Разделяя Ад

      Побережье Флориды. 1950-е годы.       Второй раз Вокс и Валентино сорвались во Флориду менее спонтанно, чем в первый. У Вокса появились дела, связанные с одной из киностудий, которая предложила потенциально выгодное партнёрство (помимо той, с которой он хотел заключить договор незадолго до гибели, но до этого дня было ещё время). Из-за этого обстоятельства в чемодане Вокса много места занимали деловые костюмы, дорогие кожаные туфли и прочие «атрибуты», указывающие на его статус и серьёзное отношение к делу. Но, конечно же, упустить возможность отдохнуть с новоиспечённым избранником сердца он тоже не мог.       — Вал, тебя не смущает, как они глаза вылупили?        — Такие милые дамочки и сплетничают о таких грязных делишках, — Молодой сутенёр приподнял голову, чтобы с насмешливой улыбкой посмотреть в сторону двух пожилых женщин в купальниках, сидящих вместе за одним столиком и перешёптывающихся.       У Вокса сердце пропустило удар, когда Валентино вновь коснулся губами влажной кожи на шее. Они стояли вместе в воде возле стенки бассейна, которая поднималась выше, чем их головы, но с других сторон, из-за расстояния, их могли увидеть люди (если точнее, единственные двое, присутствующие здесь, которых парочка сначала не заметила). Под прохладной вечерней гладью дело обстояло ещё прозаичней: Валентино так и норовил пролезть рукой в плавки Вокса.       — Прекрати уже! — приглушённо шикнул телеведущий, не смея каким-либо грубым жестом отогнать Вала от себя, но перехватив смуглую руку за стройное запястье под водой.       — Мне похуй на тех двоих. Тут никого больше нет.       — Давай все поцелуи и прочую херню устраивать в номере!       — Не отказывай мне в удовольствии полюбоваться, как краснеет один латентный эксгибиционист-вуайерист.       Сгорающий от нахлынувшего азарта и желания, Вал чуть ли не вмял свои губы в ухо Вокса, пока требовательно шептал: «Расслабься. Я знаю, что ты хочешь, padre. Я не против».       Вокс не выдержал напряжение, изнутри его распирало в разные стороны: понимал, что Валентино, как и всегда в этом вопросе, попал в яблочко, однако поддаться соблазну мужчина морально не был готов. Он отпихнул сутенёра от себя: «Уверен, что тебе уже до меня говорили, какой ты конченный извращенец, Вал!»       — Потому что разрешаю тебе проворачивать твои же фантазии со мной?!       Телеведущий ничего не ответил, глядя куда-то мимо тех самых двух женщин. Вал сначала ничего не понял, но потом проследил за тем, куда идёт взгляд голубых глаз.       — Что за мужик?       — Один коллега из телестудии. Какого хера он здесь?!       — Оу... Ну, мои поздравления! Подтвердил для одного чувака, что все в шоу-бизнесе долбятся в зад, — Валентино тихо рассмеялся, рассматривая незнакомца, успевшего заметить их вместе.       — Мне нихуя не до смеха! Возьми себя в руки! Веди себя так, будто мы просто партнёры, понял?!       — Ну, вообще мы и есть, mi amor. В разных смыслах, — Сутенёр подмигнул ему, довольно улыбаясь, и Вокс закатил глаза, после чего стал вылезать из бассейна.       — И вообще, знаешь, Валентино, не вылезай пока лучше. Пока он не отвернётся точно! — приглушённо шикнул брюнет, видя, как Вал тоже направился к лестнице.       — Это из-за моих леопардовых плавок? — спросил тихо собеседник, еле сдерживая подступающий в очередной раз за пару минут смех.       — Да! Во-первых, кто кроме каких-то сутенёров и геев носит грёбаные леопардовые плавки?! Во-вторых, они у тебя всё обтягивают!       — Я и есть сутенёр и...       — Заткнись!       Вокс стоял возле бассейна в строгих чёрных плавках-шортах, которые не облегали тело. По упругому подтянутому торсу вниз стекали прозрачные капли. Пока Вал хищно рассматривал его, телеведущий помахал рукой мужчине, который, подойдя, пожал Воксу руку.       — Какими судьбами?       — Решили отдохнуть немного с женой. Дочь оставили с её матерью, пока мы здесь. А ты? — Коллега Вокса мельком посмотрел в сторону Валентино, взглянувшего на него в ответ и всё ещё стоявшего по грудь в воде.       — Приехал обсудить дела с одной киностудией. Это Валентино. Один из моих новых деловых партнёров, помогает мне с некоторыми нюансами.       — Buenas noches! — с приятной улыбкой отозвался Вал.       — Испанец?       — Вырос в Мексике, — серьёзным тоном ответил сутенёр.       — Что ж, рад познакомиться! Я Джеймс. Актёр и один из коллег вашего партнёра.       — Я нигде вас раньше не видел?       — Могли в каком-нибудь недавнем фильме, — Джеймс приятно рассмеялся.       Вокс незаметно для коллеги недовольно нахмурился, когда наблюдал за тем, как Вал уже едва ли не с кокетством в глазах посматривает на него. Ему как раз тоже около сорока лет, он довольно влиятелен в своих кругах и всё такое прочее. В ту минуту Вокс почувствовал очередной укол ревности.       — Может, сядем за стол? Если не торопишься, конечно, — предложил телеведущий, стараясь сохранять спокойную атмосферу.       — Давай. Жена пока спит в номере, устала после вечерней прогулки.       Двое мужчин направились к столику, повернувшись спинами к бассейну. Вал быстро выскочил из воды и, схватив с лежака своё полотенце, обвязал вокруг бёдер, чтоб, так уж и быть, не сильно вводить Вокса в краску при таких обстоятельствах. Затем он быстро закурил сигарету и направился следом за двоими.       Трое уселись за стол с зонтиком на белые пластмассовые стулья.       — Чем занимаетесь, Валентино?       — Можно на «ты», — бархатистым тоном, какой часто у него бывал в деловом общении, произнёс самый молодой из собеседников.       «Нет, блять! Нельзя», — сразу пронеслось в голове у Вокса.       — У меня есть своя киностудия и всё такое.       — Это любопытно. Большая?       — Сейчас ни туда ни сюда.       — Ты довольно молод, так что всё впереди, — улыбнулся ему Джеймс, после чего поднялся из-за стола. — Я отлучусь ненадолго. Хочу взять себе холодную содовую.       — Конечно, — ответил Вокс.       Валентино проводил Джеймса пытливым цепким взглядом.       — Вал, — Вокс грубым тоном шепнул имя парня.       — Что?       — Ты ему глазки строишь?       — Ну... Он ничего такой. Правда, женатик. Но и среди таких, бывает..., — Валентино осёкся, заметив в голубых глазах злость. — Мы разве не всё выяснили?       — Я, видимо, пропустил пункт о том, что ты можешь лезть к любой шлюхе, но не к любому мужчине. Он тоже статусный тип, ему почти сорок.       — Ты думаешь, что я сбегу от тебя к нему? Он не то же самое, что ты. Даже не близко, — шикнул Валентино.       — Отлично. Тем более, зная Джеймса, тебе всё равно не обломится. Можешь не пытаться. И не позорь меня своими замашками.       Валентино сжал губы. Видно было, что хотел что-то ответить на последнюю фразу, но не стал. Зато скрестил руки на груди, опустил взгляд и насупился. При виде такой реакции Вокса, внезапно даже для него самого, словно ледяной водой окатило. Вал услышал, как его ласково позвали по имени. Он поднял голову и увидел, что мужчина аккуратно обхватил губами кончик своего большого пальца. Бурная фантазия, заточенная на такие вещички, сразу подкинула Валу тысячи картинок, он точно понимал, на что Вокс намекает.       — Ты вроде хотел, но нас тогда прервали, — прошептал телеведущий, напоминая о случае за барной стойкой.       — За такое буду готов простить твоё хамство, — игриво усмехнулся Вал.       Минуту спустя вернулся Джеймс с содовой, уселся обратно за стол и продолжил дружелюбно беседовать со старым и новым знакомым.

