За гранью линии сюжета

— Молодой господин! Молодой господин! Вам не следует спать так долго! — прекрасная девушка с длинными пепельно-каштанывыми волосами в золотых одеждах вбежала в тëмную невероятно большую комнату, оформленную всевозможными предметами роскоши, — Просыпайтесь! -красавица подбежала к окну и раскинула занавески в стороны. Комнату наполнил ослепительный свет и свежесть. Девушка повернулась к присевшему на кровати ошеломлëнному («молодому господину».?). На её лице сияла искренняя улыбка, наполненная невероятной радостью. Глаза («госпожи» ?) переливались всеми оттенками от коричневатого с бледно жëлтым до золото-оранжевого. Брови взлетели вверх, а улыбка сделалась шире. Девушка посмотрела на человека так, как смотрят на маленьких детей, когда они сделали что-нибудь умилительное. — Молодой господин, не смотрите так на меня. Матушка же попросила меня присмотреть за вашим здоровьем, ведь вы совершенно не делаете этого! — с этими словами девушка пошла раскрывать оставшиеся два окна (Откуда столько в одной комнате?), — Сейчас же переодевайтесь и спускайтесь вниз, или вы забыли про данное вами обещание? — прекрасная принцесса показательно надула губки, будто копируя мордашку обиженного ребëнка. Одна прядь из её распущенных волос спала на озарëнное счастьем лицо, и девушке пришлось наконец отцепиться от очередной занавески. Или нет, от занавесища, которое казалось бы скоро сорвëтся с крепления и под своим весом продавит пол, — Ухожуу~~ — улыбчиво и нарочно протяжно произнесла своим мелодичным голоском принцесса занавесок. Когда за девушкой закрылась высокая дверь, наступило молчание. Свет из трëх шикарных и невообразимых по размеру и высоте окон озарил все покои, как он понял, какого-то «МоЛоДоГо ГоСпОдИнА». Свежесть и хрустальный аромат нежных цветов наполнял комнату, пылинки от занавесок, летящие в невообразимом танце, казалось были из чистого солнечного золота. Дверь, которая недавно открылась на распашку нежданной гостьей, была из какого-то прочного и тëмного дерева, по бокам еë шли изящные узоры напоминающие птиц, листья и нераспустившиеся бутоны цветов. Обои комнаты были желтовато-золотистыми, в некоторых местах на них были притягивающие картины кисти художников, выполненный бледно жёлтым оттенком с вкраплениями серебра. Пол был составлен из широких, гладко отшлифованных досок дерева цвета, ближнего с цветом двери. Из окон открывался вид в цветущий сад, но молодому человеку (или ГоОСПОДИну? ;)) были видны только кроны пышных деревьев и насыщенно голубое высокое летнее небо. Похоже, комната находилась где-то на третьем этаже, хотя, если на нижнем этаже были столь высокие потолки, он вполне мог быть вторым. Он сидел на кровати, явно на кровати, видимо, габаритам мебели стоило прекращать удивляться. Опять же: шикарное одеяло, мягкие подушки, всë в золотых оттенках. Молодой господин задрал голову вверх. Балдахин. И своеобразные занавеси по бокам кровати, как у какой-то принцессы… "Что...? ... Какого?!" Парень мгновенно сбросил одеяло и спрыгнул с довольно высокой кровати. Он, спотыкаясь, подбежал к недавно замеченному зеркалу во весь рост и лихорадочно уставился на своë отражение. Чëрт. Нет. Явно не на своë отражение. Белая кожа, прямые сияющие чёрные волосы по локоть, несколько собранных прядок в хвост, перевязанный золотой атласной лентой, дабы волосы не мешали, идеальная форма лица, аккуратный нос, розоватые губы с мягкими очертаниями, светло карие глаза с яркой окантовкой и с всплëсками чëрного ближе к сузившемуся зрачку, длинные ресницы, лëгкий румянец, тонкие брови нервно дрожащие, как и ресницы, приоткрытый рот, белое одеяние слегка спадающее с плеча и оголяющее ключицы, раздражëнный испуганный взгляд. В отражении на него смотрел наследник одного из главных домов Империи. В отражение на него смотрел Сянь Вэнь. Тяжëлое дыхание и дрожь рук и