Вопреки вине

      — Черт! — выругалась я, выронив наушники из кармана себе под ноги.       Я снова опоздала, чему никто не будет удивлен, но как же неудобно заходить в класс, где тебя встречает недовольный взгляд учителя.       Когда я подоспела к светофору, удача оказалась на моей стороне — горел зеленый свет. По привычке посмотрев по сторонам, я ступила на дорогу, но тут же остановилась — мои глаза приковались к знакомому байку, который был готов сорваться с места при первой же возможности.       Я закатила глаза.       — Опаздываешь, Михара-чан? — Баджи издевательски ухмыльнулся.       — Михара, — мой голос был раздраженным, — просто Ми-ха-ра.       — Долго стоять будешь? — Баджи вновь одарил меня таким взглядом, будто я самый тупой человек в Японии, как и в первый день нашего знакомства, которое произошло на этом же пешеходном переходе. — Запрыгивай уже.       Но в этот раз его голос не был грубым.       Меня абсолютно не воодушевляла перспектива — доехать до школы вместе с Кейске Баджи. Однако лучше опоздать на десять минут, чем на тридцать. Я даже в какой-то степени была рада, что он хочет меня подвезти.       Не раздумывая, прыгнула за его спину.       — А ты не боишься заявляться в школу на мотоцикле? — я вскинула бровь. — Могут пойти слухи, что ты до сих пор в Тосве.       — Во-первых, я не паркуюсь рядом с территорией школы, а, во-вторых, никто кроме тебя не знает, что я когда-то состоял в банде, — Баджи обернулся ко мне, сдвинув брови к переносице. — Ведь так?       — Да, так… — задумчиво сказала я.

***

      Только подойдя к кабинету, в голову пришла мысль о том, что наш одновременный приход будет выглядеть странновато. Надеюсь, это не натолкнет некоторых личностей на грязные мыслишки.       Баджи открыл дверь, пропуская меня вперед. Кивнув головой Ямаде-сану, который махнул рукой в сторону, чтоб мы быстрее зашли без объяснений, я сразу обратила внимание на вторую парту, где должна сидеть Саяка. Ее нет — впервые наблюдаю такую картину. Ответственная, всегда прилежная ученица впервые не пришла на учебу. Даже когда болела, приходила на уроки, в маске. Что могло произойти? Неужели ее настолько задело увиденное вчера?       Баджи, ни о чем не задумываясь, сел за первую парту и поправил свои нелепые очки. Хорошо, что бросил привычку пользоваться гелем для укладки, который совершенно его не красит.       Я осторожно прошла между рядами, взглянув на Рейдена, который, к моему удивлению, даже не посмотрел в мою сторону. Затем я зацепилась за взгляд Иоши, впервые не спавшего на первом уроке. Его брови были тревожно приподняты, а глаза были наполнены некой грустью.       Сев за свою парту, я вопросительно посмотрела на него, ожидая услышать причину разочарованного выражения лица, но ни ее, ни какого-либо ответа не последовало. Иоши прошелся рукой по волосам, убирая их назад, и лег на парту. Да что, мать твою, происходит? Почему меня игнорируют мои друзья? Своим опозданием на урок я отвлекла их от решения веселого уравнения? Это утро необъяснимо странное.       Я скрестила руки на груди и облокотилась на спинку стула. Место Мики по-прежнему пустовало. Шелест листов становился тише, практически перестал доноситься шум из приоткрытого окна. Лишь монотонный голос учителя перебивал настигающую, удушающую тишину, в которой я боюсь оставаться.       Взгляд вновь пал на место Саяки. Она точно влюблена в Баджи — очевидно. Но трудно поверить, что наша поездка на байке вдруг заставила ее не прийти. Ведь даже после пропажи ее матери пять лет назад, она как штык была на математике. Такая надоедливая, пакостная, но очень сильная девушка не могла пропустить урок сейчас из-за пустяка. Разве что накопившиеся эмоции от последних событий заставили ее прогулять. После того, что произошло с Микой, нам всем стало не по себе, но Саяка… была близка с ней, хоть и очень давно. Можно сказать, они были лучшими подругами, до точки невозврата, как ни странно, пять лет назад. То время для всех стало переломным.

***

Сентябрь, 2003 год. Воспоминания.

