Барби.

— Чан-а, — Бин перебирает чужие кудри, после недавней окраски они такие непослушные, но на удивление мягкие. И пахнут яблоком. — Ты занят вечером? — К чему вопрос? — лежа на мощной груди, Крис пытался проснуться. Чужое равномерное дыхание убаюкивало, приятно погружая куда-то далеко-далеко. — Если ты не забыл, у нас сегодня еще дела в студии. К нам приходит твой друг. Хан, да? — А я хотел позвать тебя на свидание, — Со расстроенно тянет, медленно потягиваясь в теплых объятиях. — Аа... Хан-и. Ты его вроде видел, он на бурундука чем-то похож или на квокку. И знаешь, он очень миленький, когда стесняется. — Ты подбираешь мне нового любовника? — посмеиваясь, Чан приподнимается на локтях, сонно заглядывая в чужие темные глаза. Тянется к мягким губам, оставляя невесомый поцелуй. — Знаешь, я бы может и попробовал втроем. — Что? — провожая взглядом голую спину, медленно скрывшуюся за дверью, Чанбин задумался. Да, они в свободных отношениях, но почему внутри как-то дёрнуло. Вовсе не больно, просто странно. Это скорее был интерес. Джисон сидел как на иголках. Сегодня он шел записывать кавер, ужасно нервничал. И дело не в неопытности, страхе, стеснении... Хотя да, дело в стеснении. Мозг просто не мог переварить то, что песня будет записана перед Чанбином. Со Чанбином. Тем самым, с которым Хан водит дружбу добрых семь лет. Тем самым, в которого Хан влюблен последние полтора года. Но можно ли обозначить эти чувства именно любовью? Ответа не находилось. Но были два фактора, которые подпитывали тягу: они вдвоем ходили в спортзал, где часто можно наблюдать за чужими накачанными руками (и не только за ними); именно Хан учился целоваться у Бина. И как бы неправильность мыслей по отношению к лучшему другу не пугала, Джисон свыкся. Но на пути стоял Бан Чан. Он не воспринимался как враг, соперник или что-то в этом роде. Старший выглядел не менее привлекательно чем Чанбин, и в Крисе было тоже что-то такое цепляющее. Как будто это деталь объединяла их, а Хана только сильнее притягивала. Не слишком ли он заморачивался на этот счет? Как ни как, соблазнять кого-то никто не собирается. — Привет, хён, — стукаясь плечом о чужое, Джисон неловко улыбается, когда замечает незнакомо-знакомую белобрысую кудрявую макушку. Чан. Он и до этого выглядел так... круто? Новый цвет волос ему очень шел. — Хан Джисон. — Крис, взаимно, — пожимая чужую руку, Бан замечает практически такие же кудри, только они были более мягкими, как будто ненатуральными. — Не знал, что мы схожи в прическах. — Оу, нет, я просто делал химическую завивку. Хотелось что-то поменять в себе, типа того, — тараторя, Хан сам не замечая поправляет волосы. — Мне двадцать два. — Ха-ха, хорошо, буду знать. Что ж, ты можешь приступать, Бин-а тебя подстрахует и поможет, — Чан возвращается к своей работе, краем глаза наблюдая за младшими. Крис уже не замечал, как вокруг кипит жизнь, как биты уже проходят третий круг. Он уже был глубоко в себе, слишком внимательно рассматривая нового посетителя. Это наверное выглядело странно? Определенно. Но в Хане чем-то узнавался собственный партнер: манера похоже жестикулировать; часто хмурится при повторном прослушивании голоса. Или это так кажется? Многие ведь так делает, правда? Чан не уверен, он замечает общие повадки, но не может понять какие. Внутри играла заинтересованность. С Со была приятная стабильность и ненавязчивые ухаживания, безумно нравившиеся обоим. И секс не тяготил, зная, что они могут провести ночь с кем-то другим. Чан и Бин — две самодостаточные половинки, которые образуют как-будто защитный купол. В который, к слову, мог бы поместиться еще кто-то. Кто-то, кого можно было бы защищать и нежно заботиться. Кого-то крохотного. — Барби-сайз — шепчет про себя Кристофер, опуская глаза в ноутбук. Голова побаливает. Чанбин старался сфокусироваться на своем друге, на музыке. Но в голову лезли слишком беспорядочные мысли. Почему Чан не говорил о своих желаниях? Или он пошутил? А вдруг кто-то третий разрушит их отношения? Со не ревновал, но тревожился. Его почему-то напрягала вся утренняя ситуация. Но возможно он просто надумывает, правда? — Джисон, возьми немного выше, чтобы не фальшивило, — И Бин только краем уха ловит согласие Джисона. Джисон. Они дружат уже... лет семь? Да, наверное так. Познакомились в старших классах и больше не отлипали друг от друга. Хан всегда казался крохотнее Бина, пускай с ростом повезло чуть больше. И он был таким... Своего младшего хотелось защищать. Чанбин чувствовал к нему практически дружескую любовь, возможно даже чуть больше чем дружескую. — Сейчас лучше, но немного не достаёшь. Попробуй актива больше внедрить. — Да, я знаю, просто как будто зажимает что-то, — массируя себе плечи и пытаясь их растянуть, Джисон уже ловит сразу два взгляда на себе: Чанбина и Чана, смотрящего из-под шапки. Это смущало. — Ребят, я конечно понимаю, что слишком неотразим, но не надо так открыто меня сверлить. Со и Бан переглянулись. — Как тебе Джисон? — Очень миленький, смешной, — поправляя кудри в туалете перед зеркалом, Крис немного сводит брови, когда пряди путаются. — Знаешь, я сегодня думал об одной вещи. Ты бы хотел попробовать трисам? — Я? Ну... — Чанбина вопрос немного выбил из колеи. Хан настолько сильно произвел впечатление? — Почему бы и нет? Я не против. Но просто это было бы запарно. Сам понимаешь ведь, что третий должен подходить нам с тобой во многих аспектах. Мне было бы лень заниматься "подбором". — Что насчет Хана? — Ты знаком с ним буквально полтора часа, — обнимая со спины, Со смеется, утыкаясь в чужой сгиб шеи. — Так сильно понравился тебе, Чан-и? — Да, — Крис нежится в сильных руках, ощущая горячее дыхание, которое щекотало до мурашек. — По твоим рассказам он очень приятный. Думаю... посмотрим по ситуации, да? Бин только согласно кивает, зацеловывая от шеи до скул.