Not Gonna Die

Осколки стекла мерзко скрипели под подошвой сапог, откуда-то сверху медленно капала вода. Я приблизилась к небольшой луже и вгляделась в отражение. Бинты на голове немного съехали, и я осторожно сняла их, параллельно проверив кончиками пальцев рану — затянулась, это хорошо. Я оторвала от бинта тот кусок, что был испачкан в крови, и бросила на пол, а оставшейся бинт намотала на запястье, мало ли что? Вдруг пригодится? Сейчас каждая мелочь может быть важна. Приехав сюда, мы не учли одну важную вещь: люди, что бежали с базы, уже тысячу раз успели вернуться и растащить всё, что только можно было. Разумеется, ни о каком оружии можно было даже не мечтать. Интересно, те шизы, что были прикованы в подвале, ещё там? Проверять особо не хотелось. Главное, что здесь их не было и, слава богу. Я резко развернулась и уверенным шагом пошла в сторону лестницы. Если и был смысл искать в этой дыре хоть что-то, то это что-то может быть лишь в одном месте — комната Хорхе.

***

— Томас! Парень обернулся на голос и тут же поймал яблоко. На это Фрайпан лишь улыбнулся и жестом подозвал друга к себе. — Как ты? — Бывало и лучше, но бывало и хуже. — Съешь яблочко и сразу повеселеешь. Я всё переживал, что саженцы не примутся, но как видишь, они мало того, что принялись, уже дают неплохой урожай. — Хоть с голоду не помрём. — Томас надкусил фрукт. — М, вкусное. — Я же говорю. Найди меня ближе к вечеру, подгоню картошки. — Спасибо, Фрай. — О чём речь? Мы ведь считай как-никак почти семья. — Да, семья… — в голове тут же всплыл образ Эммы за день до того, как её отправили в лабиринт. Томас хорошо его запомнил, потому что именно ему выпала «честь» сделать то самое фото. Внешностью девушка пошла в отца, зато характер — вылитая Ава. Разумеется, это было только к лучшему. После той недолгой беседы в вестибюле ПОРОКа Том больше не испытывал ненависти к этой женщине, ведь если так рассудить, у них просто, скажем так, не сошлись интересы. В конце концов, Ава хотела создать сыворотку, чтоб спасти людей… В отличии от Дженсона, который хотел спасти лишь себя. Брюнет нахмурился. В последнее время он и правда слишком много думает об этой семейке. Ему срочно нужно было отвлечься, поэтому он бегло огляделся по сторонам и быстро нашёл знакомую светлую макушку. Соня, Гарриет и Арис — идеальная компания, чтоб хотя бы на пару часов отвлечься от неприятных мыслей.

***

В отличие от первого этажа, комната Хорхе почти не пострадала от взрыва. Первое, что бросилось мне в глаза — радиоприёмник в углу комнаты. Работает? Вряд ли, но попытаться стоит. Хотя бы, исходя из соображений, что больше тут особо и делать нечего. По спине пробежал холодок. А ведь правда… Мы одни посреди жаровни, Денвера больше нет и в довершении всего нас ищут эти придурки… До ближайшего населённого пункта пару дней ходьбы, на машине чуть меньше, но бензин у неё не бесконечный, к тому же вряд ли нам с отцом хоть где-то будут рады. Я вновь почувствовала, что мне трудно дышать. Паника и страх сдавили грудь и я осела на пол, биение сердца отдавалось в ушах неестественно громко. Я попыталась закрыть уши руками, но они лишь дрожали и упорно отказывались слушаться. — Эмма! Сквозь шум в ушах я с трудом смогла услышать голос Дженсона. Я хотела было сказать, что всё нормально, но моё состояние явно намекало, что это будет самая идиотская ложь в моей жизни, к тому же ничего, кроме тихого писка, мои голосовые связки выдавать явно не собирались. Дженсон опустился напротив меня и взял меня за руку. Я тут же вцепилась в рукав плаща второй рукой. — Дыши, медленно и глубоко. Я зажмурилась и попыталась сделать вдох. Меня всё ещё трясло. После пары попыток сердцебиение в ушах, наконец, стихло, и я разжала пальцы, приоткрыв глаза. — Я… не знаю, что произошло, просто… — Паническая атака. Почему-то это прозвучало как приговор. — И что это значит? — Ничего хорошего. — он поднялся на ноги, потянув меня за собой. Я сделала ещё несколько глубоких вдохов и наконец более-менее пришла в себя.

