premonition

— Сонхва… — шепчет Хонджун. — Сонхва, беги! Сонхва ничего не понимает, смотрит на Хонджуна, повернувшегося к нему спиной, будто бы они сейчас где-то в параллельной вселенной за гранью реальности. — Сонхва, чёрт тебя дери, — почти рычит Ким, разворачиваясь к парню и подходя к нему слишком быстро. Он хватает парня за руку и поднимает его на ноги. — Беги, слышишь?! До Пака доходит, что нужно делать только тогда, когда вдалеке он слышит приближающиеся визги, рычание и вопли. Их, мать вашу, сотни… И они все несутся прямиком к их базе. Они приближаются с такой скоростью, что кажется, будто земля вот-вот начнёт дрожать. Ужас наполняет тело Сонхва за секунду, и он может поклясться, что никогда раньше такого не ощущал. Осознание того, что они все скоро погибнут, прокатывается по венам, вселяя страх как за свою жизнь, так и за жизни других людей, которые находятся тут. Уён, Сан, Ёсан и Чонхо… Они не знают этого. Они ведь не знают того, что тут происходит. Хотя… Наверняка они слышали выстрелы, и уже готовятся к бою. К бою за собственную жизнь. К бою со смертью. Сонхва молчит. Он моргает, смотрит на Кима, который кричит на него, но он не может разобрать ни слова. Он видит только движение его губ, то, как надламываются брови и иногда появляются морщины беспокойства и страха. Хонджун снова пытается растормошить Сонхва, чтобы заставить его двигаться. Он потеряет его. Он потеряет Хонджуна. Он потеряет Уёна… В его голове снова и снова крутятся одни и те же парализующие сознание мысли, когда он слышит вопли приближающегося к ним роя зомби. Ким перестал бороться с Сонхва и, схватив его за руку, заставил его бежать вместе с собой подальше от забора. Они оба видят, как тот самый мужчина стоит за воротами с раскинутыми в разные стороны руками, словно в покое, приветствуя ту самую гибель, которой ему уже точно не избежать, и на которую он обрёк остальных, пока ещё живых людей. Это происходит словно в замедленной съёмке. Сонхва видит, как первая бешеная тварь прорывается сквозь ветви деревьев и прыгает на смиренно ожидающего свою смерть человека. К нему прибавляются ещё несколько таких же отродий, и они буквально разрывают мужчину на части, после чего начинают перелазить через забор, словно это не какая-то серьёзная преграда, а просто картон. И ребята убили на это ограждение от внешнего мира уйму своего времени и сил. Их становится всё больше и больше. Огромное количество бешеных тварей движется настолько быстро, что их бледная кожа и обсидиановые глаза сливаются в единое пятно непонятного оттенка. Сейчас у них только одна цель, убить их всех. Убить всех, кто так дорог Сонхва. Хонджун, замечая, что Пак до сих пор находятся в некой прострации, достаточно сильно толкает его в направлении безопасность, а сам же вытаскивает меч, чтобы противостоять смерти. Сонхва кричит Хонджуну, что это опасно, что он один не справится с такой толпой, да даже если они соберутся все вместе, у них просто не хватит сил отбить такой напор. Парень старается подойти к Киму, который ни на минуту не хочет отступать от боя, но старший слишком хорошо его знает и прекрасно понимает, как бы хорошо этот дерзкий паренёк не владел мечом, его просто в лёгкую разорвут на части. Разворачиваясь, чтобы броситься за оружием, Пак видит Сана, выходящего из дома с пистолетом и сразу же стреляющего в голову бешеной твари, которая направлялась в сторону Кима. Чхве делает ещё несколько выстрелов и каждый раз попадает чётко в цель. За спиной Сана появляются Уён и Чонхо, которые, окинув взглядом уничтоженный забор и месиво из бешеных тварей, сами приходят в ужас от увиденного. Уён оставляет на щеке своего парня короткий поцелуй, после чего несётся в эпицентр боя, пробегая мимо Пака и бросая тому его