Смокинг для альфы

***

      Чимин проснулся утром с приятной ломотой во всём теле. Проверил телефон на наличие уведомлений и ни капли не удивился, увидев одинокое сообщение от лучшего друга. Ладно, сообщений от него было пять. Но, зная Тэхёна, это могло быть как одно предложение, отправленное по словам, так и пять историй, одна охуительнее другой.       Перевернувшись на спину, омега вздрогнул от неожиданности, когда почувствовал на себе внимательный взгляд. Он, конечно, не забыл, что в постели не один, но как-то не привык к подобным добрым утрам. А доброе ли оно?       Чонгук довольно улыбнулся, быстро чмокнул в макушку и принялся рассказывать, как проснулся посреди ночи со зверским аппетитом. Они вообще-то собирались вчера поужинать, в итоге вместо еды на ужин был секс. Хорошо, что курьер, не дождавшись, пока ему откроют, оставил заказ у двери.       — Заглотус, — Чимин закатил глаза, когда, добравшись до кухни, обнаружил только половину своей порции заказанной еды. От порции Чонгука остались только пакеты, аккуратно собранные и сложенные рядом на столе.       — Прости, — альфа с виноватым видом взъерошил волосы на затылке. — Надо было восстановить силы. Я закажу пиццу. Какую ты любишь?       Чимин понятия не имел, какую он любил пиццу. Ему редко приходилось по-настоящему выбирать. В детстве на выбор банально не было денег. Покупал то, на что хватало. А когда повзрослел, выбор делали за него. В крайнем случае, омега просто тыкал наугад туда, где цена побольше. И речь сейчас не только о пицце.       — Любая подойдёт, — безразлично ответил Чимин. Он был голоден, но еда волновала его меньше всего. — Это не главная наша проблема.       — Согласен. Но на сытый желудок думается легче, — с видом мудреца изрёк Чонгук и потянулся за обнимашками. Альфа оказался очень тактильным.       — Я вчера всю голову сломал, но так ничего и не придумал, — куда-то в плечо альфы поделился своими переживаемыми Чимин. — До твоего прихода… а потом… сам знаешь.       — Вчера ты думал, что я хочу шантажировать или что-то вроде того, — Чонгук вообще ни разу не тупая гора мышц. Просто тяжело соображать, когда омега так доверчиво жмётся, словно пытается спрятаться от жестокого внешнего мира. И Чонгук очень хочет спрятать, защитить, нагло присвоить. Но понятия не имеет, с чего начать. К такому его жизнь не готовила. Хотя ещё год назад он был уверен, что та его потрепала, подготовив немало сюрпризов. Как оказалось, сюрпризы не спешили заканчиваться.       — А ты вчера что думал? — Чимин размеренно дышал и внушал себе, что спокоен. — Чего на самом деле хотел?       — Тебя.       — Это самый банальный ответ из всех возможных, — омега закатил бы глаза по привычке, но чужие руки так приятно перебирали волосы и гладили спину, что хотелось просто расслабиться и раствориться в этой почти невинной нежности. Почти, потому что из одежды на обоих были только штаны.       — Это самый правдивый ответ, — выдохнул Чонгук.       — Что будем делать? — Чимин уже подготовил свой изящный палец, чтобы больно ткнуть им между ребёр альфы, если тот решит неуместно пошутить. Однако Чонгук его меланхоличное настроение считывает моментально и без шуток отвечает:       — Понятия не имею. Но мы что-нибудь придумаем.