***

— Хм… — Гарриет окинула ребят хитрым взглядом и постучала ноготком по стеклянному стакану. — Вам кто-нибудь нравится? Соня закатила глаза и потянулась за бутылкой, наполняя свой стакан, после чего сделала глоток. — И кто же это? — А это уже следующий вопрос. — Арис пожал плечами и кивнул Томасу. — Пьёшь? Брюнет молча сделал глоток. — Я надеюсь, вы не втрескались друг в друга? — А тебе, прям, всё знать надо? — блондинка пару секунд обдумывала следующий вопрос. — У меня есть идея, но что-то мне подсказывает, что такими темпами Томми напьётся первым… — Дай угадаю, пьёт тот, кто работал на ПОРОК? — парень залпом опустошил стакан. — Именно. — Строго говоря, мы все, так или иначе, на него пахали, просто не все по своей воле. — Арис опустил глаза. Хоть и прошло уже немало времени, воспоминания всё равно порой не давали парню спокойно спать. — Так, меняем тему и пьём за бегунов! — Минхо возник, будто из неоткуда и, не церемонясь, приложился к бутылке. — Эй, ты сейчас всё бухло всосёшь! — Гарриет попыталась отобрать бутылку, но азиат ловко увернулся. — Вы мне вообще спасибо сказать должны, я тут, между прочим, ваши печени спасаю, жертвуя своей. Идите вон водички хлебните. — Поздно пить Боржоми, если печень отвалилась. — Соня, наконец, вырвала из рук парня бутылку и вздохнула. На дне одиноко плескался от силы один глоток. — А это мне! — на этот раз тара оказалась в руках Бренды, которая, не церемонясь, влила в себя остатки и наконец, вернула бутылку на прежнее место на столе. — Что мы пропустили? — «Я никогда не…» — Арис поставил рядом с бутылкой пустой стакан. Томас сделал то же самое, а девочки, в чьих стаканах было чуть больше половины, ловко скрестили руки и, выпив на брудершафт, тоже отставили пустые стаканы. — И для этого вам обязательно был нужен алкоголь? — Минхо скрестил руки на груди и стал чем-то походить на мать, что отчитывает накосячевшего ребёнка. — Без него не интересно, верно? Все как по команде обернулись. — Развлекаетесь? — Винс с улыбкой кивнул на стол. — Ну… — Гарриет быстро собрала посуду. — Баранки гну, рано вам ещё столько пить. Давайте закругляйтесь и спать. — Хорошо, мааам… — протянула Соня и взяла из рук подруги часть стаканов.

***

Наконец Томас вновь оказался дома. Он уже хотел было по привычке вернуться к картам и радио, но уставший организм отчаянно требовал сна, поэтому сил хватило лишь на то, чтоб подняться на второй этаж, на ходу скинуть ботинки и стянуть футболку. Упав на кровать, парень потянулся и уставился на потолок, прокручивая в голове события последних пары дней. Может Минхо прав и у него действительно едет крыша? Иначе как объяснить то, что он вместо того, чтоб, наконец, нормально выспаться, встаёт с кровати и вновь тащится в соседнюю комнату. «Это последний раз» обещает он себе и понимает, что лжёт.

