«Ты мне нравишься!»‎

С 8 парнями трудно ужиться в одной квартире. Особенно, если внутри тебя разгорается пожар от любви. 'Я никогда не любил никого из клонов. Даже как братьев или друзей, оно и понятно. Блядски бесявые, особенно эта троица. Куромаку, Пик... И эта размазня. Зонтик. Пф, что за имя вообще? Нелюбимый Федором клон, ей богу. Только вот почему, когда я слышу это имя, сердце начинает бешено биться, так, что я чувствую это всей грудной клеткой, а ноги подкашиваются? Я не знаю, что меня в нем привлекает. И почему. Может мне просто нравятся его... Бледная кожа, стройное тело и руки, голубые глаза и бирюзовые волосы, за которыми он так бережно следит. Черты лица: островатый, аккуратный нос, тонкие губы. Я люблю подолгу рассматривать его лицо. А когда он замечает на себе мой внимательный взгляд, то с испугом отворачивается, перебирая края свитера тонкими пальцами. Боится. Или его голос. После своей странной увлечённости шестым я стал всё больше хотеть пранковать его. Чтобы услышать, как он обращается ко мне. Как запинается, произнося мое имя. Мне это чертовски нравится и я каждый раз краснею как рак, убегая в другую комнату. А он смотрит недоумевающе, хлопает глазками, думая, что я опять что-то задумал. Но я не возвращаюсь и Зонтик сам находит меня, чаще всего на кухне, спрашивает, что случилось, беспокоится. Я никогда не понимал его. Я не понимаю, чего хочу от него. Я не фанат тактила, так что никогда не представлял и не мечтал о объятиях или поцелуях с ним. (Ну может иногда я и грешил, представляя нечто более развратное и... КХМ.) Я просто люблю. И не знаю, для чего. Что мне делать с этой любовью. Изливать словами? Я не такой поэт как Ромео. Действиями? Не люблю. Я хочу защищать его. Только это я знаю. А ещё я никак не могу ему признаться. Не потому, что мне стыдно или вроде того. Я не могу физически. В этой квартире невозможно остаться наедине. Так что каждый раз, там, где присутствует он, обязательно будут Феликс, Куромаку или Пик. Пик. С которым они так сдружились. Обидно ли мне? Пффф, ни за что. Но... Разве я не буду лучше? Ну, хуже уж точно нет. Или во мне недостаточно пафоса? Мне стоит научиться кататься на байке? Купить крутую экипировку? Что мне нужно сделать, чтобы ты, сука, уделил мне должное внимание? Ты стал замечать, что я всё чаще касаюсь тебя, шутя свои шутки. Я не знаю, как это выходит. Но мне почему-то всегда хочется быть настолько ближе к тебе, насколько то возможно. Даже если мне придется схватить тебя и прижать к себе насильно. Но тогда ты точно испугаешься так сильно, что по твоему милому личику начнут стекать капли слез. И я бы с бережностью, совершенно несвойственной мне, вытер их с твоих покрасневших щек. Дай мне хоть один повод коснуться твоей нежной кожи, Господи, я бы ни за что не навредил тебе, знал бы ты обо всех моих мыслях и желаниях. Вот, ты снова сидишь в окружении остальных клонов. Ни с кем не общаешься, жмешься в этой душной компании. Я же вижу, они тебе не нравятся. Также, как и мне. У нас всё же есть нечто общее, Зонтик. Ты решаешь отойти зачем-то в коридор, и я тут же скрываюсь с места, следуя за тобой. —Стоять! — я хватаю тебя за ворот кофты, ты тихо пискнул, боязливо зажмурившись. Боишься даже посмотреть на меня. Я открываю дверь в подъезд и буквально выталкиваю тебя туда, пройдя следом и закрыв дверь, вместе со всеми надеждами спастись. Ты в одних белых носочках, они точно будут нуждаться в стирке. Хочешь, Я самолично выстираю их? Да хоть вылижу прямо сейчас. Ты все равно боишься, почему? —Ва...