30 days.

«В безмолвии молчали кроны деревьев. Там, на отшибе, птицы распевали молитвы. Когда холодные пальцы ангела коснулись её волос, владыка тьмы сошел на затхлую землю. Тогда и грянул гром.» Та странная встреча отпечаталась у Су-э в голове. Девушка не находила себе места с того самого дня, когда на её пути повстречался Донг Хун. Будни, которые пролетели с такой спешкой, остались незамеченными ею. Только лишь смутные воспоминания о той встрече. Не важно, было ли это судьбой или же нет, жуть стояла страшная. Никогда еще юная леди не ощущала себя так странно и взволнованно. Подобные вещи не происходили в повседневной жизни Су-э, но если что-то такое и происходило, то бурно и жутко. Тот его взгляд заставил девушку кипеть от гнева, страха, а также подозрительности. С чего бы вдруг кто-то обратил внимание? Донг не был похож на того, кто интересуется такими, как Су-э. Ко всему прочему, девушка подходила под образ «ничтожной серой мышки». Так почему? Это был риторический вопрос. Понедельник, 7:30 утра. С самых первых лучей утреннего солнца Су-э выгуливала собаку. В такое время и кислород более чистый, и лишних глаз поменьше. С мешками под глазами и в домашних шортах девушка выглянула краем глаза на кухню, выискивая хотя бы намек на пробуждение матери. Но, к счастью, она не проснулась. Пока. Её мать пробуждалась обычно к 8-ми утра, а иногда и к 9-ти. Смотря ко скольким женщина собиралась на работу. Да, Су-э помогала матери собираться. В её обязанности входил как минимум готовый завтрак. Обыденная, несложная рутина. Сложнее у девушки складывались отношения с родной матерью, чем та рутинная обязанность, которая входила в её ближайшие планы на это утро. Мать Су-э, Ли Су-нэ, была очень сложным человеком. Более того, твердолобым и не самым приятным. Соседи и знакомые уважали женщину, даже почитали как совершенную модель молодой матери. Да, ни для кого не секрет: Ли Су-нэ родила дочь в раннем возрасте. А если точнее, в 16 лет. Конечно, кто-то мог бы и осудить молодую мамашу, но кому интересны сплетни, связанные с подобного рода фактами? Девушка не считала это чем-то таким сверхъестественным. Су-э была лишена материнской любви еще с пеленок. Мать не прикасалась к девочке месяцами. Каждая такая мелочь занимала отца семейства. И с каким трепетом! О, юная леди вспоминала те времена с теплотой на сердце и в душе. Но, как и всегда, по закону жанра хорошим временам приходит конец, а вещи со временем портятся, словно дешевое масло из старенького супермаркета. Такие аналогии Су-э любила проводить изо дня в день. Как бы было, если бы её отец был жив? Что тогда стало бы с её семьей? Одному лишь богу ведомо. Заплутав в собственных мыслях, девушка не заметила, как будильник прогремел, напоминая о том, что уже 8:00. Бесстрастные глаза Су-э обратились к собаке, что лежала у входной двери в её спальню. – Крудж, – прошептала она, – нам пора. 8:00 на часах напоминали ей о том, что прогулка с собакой немного запозднилась. Просроченные минуты стоили ей «драгоценного» завтрака. Наверное, одна из немногих мелочей жизни, которая подпитывала чувство омерзения и опустошенности. Еда. Одна лишь мысль о кусках, пускай и вкусной, еды доставляла ужаснейший дисбаланс в организме. Тошнота тут же подступила к горлу. Суэ, приложив ладонь ко рту, вцепилась ногтями в челюсть, пытаясь подавить позыв к рвоте. И, увы, в очередной раз это была тщетная попытка. Сорвавшись с края кровати, девушка подбежала к косяку двери, сначала оперевшись на него. И затем другой рукой она дотянулась до ручки двери, которая отворила бы вход в туалет. Из последних сил Су-э зажимала рот и губы пальцами, дабы не испортить ламинат. С минуты на минуту, отворив заветную дверь, колени юной леди согнулись, с глухим стуком