***

Виски больше не обжигают, лишь слегка горчат на языке. Шкаф был разбит чуть ли не в щепки, но одна бутылка, на четверть наполненная тёмно-коричневой жидкостью, каким-то чудом смогла уцелеть. Я свернулась клубочком на уцелевшей подушке от дивана. Всяко лучше, чем на холодном полу, поэтому придётся перетерпеть неудобства в виде того, что чтоб поместиться на этом кусочке, мне пришлось чуть ли не согнуться пополам. В машине сейчас было бы жутко холодно, а тратить бензин не самая лучшая идея, когда одному лишь богу известно, где можно будет достать ещё. Вряд ли посреди жаровни нам попадётся заправка. Сон упорно не шёл. Хотелось есть, но единственная еда, которую я могла себе позволить — банка тушёнки, от одного запаха которой меня выворачивало. Как только отец это ест? От одной мысли я невольно скривилась. Моё внимание вновь привлёк приёмник, одиноко валяющийся у стены. Почему бы собственно не попробовать? Я села, потёрла глаза, чтоб прогнать лёгкую сонливость и переместилась к стене, облокотившись на неё спиной и устроив прибор на коленках. — Ничего глупее не придумала? — Ну а вдруг он работает? Между прочим, Хорхе с его помощью смог поймать волну ПОРОКа и пытался словить волну Правой руки. — Даже если приёмник работает, он не возьмёт волну Тихой гавани. — В любом случае попытаться стоит. — я методом тыка нажала какую-то кнопку. На передней панели загорелась лампочка, и из динамиков послышался шум. Работает, уже что-то. Спустя чуть больше часа, ничего, кроме помех я не услышала. Я в очередной раз чуть-чуть провернула колёсико и вздохнула. Похоже и правда, дохлый номер с этим радио. — Я говорил, что ничего не выйдет. — Осталось ещё три волны. — я повернула колёсико и в следующую секунду услышала то, что заставило меня вскочить на ноги. — М, помехи, как всегда…

***

Парень устроился в кресле и подпёр голову одной рукой, параллельно прокручивая колёсико радио. Время близилось к трём часам ночи, когда на радио оставалось чуть меньше половины каналов. И на что он только надеется? Вряд ли это устройство сможет поймать волну с другого конца света. Да даже если сможет, что он надеется услышать? Ворчание шизов? В голове всплыли слова Минхо «Эмма давно уже мертва». Наконец колёсико щёлкнуло, оповещая о том, что это последний канал. — М, помехи, как всегда… — Томас вздохнул и потянулся к кнопке выключения. — Томас? Голос из радио заставил его замереть. Слуховые галлюцинации от недосыпа? Какие-то слишком уж реальные глюки. Брюнет тряхнул головой, прогоняя остатки сна, и осторожно взял микрофон, будто боясь спугнуть такой прекрасный глюк. — Эмма? — Да… да! — голос сорвался на визг. Теперь это уж точно не было последствием бессонных ночей. Голос девушки был настолько же реален, как боль в спине от неудобной позы.

***

— Господи, я… я…. — я не могла связать даже пары слов. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я уж было подумала, что схожу с ума, но по взгляду отца поняла — он тоже это слышал. — Эмма, как ты выжила? Всё хорошо? Ты в порядке? Где ты? — парень тут же начал заваливать меня вопросами. — Да, да, всё хорошо, я на базе Хорхе. — Я сейчас же сообщу Винсу, мы заберём тебя, слышишь? Всё будет хорошо, обещаю, мы… — Томас. — я прервала его на середине предложения. — Да? — Тут такое дело… В общем, Винс не поедет за мной. — Что? С чего ты это взяла? — Точнее он может, но… Это немного не в моих интересах… — Я не совсем понимаю… Эмма, мы думали, что ты мертва, все мы. Я говорил ребятам, что ты могла выжить, но они не верили, Минхо вообще решил, что у меня едет крыша, представляешь? А я говорил, я знал, что ты жива! Не зря ведь этот дуратский кусок тогда откололся! — парень смеялся сквозь слёзы, и на моём лице невольно появилась улыбка. Жаль, что всё не может быть так, как нам бы того хотелось. — Томми, да, я выжила, но… — Погоди, я сейчас… — из динамика раздался шум и следующий за этим голос Томаса. — В общем, когда мы с ребятами вырезали на камне имена погибших ребят, я вырезал первую букву твоего имени, как на цепочках, и этот кусок откололся! Я вздохнула. Похоже, придётся играть по его правилам. — Говоришь, ты вырезал первую букву моего имени? Только моего? — Нет, но какая к чёрту разница? — Большая, Томми, очень большая… Повисло молчание. Похоже, он начал понемногу догонять, что происходит. — Эмма… Я протянула отцу микрофон. — Не хочешь поздороваться? — Эмма, пожалуйста, скажи, что я просто не так всё понял и… — Здравствуй, Томас.