ног сменились волной накатившего ужаса. Руки похолодели и затряслись, по нагому плечу пошли мурашки. Взгляд затуманился, и юноша попятился назад. — Сянь Вэнь, Сянь Вэнь, Сянь Вэнь… Какого чёрта?! — Сянь Вэнь с глухим грохотом запнулся об свою ногу и повалился на пол. — Нет. На помощь… Кажется я сошел с ума Сянь Вэнь свернулся калачиком, на ещё не нагретом солнцем деревянном полу, и, с широко открытыми глазами, уставился на собственные руки. Бледные худые изящные пальцы нервно подрагивали в судорогах, а на тонких запястьях просвечивались бледно-голубые вены. Слишком реалистичный сон! — Я не ОН! — простонал писатель, — Не он! Я не СЯНЬ ВЭНЬ! — последние слова глухо потонули в боли. Горло свело, кажется, по сюжету, Сянь Вэнь физически не мог кричать из-за особенностей голосовых связок, но, удивительно, петь он очень даже хорошо, — На помощь… Кто-нибудь. Помогите Слезы потекли из остекленевших глаз мужчины. Задумывалось, что Сянь Вэню на начало событий было около 23, но в зеркале был явно мальчик не старше 18. Молодой господин попытался вновь сосредоточить взгляд на дрожащих руках, потом попробовал приподняться и, опираясь на кровать, рядом с которой и упал, кое-как встал на ноги. Он проковылял к раззановешенному и открытому настежь Се Ель, его кровной сестрой, окну. Лазурное небо, пышные кроны зеленеющих высоких деревьев, поляна, хрустальное озеро блестящее метров за пятьдесят от дома, горы, с теряющимеся в облаках снежными вершинами, яркое ослепляющее солнце, стоящее в зените, дикие цветы идущие вдоль аккуратной дорожки из белого камня ведущей от дома и вдоль озера и спускающиеся где-то вдали с горы, где находилась одна из резиденция старшего сына советника императора, Вэнь Сяня, нет, Сянь Вэня. — Это сон, — облегчëнно прошептал юноша, — это точно сон. Успокоить себя не получилось - сознание наконец-то покинуло Сянь Вэня. *Скук в дверь* — Сянь Вэнь, спускайся пожалуйста вниз. Отец не может долго оставаться здесь Сянь Вэнь медленно разлипил, опухшие от слëз, веки и постарался понять, кто собственно его зовëт на этот раз и, какое обещание давал главный герой его романа своему отцу. Сянь Вэнь тяжело приподнялся. — Это не сон… — медленно проговорил юноша, дотрагиваясь ледяным запястьем до лба и пытаясь заставить расплывшееся сознание выдать чëткую картину происходящего. — Сынок? — голос за дверью приобрëл нотки волнения. Несомненно, он принадлежал женщине, скорее всего, матери героя. — Да, мама, я сейчас же присоединюсь к вам, благодарю за напоминание — Хорошо, мы тебя ждëм Когда удаляющиеся шаги стихли, Сянь Вэнь, лежавший снова на полу, но уже у окна, поднялся и побрëл к шкафу, в котором должны были храниться одежду Молодого Господина. Да, в шкафу находилось скорее всего чуть меньше сотни всевозможных изысканных одеяний адептов, и все они были выполнены в диапазоне от бледно-жёлтого до багрово-красного. Вытащив наименее экстравагантный оттенок, чем-то напоминающий лепестки жëлтого гиацинта, Сянь Вэнь рассмотрел замысловатый, вышитый серебряными нитями, узор, идущий от плеча вдоль туловища и заканчивающийся у бедра. Высокий ворот, и белая лента шириной в ладонь, которая должна была стягивать талию заклинателя, тем самым подчëркивая стройную фигуру адепта. Само ханьфу спереди заканчивалось на уровне колен, а сзади было чуть удлинено, где-то на полторы ладони, писатель никак не мог вспомнить, какие единицы измерения были в его романе. Да, такое чудо в его реальности было не найти! Для завершения образа необходимы ещё штаны и обувь, желательно не кричащие об высоком положении Сянь Вэня. Они были тоже в шкафу. Белые сапоги, или как там они называются, светло-серые штаны, бледно-жëлтое с серебряным одеяние, перчатки, недоходящие до запястья, бледная кожа, чëрные, спадающие на плечи блестящие волосы, перевязанные золотой лентой прятки, изящная фигура, меч, недавно найденный