      Тишина. Все одноклассники вышли в школьный коридор, чтобы дать кабинету проветриться. Я же осталась сидеть, гоняя свое отчаяние из одной стороны разума в другую.       Прошло почти два месяца с момента гибели моей мамы, но чувство потери не собирается униматься. Наоборот, оно дополняется новыми, более мрачными ощущениями. Казалось, моя жизнь кончена, я не смогу радоваться, смеяться, гулять с друзьями, веселиться. Все привычные удовольствия стали недоступными, и более того, теперь они намертво заперты в глубине моей души на проклятый замок под названием «Чувство вины».       Все вышло так внезапно. Мама не собиралась переходить дорогу. Она не собиралась… Я ее вынудила.       Если бы меня не было на другой стороне, мама прошла бы мимо. Если бы я не помахала ей рукой, она бы меня не заметила. Если бы мне не приспичило купить сладостей в тот день, она была бы жива.       Я задрала рукава белой, не глаженной рубашки, чтобы рассмотреть красные пятна, оставленные зажигалкой в попытках заглушить каждое болезненное «если бы…»       Ведь все могло выйти иначе, если бы… не я.       Кроме всепоглощающей мысли о собственном ничтожестве, в голове изредка мелькало имя убийцы. Нобору Киото. Я не помню его взгляда, голоса, отличительных черт. Он член Скорпиуса — все, что я помню. Байкер, бандит, убийца, нечеловек. Каждая буква его имени вызывала дикую ненависть, злость и безумное желание отомстить. Однако, что я могу?       Преступника сразу задержали. Теперь ему грозит реальный срок по решению суда. Не только за убийство, но и за угон машины, вождение в состоянии алкогольного опьянения и хранение огнестрельного оружия. На сидении автомобиля нашли пистолет.       Через Нобору следователям удалось выйти на других членов банды, совершивших преступления. Все-таки ограбление ювелирного магазина их рук дело, как и предполагала мама. Скорпионы официально признаны приступной группировкой и вынуждены прекратить свое существование.       Все кончено. Но не для меня. Не знаю, возможно ли пережить потерю. Сколько нужно времени? Год? Два?       Одно я знаю точно — чувство ненависти к байкерам никогда не покинет мое сердце.       Дверь медленно открылась, и я быстро одернула рукава, увидев Саяку, прожигающую меня взглядом.       Она закрыла за собой дверь и направилась ко мне.       — Осталась в классе? — девочка потрогала мочку уха, и, судя по глупому вопросу, она хочет со мной поговорить. С чего бы это?       — Как видишь, — безэмоционально ответила я, вжавшись пальцами в края рукавов рубашки. — Ты что-то хотела?       — Да, — уголки ее губ дернулись, казалось, появилась едва заметная улыбка, — узнать о твоих чувствах. Попросила всех одноклассников остаться снаружи. Как ты? — Саяка встала рядом, уперевшись ладонью в край моей парты.       — Тебе ведь нужно что-то от меня, так? — я выгнула бровь. — Тебя не интересуют мои чувства.       — Как раз они меня интересуют, — она горько усмехнулась. — Когда пропала моя мама, мне тоже было непросто. До сих пор непросто. И… — Саяка выдержала паузу, одарив меня ненавистным взглядом, — я хочу быть уверена, что теперь тебе еще хуже, чем мне…       — Что? — я непонимающе сдвинула брови.       — Ведь ты была счастлива, пока твоя мать была жива, — голос задрожал, — такая уверенная в себе, везде успешная, всеми любимая Аризу Михара.       — Что ты несешь? — я встала со стула, оказавшись напротив ее нахального лица.       — У тебя всегда получалось лучше: искать друзей, влюблять в себя мальчиков, петь, даже учиться лучше меня, нисколько не слушая учителей на уроках, — губы расплылись в кривой, дрожащей улыбке, — но теперь это в прошлом.       — Заткнись, — прошипела я, до боли впившись ногтями в ладони.       Взгляд Саяки скользнул по накопившимся слезам в моих глазах. И она хрипло усмехнулась, будто сошла с ума.       — Ты ведь была там? — она приподняла брови в надежде, — ты видела ее смерть?       — Завались! — я сделала шаг вперед, но Саяка даже не шелохнулась.       — Наверное, ты винишь себя в ее смерти, — продолжила девочка, абсолютно игнорируя мои слова. — Так и должно быть. Ведь ты была рядом и все равно не смогла ничего сделать. Какое невезение.       — Если ты сейчас не заткнешься, я разукрашу тебя, тварь! — я сжала кулаки еще сильнее, пытаясь удержать непрошенные слезы.       — Знаешь, я рада, что самую главную опору и поддержку в твоей жизни бесчеловечно размазали по асфальту. Может теперь у меня будет шанс…       Недослушав Саяку, я, как в тумане, размахнулась правой рукой и отпустила хлесткую пощечину. От сильного удара по лицу, девчонка попятилась назад, чуть не свалившись с ног.       Мое тело тряслось от ненависти, я перестала чувствовать меру.       