Блайнд на тебя

      Даже не спрашивайте.       Прошлый год и начало нынешнего года пережевали меня и выплюнули. И вот он свет, я вылезла, наконец-то. А тут апрель. И хочется творить, хочется вернуть себе утерянный баланс. И я столько раз пыталась сюда прийти, но... Первое время можно было поседеть, пока с ВПН все загрузится. А потом как отбило. Не могу. Все эти трудности, этот не ручной фикбук, запреты и прочее выбили почву из-под ног.       Когда все не хорошо и так, но и в твоем убежище тоже проблемы, заканчивается все: силы, терпение, желание.       Откровенно, прошлый год я усиленно пыталась найти себя как увлеченного человека хоть в чем-то, но моими увлечениями были только Симс, попытки зайти на фикбук и попытки смотреть сериалы. Откровенно, не скажу, что хоть с чем-то справилась.       Год в пустоту и моральное растрачивание себя. Может, кризис, может что еще, но вот конец пути...и я здесь. С ВПН, со скрипящими зубами, но здесь.       Ошибочно давать прогнозы, но я рада, что эта работа в начале пути. Рада, что не надо перечитывать многотомник, чтобы все вспомнить. Сама перечитала быстро.       Так что, без лишних обещаний, но если кто-то эту работу еще ждал, рада оправдать и оправдаться. Мы все еще продолжаем.       Chase Atlantic –Swim       Chase Atlantic – Church       Chase Atlantic – Meddle About (Deeper Version)       Блейз был заинтригован. На его лице не было даже тени раскаяния. Малфой заметил это, едва переступив порог его кабинета.       – Как прошел вчерашний вечер? – не утруждая себя даже приветствием, улыбчиво поинтересовался Забини.       – А на что ты рассчитывал? – задал встречный вопрос Драко, вальяжно устраиваясь напротив друга.       – То, на что я рассчитывал, я уже увидел. Ты цел и жив, Гермиона тоже, – ответил Блейз, но выражение его лица отражало крайнее любопытство. Ему буквально не терпелось узнать в подробностях, насколько его идея оправдала себя.       – Если бы у меня к тебе не было с пару сотен вопросов, ты бы уже со вчерашнего дня считался пропавшим без вести, – устало ответил Драко, потирая переносицу. Вопросов действительно имелось множество, но не было ни малейшего понимания, с какого именно он должен начать.       – Почему ты не задал их Гермионе? – перевел Забини, призывая Драко приблизиться к сути.       – На каком основании? – не сдаваясь, спросил Драко.       – Ну, хотя бы потому, что ваша встреча не была предсказуемой, – довольно произнес Блейз.       – Я хочу понять, почему она? Она не из тех девушек, у которых есть мотив для общения со мной. Она пойдет на все ради близких, но даже это для нее не основание проводить со мной вечер в закусочной, – возмутился Малфой, самостоятельно проводя логическую цепочку для ответа на свой же вопрос.       – Закусочной? – удивился Блейз, но был тут же остановлен взмахом руки Драко, для которого даже этот факт не являлся важным.       В обычных условиях вечер бы просто не продолжился. Значит, условие было для него все же особенным. Забини не ошибся.       – Неужели за весь вечер она тебе ничего не сказала? Вы что, молчали? – удивлялся Блейз, не веря, что ужин в закусочной вместо ресторана, который он подготовил, прошел максимально ровно. Само место уже говорило о какой-то упущенной предыстории.       – С чего бы ей откровенничать со мной? Блейз, она замужем. Мы не в лучших отношениях, несмотря на то, что я ей бесконечно благодарен. Этого недостаточно, чтобы ты так просто вынуждал девушку, и, как я знаю, свою подругу, проводить вечер в неприятной для нее компании.       – А для тебя? – уточнил Забини, силясь раскусить истинные чувства друга. Малфой пытался понять ситуацию от лица Гермионы. Это уже вызывало вопросы. Драко Малфой, не думающий о себе, не Драко Малфой.       Ответом ему послужил испепеляющий взгляд.       – Понял. Но ты совсем отстал от реальности. Ты не читаешь газеты?       – Ты издеваешься? – Драко начинал испытывать раздражение. Он провел в этом кабинете уже порядка десяти минут и до сих пор не приблизился к сути плана Блейза. Более того, они обсуждали чтение газет, без которых Драко и так прекрасно знал все, что ему было необходимо в его делах. Для этого не нужна пресса, нужны лишь осведомители.       – Нет, но Гермиона больше не Уизли. Она подала на развод, – довольно ответил Забини, противостоя взгляду Малфоя, словно они снова держали в руках карты, соревнуясь в покере, кто из них лучше блефует.       – Это ничего не проясняет для меня, Блейз, – спустя несколько секунд разочарованно ответил Малфой. – Ладно, спрошу прямо. Зачем ты организовал этот вечер… нам?       Забини собирался ответить честно? Или снова отшутиться и парировать? Драко не суждено было это узнать, так как в следующий момент на пороге кабинета появилась сама причина этого диалога, и ее вид не предвещал Блейзу ничего доброго.       – Какого черта, Блейз? – зло прошипела Гермиона, даже не заметив в кабинете третьего лишнего. – Я и Малфой на ужине?       – Доброе утро, Грейнджер, – отчетливо прозвучал за спиной девушки голос Драко, мгновенно меняя ее в лице. – Рад встрече.       – Малфой, – словно посчитав до десяти, выдохнула Гермиона, оборачиваясь.       – Именно, – кивнул тот, подтверждая ее неловкость.       – Проходи, Гермиона. Драко уже уходит, – словно не замечая ситуацию, улыбчиво произнес Блейз, на всякий случай, отходя подальше и от Драко, поднявшегося со своего места, и от Гермионы, стоящей в самом центре его кабинета.       – Договорим позже. Хорошего дня, – кивнув обоим, Малфой покинул кабинет, бросив в Забини взгляд, один-в-один как у Гермионы, не сулящий ничего хорошего. Он не оставит этого просто так.       Как только дверь за ним закрылась, кабинет Блейза готов был погрузиться во тьму.       – Вопрос прежний, Блейз. Какого черта ты делаешь? Зачем ты это устроил? – возвращаясь к заводским настройкам этого дня, гневно произнесла Гермиона.       – Чем была плоха моя идея? Кстати, как ты затащила его в закусочную? – потирая руки, весело спросил Забини.       – Не переводи тему, – зло  бросила Гермиона. По соображениям Блейза, от ярости из ее ушей уже должен был повалить пар. Или дым, не суть.       – Чем плох был вчерашний вечер? Неужели все было так плохо? – уже серьезнее продолжил Забини. Непонимание Драко для него было куда четче, чем неспособность Гермионы вычленить главное.       В конце концов, лишь несколько человек знали о детской симпатии Драко к Гермионе, и тот вполне мог даже принять за издевку его план, но не Гермиона. Она ведь точно знала, чем занимается Малфой после войны.       – Не заставляй меня на пальцах объяснять тебе, чем Малфой может быть тебе полезен. Особенно, если учесть, что ты спасла его в расследовании против Пожирателей, – терпеливо продолжил Блейз наводить Грейнджер в правильную сторону.       – Нет, – спустя минуту размышлений, наконец, произнесла Гермиона, догадываясь, что имел в виду ее друг.       – Да, еще как да. Я же обещал тебе помочь, – ощутив, что взаимопонимание достигнуто, ответил Забини. – Гермиона, он лучший в своем направлении. Причем как на легальном, так и нелегальном рынке, – настойчиво продолжил Блейз.       – Нет! Не смей. Ни за что. Не впутывай его в это. Если ты хоть слово ему сказал, – угрожающе начала Грейнджер, не скрывая злости от идеи Забини.       – Нет. Я надеялся, что уж это ты сможешь сделать сама, но, видимо, зря. Кроме того, я верил, что за все это время вы преодолели эти детские обиды и подозрения, – недовольно  бросил Блейз, вспоминая, какой противной бывает его подруга в минуты присущего ей упрямства.       – Я тебя предупредила. Ты ни слова ему об этом не скажешь, – не смиряясь, добавила Гермиона.       Между тем, нет, Драко никогда не подслушивал.       Никогда, когда правда сама шла к нему в руки. Но здесь было существенное препятствие, исключение, благодаря которому Грейнджер точно скажет ему, в чем ее проблема.       Не сейчас, но он все узнает.       От нее.       Лично.