падая коленями на холодный пол. Её голова склонилась к белоснежному стульчаку, а содержимое желудка вырвалось прямо на дно унитаза. Счет был на секунды. Она дрогнула от легкого покалывания в костях, а затем откашлялась. – Ты невыносима. – раздался голос из-за спины Су-э. Утренние объятия с верным белым другом настолько увлекли девушку, что она даже не услышала шагов матери. Ли Су-нэ взглянула на дочь, скрестив руки под грудью. Томный вздох и легкое ворчание сорвалось с губ женщины, а взор её устремился куда-то в сторону. В этот самый момент Су-э прочувствовала отвращение, которое исходило от ее матери, каждой частичкой своего и без того хрупкого, словно из стекла, тела. Юная леди очень тихо вобрала побольше воздуха, наполняя легкие, и сомкнула губы. Комментарии матери сильно давили ей на голову. Неужели в этом была такая острая необходимость? Су-э начала сомневаться. Каждый раз, когда ей становилось плохо, тошнота подпирала горло, желая выбраться наружу. Собака взглянула на хозяйку, истощенно проскулив. Он сложил мордочку на лапы, вздохнув. Ощущение пустоты объяло комнату, а тяжесть в желудке снова проснулась. – Я это не контролирую. – бесстрастно парировала Су-э. – Ну конечно нет. – отчеканила Ли Су-нэ. Сквозь уста её матери сочился едкий сарказм. Это больше не тревожило девушку, а, наоборот, отвращало. Ли Су-нэ тюкала дочь за любые промахи и недостатки. Не было и дня, чтобы женщина не промолчала насчет веса или внешнего вида дочери. Это уже вошло в привычку. Словно традиция. И пока хозяйка дома наблюдала за Су-э сверху вниз, стоя в дверном проеме, сама девушка все еще нависала головой над стульчаком. Позывы к рвоте не прекратились. Из-за присутствия озлобленной матери все чувства юной леди обострились, словно нюх у дикой кошки. Аура женщины давила на голову. Девушка оторвала подбородок от унитаза и наконец взглянула на мать. – Выйди, пожалуйста. – попросила Су-э. Простая просьба донеслась до ушей Ли Су-нэ, но, как всегда, она проигнорировала это. – Мама, – и снова попросила девушка, – выйди. Лишь со второго раза женщина закатила глаза, но покинула проход в уборную, направившись на кухню. Это было так сложно? Нет. Так что помешало ей сделать это с первого раза? Наверное, гордость и упрямство. Не нужно было обращать внимание, если бы не одно маленькое, но весомое «но»... Ли Су-нэ — её мать. От этой неприятности нельзя было избавиться. Су-э ощущала себя заключенной, когда дело доходило до крайностей. Ругань могла длиться часами, а если женщина не в настроении, то сутками. Ли Су-нэ Борах — женщина с сильным, но мерзопакостным характером. Этого у нее не отнять. Юридическое высшее, даже магистрант. Повстречав отца Су-э, она влюбилась, снося голову. И не поспоришь ведь, любовь там была. Хоть и короткая, но значимая история любви. И лишь тогда, когда родилась девочка, всё полетело в тартарары. Это был момент надлома в семье Борах. Мин Су, отец Су-э, ушел из семьи. Причина проста: не выдержал. Он годами терпел издевки и насмешки со стороны жены, но так и не смог смириться с этим. С того момента и понеслась разруха в семье. Между матерью и дочерью бились стекла. Сознание женщины мутнело с каждым днем, проведенным в одиночестве, и бокалом мартини в пальцах. Эти тягостные будни уничтожали Ли Су-нэ. И потеря Мин Су также отразилась на ней с еще большей силой. Вспышки агрессии, побои, осуждение, гнев и ярость, вперемешку с тем дерьмом, которым она словесно поливала собственную дочь. Женщина буквально отыгрывалась на родном и единственном ребенке. С каждым днем становилось все хуже. Су-э невыносимо страдала. И душой, и телом, а Ли Су-нэ продолжала наплевательски относиться к дочери. И с каждым днем негатив в доме Борах нарастал с еще большей силой. Наконец, пока