***

      Прошедшие тридцать шесть часов Чимин мог бы назвать лучшими в своей жизни, если бы над головой не висело чёрное облако из поставленной на паузу беспросветной, безвыходной задницы.       Прийти к какому-то решению так и не удалось. Они, конечно, пытались поговорить, но в итоге оба чувствовали безысходность, и разговор так ничем и не заканчивался, переходя в условное горизонтальное положение. В условное, потому что трахаться лежа в душе, в прихожей или на той же кухне — неудобно. Неоскверненной осталась только гардеробная, но что-то подсказывало, что и до неё рано или поздно доберутся.       Вопрос о том, чтобы всё прекратить, даже не возникал. Они просто не могли оторваться друг от друга. Ни одно чувство вины и страха за своё будущее не могло пересилить это влечение. Это пугало и будоражило одновременно. Но нужен был план, чтобы с минимальными потерями найти выход из ситуации, в которую как-то получилось найти вход. Требовался незаурядный ум, способный сгенерировать что-то экстраординарное и абсурдное. Что-то, что может сработать. И Чимин как раз знал один такой.       Поэтому, попрощавшись с Чонгуком не самым ранним утром следующего дня, Чимин принарядился и под саундтрек из Отчаянных домохозяек отправился к человеку, который способен если и не помочь, то хотя бы поддержать. И дать какой-нибудь рабочий совет.       Они с Тэхёном познакомились на первом курсе университета. Но не так, как можно было подумать. Чимин перепил на какой-то шумной вечеринке, на которую попал случайно, только потому что его сосед по общаге дружил с одним из богатеньких студентов с потока. Омега так накидался бесплатными шотами, что его затошнило и стало так плохо, что праотцы уже почти явились, зовя за собой. Как вдруг появился он — Ким Тэхён. И Чимин по синьке решил, что за ним уже пришёл ангел. Но этот ангел подставил таз и бесцеремонно сунул в чужой рот два своих длиннющих пальца. Сработало далеко не сразу, так что ещё пришлось постараться. Но Тэхён не из робкого десятка. Он из тех ещё садистов, как тогда подумал Чимин. Другой омега заставлял пить воду и тошнить, пока не стало легче. Потом отвёз к себе домой, потому что Чимин был не в состоянии назвать свой адрес. Да и в общагу уже не пустили бы, а в чужом доме оставлять незнакомого омегу в почти бессознательном состоянии Тэхён не стал. Вместо этого продолжал заботиться, уложил спать и весь остаток ночи провозился с новым знакомым.       Чимин тогда очнулся ближе к обеду в состоянии свежего огурца с хрустящей жопкой. Правда, сначала очканул, когда увидел капельницу. Решил, что его похитили и продали на органы. Но обстановка вокруг больше напоминала виллу богачей. Как оказалось позже, это она и была. А капельницу Чимину сделала приглашённая медсестра. Прокапала после пьянки, так сказать.       Чимин не знал, как благодарить. В глубине души боялся, что ему могут выставить кругленький счет за убытки. Однако ничего такого не произошло. Ким только махнул рукой и предложил составить ему компанию у бассейна. Ему, видите ли, было дико скучно торчать одному в этих царских хоромах.       Когда Чимин узнал, что божественно красивый омега, живущий свою лучшую жизнь, является его ровесником, духовные скрепы пошатнулись. Это заставило Чимина переосмыслить свою жизнь и планы на неё. Тэхён выглядел, как вдова миллионера. Невозможно красивый, манерный, изысканный, с томным голосом и взглядом с поволокой глубокого похуизма и понимания жизни.       Чимину остро захотелось познать дзен вместе с Тэхёном. Впитать, как губка, всё, что только может пригодиться, чтобы тоже поселиться в таком доме и подмешать к сладкому омежьему запаху аромат роскоши и денег.       Ким Тэхёну двадцать пять лет, но, несмотря на столь молодой возраст, он уже три раза был замужем. И все три раза разводился, забирая добрую половину имущества бывших мужей. Так и заработал своё состояние. Это позволило ему не тратить своё драгоценное время на полноценную работу. С такими деньгами, как у него, не работать может ещё пара поколений, если омега решит продолжить свой род. Но совсем ничего не делать оказалось скучно. Научив Чимина, как правильно себя подать, Ким вдохновился и решился поделиться своим богатым опытом с массами. Написал мемуары о своей жизни. Однако публикацию отложил на неопределённый срок. Как запасной план, если всё-таки понадобятся ещё деньги или в старости захочется дурной славы. А ещё вел колонку в модном журнале, выпуски которого публиковались раз в месяц. И Тэхёну не приходилось напрягаться. Он просто писал там свои мысли по поводу новых коллекций одежды, обуви, аксессуаров, украшений и прочего. Иногда делился своими мыслями на отвлечённые темы, которые могли заинтересовать читателей. Короче, готовился стать писателем после выхода на пенсию.       Светским львом себя Тэхён никогда не считал. Если только на минималках. Всегда находил общество других омег крайне скучным и пресным. Зато в Чимине сразу разглядел родственную душу. Теперь ему всегда было с кем позавтракать дайкири или поужинать аперолем. Любовь к алкоголю и способность стойко его переносить — стали первым кирпичиком дружбы. Вторым кирпичиком было полное принятие друг друга. Чимин Тэхёном восхищался, а не осуждал за меркантильность. Тэхён Чимина обожал за возможность быть самим собой и на самом деле ранимую душу, не лишенную доброты, которую Чимин усердно скрывал от чужих глаз.       