Нас не должны услышать.

Он красив. Чертовски красив. Если бы этот парень работал моделью, то всегда бы занимал первые обложки журналов и был бы знаменит повсеместно. Но почему же этот придурок прячет эту красоту за каким-то странным свитером и очками?! Прическа как-будто специально превращенная в что-то непонятное, одна и та же одежда и придурковатые очки. Этот идиот как-будто специально прячет эту природную красоту. Зачем? Дилан не знал. Будь его воля, он бы привел внешний вид своего соседа до идеала и отправил бы в ближайшее модельное агентство. По мнению нерда, Лололошку там оторвут с руками. Сам Лололошка так явно не считал. И не ухаживал за собой от слова совсем. А собственно зачем? Ему и так нормально. Каждый божий раз, когда Лошка переодевался, Дилан засматривался на это тело, на молочную кожу, как у младенца. Парню казалось, что если он до нее дотронется, то и на ощупь Лошка тоже похож на ребёнка. Однажды ему довелось притронутся к коже эколога. Это была всего лишь кисть руки, но та была безумно мягкой и приятной, как у девушки, что ухаживает за своей кожей. Но ведь Лололошка эколог. Он возится с землей и руки должны быть грубыми и грязными. Дилан сам пару раз видел голубошарфового всего в грязи, как-будто тот просто валялся в земле пластом. Это единственное прикосновение стало каким-то триггером для пошлых мыслей программиста. Дилан искал программные коды в его прошивке, которые отвечают за отношения к людям. Но сколько бы он не искал, в его программе просто нет кода на эрекцию от прикосновение к руке парня. Чтобы проверить несколько своих догадок, Дилан решил проводить эксперименты. Ему хотелось выяснить, среагирует ли его тело, если он дотронется до Лололошки в другом месте. Следующую неделю он дотрагивался до его плеча, случайно касался спины, а один раз даже специально наткнулся на него в дверном проёме. Реакции никакой не было. Но стоило ему прикоснуться к коже соседа, как его организм предательски реагировал как подростковое тело человека, а не запрограммированное тело автоматона. Было такое ощущение, что как только он притрагивается к оголенному участку тела Лололошки, его чувствительность самостоятельно выкручивалась на полную. Он задел его всего лишь пальцем, а по телу уже табун мурашек. Лошка передал тарелку Тартара, пальцы соприкоснулись, а это значит Дилан уже в неловком положении. Касаться до этого красавчика было приятно. До одури приятно. Сравнимо с наркотиком. Сам же эколог ничего не заметил или же делал вид, что ничего не замечает. Пока он протеста не высказывает, Дилан будет пользоваться возможностью. В какой-то момент этих мимолетных касаний стало не хватать. Они либо совсем короткие, либо их долго не было. Начиналась самая настоящая ломка. За всю свою жизнь, которую Дилан помнил, он никогда так ее ждал чужого возвращения в комнату. Он даже перепрошить себя пытался. Чувства возвращались обратно. Поэтому он решил смириться и больше не лез в свою голову, лишь дожидался участника своих влажных снов в комнате, чтобы снова рассказать о новой информации об мироходцах и ненавязчиво коснуться его шеи. Как Дилан справлялся со своей тактильной ломкой в университете — отдельная история. Это больше похоже на семь кругов ада, нежели три пары без Лошки. А этот одноклеточный даже не догадывается о такой затруднительной проблеме друга. Лололошка, конечно, замечал резкие изменения в поведении соседа, но списывал это все на то, что тот экспериментируя над собой, выкручивает дружелюбность. Сейчас у него мало времени на раздумья по поводу излишней тактильности соседа, ему это только в радость. Мироходцы один за одним отказываются верить и снимать розовые очки. Это действительно печалило. Ты на вряд ли спасешь человека, если он сам не хочет, чтобы его спасали. В какой-то момент Дилан просто не мог справляться с желанием. Он просто до безумия хотел прикоснуться и почувствовать мягкую кожу соседа. Когда Лололошка зашёл в комнату после пар, Дилан рывком преодолел расстояние от кровати до двери и закрыл её на замок. Лошка, уже привыкший, что сосед закрывает дверь перед важным разговором, молча стоял и ждал. Сам же программист не желал говорить и даже издавать звуков. Он подошел к синей кровати и взглядом заставил соседа подойти. Он дернул эколога за рукав и усадил на кровать. Никто ничего не говорил. Ни один из парней не собирались прерывать приятно-напряженную тишину. Объятья были большой дозой "наркоты". Да. Он сел прямо на колени Лошки и уткнулся носом в толстовку соседа. Дилан мог перегреться от такого, но ничего уже не поделать. Это было ему просто необходимо, как кислород. ( Я даже не знаю насколько хорошо здесь подходит данное сравнение, ведь Дилан — автоматон, и нуждается ли он в кислороде так