пол перед нами.       - Помнишь что-нибудь? - спросил он. В его глазах читалось понимание. Да и вообще воздух вокруг него был какой-то уютный, спокойный.       Вдох, выдох.       Ну давай же, включай актрису.       Ненавидьте меня сколько хотите, но на получше подумать времени у меня особенно не было. Да и что я могу им сказать? Хэй, Алби, Ньют, я знаю, как вы умрете! Так что я потупила глаза в пол и отрицательно помотала головой.       - А имя свое, тоже не помнишь? - спросил Алби.       Я призадумалась. Ну имя то я могу «вспомнить». Я же провалялась тут где-то сутки, ведь так?       Надо другое имя выбрать, хм… Тут я призадумалась, какие английские имена вообще существуют. Джейн? Кейт? Ну не. Бренда? Ой, блин, она тут есть. Может тогда Б...       - Брианна, - решила я. В иностранном же мире теперь живу.       Парни как-то напряженно переглянулись. Я ментально хлопнула себя по лбу. Все, вырыла себе яму. Так быстро имена никто не вспоминает.       Алби кивнул Ньюту, и в мгновенье их лица переменились, став более расслабленными. Значит, все нормально, подозрений нет. Наверное.       - Ну что ж, Брианна. Добро пожаловать в Глейд. - Алби торжественно протянул мне руку для рукопожатия, которую я с облегчением приняла. Тоже самое сделал и Ньют. У него большая и теплая ладонь.       Но бровь я все таки выгнула, чтоб хоть немного скрыть забавное ощущение — сейчас мне будут проводить тур по четырем стенам, о которых я знаю больше, чем все парни вместе взятые и умноженные на корень из девяти, а мне придется играть ничего непонимающую девчушку.       Ну, не то что бы ничего непонимающую. Скорее ничего незнающую. Я все таки не глупышка.       - Глейд? - с усмешкой спросила я.       - Идем, проведу тебе экскурсию, - предложил Ньют, поднимаясь со своего место на полу.       Следующие два часа мы гуляли по территории Глейда. Ньют рассказывал всю базовую информацию, которую получают все новички. Правила, должности. На пути нам встречались другие парни, которые(естественно) вставляли свои пять копеек, а то и пятнадцать, в разговор.       Сейчас мы подошли к смотровой башне, Ньют стал взбираться вверх.       - Ну и как тебе? - спросил он, поднимаясь по горе-лестнице вверх (Божечки, как она вообще держится?)       - Что именно: каменная стена или каменная стена? - на полном серьезе спросила я, следуя за ним по перекладинам.       Он усмехнулся.       - Что? - поинтересовалась я. - знаешь как это со стороны звучало?       Ньют уже долез до площадки и уселся там, а я заканчивала подъем.       - Нет, - признался он. На губах играла игривая ухмылка. - Как?       Последняя ступенька и я тоже наверху. Я сложила руки вместе и наигранным голосом экскурсовода начала.       - Леди и джентльмены! Добро пожаловать в эту чертову коробку под названием Глейд, - и начинаю указывать на стены, - справа вы можете увидеть громадную стену. А знаете что слева от вас? Огромная стена!       Ньют хохотнул, затем сделался серьезным и подхватил мою песню.       - Дорогие зрители, у нас остались еще два неизведанных направления! - очень важно начал он, - Может вы сможете угадать, какие? Хотя, нет, это невозможно. Только настоящий гений справится с этой загадкой!       - Я знаю, я знаю! - воскликнула я, отчаянно поднимая руку как Гермиона Грейнджер.       - О, и что же там, юная леди? - спросил Ньют как настоящий шоумен.       - Там…       - Стены! - вскричали мы в один голос, а потом покатились со смеху.       Не очень приятное утро, казалось, совсем ушло из моей памяти. Сейчас было хорошо. И Ньюту, видимо, тоже.       Наш хохот не стихал минут пять. Потом мы потихоньку восстановили дыханье, я утерла слезы от смеха.       Ньют хмыкнул.       - Все девчонки такие?        - Чего? - спросила я.       - Да так, не важно, - он замялся, что-то вспомнил, - Готовиться же нужно. - и поднялся со своего места.       - К чему? - спросила я, хотя и так знала, что в честь нового чайника являющимся мной устраивают праздник. [Forest – 21 pilots]       Празденство не сравнится ни с каким детским утренником с садике — а там было ой как весело я вам скажу.       Костер посередине поляны был настолько большим и ярким, что можно было подумать, что еще день. От него исходило приятное тепло, а золотистый свет придавал всей обстановке семейную, уютную атмосферу. Парни веселились, за чем было довольно забавно наблюдать. Со всех сторон доносились обрывки разговоров, смех и громкие возгласы. Вон Галли с парнями дерутся на ринге. В другой стороне — бегуны что-то яро обсуждают. Главным спорщиком очевидно является Минхо — с которым, кстати, я так еще и не познакомилась. Я сидела в компании Бена, Алби и Ньюта поодаль от всех.       Для группы подростков, запертых в такой унылой камере, они не выглядели слишком уж уныло. Даже наоборот, во всех как будто горел кусочек того ярко-оранжевого, золотого костра. Удивительно, как сильно это ощущалось даже из далека. Словно ни в ком еще не остыла надежда найти выход. Ну, кроме Ньюта.       Днем, в ходе разговора я все-таки решила спросить у него про его хромоту. Так поступил бы каждый любопытный незнайка. Тогда он на мгновенье помрачнел, но потом стряхнул с себя воспоминание. Повредил в лабиринте, ответил он. А потом добавил, что сегодня почему-то болело сильнее обычного, и быстро ретировался к медакам.       - Кстати, там коробка, похоже с твоими вещами. Она у меня в комнате. - сказал Ньют, - Ты, это, приходи и бери что нужно.       - Ага, спасибо, - я благодарно улыбнулась.       Тут к нам подошла королева высоких бровей.       Ему то блин че надо?       Галли стоял передо мной держа две кружки. Одну он протянул мне и мотнул головой, мол, будешь?       - Аа, нет, спасибо, я не… - стоп, родителей то тут нет. - Хотя, давай.       Я принимаю кружку и делаю пару больших глотков. Гадость редкостная, конечно. Но в качестве извинения и это сойдет. Да и в нетрезвом состоянии это место начинает обладать хоть каким-то смыслом, так что…       Кидайтесь в меня тапками сколько хотите, но в тот момент пить в окружении кучи гормональных подростков меня ничем не смущало. Да и терять мне уже особо нечего. Кроме девственности.       - А девчонка то крутая, - присвистнул Бен.       - Щас, погоди, помолюсь чтоб ночью кишки наизнанку не вывернуло, - хмыкнула я. Потом повернулась к Галли - Но спасибо. Очень даже неплохо.       - Он прав, - Галли мотнул головой в сторону Бена и отпил свой напиток, - Смотри тут, Шнурок, не шали.       - Я приму это в качестве извинений, - парировала я.       Галли ушел дальше колошматить парней, а мы продолжили болтать о всякой ерунде. Часика так через пол к нам прискакал Минхо — королева сарказма.       - Хэй, стебанутые! - он сзади подошел к парням и хлопнул по спине.       - Привет, кланкорожий, - с таким же энтузиазмом поприветствовал его Бен.       Минхо перешагнул через полено, на котором мы сидели и занял место между Ньютом и Алби.       - Это я то кланкорожий? Нет, дорогой мой, словом ошибся. Ты, наверное, имел ввиду его антоним, - ответил бегун. Ну, база.       Что-то грохнулось в стороне. Минхо завертел головой в поисках шума, но наткнулся на мою физиономию. Сначала он ее почти проглядел, потом его глаза зафиксировались, выпучились, а челюсть упала, чуть не ударившись о мягкую зеленую травку и не задавив муравьишек. Эх, бедолаги, чуть не прибили *всхлип*.       - Ты… Это… Она… Что?.. - парень не мог и двух слов связать. Только подобрав свою челюсть, снова ее выронил.       Бен с Алби усмехнулись, Ньют похлопал друга по плечу.       - Знакомься, Брианна. - представил меня он.       Минхо с минуту соображал.       - Но ты… ты девочка! - наконец изрек он.       - Вау, вот это наблюдение. Спасибо, шанк, - саркастично произнесла я.       Бегун поморщился.       - Нет уж, дорогая моя, в первый день использовать здешний сленг не стоит, - Минхо покачал головой.       Парни пробормотали что-то в знак согласия. Я надулась.       - Раз так, вообще тогда разговаривать с тобой не буду, - я скрестила руки на груди и наигранно отвернулась, - Да и вообще, что значит «дорогая моя»? Никакая я не твоя. Хотя дорогая — может, - я призадумалась, снова повернулась к нему, - «привет» бы хоть сказал.       Минхо встал и поклонился в пояс.       - Приветствую Вас, О Королева всего Глейда! - восторженно произнес он.       За ним вскочил Бен, и тоже поклонился, тщетно пытаясь скрыть, что он угорает с нас как с веселящего газа.       Я закатила глаза. Выпрямилась и подыграла.       - Вот так то лучше. А теперь отведите меня в мои хоромы, что-то я утомилась, - важным тоном сказала я.       Лучше б не говорила, блять.       Парни заговорщически переглянулись. Обратили на меня свои коварные ухмылки и направились в атаку. Я безуспешно пыталась бежать, но четыре пары сильных рук все таки схватили меня, подняли над головами и понеслись с моей бедной тушкой через всю поляну в направлении Хомстеда.       - Алби, и ты туда же? - разочарованным тоном спросила я.       - Я хочу убедиться, что эти шанки не уронят тебя по дороге, - пояснил он.       - Не тебя, а Вас, Ваше Величество, - с укором поправил его Бен.       Ньют периодически посмеивался.       Меня донесли до места с кучей развешанных гамаков. Мой установили подальше от всех остальных, капельку приватности, так сказать, подарили.       А еще у меня был пледик. В клеточку.       Чему я несказанно была рада.       - Отдыхай, Шнурок, - попрощался Алби и повернулся уходить.       Бен с Минхо дружно отсалютовали, последовав за ним.       Ньют задержался.       - Зови, если что-нибудь нужно, - сказал он, - и если кто-то начнет приставать, тоже зови.       Он посерьезнел, нахмурил брови. Мило.       Ну а меня ждет мой пледик.       - Да, окей. Спасибо. - бросила я, - Доброй ночи.       - Спокойной, - вздохнул он и ушел.       Дорогой читатель наверное задается вопросом, кто же из мальчишек мой, так скажем, фаворит — я же читала про них. Так вот, дорогой мой читатель, я тебе отвечаю. Во-первых, вопрос некорректный и да и вообще о таком спрашивать невежливо. А во-вторых, я сама пока не знаю, так что отвянь.       Ну, переодеться я, конечно же, не подумала. Да и где это делать, кроме туалета, мне не понятно. Завтра разберусь со всем. Так что сейчас я заворачиваюсь в свой клетчатый пледик и мирненько засыпаю, чего и вам от всей души желаю.       А завтрашний день начнется со встряски.