Схватившись за раскрасневшуюся щеку, она решила окончить начатую речь:       — Шанс превзойти тебя, потому что…       — Закрой рот! — я крикнула и, совсем потеряв контроль, двинула кулаком по ее морде, отчего не пытавшаяся защититься одноклассница упала на пол.       — Я лучше, — промямлила Саяка, прикрыв нос хрупкими пальцами, сквозь которые хлынула кровь на белую рубашку.       Мне не хотелось себя сдерживать. Я сделала шаг вперед, собираясь накинуться на нее, но ее дрожащий голос заставил меня остановиться:       — Хватит, — Саяка выставила передо мной залитую кровью ладонь, — мы квиты.       Дверь кабинеты резко открылась, откуда показались шокированные лица одноклассников. Мика тут же подбежала к нам и начала поднимать свою побитую подругу на ноги.       — Вы что делаете? — завопила девочка, оглядев расквашенный нос Саяки и многочисленные капли крови на ее рубашке. — Собирались же просто поговорить!       — Она набросилась на меня на пустом месте, — Огава театрально пустила слезу, — я просто хотела ее поддержать.       Мика непонимающе посмотрела в мои полыхающие злостью глаза.       В мыслях мелькал весь тот бред, который выложила больная на голову Саяка минутой ранее. Я собиралась возразить, но встретилась с презрительным взглядом одноклассников, которые уже начали перешептываться.       Я посмотрела на покрасневшие костяшки, и все слова тут же вылетели из головы. Меня до сих пор трясло от произошедшего.       — Мика, ты веришь мне? — перекрыв ладонью кровотечение, девочка вопрошающе посмотрела в глаза своей подруге.       Мика взглянула на покалеченную Огаву. Я не понимала, что сказать в свою защиту, положение далеко не выигрышное. Кто из одноклассников поверит, если они уже ненавистно на меня смотрят. Гораздо легче встать на сторону жертвы, тем более ее жалостливый вид, вероятно, перекроет все мои доводы. Переходить на грубую силу — ошибка. Казалось, мне нужно было что-нибудь сказать, но я лишь села на свое место, поняв, что прямо сейчас могу потерять свою подругу. Хороший ход, Саяка.       — Нет, — тихо произнесла Мика, стараясь не смотреть на до сих пор льющуюся кровь из носа подруги.       Все взгляды устремлены на Мику.       — Что? — переспросила Саяка.       — Я не могу поверить тебе, — Мика накрыла своей ладонью мою разбитую руку, — ты явно недоговариваешь. Ари не могла просто накинуться на тебя это не в ее духе.       — Но…       — Виноваты всегда обе стороны, — Мика перебила ее. — Скажи правду, Саяка, — девочка пронзительно посмотрела ей в глаза, сильнее сжав мою руку, — или скажет Аризу.       Одноклассницы, стоявшие за спиной Саяки, бросили гневный взгляд на Мику и потянули пострадавшую за руку, предлагая выйти из класса.       Саяка не отрывала взгляд от Мики, когда медленно пятилась назад.       — Предательница, — прошипела она, и, резко развернувшись, выбежала из класса.       Почти все одноклассники пошли за ней, видимо, чтобы пожалеть и оказать первую помощь.       Мика села на стул спереди и уставилась в мои пустые глаза.       — Какого хрена здесь произошло?       Я немного помедлила, пытаясь собрать мысли в кучу.       — Почему… ты поддержала меня? Саяка твоя подруга.       — Ты тоже, — твердо сказала она, — и я хочу услышать правду.       Распахнувшаяся дверь кабинета бьется с треском о стену. В проеме стоит ошарашенный, раскрасневшийся старик, прожигающий меня взглядом, от которого по телу пробежались мурашки. За его спиной пряталась Саяка, которая, вероятно, уже успела рассказать свою легенду, в которой не было никакого смысла, ведь учитель всегда был, есть и будет на ее стороне при любых обстоятельствах.       Мне достанется…

***

      Конец урока. Тишина нарушилась голосами одноклассников, только Рейден с Иоши молча сидели за партами, не глядя в мою сторону, будто специально играя на моих нервах. Закатив глаза, я все-таки собралась подойти к ним, но увидела Саяку, которая стояла за приоткрытой дверью кабинета, прожигая во мне дыру. Ее взгляд словно кричал о том, чтобы я вышла в коридор. Что ж, друзья подождут. Намечается нечто более интересное.       Я стала выходить из класса, стараясь не привлекать особого внимания. Надеюсь, Саяке хватит мозгов не устраивать сцен на глазах у всей школы. Увидев, что я направляюсь к ней, она перестала пронзать меня взглядом, скрестила руки на груди и отошла от прохода.       Как только я переступила порог, она грубо схватила меня за руку и повела в конец коридора. Я даже слово вставить не успела.       Саяка решительно толкнула дверь женского туалета, из-за чего привлекла внимание всех девушек, находившихся внутри. Компания подружек, красившихся возле зеркала, одарила ее непонимающим взглядом.       — Вышли, — прошипела Саяка приказным тоном, который, по правде говоря, у меня вызывал смех. Однако девушки тут же сложили косметику в сумки и, переглянувшись, вышли в коридор.       