Субъект А24: Подкидыш

[Recess - Melanie Martinez]       На меня смотрел Чеширский Кот в круглых очках.       На нем был официальный костюм цвета морской волны, под воротником красовалась черно-белая бабочка. В буквальном смысле бабочка. Заметив, что я пялюсь, она встрепенулась, улетела и была такова.       Кот фыркнул.       - Так ты у нас Алиса, значит? - спросил он, щелкнув пальцами за головой.       Между нами появился стол с белой скатертью в красный горошек. Только потом до меня дошло, что это вовсе не узор, а настоящие насекомые, которые периодически ерзали на месте. Жуть какая.       - Эм, сэр, - замешкалась я, - Вообще-то, меня Аня зовут.       - Алиса, Аня… Одно и то же. Все на «А» начинается, - махнул на меня рукой Кот.       Затем взмахнул другой рукой — ой, ну, то есть лапой, - над столом, где тот час появился разрисованный комиксами Марвел сервиз и пицца. У меня слюнки потекли. Обожаю.       - Аня, вот скажи мне, - начал Кот, взявшись разливать чай(в заварнике была фиолетовая жидкость с блестками и стразами) — зачем ты появилась в Лабиринте?       Он передал мне кружку с непонятным напитком, от которого шел аромат, напоминающий не то лесные ягоды, не то цветы. Я принимаю чашку и делаю осторожный глоток. На вкус как кока-кола.       Ну ладно хоть не пепси, и на том спасибо.       - Это Вы мне скажите, - фыркнула я, - зачем меня сюда закинули.       Кот рассмеялся и схватил кусок абрикосового пирога, которого секунду материализовался из воздуха. Мне бы так.       Точно такой же кусок пирога появился у меня в руке. Хм, удобненько, спасибо. Продолжим разговор.       - Подкидыши не случайны, - элегантно уминая сладость проговорил Кот, - должны знать свое место.       Поняв, что нормально поговорить, наверное, не удастся, я стала догонять его ход мыслей.       - А если я не знаю свое место? - попыталась я. Ну правда же не знаю.       - Знай свое предназначение, - ответил он.       - А если и этого не знаю, тогда что?       Кот надулся, как пятилетний ребенок, и на одну ужасающую секунду мне показалось, что он вот-вот заплачет от какой-то непонятной мне досады.       - Тогда пойдем, покажу, - он шмыгнул носом, отбросил кушанья и поманил меня за собой.       Странненький тип. Ну да ладно. Поела хоть вкусно.       Мы шли по темной тропинке. По бокам деревья зловеще свесили свои ветви, похожие на руки чудищ, словно предупреждают — иди быстрее, а то сожрем. Вдруг ветки и вправду потянулись ко мне и моему сопровождающему, и я испугалась, что открыла у себя дар ясновидения. Кот как ни в чем не бывало спокойно себе шагал, но почему-то постепенно уходил вниз, как на эскалаторе. Когда мои ноги начали вязнуть в чем-то склизком и медленно в нем утопать, я поняла, почему так происходит.       Кот завел нас прямо в болото.       - Эй, мистер! А вы уверены…       - Нет, милая, ни в чем, ни в ком и никогда я не уверен во всем! - пролепетал Кошара.       - Ясно, - пробубнила я, продолжая тонуть.       В какой-то момент тягучая, воняющая грязными носками и тухлятиной, тина резко потянула меня вниз, как будто там снизу кто-то схватил меня за ноги. Легкие успевают набрать достаточно воздуха перед тем, как меня поглощает темнота.       Затем я падаю на мягкий матрац. Или губку. Похоже, эту штуку местные используют как диван, потому что прямо передо мной висела громадная плазма, скорее напоминающая билборд.       Что ж, такой расклад событий мне нравится. Поели, поговорили, теперь можно и отдохнуть.       - Что за кино покажете, а, Усатик? - спросила я, сев по-турецки.       - Марта! - рявкнул Кот. Из закулисья выбежала, по всей видимости, его помощница. Вся такая ответственная, в очках да с книжечкой. - Включай этот… как его там…       - Номер 24? - спросила она.       - Да, да, его.       На экране появился круг, а в нем цифры. 