***

      Гермиона не планировала выходить в свет. Вынудили обстоятельства. День Рождения Пэнси теперь уже Забини почти всегда отмечала с размахом. Сегодняшний день не стал исключением. Ее ресторан был забит гостями до отказа. Сама Гермиона смогла лично поздравить именинницу только полчаса спустя, как перешагнула порог заведения. Пэнси пригласила ее буквально за пару дней, и только Мерлину известно, как за эти несколько дней удалось устроить такой масштабный праздник: фуршетная зона, бар, украшения, столы, даже различные развлечения для гостей, вроде живой музыки или… ненавистного Гермионе карточного стола, от которого, она, словно от прокаженного, держалась  как можно дальше.       Решив, что лучшего места, чем барная стойка, ей не найти, Грейнджер решила расположиться там. Кроме того, он был почти пуст, чем становился еще притягательнее.       Все эти люди голубых кровей все еще вынуждали Гермиону чувствовать себя лишней, хотя внешне, как и она сама признавала, глядя на себя в зеркало, она не отличалась от них ничем.       Работа в Министерстве внесла коррективы в ее жизнь и окружение. Так или иначе, многочисленные приемы, праздники и так далее на работе всегда сопровождались большим количеством волшебников со всего света. Те, на кого пала тень от правления Темного Лорда, также стремились вернуть свою репутацию, в том числе  и не без помощи Министерства и сотрудничества с ним в различных сферах.       Заказав какой-то легкий напиток, Гермиона удобно расположившись на стуле, безучастным взглядом обводила толпу, изредка выдавливая улыбку тем знакомым, с кем встречалась взглядами.       Всем, кроме одного. Тому, кто никогда не посещал мероприятия Министерства и даже на днях рождения друзей присутствовал только дорогими подарками из разных стран, где постоянно находился в рабочих командировках.       Драко Малфой, находясь за карточным столом, смотрел прямо на нее, сопроводив свой взгляд вежливым приветственным кивком.       Гермиона предпочла отвернуться, чтобы не зацикливаться вновь на собственных навязчивых мыслях о том, не рассказал ли ему Забини что-то о ее проблеме. Блейз, к слову, уже устал за неделю их работы отрицать эту мысль, однако Малфой все чаще мелькал в Министерстве, что уже было слишком подозрительно, чтобы верить успокаивающей улыбке Забини.       – Это было невежливо, – махнув бармену, произнес Драко, опускаясь на соседний стул спустя каких-то жалких пару минут.       – Зато дает понять, что я не расположена к беседам, – парировала Гермиона, стараясь даже не поворачивать голову в сторону Малфоя.       – Такая красивая женщина, и так груба. Хотелось бы знать причину столь резкого холода, – сделав глоток мгновенного поданного виски, продолжил Драко.       Гермиона пропустила непрошеный комплимент мимо ушей, потому как не могла отрицать, что ко Дню Рождения подруги она готовилась тщательно. Настолько, что даже сама себя с трудом узнала в зеркале. Темно-синее все еще непривычно яркое для нее платье-миди приталенного силуэта подчеркивало идеальную фигуру. Каблуки, неудобные, высокие, но именно для таких случаев, когда роль девушки в том, чтобы красиво сидеть или стоять, приветливо всем улыбаясь с бокалом шампанского, лишь завершали этот образ. Волосы, обычно совершенно неуловимые кудри, спускались по плечам аккуратными локонами. Завершил образ неброский макияж, подчеркивающий глаза Гермионы.       