лук и стрелы. Сонхва видит, как стадо бешеных надвигается на них, перепрыгивая друг через друга и пробивая стены домов. Отовсюду доносятся крики выживших, которые мирно жили на территории базы и не успели среагировать на внезапную засаду, которая слишком неожиданно их всех настигла. Он знает, что у них нет шансов сразиться с таким огромным стадом. Они просто не смогут, не с тем ограниченным вооружением и персоналом, который у них есть, и в доли секунды он должен принять решение - сражаться или бежать. Этот выбор может стоить ему жизни, но… Он ведь спасёт других, если останется, так? Пак делает выбор чертовски быстро. Быстрее, чем любое другое решение, которое он когда-либо принимал, потому что он видит, как бешеная тварь, забравшаяся на крышу их дома, спрыгивает вниз на Хонджуна. Сонхва действует незамедлительно, стараясь включить все навыки и отключить лишние мысли. Пак пускает стрелу в глаз ещё до того, как эта тварь успевает приземлиться. Следующая стрела пробивает череп той, что пыталась укусить Кима за ногу. Третья стрела попадает в шею той мерзости, которая преследовала Уёна, который пока не заметил опасность около себя. Сонхва прицеливается и стреляет. Целится. Стреляет. Делает спокойный вдох. Прицеливается. Стреляет. Бешенство… Оно ужасающе громкое, дикое, словно визжащее. Создаётся такое ощущение, будто бы поток тварей из леса не останавливается ни на секунду. Их всё больше и больше. Сонхва теряет представление о том, где находятся его друзья. Где сейчас Уён? А Сан? Его тоже не видно. Куда делся Чонхо? Ёсан? Он не знает ничего об их местоположении, и это его пугает. Единственный, кто мельтешит перед его глазами, - это Хонджун, лицо которого испачкано и забрызгано бурой, гниющей кровью мертвяков. Ким подобрал с земли один из кинжалов Уёна, всё ещё размахивая мечом в правой руке и пронзая острейшим клинком очередного бешеного. Сонхва выпускает последнюю стрелу, пока не понимает, что всё кончено. Он бросает бесполезный лук на землю и тянется за ножом, но тот, видимо, упал от удара, когда Ким повалил его на землю. Тогда он бежит. Хонджун смотрит на него и на трех обезумевших отродий, преследующих Пака, и убивает одного из них, пробежав несколько метров. Кинжал, которым пользовался Ким, оказывается в ладонях Сонхва, и когда сзади раздается ошеломляющий крик, Пак разворачивается на месте и вонзает нож прямо в глазницу бешеного, который только что достиг их местоположения. В этот момент он замечает Ёсана. Он стоит на крыше их дома, ярким пламенем зажигая фитиль, что заставляет Сонхва закричать на него. Парень смотрит на них обоих. На Хонджуна с Сонхва. Он улыбается им, но улыбка превращается в горькое, испуганное подергивание рта, от которого сердце Сонхва замирает в горле, потому что он может прочитать выражение лица их врача. "— Иногда мне хочется быть таким же. Просто сказать всем зомби последнее "идите нахер" и уйти с шумом. — Я тебя понимаю, да… И это легко представить, - просто принести себя в жертву, забрав в собой несколько этих омерзительных тварей. Хотя… на практике это гораздо сложнее. Для такого нужно чертовски много храбрости." У Пака кровь стынет в жилах, но их вдруг зовет Кан. — Сонхва, быстро хватай Хонджуна и бегите. Пак кричит еще громче, когда Ёсан бросает взрывчатку прямо в самую большую кучу бешеных тварей. Парень, мать вашу, даже не знал, что у них, оказывается, есть взрывчатка, но он понимает, почему ее раньше не использовали, - из-за звука, который она создает. Ким пригибается к стройной фигуре Сонхва, пытаясь заслонить его, но он грубо толкает его назад, и они оба падают на землю. Хонджун корчится под ним от неожиданной резкой боли, так как приземление было не очень удачным, а Сонхва готовится к обжигающему