Как пробить тонкий лёд?

Зима — самое нещадящее время года, самое холодное и отвратительное. Му Цин ненавидел зиму, искренне ненавидел. Зима напоминала ему о себе, таком же холодном и отвратительном. Именно зимой его руки всегда мерзли, а кожа трескалась. В зиме нет ничего прекрасного, разве, что, искрящийся при попадании света белоснежный, бархатный покров. Всё, что согревает до безумия влюбленных молодых парочек в зимние будни на улице —тёплые объятья и нежные поцелуи. Проходя мимо парка в наушниках, наблюдая за тем, как счастливо улыбаются друг другу люди, как весело проводят время Му Цин чувствовал отвращение. Отвращение к чужому счастью? Как низко. Хотя может это вовсе не отвращение, а пустая зависть? Му Цин не знал. Да, возможно он и вправду завидовал, тем людям, что легко заводят общение, завидовал тем, кто не имеет скверный характер, тем, кто умеет любить и проявлять эмоции. В детстве с ним много кто пытался подружиться, ведь он такой «умный и красивый», но в конечном итоге он оставался один. Дети просто не понимали Му Цина и считали его чудаком. Он слишком агрессивный и слишком умный, точно не их уровень. Виноватым в каждой ссоре почти всегда был он. Му Цин ещё с детства был очень упрямым и до последнего стоял на своём даже если был неправ. Он боялся, что если после длительного спора он вдруг признает, что был неправ то дети выставят его посмешищем, а им становится ему категорически не хотелось. Откуда этот страх он не помнит и вспоминать не хочет, ему это не нужно. С тех пор Му Цин стал сторониться общения с кем либо, он знал, что в любом случае останется один из-за своего дерьмового характера. Но однако, ему всё-таки удалось подружиться с кое-кем и даже завести одного врага. Правда вопрос в том, враг ли он и был ли он им когда-либо?.. Се Лянь был его лучшим другом детства, старше на два года. С ним дружили многие дети, ведь он был добрым и отзывчивым, всегда готов помочь, прикрыть и в принципе, за любой движ. Му Цин считал это глупым, но Се Лянь всегда ярко улыбался и говорил, что просто любит помогать людям, видеть их вежливые или счастливые улыбки, и в этом нет ничего плохого, а он в свою очередь, не хотел спорить с ним. Не хотелось терять единственного близкого человека. История знакомства у них не особо задалась, Му Цин тогда бежал домой с пакетом маньтоу и случайно упал в лужу, естественно он уронил всю еду на землю. Пусть он и был умнее и старше в образе мышления многих сверстников, он все ещё был ребёнком. Он очень расстроился тогда, но мимо проходил Се Лянь, он утешил и купил ему новых булочек. Довольно глупая история, но Му Цин считал её достаточно милой на самом-то деле. Только, он никогда в этом не признается. Фэн Синь, к слову, был лучшим другом детства Се Ляня, так же учился в том же классе средней школы, что и он сам. Его нахождение в параллели никак не помешало ему стать «врагом» Му Цина, ведь Се Лянь повсюду таскал его с собой. Он всегда был готов поспорить с ним и даже нарваться на драку. Му Цин «ненавидел» его до тех пор, пока не вырос. Став взрослее он понял, что половину его жизни вплоть до сегодняшнего дня Фэн Синь был единственным, кто понимал его с полуслова и замечал малейшие перемены в его настроении. Он был ещё той псиной, но этот пёс каждый раз вытаскивал Му Цина из разных перепалок и по своему поддерживал. Му Цин не особо любил сквернословие и не пользовался им, но был достаточно язительным человеком, из-за чего всякие придурки сразу раскидывали кулаки. Когда Се Лянь выпустился из старшей школы его единственным лучшим другом стал его главный " враг " детства. Конечно, они продолжали ругаться каждый день по мелочам, но в итоге стояли друг за друга горой. Если вдруг какой-то недо-шутник нападал на одного, другой помогал добивать. Они не были самыми главными хулиганами школы, но нередко участвовали в драках и буквально стояли друг за друга горой. Самая лучшая компания кентов — матершиник и душнила. По крайней мере, так прозвали их в школе. Му Цин, честно сказать, и сам не заметил, как влюбился. Он не хотел признавать, ругал себя. Потому, что — это глупо и неправильно. Любить лучшего друга и бывшего «врага» — неправильно. Это невзаимно, он уверен, они не являются чем-то большим, чем хорошие друзья или напарники. Такой скверный человек как он не может любить, это простая привязанность… Нет. Му Цин чувствовал, что ещё немного и он просто сгорит. Рядом