Москва слезам не верит.

Звон будильника, головная боль после пятничной пьянки, сухость во рту и гнилая квартирка хрущевки в забытом Богом месте стали почти семьей для Ким Тэхена. Родители были категорически против переезда в Россию, но разве это остановит разгоряченную, молодую, насмотревшуюся телевизора душу? Нет. И вот теперь он почти три месяца учится в университете на факультете философии и слоняется по городу, периодически меняя место работы. Деньги нужны всем, но получить их не так то просто. То начальство несет бред каждую минуту, то не остается свободного времени, то просто понимаешь, что это не твое. Но наравне с этими мыслями стоит «надо». Вот надо и все. Делай что хочешь, но делай. — Ты вставать вообще планируешь? — высокий голосок донесся с кухни, а следом и запах свежее приготовленной яичницы. Чимин был единственным человеком из группы, который не смотрел на Кима так, будто он с другой планеты. Тоже кореец. Познакомились, подружились, ну и решили снимать жилье вместе. Дешевле все-таки. — Ты меня вообще слышишь, алкота? — Не ори ты, придурок. Методы пробуждения у Чимина жестокие, но рабочие. То водой холодной окатит, то орет как не в себя, а иногда в нем просыпается тварь и он в шесть утра включает на колонке, лежащей под ухом друга, плейлист с песнями Бузовой. В этот момент даже, кажется, соседи желают ему смерти. — Боже, как миленько, — Тэхен прошел на кухню, где старший в совершенно нелепом розовом фартуке крутился у плиты, — ты прям моя маленькая женушка, — сказал он, приобняв его за талию и чмокнув за ухом, за что мгновенно получил локтем под ребра. — Не заигрывайся, говна кусок. Что же ты в, сука, очередной раз бухаешь без своей маленькой женушки? — Ты говорил, что у тебя планы и я не счел нужным уведомить тебя о сея пьянке, — сверкнув улыбкой он уселся на стул, притягивая к себе тарелку, — спасибо. — Должен будешь, мудила. Это их личная идиллия. Им хорошо, а на остальное плевать. — На пары идешь? — У меня есть выбор? — Выбор есть всегда, — Чимин хоть и повторял это часто, но сам не верил в свои слова. Пары в субботу, стоящие в расписании, совершенно лишают его права выбора. Машина заводится и человек с опухшим лицом на пассажирском сидении прикрывает глаза, благодаря бога за то, что он не за рулем и у него есть еще минут тридцать на сладкий сон. А вот Чимин этому не рад. Ведь именно он на своей ладе везет их в университет. — Подъем, — Пак трясет друга за плечо, одновременно с этим отстегивая ремень. Проморгавши Тэхен повторяет за ним и, забрав рюкзак с заднего сидения, направляется за ним к центральному входу. Будит до конца сильный толчок в плечо, от которого Кима практически откидывает назад. — Смотри куда прешь, — парень презрительно поднял уголок губы и зачесал смоляные волосы назад. Ахуенные руки. Чертовски ахуенные забитые руки. — Свали, Чон, — Ким потер ушибленное плечо и обошел его, — мудак, — хоть и сказано было шепотом, но мимо проколотых ушей не прошло. Подтверждением был тихий смешок. — Что это было? — у Чимина был взволнованные глаза, ведь стычки с Чонгуком просто так не проходили. — Ничего. Походу он в очередной раз не выспался, — Тэхен встряхнул головой и тяжело вздохнул. — Сколько можно уже? Слава богу, в этом году он уйдет и мы его больше не увидим, — он приободряюще обнял друга за плечи и повел его в кабинет. Тяжело, когда с самого первого дня к тебе цепляется звезда университета из-за того.. да из-за чего угодно. Каждый день новая причина. Но хорошо, когда у твоего друга есть старший брат, который входит в круг приближенных того самого. Намджун