Вероятно, они боятся ее, ведь Саяка играет не мало важную роль в нашей школе и занимает высокий статус в глазах всех учителей. Одной лишь жалобой она способна промыть учителям мозги и испортить кому-нибудь успеваемость. Как хорошо, что мне это не грозит — сама прекрасно справляюсь.       Я выдернула руку из ее хватки.       — Что за цирк? — я скрестила руки на груди.       — Сначала ты расскажи, — Саяка повторила мою позу. — Делаете вид, что не общаетесь, презираете друг друга, а потом катаетесь на мотоцикле, весело улыбаясь на следующий же день после пропажи Мики. Как это понимать?       — Ты не должна этого понимать, — я нахмурила брови, — какое тебе дело?       — Ты вообще не волнуешься за нее? — возмутилась Саяка, всплеснув руками. — Почему ты позволяешь себе радоваться? Не задумывалась, где сейчас может быть Мика? Может быть она уже давно мертва, а ты и не пытаешься ничего сделать!       — А что я могу? — нервно крикнула я. — Впрочем тебе меня не понять. Раз такая умная, почему сама ничего не делаешь?       Саяка стиснула зубы, не зная, ответить.       — В данной ситуации я беспомощна точно так же, как ты. Но знаешь в чем разница?       — Ну-ка?       — Я не веселюсь с байкером, беспечно разъезжая по улицам Токио.       — Ты ведь ради этого меня позвала? — я криво ухмыльнулась. — Тебя не интересует исчезновение Мики и мое отношение к этому, — медленно облокотилась на стену, перекрестив ноги, — тебя интересует Баджи.       Саяка обвела взглядом мою ухмылку и закатила глаза. Судя по нервно дрожащей ноге, она злилась, но не спешила отвечать, будто обдумывала свои слова.       — Тебя это забавляет, — на выдохе сказала девушка, — я вижу. Тебе нравится, что у меня ничего не выходит.       — Может быть, — пробубнила я.       — Но это ненадолго, — Саяка подошла к зеркалу и покрутила головой, осматривая легкий макияж и волосы, собранные в небрежный пучок, — я обойду тебя. Уже скоро.       — Ага… — протянула я, глядя на свой маникюр и всем видом показывая, что не воспринимаю ее слов всерьез.       — У меня с Баджи намного больше общего, чем у тебя с ним.       Я не сдержала смешок. Обычно люди стараются скрыть свою зависть, но Саяка ничуть не пытается этого сделать. Раньше я не обращала внимания, пропускала ее слова мимо ушей, но теперь мне так и хочется подлить масло в огонь.       — Охотно верю, но с чего ты взяла, что меня интересует Баджи? — я приподняла бровь, ухмыльнулась и выкинула пару едких слов, в которые сама не верила: — Скорее я интересую его.       Саяка бросила в мою сторону цепкий взгляд, словно хотела наброситься на меня с кулаками прямо сейчас.       Какой же бред я сказала. Мы просто катались на байке, стараясь выкинуть месиво запутанных мыслей из головы, только и всего. Ни о какой химии между нами речи не шло. Хотя… я сама уже не уверена в том, что происходит.       — Не будь так уверена, Аризу. Скоро все встанет на свои места, — девушка подошла к двери и, открыв ее, добавила с весьма наигранной грустью: — ах да, Рейден с Иоши, наверное, расстроились, что лучшая подруга забыла поздравить их с днем рождения.       Мои глаза чуть не вылетели из орбит. Я достала из кармана телефон, надеясь, что Саяка пошутила. Двадцать восьмое апреля — их день рождения был вчера. Черт.       Саяка театрально вздохнула и вышла за дверь. Я неподвижно стояла, ощущая холод в спине, который исходил от кафельной стены. Вероятно, эта сволочь уже рассказала Рейдену, что видела меня с Баджи в тот день.       Блестящий ход.       Стоит рассказать все от своего лица.       Я вернулась в класс, но Рейдена там не оказалось, как и Баджи, что наводило меня на плохие мысли. Иоши устало складывал учебник в рюкзак — он собирается свалить, пока учитель биологии его не увидел. Видимо, его брат поступил так же.       Я перегородила Иоши путь рукой, когда он пытался незаметно выйти из кабинета.       — И снова привет, Ари, — парень начал первым. Его голос был таким спокойным и непринужденным, как и всегда. — Красивые брюки, — он попытался разрядить обстановку, прекрасно зная, почему я его остановила.       — Иоши, — неуверенно начала я, опустив глаза в пол, — прости. Мне…       — Понимаю, — перебил меня парень, — потеряла подругу, решила развеяться, так?       Я посмотрела в его поникшие глаза и коротко кивнула.       — Но ты хоть понимаешь, как это выглядит? Мы все сейчас находимся в безвыходной ситуации, даже не знаем, что думать. Настроение вовсе не праздничное, мы даже решили не отмечать день рождения, но надеялись, что хоть помнишь про него, — Иоши обдумал свои слова и добавил, — Рейден надеялся.       — Я понимаю, — сумбурно сказала я, пытаясь выдумать хоть какое-то оправдание.       — Рейден хотел тебе написать, но я попросил его этого не делать. Думал, что тебе сейчас тяжелее всего, но вечером, Саяка решила сойти с небес и поздравить нас с днем рождения, как я сначала подумал, но оказалось, она пришла настучать на тебя.       — Как он отреагировал?       — Со вчерашнего дня сам не свой. Закрылся в комнате, ни с кем не разговаривал, разве что сам с собой.       — Сам с собой?       — Да, ходил бубнил себе под нос. Может ты все-таки объяснишься?       Я осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, что никому из одноклассников не было дела до нашего разговора, и подошла чуть ближе к нему, чтобы говорить тише.       — Позавчера пропала моя подруга, Юзуха Шиба, — стала наблюдать за его реакцией, — я тебе про нее рассказывала, помнишь?       — Что значит пропала? Так же, как Мика? — шепотом спросил парень, на что я кивнула.       Иоши аж побледнел от услышанного и присел за ближайший стул. Я рассказала ему обо всем, что произошло со мной за эти два дня, аккуратно обойдя тему байкеров, чтобы случайно не сдать Баджи.       Иоши сразу начал строить теории о новом маньяке и продумывать способ отыскать Мику, но я тут же оборвала все его догадки и рвение стать настоящим детективом. Мы музыканты. Пусть расследованием будут заниматься профессионалы. Не хватало нам еще нарваться на очередные неприятности, что, по правде говоря, получается делать лучше всего.       — Иоши, мне жаль, что я не была с вами в такой важный день. Я, действительно, каталась с Баджи вчера, чтобы разгрузить голову.       — Я не виню тебя, — иоши положил ладонь мне на плечо, стараясь ободрить, — тебе стоит лично рассказать обо всем Рейдену, но, вероятно, он не ответит на твои сообщения и звонки.       — Думаешь?       — Я впервые видел его в таком взвинченном состоянии. Можешь попробовать позвонить, но не выгорит, я уверен. А вот вживую стоит попробовать.       — Где он сейчас?       — Точно, забыл сказать, — парень почесал затылок. — Рейден собрал вещи, чтобы уйти домой, но, когда проходил мимо первых парт, сильно задел плечом Баджи, как мне показалось, специально. Баджи вспылил на него, они перекинулись суровыми взглядами и вышли из класса.       — Что они говорили?       — Я не услышал, музыка в наушниках громко играла.       Я издала мученический возглас.       — Да не парься, я уверен, что ничего серьезного не произойдет. Ты ведь знаешь Рейдена, он при любых обстоятельствах обходит конфликт стороной.       — Сейчас особенные обстоятельства… — задумчиво промямлила я.       — Ладно, я последую примеру брата и пойду домой. Школа изрядно вымотала меня.       — Прошел всего один урок.       — Не всего, а целый, — Иоши усмехнулся и направился на выход.       Я зарылась руками в волосы, пытаясь додуматься, куда могли пойти эти два барана. Скорее всего, на крышу.       Как только я встала со стула и приготовилась бежать, в класс зашел Баджи. Его лицо было невозмутимым, будто просто сходил воды попить. Он одарил меня недовольным взглядом и сел на свое место. Я решила подойти к нему и устроить допрос с пристрастием.       — Куда вы ходили? — встала напротив парня, делающего вид, что читает учебник.       — Ты о чем? — безучастно сказал тот.       Я пристально смотрела на него, ожидая ответ на свой вопрос.       — Ты про того имбецила, который ровно ходить не умеет? — Баджи поднял бровь.       — Не называй его так! — возмутилась я. — Что вы делали?       — Говорили по душам, — парень вновь уткнулся в учебник.       — Не ври мне.       — А еще он знает, что мы вчера проводили время вместе, — Баджи медленно перевел взгляд на меня, — зачем рассказала?       — Я ничего не говорила ему. Твоя верная фанатка Саяка постаралась, — я развела руки в стороны и присела за парту на соседнем ряду. — Она видела нас вчера, на пешеходном переходе.       — Фанатка?       — Это не главное слово в предложении!       — Будь тише, — он понизил тон, — на тебя косо смотрят.       — Да никто на меня не смотрит, — я закатила глаза.       — Я не обязан любезничать с твоим хлюздиком, поэтому в следующий раз переломаю ноги, если ходить не научится.       Учитель зашел в класс. Я цокнула языком и ушла на последнюю парту. Баджи неисправим!       А в классе все меньше и меньше народу. Оставалось только бороться с желанием поступить так же, как мои друзья. Должен ведь быть хоть один день в месяце, когда я посещаю все уроки.       Мне очень стыдно за произошедшую ситуацию. Как можно было забыть про их день рождения? Тем более в такой трудный для нас всех период. Иоши всегда был спокойным и рассудительным. Его редко одолевают негативные эмоции, поэтому мне было легче объяснить случившееся. А Рейден, наверное, злиться и не готов разговаривать, судя по проигнорированным сообщениям.       Я не смогу ждать до завтра — меня съест совесть. Самый лучший вариант — прийти к нему в гости после уроков.