жару, который вот-вот обрушится на них. Громкий, оглушительный взрыв заставляет его зажмурить глаза и изо всех сил прижаться к телу Кима. Вокруг раздаются визги бешеных, которые кричат от того, насколько сильно раскалился воздух вокруг них. Кажется, что в аду будет даже попрохладнее. Сонхва прекрасно ощущает этот жар своей спиной. Адское тепло, пронзающее позвоночник, вызывая мурашки на его плоти, а палящее облако химикатов и огня продолжает взрывается вокруг них. Осколки дерева и оторванные конечности - то, что они замечают, и Сонхва зажмуривает глаза, прижимаясь лицом прямо к лицу Хонджуна, чтобы сохранить младшего невредимым. Киму удается выкарабкаться из-под парня, крепко ухватить его за локоть и оттащить от самого страшного. Эти твари всё ещё вокруг, они преследуют их. Пак поднимается с земли, дезориентированный и потрясенный, наблюдая, как бешеный тащит себя к ним, используя только верхнюю часть тела. Он до сих пор чувствует жар на спине, но Ёсан смог бросить взрывчатку достаточно далеко от них, чтобы ядро взрыва не задело их обоих. Ещё один бешеный, лежащий на земле, с визгом бросается на них. Парни потеряли оружие от взрыва, меч и кинжал валяются в траве в десятках метров от них, а эта тварь рычит, широко раскрыв пасть, словно готовясь вцепиться во что угодно, что будет в радиусе её досягаемости. Мускулистая верхняя часть тела оставляет за собой след из вязкой крови, приближаясь к ним двоим. Хонджун снова оттаскивает старшего, на этот раз за талию, и он бросает последний взгляд на крышу их дома, где по-прежнему стоит Ёсан, окруженный бешеными зомби, но, похоже, у него под рукой есть оружие. И хорошо… только на вряд ли ему это поможет. Их там слишком много для него одного. Ёсан простреливает череп зомби, умершее второй раз тело падает на крышу дома, а он в последний раз кричит Хонджуну и Сонхва, чтобы они бежали, даже не глядя на них. Бешеный, преследующий их, двигается крайне быстро, даже тащась на двух руках, и он быстро настигает их. Однако Пак бьет его по лицу, морщась от того, что зомби вцепился в его ногу когтистой рукой. Хонджун ударяет массивной подошвой ботинка по скуле бешеного, и тот теряется на несколько секунд в пространстве, что позволяет старшему вырваться из его хватки. Они снова бегут. Добежав до края забора, Сонхва слегка замедляется, сомневаясь в правильности решения, потому что Уён до сих пор где-то там. Ёсан на крыше, практически жертвует собой ради их жизней, и он чувствует, как его сердце разрывается в груди от того, насколько же это больно. Сонхва собирается развернуться. Даже без оружия, может быть, он сможет что-то сделать. Он понимает, что, учитывая нынешние реалии, это просто невозможно. Паника и отчаяние пронзают его, потому что он не может просто оставить своих друзей вот так, даже если это будет предвещать его собственную смерть. Однако Хонджун понимает, что если сейчас он его не остановит, то всё закончится ещё хуже, чем есть на данный момент. Поэтому парень ловко поднимает Сонхва и перекидывает его через порванную металлическую сетку на углу забора, который свободен от колючей проволоки, и тянет за собой дальше. Сонхва вскрикнул от удара, когда Ким приземлился на него сверху. Черт возьми, его копчик явно не скажет ему спасибо за всю эту пронзающую каждую нервную клетку боль, которую он испытывает. Хонджун пытается извиниться, но ни один из них не может произнести ни слова, оба пытаются подняться с травы. Бешеная тварь кричит, бессмысленно бьется мордой о забор, но сил прорваться уже не хватает. Однако другие озверевшие носятся повсюду, и когда Сонхва видит, что несколько из них повернулись в их сторону, он хватает Хонджуна за руку и бежит прочь. У него слезятся глаза и перехватывает дыхание от страха за свою