***

Казалось, что на пару секунд парень забыл, как дышать. Всё это время он так надеялся на то, что его подруга жива, что совсем забыл о том, что на камне была ещё одна буква, которая теперь рисовала в сознании картинки последней ночи в ПОРОКе. — Я… — весь энтузиазм рвануть к Винсу вмиг испарился. — По-моему, он не сильно обрадовался. — в динамике послышалось шуршание. — Прости… — всё, что могла сказать девушка. — Эмма, я… Я не могу оставить тебя там, но… Чёрт, почему всё хотя бы раз в жизни не могло пойти хорошо? — Теперь понимаешь, почему Винс не должен ничего узнать? Я более чем уверена, что он будет только «за» забрать меня в Тихую гавань, но… — Он убьёт Дженсона, как только увидит. — Да, особенно после Мэри… — Давай так, дай мне полчаса, я приведу Галли, ладно? Если уж на то пошло, то он единственный, кто умеет управлять кораблём. — Томми, что ты собрался… — Помнишь, что сказала Тереза тогда в лаборатории? Мы не бросим тебя. — наконец Томас нажал на кнопку выключения и медленно опустился в кресло. Приплыли. О том, чтоб бросить Эмму в жаровне не могло быть и речи, но тот факт, что Дженсон тоже выжил… Ладно Галли, он в любую задницу полезет, лишь бы увидеть сестру, но остальные… Минхо, Бренда, Фрай, Арис, девочки… Возможно, Минхо ещё удастся убедить, но что до остальных ребят… Арис только сегодня вечером кривился от одного упоминания о ПОРОКе. Ладно бы ещё выжила канцлер, на это у самого Тома были аргументы и объективно, она особо ничего плохого-то и не сделала, но Дженсон… Чего стоит одна только Мэри.

***

— М-да, заебись пообщались… — Сразу было понятно, что он будет не в восторге от того, что я жив. — Плевать. Пусть теперь делает что хочет: хоть забьёт на всё это, хоть плывёт на материк. Теперь это проблема Томаса, у нас своих хватает. — Утром поедем в сторону базы, на которую вас привезли после лабиринта. Шизы не особо любят жару, поэтому шанс встретить их днём гораздо меньше, чем ночью. — Радует хотя бы то, что здесь они не водятся… Надеюсь. — Всё же костёр лучше потушить от греха подальше. — Боишься, что тебя снова покусают? — я хихикнула, но серьёзный взгляд отца заставил меня замолчать. — Если я заражусь, убей меня и свяжись с Томасом. — Обойдёшься. Я устала терять людей ради призрачной надежды жить в мире без вируса. Если такова цена Тихой гавани, то пошла она к чёрту. В мире полным полно разных необитаемых островов, соответственно, шизы там не водятся. Мы просто уплывём на один из таких, прихватив с собой пару сывороток на всякий. — Этим вы мне и нравитесь. — Мы? — Что ты, что твоя мать… Как бы плохо не шли дела, вы всегда находите выход. — Знаешь, что она сказала мне в последний вечер в лаборатории? «Я не смогла спасти этот мир, но может у тебя получится?». Весь мир я вряд ли смогу спасти, но если благодаря моей крови ты доживёшь свою жизнь нормально, я буду уверена, что я способна хоть на что-то, кроме убийства невинных людей.