у изголовья кровати. Истинный персонаж новеллы! Сянь Вэнь, довольный своим преображением, несколько раз отрепетировал дежурную белоснежную улыбку и высокомерный взгляд, ставшие визитной карточкой молодого господина, который всегда улыбался всем, но также их всех презирал. Не то чтобы автору особо нравились извращëнные замашки на всю роскошь и превосходство написанного им когда-то персонажа, но пока ему оставалось только по памяти, ничего не меняя и не упуская ни единой до детали, воспроизводить поведение обладателя своего нового тела. Сянь Вэнь закрыл дверцы шкафа, ещё раз взглянул на себя в зеркало и отправился на нижний этаж. Выйдя из своей комнаты он наткнулся на широкий, залитый тëплым солнечным светом коридор. На высоких сводах потолка висели стеклянные люстры с потухшими свечами. В коридоре были светлые обои, вдоль одной белой с серебристыми разводами стены располагались семь высоченных почти панорамных окон чуть ли не до потолка. Из них солнечные лучи проникали в пространство коридора и заливали протеволежащую стену золотым светом. На этой стене тянулись широкие узоры наподобие тех, что были у него в комнате. Пройдя коридор, Сянь Вэнь обнаружил широкую круговую лестницу, уходящую видимо на нижние этажи. По еë высоким ступеням стекал светло коричневый ковëр, высокие перила были из гладкого тëмного дерева. Молодой человек стал плавно спускаться по ней вниз. Он всë ещё не мог понять, что всë-таки произошло и не спит ли он. Сянь Вэнь начал прокручивать произошедшее вчера, стараясь не упустить ничего важного. Итак, вчера он изучал свой дневник, написанный 5 лет назад. Потом появился какой-то странный человек и предложил закончить его недоработанную историю. Хорошо. Если он действительно каким-то наичудеснейшим образом переместился в своë сочинение в роли Сянь Вэня, ему ничего не угрожает. Не угрожает до того момента, как он повздорит с главным героем. Но это исправимо, осталось понять будут ли несостыковки, которые он 5 лет назад решил не исправлять, негативно сказываться на его жизни, и увидит ли он вчерашнего АнГеЛа СмЕрТи. Если да, то нужно придумать как довести его до приступа, наподобие сегодняшнего Сянь Вэня. Молодой господин миновал 2 полных оборота лестницы и один этаж, выходит, он живëт на третьем, одна недосказанность успешно восполнена! Задумавшись об неповторимой внешности принцессы и его сестры Си Ель, он не заметил как почти сошëл на первый этаж. Подняв глаза он встретился взглядом с главой и его отцом, Хао Сюанем. Сянь Вэнь, пристально глядя на нового отца, закончил спуск и подошёл к нему, встав напротив. Молчание продолжалось. Мраморный пол залы отражал солнечные лучи, проникавшие в неë сквозь гигантские окна, и отбрасывал солнечных зайчиков на белые стены. Лëгкий прохладный ветерок чуть трепетал прядки волос Сянь Вэня. Ощущение лëгкости и безмятежности окружающего мира разбавлялось мрачным выражением лица одного из глав Жëлтой империи. Если не обращать особого внимания на мрачную физиономию, мужчина был очень даже хорош собой. Особенно выделялись несвойственные этому миру светло голубые глаза. Их оттенок напоминал зимний небосвод, покрытый тонкой рябью парящих облаков. Больше ничего из ряда вон выходящего не было. Описывая этого персонажа 5 лет назад Сянь Вэнь сосредоточился на описании его глаз, а всë остальное описал как: «Обыкновенную, приемлемую для представителя Империи внешность, быстро забывающуюся после разлуки». Кажется так. В те дни у молодого писателя ещё никогда не было отношений, впрочем, как и сейчас, и недописатель уж слишком часто употреблял слово «разлука», это было немного странно, он даже несколько раз говорил мнимым друзьям, что уже встречался с девушками, а сейчас просто переживает сложное расставание. И никто никогда не допытывался о подробностях, то ли все беспрекословно верили ему, то ли им было до звезды на