Когда в десять тридцать утра Чимин заявился в гости без предупреждения, ему пришлось пробежаться по огромной территории особняка, чтобы найти Тэхёна на его любимом месте — под зонтиком у бассейна.       — Ты бы хоть плавки надел, — Чимин для вида прикрыл глаза рукой и бросил в друга белоснежным полотенцем, висящем на спинке соседнего шезлонга. — Персонал смущаешь.       — Они уже привыкли. Я плачу им немалые деньги, а должно быть наоборот, если учитывать, что у них есть возможность смотреть на это идеальное тело, — Тэхён трубочкой размешивал шампанское, избавляясь от лишних пузырьков. День только начался, и лишние газы могли его подпортить. — И вообще, — омега сделал большой глоток и средним пальцем поправил чёрные солнцезащитные очки на переносице, — Мы приходим в этот мир голенькими. Нагота — это естественно.       Чимин хихикнул в кулак, потому что возразить ему, в общем-то, было нечем. И махнул рукой в сторону дома. Прислуги нигде не было видно. Тэхён не любил, когда лишние люди отсвечивают и мешают наслаждаться осознанным одиночеством. Но Чимин не сомневался, что кто-то из обслуги рядом и уже бежит к нему с фужером и легкими закусками в руках.       — Мне нужен твой совет, — признался Чимин и присел на край свободного шезлонга, как на иголках.       — Никаких дел, пока солнце так высоко, — улыбнулся Ким. И вопреки своим же словам приготовился слушать.       Когда Чимин получил свой фужер, а официант с идеальной осанкой, в тонкой белой рубашке и со смешной черной бабочкой налил игристое и удалился в неизвестном направлении, оставив бутылку в ведёрке со льдом, омега начал свой рассказ. Тэхён слушал внимательно и не перебивал. Только на части с завтраком в доме Сухёка, наощупь нашёл свой длинный шёлковый халат и, наконец, прикрыл нагое тело, садясь и закидывая ногу на ногу.       Когда Чимин закончил говорить, рот Тэхёна на секунду изобразил букву «о». А потом повисла тишина.       — Умоляю, скажи что-нибудь дельное, — наседал Чимин, словно за ними кто-то гнался. Он даже успел запыхаться, пока рассказывал. — Я должен уйти от Сухёка? Или… Или…       — Ну уж нет! — наконец-то вступил в диалог Тэхён. — Глупо отказываться от того, что уже у тебя в руках. Хотя я тебя понимаю.       — Я не могу отказаться от Чонгука, — промямлил Чимин и, подняв ноги на шезлонг, спрятал лицо за голенями.       — И не надо, — Тэхён выписал в воздухе рукой неопределенную фигуру. — Доведи дело до конца, разведись и живи долго и счастливо со своим Супер Майком.       — Даже если я смогу… что делать с первой брачной ночью? — Чимин запаниковал. — Я не смогу… я… не хочу!       — Успокойся, — закатил глаза Ким. — Дыши глубже, — а вот это уже полезный совет. — Брачную ночь можно сорвать. А на утро уже подать на развод. Ну или как пойдёт.       — О чём ты говоришь? — Чимин растеряно моргал. — А как быть с брачным договором? И всем остальным?       — Ой, не драматизируй, — Тэхен махнул рукой и одним глотком допил содержимое фужера, следом подливая себе ещё. — Скажи, что пробный период окончен и всё остальное только после свадьбы. А в брачную ночь сделай вид, что тебе плохо, или притворись, что заснул.       — Я же не могу так каждую ночь делать…       — А каждую ночь и не надо, — с видом знатока заверял Тэхен.       — Ну допустим, — Чимин кивнул, но верил слабо. — А дальше-то что?       — Ты только представь, как он будет подавлен, когда не получит желаемое. На этом и сыграем, — Ким поиграл бровями и выглядел при этом триумфально.       — Ты говоришь загадками.       — В моей голове созрел план, — Тэхён готовил заговор и был этим горд. От скуки уже зубы сводило, поэтому оказаться в центре намечающегося приключения казалось желанной перспективой. — Но нужна будет помощь ещё одного альфы, которого не знает Сухёк и которому мы точно можем доверять.       — А если Чонгук будет против? — Чимин немного расслабился, заразившись уверенностью друга.       — Объясни ему все за и против, — у Тэхена всё просто. — Если не согласится — значит, не стоит твоего мизинца.       — Обхохочешься, — Чимина закатил глаза.       — Ты не должен отказываться от своей мечты из-за какого-то альфы, — Тэхена было уже не остановить. Чимин отлично знал, какую историю сейчас услышит, но стоп-слова от этого не было. — Я мечтал быть саксофонистом, — с видом вселенского страдальца понизил голос Ким. — И посмотри, где я теперь? — выглядел не слишком убедительно, учитывая окружающую обстановку.       Чимин закусил губу, лишь бы не засмеяться. Эти причитания друга всегда его веселили.       — Но если бы я не отказался от своей мечты, то сейчас был бы замужем за саксофонистом, и вся моя жизнь крутилась вокруг какого-то альфы.       — Это ты к чему?       — К тому, что у тебя правильная мечта. Надо действовать!       — Ладно, — Чимин сдался. Потому что спорить с Тэхеном по определению бесполезно. А ещё потому что хотелось услышать грандиозный план в подробностях, чтобы потом обсудить с Чонгуком и определиться с их будущим.

***