же как и люди — вопрос. Но оставим так как есть. Представим, что кислород ему нужен, как и человеку) Часто вдыхая и выдыхая воздух ртом, Дилан пытался разобраться в том что сейчас происходит, что он сделал. Лололошка же, расценив этот жест, как приступ панической атаки, не придумал ничего кроме как обнять в ответ. В его понимании, Дилан — человек, который не будет говорить о своих проблемах никому, и если он так сделал, то ему сейчас безумно плохо. После того случая Лололошка старался больше поддерживать соседа, больше позволял ему притрагиваться к себе и сам частенько стал это делать. Это не приносило никакого дискомфорта, наоборот — это было очень даже приятно. В какой-то степени он даже понимал, что объятия лучше всего помогают принять ситуацию и успокоится. Пусть даже, если ты обнимаешь самого себя. Все было молча. Никто ни о чем не спрашивал и не поднимал темы на этот счет. Просто они наслаждались присутствием друг друга. По очереди садились друг к другу и сидели пару минут, иногда даже часов. Кошку тоже брали с собой, она была не против. Если вы подумали, что Дилан привык к прикосновениям Лошки и его орган больше не реагирует, то вы ошиблись. Каждый раз, когда эколог покидал его личное пространство, программист чувствовал себя поматрошеным и брошенным. Приходилось идти либо в душ и смывать холодной водой, либо просто закрыться в туалете и удовлетворять себя рукой. Первым продвигать их отношения взялся, на удивление, Лололошка. Он первый поцеловал шею программиста, в один из их разов "нежности", заставив Дилана вздрогнуть и покрыться мурашками. Но им нельзя было выдавать себя, поэтому рот парню пришлось зажать. Место для продвижения Лололошка выбрал самое неудачное. Дурацкая подсобка университета. Любой мог услышать, что происходит за дверью, стоит прислушаться. Одним поцелуем эколог не обошелся. Ему нравились вздрагивания Дилана, его реакция и смущение, которое почти невозможно увидеть на лице программиста, так как тот — автоматон и стеснения у него как такого нет, кода такого нет. Видеть эти покрасневшие уши, мурашки и заметный бугорок в штанах было потрясающе каждый раз. До тех пор, пока то же самое не стало происходить с самим Лошкой. Последние разы он замечал, что они оба уходят друг от друга неудовлетворённые и разочарованные. Поэтому он решил это поменять и продвинуть их "объятья" на новый уровень. Поцелуй в губы вывел из равновесия полностью. Дилан упал бы, если бы его не держали сильные руки Ло. Он обмяк в его руках, не в силах контролировать свои действия. Одурманивающий поцелуй заставил забыть обо всем и желать большего. Из горла стали выходить стоны и рыки, лишь бы поцелуй длился вечно. Но кислорода не хватало и Лололошке пришлось зажать рот Дилану, чтобы приглушить звуки — Нас не должны услышать. Дилан запустил руки под толстовку эколога. О боже, как же долго он мечтал об этом. Как давно он мечтал опробовать на ощупь торс причины его воздыханий. Лололошка же принялся за шею Дилана. Оставляя мокрую дорожку из поцелуев и нескольких укусов он добрался до ключицы. Рука все ещё зажимала рот партнера и, взглянув ему в глаза, Ло медленно убрал ее, опуская вниз. Рука достигла причинного места и Лошка стал расстегивать ремень штанов, не разрывая зрительного контакта с Диланом. Орган стоял колом, причем у обоих. Дилану хватило пару движений от основания до конца, чтобы в глазах появились звездочки от нахлынувшего оргазма. Свое удовлетворение он простонал Ло в губы, потому что иначе бы их точно кто-нибудь услышал. "Неужели автоматон может такое ощущать?"— пронеслось в голове программиста. Проблему Лололошки Дилан взял на себя. Он прижал партнера к стенке, а сам опустился на колени. О, да, это стоило того удивления на лице эколога. Этот парень очень скуп на эмоции, на самом деле. Дилан готов опускаться перед ним каждый раз, лишь бы видеть это удивление, смешанное с желанием. Программист решил неторопится и принялся за дело из далека, что не сильно понравилось Ло. Его ноги дразнили поцелуями, облизывали основание, но не трогали причинное место, что сильно давило на нервы. Лошка еле удержался на ногах, когда Дилан все же приступил. Его руки оказались в мягких волосах программиста, создавая темп и указывая направление. Такими действиями, Дилан быстро довел соседа до края. И опять никто ничего не сказал. Они просто молча смотрели друг другу в глаза, тяжело дыша. После этого их отношения стали еще лучше. Никто так ничего и не сказал на эту тему и слова. Но им и не нужны слова, чтобы прекрасно друг друга понимать. Каждый вечер они могли наслаждаться присутствием друг друга, доводить до края в университетском туалете или просто молча смотреть телевизор в общей комнате, незаметно касаясь друг друга руками.