рассказы парня. Такое отношение негативно сказывалось на поведении парня. Как бы сильно он не уверял самого себя в том, что всë хорошо, что его ЛУЧШИЕ друзья ему не врут и общаются они по взаимному интересу, а не от скуки, подсознательно он испытывал унижение каждый раз, когда его хвалили, не слушая его, на любой вопрос говорили «да» или «Ооо, точняк! " или приглашали погулять или сходить в кино, надеясь, что он не придёт. От неприятных воспоминаний у юноши сбилось дыхание и он начал сомневаться, не догадался ли отец, что он не его сын. Столь долгий зрительный контакт и гнетущее молчание подавляли остатки уверенности парня. Нет! Он же сейчас, и кажется уже навсегда, Сянь Вэнь! Наследник Империи со смазливым личиком в роскошных одеждах, от одной мысли о котором девушки смущались, а пересëкшись глазами — падали в обморок. У него с детства множество друзей и он считается одним из самых загадочных молодых господ. Высокомерие, самолюбие и эгоизм, как и, разумеется, страх, боль и отрешëнность — навеки скрыты от любопытных и жестоких глаз общества и изменены на чистоплотность, трудолюбие, ответственность, бесстрашие, красоту, изящество, пунктуальность, благоразумие, терпимость и прочие положительные эпитеты, всячески вылетающие из уст людей при его обсуждении. Такие мысли вмиг вернули в правильное русло состояние Сянь Вэня. Он лучезарно улыбнулся у чуть склонил голову, в знак почтения. — Дорогой отец! Я безмерно рад вас видеть! Приношу искренние извинения за мою недопустимую задержку. Вчера я.. — Сильно ударился головой? — Нет, что вы… — до Сянь Вэня не сразу дошло, что диалог продолжил не отец. — Чтож, это исправимо К Сянь Вэню и Хао Сюаню быстро приближался высокий молодой человек лет так 23, не больше. Резкая манера речи, широкие плечи да и в общем прекрасное телосложение выдали в человеке брата Сянь Вэня. Имени он не помнил, как и более точного описания. Мужчина поравнялся с родственниками, образовался треугольник. — Пожалуйста, не надо… — шутливо произнëс Сянь Вэнь, прикрывая свободной от меча рукой рот. — Ничтожество, гнилой плод тупой страсти, да как ты посмел, - (И что он сделал? За что обзываться-то? ) — Немедленно прекратите этот балаган!— Хао Сюань наконец обратил внимание на подошедшего сына. «Зря за языком не следишь;)» пролетело в голове Сянь Вэня. Кажется, в романе после этого дня, он наконец вспомнил, на каком моменте он очутился, брат отправился на изгнание одного подозрительного слабенького духа и скончался. Это была ещё одна несостыковка. Недописатель 5 лет назад совершенно не описывал, по какой причине столь сильный заклинатель умер, и почему тварь, которая явно оказалась не слабеньким духом, никак дальше не проявляла себя. Его размышления прервал голос будущего трупика: — Да, отец, — брат опустил глаза постарался сдержать разъедающий гнев, направленный на Сянь Вэня. Тот, кажется, вчера увëл девушку брата. Ну как «увëл», он просто сделал еë нефритовой заколке комплимент, — я постараюсь больше не терять самообладания, клянусь «Ммм, как мило. Ну ладушки, всë-равно скоро поляжешь пушечным мясом, хоть не опозорься перед отцом. " — Отец, я правда вчера неподобающим образом вëл себя, обвинение обоснованно, — взгляд Сянь Вэня посерьëзнел. Он со всей искренностью взглянул в ледяные глаза отца. — Да, вижу вы наладили взаимоотношения. — Хао Сюань перевëл взгляд с одного на другого, — Как и планировалось, завтра вы отправитель в Красный Лотос, как мои представители и прямые наследники. — Да — Да, отец Сянь Вэнь в знак прощания снова чуть склонил голову. Красный Лотос, Красный Лотос, Лотос… Стоп здесь что-то не так. Юноша в ужасе распахнул глаза и вскинул ошеломлëнный взгляд на отца: — Красный Лотос? Разве мы не должны отправиться в Пурпурный сад вашей матери? Чëрт! Нет! Он совершенно не то сказал! Ну точно, в Пурпурный сад матери его отца Сянь Вэнь действительно