с Фэн Синем в какой-то момент начало становиться так тепло, так…правильно. Хотелось держать его ладони в своих, хотелось касаться его губ, хотелось… Ах, о чём он думает?! Это не может быть правдой, всё не так, но… Каждый раз он обжигается в попытках узнать ответ. Мозг отрицает, а сердце горит ярким пламенем уверенно отвечая «Да». Но признаться трудно, он не будет, знает, что это — больно. Потому, что невзаимно, потому, что они лишь друзья, потоэму, что это — Фэн Синь. Он не должен знать. Это стыдно…это…безнадёжно. Му Цин понимает. Тем уж более, он ведь привык запирать все чувства на замок и считать, что всегда прав, покрыл своё сердце тонкой коркой из льда. Гомосексуальность — болезнь, твердили все вокруг. Но разве сердцу возможно приказать? Оно всегда узнаёт ответ быстрее, чем ты сам. Му Цин знает ответ, его сердце давно подсказало ему. Он пытался, на протяжении двух лет.но он не смог взять под свой контроль абсолютно всё. Это была первая, ни на что не похожая любовь. «Любить — полностью безнадёжно. Любить Фэн Синя — ещё более безнадёжно.» — пришёл к внезапному выводу Му Цин. Любить Фэн Синя—самый опасный приговор в его жизни. Видеть его снова и снова, каждый день на занятиях, после них, драться с ним в коридоре, гулять после уроков… Хоть волком вой. Фэн Синь заполнил его голову, все мысли лишь о нём, о его широких, всегда тёплых ладонях, о его грубой, но такой бархатной коже, о его сиплом голосе… С каждым днём чувства лишь крепли. Когда он выстроил этот фундамент? Почему не может прекратить? Не вспомнит. Он не мог больше выносить этого, поэтому он решил избегать. Легче потерять шансы, чем тайно надеяться на снисходительность. Да, он правда надеялся, что может быть… Всё будет. Му Цин боится своих желаний по отношению к Фэн Синю, поэтому он хочет убежать от них. Ещё месяц назад он разыграл все так, словно он устал от их общения… Это было самое ценное для него общение и в итоге он начал избегать его в коридорах, на улице, да вообще повсюду! Потому, что Фэн Синь стал бегать за ним как «одержимый». Он каждый раз отвечал максимально грубо и убегал быстрее пули, но он знал, что когда нибудь он сдастся и им не придётся больше играть в догонялки. Он ярко чувствовал, что поступает неправильно, но не понимал почему. Ведь даже сейчас, проходя по парку в этих гребанных наушниках, наблюдая за происходящим, людьми, в тусклом свете уличных фонарей он всё еще думал о нём. Чёрт, возьми, да почему же это всё так… Так трудно? Почему с ним?! Почему. Му Цин вдруг резко почувствовал, как сильно мёрзнут его руки. Он снова забыл перчатки… Раздражает. Эти счастливые лица людей раздражают его, эта глупая любовь тоже. Раздражает, раздражает, раздражает. До глубины души раздражает..! Внезапно, чья-то до боли знакомая, крупная и обжигающе горячая ладонь резко и неожиданно хватает его за руку и тянет на себя. Он узнает её из миллиона таких же лишь по подушечкам его пальцев, он уверен. Свободная рука незнакомца вдруг прижимает все тело Му Цина к себе, обнимает очень крепко и где-то позади слышится судорожный вдох. Вокруг внезапно заискрился такой знакомый запах. —Почему ты снова убежал, чёрт возьми...? Ничего не объяснив, начал избегать меня..Что с тобой?! Я снова сказал или сделал что-то не так? — обеспокоенно забормотал Фэн Синь. —С каких это пор тебя это так волнует? Прекрати бегать за мной словно одержимый придурок! — Зашипел он словно яростный кот и попытался выпутаться из объятий —Уже месяц. Послушай, хватит бегать от меня, объясни нормально, что я сделал блять не так?! — Парень рывком разворачивает дёргающегося Му Цина лицом к себе. Выглядит он слишком обеспокоенным, непонятно от чего. —Я просто не хочу больше с тобой общаться, доволен? Нет причин, просто я понял, что ты не тот человек. А теперь, отпусти меня! Мне нужно домой. Я дал тебе понять, почему ты всё никак не успокоишься?! — Это не помогло, избежать случайных встреч всё-таки не получилось. —Я же вижу, что это не так! Я.. блять.. Да потому, что я люблю тебя! Неужели ты не видишь, почему ты такой... Агрх! —Он резко отталкивает ошеломлённого Му Цина от себя и смотрит на свои ладони. Лёд внезапно начал трескаться. Защитный слой…он исчезает. Это шутка, Му Цин уверен, но почему-то… —Что? Да ты больной!.. неужели…— пытается подобрать он слова, но не может. Фэн Синь сказал что? Ему послышалось. Да, точно. это невозможно. Физически и материально. Как это