3,2,1…       «Фильм по мотивам жизни Брианны Руби Митчелл»       - Так, стоп, - сразу запротестовала я, - а где Анна Ивановна Лебедева?       - Тссс! Не отвлекайся, - шикнул на меня Кот.       Брианна Руби Митчелл… Мне нравится. Оставлю себе.       На экране замелькали фотографии: мои первые шаги, как я пробую есть суп, играю на детской площадке, ссорюсь с подругой, задуваю свечи на праздничном торте…       Тут диктор заговорил голосом Кота:       - Когда-то давно, Брианна Митчелл жила мирно, - тут картинка переменилась, показывая разрушенные города и сумасшествие на его улицах, - Но все изменилось, когда Вспышка ударила нашу Землю, - картинка снова изменилась, показывая меня, горбившуюся над сраной домашкой по математике, - Только Иммун, обладающий невозможными знаниями, способен остановить Котострофу, - на этом месте диктор самодовольно хохотнул, ну-ну, - и найти Лекарство от Смерти, - снова показали мою комнату, теперь уже пустой, - Но когда мир нуждался в ней больше всего, она исчезла. Прошло несколько лет, и к Субъектам Группы А доставили Субъект 24. Сможет ли она, не раскрыв все карты, спасти мир? Или карты все таки придется променять на кое-что поважнее? В любом случае, Подкидыш должен играть смело и с умом… Узнайте продолжение в следующих сериях! Муа! - поцелуй на прощанье и экран погас.       Да уж. Вот это шоу.       - Но это ничего не разъясняет! - воскликнула я.       - Как же? - Кот задохнулся от возмущения. Биполярный, что-ли.       - В моем мире-то Вспышки нет. А здесь есть. И откуда тогда книги? И потом, как Порок меня нашел? Ой блин, или мои родители на него работают? Ужас какой… А что если…       Кот меня перебил.       - Книги — это всего лишь временной вселенский парадокс. Ничего страшного. Правильно, что Вспышки нет в твоем мире, потому что мир другой. А остальное я сам не знаю, не досмотрел еще первый сезон.       Я переварила новую информацию. Кажется, у меня несварение.       - Так значит… два мира?       - Мяу, - ответил Кот.       - И как это? - я выгнула бровь.       - Вспышка. Кабууууум. Мир растолстел от таких новшеств, не влез в джинсы вселенной, вот и пришлось ему разделиться. Экстремальное похудение, так сказать.       - Ясно, - протянула я, уставившись на погасший экран.       Мы сидели молча какое-то время. Тут Кот стукает себя по лбу.       - Точно! Чуть не забыл. А ты-то сама не забыла? Почему не напомнила? - затараторил он.       - Забыла про что?       Кот вытянул лапу, указывая на что-то за моей спиной. Медленно оборачиваясь, я вижу его и пытаюсь удержать челюсть, которая так и норовит отвалиться и разбиться об пол. Линолеум, кстати, был в розово-черную клеточку. Я считаю, очень мило.       Прямо передо мной стоял Ньют, без рубашки. Худое, но довольно рельефное тело излучало какое-то непонятное тепло, становилось жарко. Видимо, он заметил, как запылали мои щеки (может, кто-то форточку откроет?), и улыбнулся улыбкой самой настоящей голливудской кинозвезды.       - Нравится? - спросил он. Настолько самоуверенным этот парень еще не был.       В голове открылось слишком много вкладок, я подвисла. Открыла рот, чтобы что-то сказать, снова закрыла, открыла, и оставила челюсть так болтаться.       Божечки-кошечки. Он такой…       Так стоп. А что вообще тут делает Чеширский Кот?       Но Ньют стал медленно надвигаться, и я потеряла мысль. Да вообще все мысли куда то улетучились, не закрыв за собой дверь, и теперь образовался сквозняк, так что любая мысль, изъявившая желание повидать мой девичий мозг, благополучно сдувалась тем ветерочком.       Я все еще сидела на странном диване. Вдруг британец легонько толкает меня, заставляя лечь на спину. Он навис надо мной, руки по обеим сторонам от моей слегка кружащейся головы.       - Ну, я вас оставлю, - отсалютовал Кот и удалился.       - Ньют… - я пыталась сообразить, что сказать, но язык и голова отказывались работать, выдавая одно слово снова и снова: хочу.       Парень наклонился, сокращая расстояние между нами, так что носы уже соприкасались.       - Брианна, - проговорил он низким, манящим голосом.       И поцеловал.       Я думала, что не умею. Однако все шло довольно хорошо — лучше, чем хорошо. Наши губы двигались синхронно, словно пара танцоров кружилась в вальсе. Да какой там вальс, нет, это было нечто более горячее, какое-нибудь испанское фламенко. Было очень хорошо. Тянущее ощущение внизу живота возбуждало, и как бы неловко не было признавать, хотелось большего. Поцелуи были полны страсти и, если такое возможно, любви. Любит ли он меня? Сейчас это было не важно. Важно, что он здесь, со мной и близко.       Ньют положил одну руку мне на талию, другой поддерживая собственный вес. Затем его рука скользнула под мою футболку, мягко поглаживая и посылая мурашки по всему телу. Бабочки в животе запорхали активнее, а сердце, казалось, скоро выскочит из груди и тоже улетит куда-нибудь. Его рука медленно, словно змея, двинулась выше.       А потом я больно ударяюсь локтем о стенку и просыпаюсь. [Train - Hey Soul Sister]       Доброе утречко, так сказать.       Я стала озираться по сторонам. Да я ж в своей комнате. В нашей с Ньютом.       Фух, так это был всего лишь сон…       БЛЯТЬ! Мысленно проорала я, только и успев помолиться, чтоб не вслух.       Сон то был сном, а Ньют, настоящий, лежал тут, со мной. Мирно посапывал.       Рука его и впрямь была у меня на талии, спокойно лежала там и не двигалась.       Мать твою за ногу, надеюсь, во сне я не разговариваю. И не издаю странных звуков. Кхм.       Я зевнула. Вот это денек вчера был. Тело до сих пор болело, но уже не настолько сильно.       К моему глубокому сожалению, я не выспалась, а время завтрака наступило.       Ну и я давай расталкивать Ньюта. Я — человек многозадачный, одновременно успевала еще и краснеть.       Я аккуратно убрала его руку с себя. Он почувствовал движение и зашевелился. Что-то сонно пробормотал, и уже почти устроился спать дальше, но что-то ему подсказало, что обычно в постели просыпается он один.       Его глаза распахнулись. Разглядев меня, они расширились еще больше. Затем его щеки покраснели, с них взяли пример уши.       Вот и сидели две помидорки, разглядывая друг друга.       Ньют прочистил горло.       - Т-ты, это, в порядке? - споткнулся он.       Я моргнула.       - Я? Да, да. Все… отлично. Да.       - Отлично, - быстро сказал он и вскочил с кровати, - Я пошел умываться.       Его глаза хаотично бегали по комнате, а голос до сих пор был сонным — прямо как в моей голове.       Тьфу! Забыли!       - И я, - тоже встав в постели сказала я.       Мы молча встали и смотрели друг на друга.       Вдох.       Выдох.       Вдох.       Зевок.       Выдох.       - Пошли, - в голос сказали мы, повернулись на пятках, как роботы, и неестественно быстрым шагом направились к душевым.       Там нас встретил такой же сонный Минхо.       - Что у тебя на голове? - едва разборчиво проговорил он, обращаясь ко мне.       Я пошарила у себя в волосах и обнаружила там…       - Гнездо для единорога, видимо. Нет, стой. В волосяных гнездах пегасы только живут. А вот единороги-       - В штанах у кого-то, - закончил за меня бегун, глядя на Ньюта, который тут же ретировался.       Я непонимающе посмотрела ему вслед. Ладно.       - А ты чего? - спросила я у Минхо.       - Не выспался, - он пожал плечами.       - Кошмары?       - Кошмары. Ты?       - Тоже, - зевнула я. ***       Дорогие друзья,       Если Вам когда-нибудь придется побывать в месте, где душевых наставлено на хренову кучу человек, пожалуйста, стучитесь. А лучше окликните человека пару раз. Вдруг, не услышит с первого раза (или даже с пятого).       