━━━━━━━━━━━━

      В другой день, после деловой встречи, Вокс и Джеймс снова пересеклись в отеле. На этот раз двое договорились выпить вместе по бутылочке пива в одном из баров в соседнем здании. С просторной террасы на первой береговой линии виднелся ярко-алый закат. До коллег доносились крики чаек, парящих белыми крылатыми пятнами в воздухе и норовящих то и дело съесть что-нибудь с соседних столиков.       Каждый из них уже почти дошёл до дна бутылки. Кажется, этого им вполне хватало, чтобы диалог перешёл из весьма поверхностного в более глубокий.       — Вроде не дурак тот парень, — озвучил Джеймс мысль вслух.       — Ты про Валентино сейчас? Он молодой и активный, от него может быть толк.       Джеймс кивнул и переглянулся с телеведущим: «Ты понял, к чему я, верно?»       — Ты говоришь о карьере и совместной работе, — сказал Вокс холодно: так, словно речи о другом в их разговоре и быть не могло.       — Хочу сказать: это твой выбор. Я не собираюсь об этом распространяться.       Вокс изогнул бровь, делая вид, будто не понял. Джеймс, в свою очередь, широко и добродушно улыбнулся: «Брось придуриваться. Я видел вас издалека в бассейне!»       — Я знаю. Мы просто с ним обсуждали одно дело.       — Винсент, я видел, как ты на него смотришь.       Фраза, улыбка, выражение лица, морщины по краям глаз, закат над морским горизонтом, тёплый ветер — всё из этого врезалось в Воксу в память с того самого момента и до сих пор. Он тогда замер в ступоре, глядя практически испуганно на Джеймса.       — Я не имею его в зад.       — Такого я не говорил. Обычно к подобному применяю выражение «заниматься любовью». Не так грубо звучит, как ты сказал.       Выдержав паузу, Вокс, наконец, сдался: «Заниматься любовью подходит больше».       — Давно познакомились?       — Практически два месяца как, — Вокс сделал пару глотков из коричневатого стекла.       — Неожиданно! По тебе бы я никогда и не сказал, что тебе кто-то голову может вскружить.       — Вал молод, — Язык у Вокса в конец развязался, и вот он уже принялся высказывать всё наболевшее. — Я боюсь, что он однажды скажет, что я уже не тот, что нашёл другого, ещё что-то.       — Есть предпосылки к такому?       — Нет. Он наоборот говорит, что с первой встречи сох по мне. Смотрит на меня, будто я к нему с неба свалился. Всё в таком роде. Я просто боюсь. Кроме того, что это было бы больно, я знаю, что, если бы он однажды ушёл, то я бы делал всё, чтобы вернуть его. Абсолютно всё.