Так что, да, счесть комплимент лестью или насмешкой Гермиона не смогла бы себе позволить, даже если бы хотела обвинить Малфоя во всех смертных грехах.       –Мне кажется, твой ход, – кивнув в сторону покерного стола, произнесла Гермиона, наконец, удостаивая собеседника взглядом.       – Мой, – согласился Малфой, одной рукой цепляя стул Грейнджер, разворачивая и придвигая его к себе так, чтобы у девушки не было даже возможности отвести взгляд от него в сторону.       – Что ты делаешь? – едва не вскрикнула Гермиона, оказываясь лицом к лицу с Драко. Пугал ли ее риск упасть со стула, или отсутствие шанса на побег парализовало ее настолько, что она молча смотрела в глаза Малфоя, не решаясь даже пошевелиться.       – Как Уизли допустил, что ты в таком виде будешь одна в обществе столь ненавистных ему снобов? – пристально всматриваясь в каждый взмах ее ресниц, задал вопрос Драко, даже не надеясь получить ответ.       Он целился точно. Чтобы узнавать правду, совсем не обязательно использовать Веритасерум. Достаточно лишь найти катализатор для чувств и эмоций. Это было жестоко по отношению к Гермионе, Драко знал это, но раздражение, которое он испытывал каждый раз, когда она, как мышь, пряталась в коридорах Министерства при виде него, было сильнее.       – Спокойно, – выдохнув, ответила Гермиона. Сильный и упертый противник. Драко признавал это.       – Потому что он больше не имеет права тебе запрещать? – отставив бокал, продолжил Малфой, наклонившись к Гермионе.       – Тебя ждут за столом, – словно превратившись в камень, ответила Гермиона. Не удерживаемая больше Драко, она взяла свою сумочку и уже собиралась уйти, но он не собирался с этим мириться.       – Сыграй со мной.       – Что, прости? – не поверив услышанному, переспросила Грейнджер, настороженно переведя взгляд с Драко на карточный стол.       – Одна партия. Просто в карты. Один на один, – улыбнувшись, пояснил Малфой, чувствуя, что чертовски близок к победе. Грейнджер, или пока еще Уизли (он уже навел справки по этому вопросу) была растерянна, даже напугана его предложением, но держалась до последнего.       – Смысл? – на секунду закрыв глаза, все же уточнила Гермиона. В ее голове то и дело проносились образы мужа с картами в руках, его просьбы, лживые обещания и документы на ее дом, совершенно случайно, по его же неосторожности попавшие к ней в руки.       – На правду, – ответил Малфой и этим поставил точку.       Он все знал. У нее больше не оставалось сомнений. Сам узнал, или этому поспособствовал Блейз, но это факт. Все остальное не больше, чем издевки ради удовольствия.       – Ну, же,  Грейнджер, где твой азарт? – не понимая ее настроения, добавил Малфой.       – Катись к черту, – еле слышно произнесла она и, резко развернувшись на каблуках, направилась на выход.       С нее на сегодня хватит. Ее отсутствия никто не заметит, а присутствие уже омрачено.       – Что случилось? – взволновано спросил наблюдавший со стороны за происходящим Блейз у Малфоя, напряженно смотревшего вслед девушке.       – Не знаю, но не успокоюсь, пока не пойму, – подцепив пиджак со спинки стула, ответил Драко и уверенным шагом направился за Грейнджер, не удостоив Блейза даже взглядом напоследок.