отправится, но в знак скорби по погибшему брату. А умрëт он... На Алом Хребте, высшей точке всех Империй этого мира и центре Империи Красного Лотоса, будь она не ладна. Значит, сюжет, дабы Сянь Вэнь смог убрать недосказанности и несостыковки, будет бросать его на все горячие фронты и стычки знати? Ну, тогда и он тоже скоро обратится трупиком… — О чëм ты? — прошипел брат, — Это место скорби, или может решил заранее поскорбить о себе, потому что после твоей смерти все о тебе забудут, как о ушедшей моде? — Прошу прощения, я оговорился, вчера был слишком насыщенный день —Вынужден покинуть вас. — Сянь Вэнь, не обратив на подкол брата тут же как можно быстрее выбежал в сад, ему срочно было глотнуть свежего воздуха. Он встретится с причиной смерти брата! Это невозможно пережить, в романе он написал, что «… Молодой Господин скончался на месте даже не начав бой…», а это значит, что тварь сильна! Хотя есть и плюсы, двое самых надëжных людей и будующих друзей Сянь Вэня будут присутствовать на одной конференции в Империи Красного Лотаса, нужно быстро наладить с ними отношения и невзначай завести на Хребет, хоть они оба спокойны, добры и беспристрастны, вместе они убойная сила и неминуемая гибель для нечисти. Чтож, да начнëтся игра на выживание! — Братик! — к стоящему под пышной кроной дерева Сянь Вэню подбежала Си Ель. Девушка и вправду была прекрасна. — Братик, вы вместе с Шень И отправляетесь в Красный Лотос? — испуганное нежное лицо, даже сейчас не теряющее румянца отражало искреннее беспокойство, из её причëски на лицо спадали несколько шëлковых прядей, — Сянь Вэнь, прошу тебя, отговори отца и брата от этой поездки! Были многочисленные доносы о сотнях пропавших без вести путниках, пересекавших по дороге в Красный Лотос Хребет! ..!! Ну точно! Злополучный хребет находится на самой границе между Империями и его не как не обойти! Что ж такое то! Это его первый день в его романе, а кажется, что он провёл здесь целую вечность! Остаëтся надеяться только на удачливую ауру Сянь Вэня и его судьбу пасть от меча главного героя, который к слову появится через хрелион лет. — О нет… — Сянь Вэнь закрыл руками лицо, его меч теперь висел на поясе в ножнах. — Не переживай! Я сама могу сказать всë отцу! Ничего страшного в этом нет, я, наверное, слишком преувеличила, всë совсем не так! — сестра испугалась, что чрезмерно напрягла обстановку, и неряшливо улыбнулась, но дрожащие уголки губ и глаза выдавали еë с головой. — Всë хорошо, не переживай. Но я должен прибыть в Красный Лотос любой ценой, прости, если ты переживаешь из-за этого, поверь, это того не стоит, — Сянь Вэнь привëл голос в привычный спокойный тембр. — Вот именно, «это того не стоит»! Не рискуй, пожалуйста — Не волнуйся, у меня есть хорошие знакомые из Красного Лотоса, они нас подстрахуют — По твоим словам у тебя везде есть хорошие знакомые, но на деле, когда тебе плохо, ты запираешься один в комнате на множество дней, а они даже не спрашивают о тебе — Си Ель, солнышко, не переживай пожалуйста, всë хороша. К слову, ты сегодня разнообразила свою обычную цветовую гамму? Ты теперь носишь нежно розовый пояс, и серьги с аметистом раньше я не видел… — Ты заметил, — девушка смутившись отвернула голову и дотронулась рукой до серëжек, — По правде говоря, ты первый, кто это заметил! — улыбка вмиг снова озарила раньше серьёзное лицо девушки. — Да, прости, я должен подготовиться к завтрашнему дню. Хорошего дня! — Сянь Вэнь, береги себя. И остерегайся… Конца, — девушка помрачнела, и больше не поднимала глаза на Сянь Вэня. -Конца жизни? Хорошо, я ведь ещё не стал Императором, умирать мне ни к чему, — он засмеялся и развернувшись направился назад в свою комнату. Почему-то ему показалось, что Си Ель пожалела, о том что сказала. В любом случае, сейчас его должна была волновать не сестра, а долбанная горища, которая может забрать его жизнь.