***

      В ожидании вечера день тянулся еще медленнее, чем обычно. Саяка так и не пришла на уроки, Рейден проигнорировал несколько моих звонков, а Иоши сомневается в гениальности моей идеи. «Идти вечером одной по улицам, где бродит маньяк — самое тупое, что ты можешь сделать» — сказал он. Если бы Такемичи не рассказал мне о путешествиях во времени, наверное, я бы тоже верила в существование серийного убийцы. Имея знания, у меня нет сомнений, что это дело рук скорпионов, и по какой-то причине я вхожу в их планы. Знать бы только все подробности.       По словам Такемичи, я погибну при пожаре в собственном доме, а не от рук скорпионов, поэтому в том, чтобы скрываться от людских глаза, сидя дома, нет никакого смысла. Если мы уже не изменили будущее своими странными действиями…       От раздумий о происходящем моя голова разрывается на части. Столько догадок и теорий, но не одна из них не продумана полностью. В любом случае, лучше сделать что-то глупое, чем не сделать ничего, поэтому сегодня я пойду к Рейдену. Вероятно, в прошлой вариации прошлого я так не сделала.       Натянув белые спортивные штаны, я вышла из раздевалки и направилась на стадион. Урок физической культуры пройдет на улице под ярким солнцем, которое постепенно начинает греть сильнее и сильнее.       Выйдя на улицу к одноклассникам, которые толпились на просторном поле, я увидела натянутую волейбольную сетку, что вызвало легкую улыбку. Скоро будут городские соревнования, школы отбирают лучших игроков. Я недотягиваю до уровня профессионала, но люблю играть в волейбол, как и Рейден. В средней школе, мы постоянно играли в одной команде и были в связке. Нам не было равных. Жаль, что сегодня он пропустит игру.       Урок начался с опозданием по звуку свистка тренера. Мы вяло размялись и приготовились делиться на команды.       Учитель выбрал двух парней капитанами. Обычно должность одного из капитанов занимал Рейден, но сегодня учитель выбрал Кейске Баджи. Не сказать, что я расстроена. Главное, чтобы Рейден об этом не узнал.       Далее учитель распределил нас по силам. Я оказалась в команде противника.       По привычке встав возле сетки, обернулась чтобы оценить технику подающего. Им был Кейске Баджи. Казалось, он не собирался подавать со всей силы, был достаточно расслабленным, но, когда он ударил по мячу, я зажмурилась. Крученый мяч стремительно приземлился на наше поле, не оставив нам шансов. Парень, стоящий ближе всех, не успел среагировать. Баджи бил в полную силу?       Я посмотрела на Баджи. На лице была самодовольная ухмылка, и девочки из его команды начали аплодировать, что стало нервировать.       Нет, это не полная сила — он разогревается. Следующая подача оказалась в разы мощнее первой. Кровь в жилах начинает закипать. Меня раздражала его ухмылка и жужжащее хихиканье девочек из его команды.       В третий раз мяч летел так непринужденно, будто Баджи нам одолжение сделал. Так и было! Что ж, после этого игра стала похожа на игру, а не на беспощадное избиение мяча сильными руками подающего.       Однако даже после того, как мяч оказался в наших руках, мы продолжили играть за упокой. Раз за разом очки доставались команде противника. Нет, такой волейбол мне не нравится.       Проиграв практически всухую, мы вышли с поля. Перерыв.       Рядом с полем образовалась компания парней, где каждый смеялся и что-то рассказывал. Капитан нашей команды подошел к Баджи и пожал ему руку. Как повезло, что они в хороших отношениях.       Вдруг Баджи перевел взгляд на меня, уже пялящуюся на него целую минуту, отчего стало неловко, и я отвела глаза, будто и не смотрела вовсе.       Затем я заметила, как он идет в мою сторону. Вновь посмотрела на него, когда тот подошел совсем близко.       — Михара, — сказал парень, мельком взглянув на девочек, стоявших рядом со мной, — отойдем.       Я последовала за ним. Мы встали поодаль от наших одноклассников на другой стороне поля.       — Ты что-то хотел сказать? — я встала в привычную позу, скрестив руки на груди.       — Да, что у тебя с руками во время верхнего приема? — парень сверкнул своими клыками. — Стремишься сломать пальцы?       Я нервно фыркнула.       — Если это все, то я пошла.       — Нет, — ухмылка сползла с его губ, — сегодня я не приду на математику, хочу побывать дома перед собранием. Поэтому ты с Ямадой один на один.       Точно, дополнительные занятия, про которые я забыла, хоть и не вспоминала.       — Я тоже не пойду. Мне нужно сходить к Рейдену.       — Чего? — Баджи нахмурил брови. — На какой хер?       — Вчера был его день рождения, и я забыла его поздравить. Мне нужно извиниться.       — Кто из-за такой мелочи обижается?       — Дело не в этом. Саяка рассказала ему, что видела нас вместе, забыл? — фраза звучала так странно, что мои щеки начали гореть и я добавила: — Как мы катались. Со стороны и тем более с ее слов это выглядело странно.       — Ясно, — Баджи резко выдохнул, — ревность.       — Он мой друг, я не могу не прийти.       — Ты можешь извиниться завтра.       — Не могу. Мне нужно сегодня, — сказала я, заметив, как дернулась бровь Баджи.       — Забыла к какому решению мы вчера пришли? — огрызнулся парень. — Хочешь занять титул пропавшей без вести? — разозлившись не на шутку, он твердо заявил: — Ты никуда не пойдешь.       — С каких пор ты мной командуешь? — возмутилась я, наблюдая за его яростным взглядом, намекавшим, что мне пора заткнуться прямо здесь и сейчас. Но именно такой взгляд сподвиг разозлить клыкастика еще сильнее. — Я сама в состоянии принимать решения, мне не нужны твои советы!       — В состоянии ты только найти проблем на свою бестолковую башку! — подскочив ко мне на неприлично близкое расстояние парень выпустил из рук баскетбольный мяч, который, отскочив от пола, прилетел в ногу учителя, тут же заметившего накалившиеся искры, летавшие от нас в разные стороны.       — Эй, вы двое! — Крикнул физрук своим басистым голосом и схватился за свисток, уже и так пострадавший от частого использования. — Выяснять отношения будете потом!       После очередного промозглого свиста, учителю все же удалось прервать наши игры в гляделки, но не довелось унять накопившихся эмоций внутри моей груди.       — Придурок, — от злости выпалила я вслед отходившему от меня парню, что заставило его остановиться, и одарить меня очередным вспыльчивым взглядом.       — Что ты сказала? — от пугающе низкой интонации мое сердце сделало тройное сальто.       Теперь мне хотелось взять слова назад, но уже поздно было отступать. Набрав воздух в легкие, я задала встречный, язвительный и до ужаса опасный вопрос:       — У тебя со слухом проблемы? — за расслабленным голосом скрывался неистовый страх получить реакцию Баджи, который, судя по дернувшей брови и сжатым кулакам, был на грани.       — Посмотрим, что ты будешь делать, когда на тебя вновь нападут скорпионы, идиотка! — процедил парень сквозь зубы. — Даже пискнуть не успеешь перед тем, как они уже сделают свои грязные делишки.       — Да пошел ты!       Учитель снова просвистел, бросив в нашу сторону недовольный взгляд.       — Договоришься… Михара, — прозвучал глубокий голос парня, еле сдерживающего себя от оскорблений.       В возбужденном состоянии, он ушел на игровое поле, собираясь вновь бить мячом по нашей команде. Я взглянула на свою слабую команду и поняла, что не хочу проиграть еще раз. Не хочу проиграть Баджи!       Сделав вид, что повредила ногу, я похромала к учителю, который еще на середине моего пути понял, зачем я приближаюсь.       Он разрешил мне не играть, но попросил разобрать скакалки в главном зале, которые лежат спутанные с прошлого учебного года. До конца урока оставались считанные минуты, и скорее всего я не успею этого сделать, и придется задержаться. Однако лучше так, чем наблюдать его наглую ухмылку из-за очередного пропущенного нами мяча.       Я обернулась к игрокам, когда выходила со стадиона, и заметила, что на лице парня уже не было тех азартных эмоций, как при первой игре. Отлично. Настроение испортилось у обоих. Лучше бы он вообще не подходил.       Я быстро направилась в зал, напрочь забыв о своей якобы больной ноге, но учитель и так уже понял, что я соврала, судя по его скептичному взгляду.       В помещении не было людей. Только я и гора запутанных скакалок, лежавших в ящиках в углу зала. Я тяжело вздохнула и начала расплетать две перевязанные скакалки, пытаясь понять, в какую сторону нужно потянуть шнур.       Почему Баджи всегда заводится с пол-оборота? Неужели нельзя помягче реагировать на мои действия? И еще больше меня раздражало собственное поведение. Я ведь могла промолчать, но нет. Наши взаимоотношения только начали налаживаться, как появился новый повод развести ссору.       Возможно, он прав — не нужно разгуливать по городу в такое неспокойное время, но, с другой стороны, я знаю, что со мной ничего не случится, ведь Такемичи был в будущем и сказал… а что он сказал?       