Совет я Вам даю из своего личного опыта. Вот какой конфуз произошел со мной тем утром:       Я, Минхо и Ньют решили принять душ с утреца. Минхо ускакал первый, мы с Ньютом пошли следом.       Обычно, как рассказал мне британец, в это время все кабинки свободны. Но сегодня, похоже, звезды сошлись, лампа в зените с туалетом или что-то подобное, так что мое утро сделала следующая картина: Ньют, беспардонно открывающий рандомную «пустую» кабинку, в которой ну по простой счастливой случайности стоит кто? Правильно, Минхо. В чем мать родила. Голый Минхо, мать твою за ногу.       Дружно взвизгнув, сматюгнувшись….       - Черт.       - Блять.       - Совсем кланкорожие?       …и покраснев, мы пошли искать другие кабинки. Тщательно проверяя их на наличие голых Минхо.       Второй совет друзья. Закрывайте двери на заглушку. Полотенцем ручку привяжите. Или пойте в душе — подайте народу знак, что Вы там есть.       Потому что Аня, благополучно не слушающая своих советов никогда от слова ни в коем нахуй случае, предстала перед своим соседом по комнате, так же как Минхо. В костюме Евы.       - Ньют, блять!       - Кланк, извини! - дверь захлопнулась тут же, из-за нее посыпались еще извинения.       Ну и третий совет, Дорогие мои Друзья. Стучитесь, прежде чем войти в комнату. В любую комнату. Вдруг, там Ньют, кхм, нижнее белье переодевает, кхм, блять.       - Черт!       - Прости!       Позитивное, веселое начало дня, так сказать.       С таким же позитивным настроем и еще более позитивно краснеющими лицами, наша троица прожила весь оставшийся день очень сонно, вплоть до позднего вечера. Строители закатили вечеринку в честь великолепного напитка Галли, которого он сварганил целую гребаную кучу, и пригласили всех желающих.       Грех отказываться от выпивки после такого насыщенного дня, Друзья.       Это был совет номер четыре.       Вы записываете? *** [Love – Imagine Dragons]       - Слушай, если бы я тебя там потерял… Не знаю, что б я сделал, - вдруг признался Минхо, алкоголь явно ударил ему в голову, - или Ньют.       - Что Ньют? - спросила я озадаченно.       - Неважно, - отмахнулся бегун и сделал еще пару глотков.       Мы немного посидели в тишине. Воспоминания вчерашнего дня то приходили, то уходили, сменяясь мыслями о моей прошлой жизни. Все их я заливала алкоголем. Не хотелось думать. Не хотелось помнить. Вообще ничего не хотелось. В какой-то момент напиток Галли перестал помогать, и, будь то чрезмерное пьянство или моя врожденная гениальность, мыслить здраво пока получалось. Надо бы это исправить.       - Хэй, - крикнула я, чтобы круг парней меня услышал, - кто хочет сыграть в «правду или действие»?       Умно, Бри, очень умно.       Где-то на задворках разума промелькнула мысль о том, что имя это не настоящее, пустышка. За ним ничего не стоит. Ему всего лишь месяц, или около того. У него нет истории, в нем нет накопленного опыта, воспоминаний или чувств. Просто семь бессмысленных букв. Брианна.       Хотя, с другой стороны, за этим именем все же что-то есть — целый месяц. Месяц испытаний, новшеств и сумасшедшего опыта. А еще эти семь букв делают меня здесь своей. Имена всех Глэйдеров — едва ли что-то большее игры воображения Создателей. Но за всеми теми прозвищами стоят великие люди — ученые, президенты, музыканты. А за Брианной стоит Аня, обычная девочка, жившая самой обычной жизнью до определенного момента. Не супер героиня. Но может, если присмотреться, в ней все же что-то да есть. Она чего-то стоит. И тогда Брианна будет уже не пустышка. Тогда я буду не просто набором букв, а целым словом, со своим значением и историей. Тогда я буду чего-то стоить.       Ну хотя бы немножко.       Большинство парней мое предложение заинтересовало, и мы сформировали круг поровнее, усевшись на бревнах.       - Правила все знают? - спросил Ньют, тоже на грани пьянства. Видимо, последние пару дней нас всех изрядно подкосили, - Тогда начнем. Бен, правда или действие?       - Хмм. Давай действие, - ухмыльнулся бегун.       Игра шла своим чередом, мальчики были мальчиками, придумывали всякую ахинею и угорали друг над другом. Я поддакивала. Костер в центре круга все горел и, казалось, разгорался ярче с каждым смешком, а напиток не заканчивался. Мне досталось задание прокукарекать. Пфт. Тоже мне, действие. Щас будет вам настоящее действие.       Да простит меня боженька за это, но, уж извините, я на веселе, а веселым девушкам не приказывают. Расстроятся еще…       - Клинт, правда или действие? - спрашиваю я, едва сдерживая шипперскую улыбку, так и норовящую прокрасться на лицо.       Он словно поняла, что я задумала, но потом отмахнулся от своих подозрений и выплюнул:       - Действие.       Ой зря, дорогуша, ой зря…       - Поцелуй самого привлекательного человека из круга, - его глаза расширились, - В губы, - парни заулюлюкали, - Ну, кроме меня, конечно.       - Ты у нас и так самая привлекательная, - промурлыкал Ньют, легонько пихнув меня локтем, (и чтоб его этот акцент…)       Я, имея гениальный талант от природы читать людей как открытую книгу, естественно, придала этому ноль без дырочки значения.       Клинт — как и планировалось — потерял дар речи, покраснел похлеще спелой помидорки, но все таки поднялся и пошел — угадайте к кому?       Ну? Ну…?       К Джеффу! Правильно.       Тот то ли побледнел, то ли порозовел, не ясно было. Свет от костра все окрашивал в разные тени теплых тонов. И вот он, момент истины. Клинт садится на бревно около Джеффа, тот в последний момент перехватывает его за талию и усаживает на колени (мои брови взлетели вверх и там где-то на лбу и повесились — не ожидала я такого развития событий. Хотя кого я обманываю? Кончено, ожидала. Я же гений). Парни смотрят друг на друга с минуту, потом медленно, по миллиметру их лица начинают сближаться, и когда до столкновения остается расстояние меньше ладони, Джефф резко обхватывает лицо Клинта и притягивает его к себе. Их губы слились в неловком поцелуе, который буквально через мгновение превратился в довольно-таки страстный.       Ишь, какая я молодец.       - Уф, - Ньют отпил из кружки, - вот это сюрприз.       - Сюрприз? - воскликнула я, - ты тут дольше меня на пару лет и не заметил?       Британец закатил на меня глаза, но улыбнулся.       - Хорошая из тебя сваха, - Минхо пожал мне руку.       - Разбираюсь, - я важно кивнула, как бизнесмен.       Бизнесвумен.       Сладкая парочка удалилась — не хочу знать, для чего, - а игра наша продолжалась. Выпей три кружки залпом, спляши чечетку, разденься до белья — база. Но вот очередь снова дошла до меня.       - Минхо, - весело проговорила я. Интересно, сколько я уже выпила? - Пробегись по Глэйду с криками «Я фея!»       - Эй, ты не дала мне выбрать.       - Ты бы не выбрал правду, - констатировала факт я.       Парень призадумался.       - И то верно, - решил он, поднялся и побежал.       Из далека доносилось «Я стебанутая фея!», а мы все угорали, беспомощно хватаясь за животы, на которых уже наверняка нарисовалось шесть кубиков пресса от непрерывного хохота.       Наконец, Фея прибежала назад.       - Все, - выдохнул парень, - моя очередь. Бри, правда или действие? - Я уже открыла рот, но он перебил, - действие, я понял. Иди сюда, на ушко скажу.       Мне это не нравится.       А что делать? Придется идти. Так сказать, пожинать плоды своих поступков.       Минхо убедился, что никто не подслушивал, и тогда сказал шепотом:       - Я дам тебе выбор: либо ты споешь песню — и не отнекивайся! Я слышал как ты напеваешь, и у тебя замечательно получается. Либо, - его брови интригующе затанцевали, - целуй Ньюта.       - Что? - Я взвизгнула. Парни тут же обернулись.       Вот же фикус.       Действие от Минхо практически заставило меня протрезветь. Я, и целовать Ньюта? Кошмар какой! Всмысле, не то что бы я не хотела, но… Да ужас просто!       Петь я тоже не собиралась. Во-первых, я пьяна — голос вряд ли будет слушаться. Во-вторых, голос у меня не такой уж и прекрасный, от удачи зависит. А когда на меня люди смотрят, так проще поставить на пластинку кошку, отхаркивающую комок шерсти, чем слушать мое блеяние. А в-третьих…       Нет, не буду. Я стесняюсь.       Так что я пошла к блондину. В сотый раз поблагодарив Галли и его чудный напиток за то, что хоть частично избавил меня от тревоги, я села рядом с Ньютом. Выдохнула. Прикоснулась рукой к его щеке. Время замерло. Он странно на меня посмотрел, недоверчиво и смущенно. Не желая больше слушать бешеное биение моего глупого сердечка, я быстро наклонилась и аккуратно прикоснулась губами к его щеке.       Реакции сидящих в кругу я не услышала, кровь билась в ушах с громкостью горной речки.       Глаза Ньюта расширились, и непонимание все больше вырисовывалось на его лице.       - Но ты не… - начал Минхо.       Я его перебила:       - А ты не уточнял.       И потопала в комнату. Нет, вру. Еще выпить.       Когда я пришла к секретному месту, где Галли варил свою загадочную бурду — мне, понятное дело, рассказали, - он замотал головой, увидев меня на пороге.       - Кончилось, - сказал он.       Вот блин.       Так что я просто направилась в Хомстед, и, не переодевшись — уже вошло в привычку, легла на кровать и тут же вырубилась.       Господи, хоть бы не видеть его лица.       Господи, я же ничего не испортила? ***       Ньют пришел в Хомстед поздно, предварительно (безуспешно) зайдя за выпивкой. Зачем Бри это сделала? Что ей Минхо наговорил? И почему сразу ушла? В голове роились бессвязные мысли, цеплялись одна за другую, вызывая головную боль. А может, это просто алкоголь.       Был ли он ей противен, Ньют не знал. Нравился ли? Наверное, надеялся.       Он тихонько отворил дверь. Бри уже спала.       Стараясь не шуметь, парень стал переодеваться в домашнюю, если ее можно было так назвать, одежду, и — куда делась футболка? Ладно, не важно, - лег спать. Он жутко устал, но глаза как на зло не закрывались, вопросы, оставшиеся без ответов, звучали в голове все громче и громче, а щеку, которой коснулись губы девушки, сейчас мирно спящей буквально в метре от него, до сих пор слегка покалывало. Нет, сегодня он точно не заснет.       Поэтому он встанет и прогуляется по ночному Глэйду. Походит, поищет сон, который так упорно к нему не идет.       Но сначала он должен кое-что сделать.       Тщетно стараясь не скрипеть половицами, Ньют пересек комнату к кровати Бри. Нет, он не сумасшедший, любящий смотреть на спящих людей. Девушек. Красивых девушек. Ну, может самую малость. Он наклонился к ее лицу.       Она поцеловала его в левую щеку. А он поцелует ее в правую.       За тот короткий момент, когда его губы соприкоснулись с ее бледной кожей, он успел почувствовать много всего: страх, волнение, но в то же время умиротворение, словно груз с души, словно он своим маленьким, никому не заметным действием, рассказал миру какую-то тайну. Стало легче. И теплее. Ее кожа теплая и мягкая, вот что еще он почувствовал.       Тут она зашевелилась, и на пару абсолютно ужасающих секунд Ньют подумал, что его поймали. Девушка всего лишь перевернулась на другой бок.       Фух. Спит.       Счастливый, Ньют побрел к двери, практически не хромая. Ступив за порог, ему что-то послышалось. Он обернулся.       - Бри? - он шепнул, подождал, - ты что-то сказала?       Ответом ему послужила тишина. Он вышел на улицу, где его встретил прохладный ночной воздух.       Он мог поклясться, что она что-то сказала.