никогда не становился таким, как Чонгук. Да, вид его пугал. Он был почти на две головы выше самого Чона, вечно черная одежда и не меньшее количество татуировок. Но он никогда не старался выделиться. Так получилось. Он учился, надо признать, довольно не плохо, снимал квартиру и работал. Плюсом ко всему этому шло то, что он являлся старшим братом Чимина и поэтому никогда не позволял Чону заигрываться по отношению к младшим. Спорить с ним как-то ни у кого не было желания. Все таки с переломанными руками и ногами на пары особо не походишь, а вот отработки пугали не меньше Намджуна. Вот так и жили. Под крылышком Джуна и на ножах с Чонгуком. — Здорово, мелкий, — Намджун, сделав вид, что хочет обнять, подошел и перекинул Пака через плечо и, к счастью, успел его мягко поймать, иначе бы сотрясения он не избежал. — Сука, я обосрался. Предупреждай хотя бы, — он поднялся и дал тому пять. — В этом и смысл, — он ткнул пальцем ему в лоб, — неожиданность. Надо быть всегда готовым. — Иди ты, — отмахнувшись от него Чимин пошел к автомату с напитками. — Как дела, Тэ? — хоть и братом Намджуна был Чимин, к Тэхену он относился не менее трепетно. — Терпимо, голова болит, — на это старший лишь хмыкнул. — Пить надо меньше, — он увидел компанию парней и махнул им рукой. Гадать не надо было кем они оказались. Увидев черноволосого Ким захныкал. За что ему это все? — И снова привет, красавица, — Чонгук закинул руку на спинку скамейки и вплел пальцы в волосы Тэхена, — ух, а перегар то какой, принцесса. Часто пьешь? — Тебе то какая разница? — Ну, как же, мне интересно. Выпьешь со мной? — С тобой? Слухи ходят, что ты заводишь сладких мальчиков к себе и пьешь их кровь, мне страшно, — он сделал невинные глазки и щелкнул старшего по носу, — а если серьезно. Нет. Я не гей, Чон. Прости, но мою задницу ты не получишь. — Может они все врут и мне просто интересна твоя компания? — Быстрее Чимин волосы красить перестанет, чем я тебе поверю, — было понятно, что этого не случится, — так что, будь добр, ручки убери, мне жарко, — Тэхен брезгливо скинул с себя руку и отодвинулся от него. Послышался смех парней, наблюдавших за развернувшейся картиной. — Ну ты и злой, Тэ-Тэ, — Хосок стукнулся с ним кулачком и сел рядом. — Что происходит? — Чимин, кинув другу банку колы, осмотрел всех стоявших здесь и остановился на Чонгуке, — Какой бред на этот раз ты несешь? — Я просто предложил выпить вместе, — он поднял руки в примирительном жесте, — ничего такого. — О как. Ну и что? Кто идет? — он вновь обвел глазами парней. — Чимин, нет. — Чимин, да, — он сложил руки на груди, — считай это местью от своей женушки, — и повернулся к Чону, — где, когда и во сколько? — Давай завтра в часиков восем, — и посмотрев в глаза Юнги, — в черном. — Ну нет, — он агрессивно замахал руками, — в мой клуб вы не зайдете. — Ну ладно тебе, — Чимин кинулся к тому на шею, — ну Юнги-я, пожалуйста, — он очаровательно моргнул и надул губки, ведь знал, что против него Юнги не пойдет. — Господи, помоги, — он потер глаза рукой, а другой обхватил младшего за талию, прижимая ближе, — черт с вами, ладно. — Я знал, — Чимин хлопнул в ладоши и чмокнул его в щеку, от чего щеки Мина покраснели, а сам он прикрыл глаза, — тогда до завтра, парни. Все дружно помахали Чимину, который подхватил Кима под локоть и повел его в другое крыло, где у них была следующая пара. Пак весь светился, а вот кое-кто не разделял его радости. — За что ты так со мной? — За все хорошее, любовь моя. *** — Пак, мать твою, Чимин, — громкий крик донесся с соседней комнаты, — где мои любимые джинсы?