может быть правдой? Он не верит, но сердце предательски быстро стучит. Только он открыл рот, желая сказать хоть что-то, как… — Да, да, я больной! Чёрт возьми, да, я умственно отсталый, я придурок, я идиот! Презирай меня сколько хочешь! Но, я люблю тебя, правда, дорожу тобой. Я тоже не рад этой новости, слышишь меня?! Но, я люблю тебя. Меня раздражает, что я люблю тебя, я не могу с этим ничего сделать блять! Я знаю, что это противно, что таких как не уважают, но. — Он поднимает взгляд, а его голос срывается на хриплый вскрик. Так это…правда. Если нет, тогда почему в его глазах ни капли лжи? Фэн Синь подходит ближе и ловит его мёрзнущие, но дрожащие уже явно не от холода ладони. Греет своим теплом, так приятно окутывает им… —Му Цин, давай поговорим? Если ты против—Я правда уйду. Поговори со мной, прошу, давай просто..поговорим? — Голос его звучал уже тише. Му Цин хотел ответить: «нет», однако, его сердце давно зашлось бешенном ритме, оно так громко кричало и болело в груди, что здравый разум начинал проигрывать. —Так ты бегал искал меня как маньяк, чтобы сказать мне это? Ты правда.. поистине… ты идиот. — щёки начинали гореть, а ладони начали медленно согреваться в чужих руках, мысли совсем спутались, а дыхания сбивалось. —Я не хотел этого говорить. Я не ебу почему я сказал это, но раз сказал, то уже буду позориться до конца. Я не такой гордый как ты. Ненадолго между ними появилась неловкая тишина. Их сердца бились по прежнему очень быстро, а дыхания местами сбивались, но позже всё медленно начало стихать. Каждый погрузился в свои мысли. — Фэн Синь? — первым, не выдержав, прошептал он. —М? — Слегка вздрогнул тот на резкий оклик, явно погрузившись до этого в глубину своих мыслей. Му Цин вырывает свои уже согретые его теплом ладони с ослабевшей хватки Фэн Синя и опрокидывает его прямо на холодный снег, затем внезапно потеряв баланс, упал прямо на него. Хотя, в принципе, так было и задумано. В какой-то момент, он осмелел и схватил его горячее лицо в свои снова мёрзнущие руки и притянул ближе. Поцелуй вышел слишком лёгким, спонтанным, но таким желанным для них обоих. Му Цин никогда даже не думал об этом, но видимо больше и не нужно. Фэн Синь был удивлён такой резкой пылкостью и поддался вперёд, отвечая на поцелуй. Его руки легли на талию Му Цина. —Ты самый настоящий придурок и полный тунеядец...! Но... — вдруг растерянно отводя взгляд ответил Му Цин после того, как отстранился. — И это твои извинения? —усмехнулся Фэн Синь, перебив его, явно поняв, что в этом есть. — Вот ты глупый, в самом деле! Как я мог связаться с таким идиотом, господи?! — Он слегка мажет кулаком по лицу наглеца.— Это ответ и извиняться я перед тобой не собираюсь, не за что мне тут извиняться. Он ожидал ответных тумаков, но зачем-то вместо этого Фэн Синь вдруг глупо смеётся, берёт его замёрзшие руки и снова затягивает в глубокий, полный чувств поцелуй. Всё-таки, теперь Му Цин уверен в своих чувствах. Целиком и полностью. Он не хочет отпускать Фэн Синя, он понял, что за этот месяц его сердце слишком истосковалось по нему. Пусть и этот игнор был намеренным, но всё равно. Он скучал, на самом деле сильно скучал… Будут ли новые драки и споры? Даже если да, он не против. Так мало нужно было, чтобы перестать загонять себя в собачью клетку, сковывая движения и запираясь теряться в мыслях? Ему не верится. Но посмотрев в глаза своей любви он не увидел ни тени неправды или страха, только читающуюся нежность и любовь, а значит точно не ошибся. Ведь, глаза — зеркало души. Он счастлив в данный момент, все тревожные мысли будто куда-то уходили на миг того головокружительного, но такого желаного для них обоих поцелуя. Его джинсы слегка намокли из-за снега, а ладони всё ещё слегка подрагивали, но это было неважно. Ощущение словно на данную секунду окружающие их люди исчезли, чтобы не мешать им. —Ответ на что? — Спрашивает вдруг резко прервавший ту самую нежную тишину между ними и этот поцелуй Фэн Синь. —На всё. — уверенно шепчет он. ｡:°ஐ♡*｡:°ஐ♡*｡:°ஐ♡*｡:°ஐ♡*｡:°ஐ♡*｡:°ஐ♡* Зима — всё такая же отвратительная, всё ещё присутствует этот промозглый, ядерный мороз, этот снег и эта грязь, этот скользкий лёд и вечно мёрзнущие ладони. Но, теперь, Му Цин по крайней мере знает, что рядом есть и будет тот, кто согреет его холодные руки и растопит лёд на его скверном сердце. Этот простой зимний день точно запомнится ему на всю жизнь.

<center>

</center>