матери не было поблизости, можно было сходить и погулять с собакой в спокойном темпе. Юная леди поднялась с колен, которые слегка покраснели, а затем протерла губы влажной салфеткой. Чувство омерзения пробежалось по венам, по костям. Тошнота выбила её из колеи. Беспомощность ощущалась и витала в воздухе. Пока она летала в мыслях, Крудж заскулил. И, к счастью, своим скулежом он вырвал девушку из сжирающего потока мыслей. Су-Э пару раз моргнула, затем потерла глаза костяшками пальцев. – Да, да. – тихо сказала она. – Идем. Идем гулять. Выйдя из туалета, девушка направилась в свою комнату для того, чтобы собраться. Схватив первую попавшуюся на глаза рубашку и джинсы, она по-быстрому натянула на себя одежду и взглянула на кроссовки. На носках обуви уже собралась грязь. Юная леди вздохнула, чувствуя себя опустошенной. Она села на край кровати, подпирая руками одеяло и простыни чуть назад, чтобы не садиться на них грязными вещами. И, схватив оба кроссовка одной рукой, Су-э натянула пару себе на пятки, заталкивая шнурки внутрь, чтоб не мешались. Она была вооружена поводком и шлейкой, чтобы выгулять собаку. Полностью собравшись, юная леди вышла на улицу, держа рядом с собой обеспокоенное животное. Но Крудж был на поводке, а потому проблем бы не возникло. Су-Э огляделась. Тишина стояла такая, будто весь район погрузился в предсмертный сон. Ни единой души не блуждало. Наверное, сегодня была такая погода. – Что ж, прогуляемся, а потом я потопаю в универ. – прошептала девушка. Она гуляла полчаса. Собака сделала все свои дела в специально отведенном для таких мероприятий парке. Девушка собрала экскременты и прочую ересь в целлофановый пакет и, дойдя до урны, выкинула содержимое вместе с пакетом. Дела были сделаны. Потянув Круджа за поводок, Су-Э понадеялась на его дисциплину, но они немного запоздали с прогулкой, а потому расписание полетело к чертям собачьим. Отведенные часы на поход с собакой в парк были просрочены. Первая пара уже была благополучно пропущена, а это значило только, что она пойдет ко второй паре на занятия. Обычно юная леди не запаздывала, но утренняя баллада с матерью совершенно поломала её планы. Пока девушка витала в облаках, краем глаза Крудж заметил чужое телодвижение. Незнакомец спрятался за кронами деревьев, исподтишка наблюдая за собакой и её хозяйкой. Питомец издал низкое рычание, а Су-Э мельком обратила на это внимание. Её глаз не обнаружил ничего, кроме листвы и куч мусора, что небрежно валялись у стволов деревьев. Но собака-то чувствовала... – Ты чего? – спросила девушка. – Не рычи. Фу. Хозяйке и могло почудиться, но собаке — нет. Животные всегда всё чувствуют. Девушка решила не обращать внимания и потому направилась к дому, утягивая питомца за собой. Почему на душе было так неспокойно? Су-э моментально задумалась. Ощущение подозрительности касаемо всего инцидента одолело настроение девушки. Ей стало дискомфортно. На секунду замедлив шаг, она и вовсе остановилась, оборачиваясь. Конечно, её не интересовало ничего, кроме собственной безопасности и безопасности Круджа. Собака казалась ей нервной, она вела себя необычно. – Тебе тоже кажется, что за нами кто-то идет? – полушепотом спросила она. Ощущение чьего-то присутствия заставляло ее кожу покрываться мурашками. Но под обзор глаз не попадалось даже мошки. Никого. Да и тишина казалась такой умиротворяющей. И одновременно устрашающей. Спрашивать «кто здесь?» было бы бессмысленно. Да и лучше не привлекать внимания. Но только лишь она сделала шаг вперед, поворачивая голову в другую сторону, как тело Су-э вжалось в чью-то длинную, более широкую фигуру. Девушка застыла, слегка приоткрыв губы. Она не смела поднять глаз. – Ну, – заговорил до жути знакомый голос, – Давно не виделись?