Он смог достать самую малую информацию, хоть и имел большую возможность. Я не могу знать точно, что со мной до Майской Битвы ничего не произойдет.       Один шнур за другим. Узлы перестали казаться такими сложными, как в самом начале. Надеюсь, когда-нибудь так произойдет с моими мыслями.       Урок уже кончился, а я все еще стою здесь, разбираясь в этих пыльных скакалках. Вчера казалось, что этот день будет более интересным, а получилось только со всеми рассориться.       Из коридора доносился притупленный шум, разбавляющий тишину в огромном спортивном зале.       — Сколько же возни… — промямлила я. Осталось совсем немного узлов, и я могу быть свободна. Сосредоточившись на задании, начала быстрее перебирать пальцами, и в этом момент уловила ноты знакомого мужского парфюма.       Как только я поняла, кому принадлежал этот аромат, захотела обернуться, но не успела среагировать. Баджи обхватил меня рукой за талию, ограничив в движении, и второй рукой закрыл мой рот, прежде чем я успела издать писк.       Мне не было больно. Я ощущала адреналин, плавно растекающийся по венам, и сильное биение его сердца за моей спиной. Он прижал меня так сильно, что я не могла пошевелить скованными руками. Все, что я могла — ждать, пока он ослабит хватку, но этого не происходило.       С каждой долей секунды росло волнение в моей груди.       — Представляешь, что бы произошло, если бы на моем месте был один из них? — тихо сказал парень и медленно отпустил меня.       Я, не торопясь, обернулась к нему и посмотрела в карие глаза. В зале была мертвая тишина, но он все равно смог подойти ко мне так близко, не выдав себя ни единым шорохом. Такой грубый, резкий человек так бесшумно подкрался со спины. В голове не укладывается. Наверное, ушли годы тренировок.       — Не делай так больше! — я нахмурила брови.       Баджи фыркнул, нахмурив брови еще сильнее, чем я.       — Можешь идти куда захочешь, я больше вообще к тебе не притронусь, — бросил он и направился на выход из зала.       Голос был непривычно спокойным, отчего стало не по себе.       Я проводила его взглядом, затем вновь посмотрела на гребаные скакалки и решила, что на хрен они мне не сдались. Пусть их распутает другой козел отпущения!

***

      В женской раздевалке уже было пусто. Голова тяжело опустилась на бетонную стену, виски стали пульсировать. Я пыталась собрать мысли воедино, но получилось только больше запутаться. Дураку понятно, что не стоит разгуливать по городу одной, но шанс стать жертвой скорпионов именно в этот день кажется ничтожно маленьким. Мне нужно увидеть Рейдена.       Вибрация телефона отвлекла от раздумий. Я достала его из рюкзака и с призрачной надеждой посмотрела на экран, и как ни странно, моя надежда оправдалась. Рейден все-таки устал игнорировать тонну сообщений.       Однако содержимое сообщения меня насторожило. Еще утром он не хотел даже смотреть в мою сторону, а теперь так легко прощает меня и извиняется сам?       «Извини, сегодня утром был не в настроении. Я не злюсь на тебя, с кем не бывает… Иоши рассказал мне, как все было на самом деле. Тебя можно понять. Кстати, завтра меня не будет, я немного простудился».       При чтении сообщения, меня не покидала мысль, что он врет. Он явно обижен на меня, просто не хочет быть в ссоре. И когда он успел заболеть? Не знаю, что все это значит, но могу с легкостью выдохнуть — сегодня мне не придется идти к нему домой. Только с Баджи мы уже поругались…       В голове до сих пор звучала его фраза. Он больше не притронется ко мне. Это, наверное, прекрасно, но я чувствовала опустошение. Меня задели эти слова.       Вдруг телефон снова зажужжал. В этот раз сообщение пришло от Эммы, чего я не ожидала.       «Привет, Ари, как ты себя чувствуешь? Сегодня будет собрание Тосвы, Майки разрешил мне пойти с ним! Я обязательно тебе все расскажу. Может встретимся завтра? Отказы не принимаются».       Эта идея кажется заманчивой, но как Майки ее отпустит одну? Пока я строчила ответное сообщение со своими вопросами, мне пришло еще одно от нее:       «Майки сказал, что не будет против. Я уже придумала, чем мы завтра займемся, тебе понравится!»       Майки не мог ее отпустить. Наверное…       Одно знаю точно — я сильно хочу с ней встретиться. Мне уже интересно, что она могла придумать и, конечно же, подробности собрания гопников. Надеюсь, наша встреча не обернется очередным дерьмом.