Вару? — ты боязливо приоткрываешь глазки, смотришь на меня. Я кажусь тебе до безобразия злым, и намерения у меня точно такие же, так ведь? Сердце вновь падает в самые шорты, я хочу начать говорить, но не могу, начну запинаться, зачем ты подал голос? —Всё хорошо? — ты сглатываешь. Дрожишь, но все равно интересуешься моим состоянием. —С-слушай сюда, ты... — пытаюсь придать голосу увереннность, но лишь звучу как полный придурок. Ты будешь смеяться надо мной, как я бы смеялся над тобой? —Знаешь, ты не похож на натурала, ха-ха, — произношу и криво, взволнованно улыбаюсь. Зачем я вообще это сказал?! Без шуток что, совсем никак? Чувствую, как по лбу стекает холодная капля пота. Поджимаю губы. —Эм... Что? — ты смотришь прямо на меня. Ну почему, почему ты не стесняешься смотреть мне в глаза? Будто что-то чувствую здесь только я. Я ведь знаю... Я тоже тебе нравлюсь. —Ну ты, типа... Голубой... — голос дрожит, Я стараюсь держать улыбку. Ты всё ещё не понимаешь моих подколов. Не понимаешь, к чему я клоню. —Вару, тебе плохо? — предпологаешь ты, вжимаясь в холодную стену. Знал бы, как прав. Мне очень плохо. Слова начали вырываться сами собой. —ДА! — я, продолжая держать руки по обе стороны от него, тяжело дышу, глядя в самые глаза. Жаль, что он не видит мои через очки. —Я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ ПРОСТО ОТВРАТИТЕЛЬНО, ПОТОМУ ЧТО ТЫ, ПРИДУРОК, НЕ ЗАМЕЧАЕШЬ МЕНЯ! —Подожди, ч-чего? Я ведь... —ЗАКРОЙ РОТ И ПОСЛУШАЙ МЕНЯ ХОТЬ, БЛЯТЬ, ЕДИНСТВЕННЫЙ РАЗ! — я не знаю, откуда появилась эта смелость. Но она распирала меня изнутри, заставляла говорить. Это не моя вина, Зонтик, прости, что пришлось повысить голос. —МЕНЯ ЗАЕБАЛИ ВЫ ВСЕ, ТВОЙ НОВЫЙ ДРУЖОК ПИК, ЧТО, ПОНРАВИЛСЯ ОН ТЕБЕ? —Ты ревнуешь? —Я... Стоп, что? — я опешил. Ты сказал это. Догадался сам. О моей ужасной ревности к тебе, хотя ты даже не мой. Это правда настолько глупо. —Ты ревнуешь, — тише, почти шепотом повторяешь ты и вжимаешься в стену, дрожишь. Из-за холода, или ты всё ещё боишься? —Ревнуешь меня к Пику. Я молчу. Как и ты. Оба хотим поговорить на одну тему. Но никто не решается начать разговор. Знаю, это должен сделать я. Слова не выходят наружу. Хоть их и скопился целый ворох. —Почему? — задаешь краткий вопрос, ставя меня перед ещё большим рядом задач и раздумий. Нет, я не готов. Не готов, не готов. Зачем я всё это затеял. Мы молчали ещё 5 минут. Холодновато. Зонтик, ты согреешь меня, если я буду нуждаться в этому? —Ты мне нравишься. — произношу на выдохе. Чувствую, слышу, почти вижу, как пол под ногами идёт крупными трещинами. Зонтик, я никогда не был ни с кем таким искренним. Поверь мне. —...Ты мне тоже, — ты улыбаешься мне, смотришь в самую душу. Хочется переспросить, будто не понял. Но я прекрасно слышал всё. И теперь я не знаю, что делать. Легче с отказом. Сказал, что это всё шутка и ушел восвояси. Но это не тот случай. —А... Ты... Со мной... — я опускаю взгляд вниз, но ты касаешься подбородка кончиками пальцев и приподнимаешь мою голову. —Да. Я буду с тобой встречаться, Вару. — склоняешь голову на бок, качнув волосами и тихо хихикаешь. Не похоже, будто ты смущён, но твои щеки тоже горят красным. Также, как мои.