жизнь, за жизнь Хонджуна и всех их друзей, но они уже ничего не могут сделать. Окраина, 500 м от центра Сеула. Они бегут. Иногда Хонджун тянет Сонхва за собой, потому что его ноги просто перестают слушаться, из-за чего он спотыкается настолько сильно и часто, что им приходится делать небольшие перерывы. Или же Сонхва тянет Хонджуна за собой, когда Ким не перестает оглядываться, спотыкаясь о корни деревьев, царапая руки так сильно, что Пак сжимает ладони младшего крепче, чтобы хоть как-то защитить нежную кожу. И когда они достигают конца леса и оказываются на грани въезда в Сеул, Сонхва падает на землю и разражается слезами. Больно… Как же ему больно. Хонджун садится рядом с ним, обхватывает его за плечи, стараясь успокоить, но из его глаз тоже льются слёзы, и он ничего не может с этим поделать. Пак чертовски долго не может справиться с болью и отчаянием, подкатившими к его горлу. Он хочет уйти... хочет вернуться и спасти Уёна. Спасти Сана, Ёсана, Чонхо и остальных выживших. Но когда он моргает, то видит только крики и ужас. Ужас, который душит его, врезаясь в горло тисками. Обсидиановые глаза бешеных, их оглушительный визг и разинутые рты. Он слышит только крики Ёсана, который просит их уйти. Всё, что он чувствует, и что хоть как-то отвлекает его, это руки Хонджуна на его спине, которые поглаживают её в успокаивающем жесте. Всё, о чем сейчас может думать Пак, - это то, что он нигде не видел Уёна, затерявшегося в волнах зомби. Это заставляет его ком в горле забиться в тревоге и беспокойстве, в бешеной потребности увидеть своего лучшего друга в безопасности. И отчаяние внутри него превращается в безнадежное, беспомощное, кипящее чувство вины, ярко пылающее в его груди, потому что их больше нет, а Сонхва остался, опустившись на колени, с Хонджуном рядом, в безопасности. Они сидят на траве, пока не заходит солнце. Парни не разговаривают, даже шепотом. Просто сидят рядом друг с другом, скрестив ноги, смотрят на заброшенный город перед собой и думают о разрушенной базе, которую они оставили позади. О людях, которых они оставили позади… И когда последние лучи солнца опускаются за горизонт, они встают, Сонхва поддерживает Хонджуна, когда они спрыгивают с небольшого холма, чтобы добраться до шоссе. — Сонхва, я… — Не надо. Хонджун затыкается после лаконичного ответа Пака. Никто из них больше не пытается заговорить, пока они идут по шоссе, обходя брошенные машины. Этот путь отличается от того, по которому они шли с Уёном предыдущим утром… В этот раз они идут совсем с другой стороны, и без оружия наготове им непривычно и страшно. Сонхва не узнает местность, куда они направляются. Это просто темный переулок в центре Сеула, в который он заходит без раздумий. Он едва успевает вздрогнуть, как сзади раздаются шаги Хонджуна, и тот резко пихает его к кирпичной стене, прежде чем Пак успевает выйти в открытый город без оружия, без смысла и с отсутствием желания противостоять этому миру. Хонджун шипит, ругается и прижимает Сонхва к стене, упираясь руками в его плечи, фиксируя его на месте. — Ты блять убьешь нас обоих, если будешь действовать так безрассудно. Лицо Хонджуна сурово, глаза темные и яростные, поглощённые попытками проанализировать лицо Сонхва. Пак смотрит на него, видит озабоченность, душевную боль и беспокойство на лице, и он понимает, что Ким так же расстроен случившимся, как и он сам. Подбородок Хонджуна слегка вздрагивает, когда он еще раз резко толкает Сонхва к стене, фиксируя его тело на месте, прежде чем старший снова попытается сделать какую-нибудь глупость. Пустота в сердце эхом ударяется о грудную клетку, создавая ощутимое чувство эха внутри. Может, он и выжил, но морально… Морально его уже нет. — Тогда оставь меня, - шёпотом сказал Сонхва.