***

      Гермиона уверенно направлялась прочь от ресторана, на ходу размазывая тушь по лицу. Добраться до отеля  – первая цель.  Собрать вещи и вернуться в свой кабинет – следующая.       Она уже почти видела двери отеля, к которому неслась, не замечая даже ноющей боли в ногах от огромных каблуков, когда путь ей преградил аппарировавший Малфой.       – Отойди, – оттолкнув еще ничего не успевшего сказать ей Драко, бросила Гермиона, продолжая свой путь.       – Да остановись же ты, – ухватив ее за руку, Драко потянул стремящуюся вырваться Грейнджер на себя. Потеряв равновесие, она практически влетела в него, но не оставила своих попыток освободиться из рук уверенно удерживавшего ее мужчины. Казалось, попытки Гермионы даже не представляют для него трудности. Он спокойно удерживал ее, ожидая, пока та устанет.       – Отпусти меня, черт возьми! – последний раз стукнув Драко по груди, бросила Гермиона, смирившись с собственной слабостью.       – Успокоилась? А теперь объясни мне, что я такого сказал или сделал, чем задел, чтобы заслужить эту ярость? – настойчиво спросил Драко, в тот же миг заметив черные разводы на щеках девушки, причиной которых в этот ясный вечер точно послужил не дождь.       Хуже – он сам.       Малфой действительно понимал, что мог переборщить, что, возможно, тема болезненна, но не думал, что его слова вообще воспринимались ей всерьез хоть однажды.       Гермиона молчала, как рыба. Тем не менее, Малфой молча протянул ей белый платок.       – Твоя тушь, – в ответ на вопрос, застывший в ее глазах, объяснил он.       – Не прикидывайся дураком, Малфой. Твои старания бездарны и бессмысленны, хоть и присущи тебе по-прежнему, – собрав все свои силы, зло прошептала Гермиона и, отмахнувшись от протянутого платка, уже неспешно продолжила свой путь к отелю.        – Только ты вместо ответов могла запутать все еще сильнее, – так и оставшись стоять и смотреть ей вслед с несчастным платком в руке, произнес Малфой, все больше убеждаясь в необходимости узнать всю правду.

***

      – Ты говорил с ней? – недовольно произнес Блейз, пропуская в свой кабинет Драко.       – Нет, это бесполезно, – озадаченно ответил Драко, вспоминая утреннюю встречу с Грейнджер. Она игнорировала сам факт его существования, не говоря уже о его присутствии.       – Так и что теперь? – растерянно произнес Забини, понимая, насколько сильно ситуация вышла из-под контроля. Он так хотел сближения этих двоих, что теперь вынужден был признать правоту жены, считавшей это плохой идеей.       Теперь даже дружба с Гермионой была под огромным вопросом. И без того скрытная, она перестала посвящать его в свою жизнь целиком и полностью, хотя к ней у него теперь было множество вопросов. Одно только регулярное появление в здании Рона Уизли, после которого его подруга  ощутимо нервничала, вынуждало искать пути к выходу из того тупика, в который все они пришли.       Малфоя Блейз как бы невзначай поставил в известность о своих наблюдениях за жизнью Гермионы, но до сей поры тот словно никак не реагировал на его новостные сводки.       – У меня есть идея, которая уже в процессе реализации, но потребуется твоя помощь, – вдруг ответил Драко, уверенно посмотрев на Блейза, как будто бы оценивая его готовность к авантюре.       – Если это поможет все исправить, я готов, – без тени сомнения согласился Блейз, в ответ получив утвердительный кивок.

***

      Спустя неделю.       – Итак, мистер Малфой, правильно ли я понимаю. Вы хотите взять на себя затраты по обустройству парковой зоны в центре Лондона? – Драко, казалось, уже раз сто повторил это, но никто из присутствующих на этой встрече не мог поверить в столь, очевидно, слишком щедрый жест с его стороны.       – Как я уже сказал, эта территория имеет прекрасное положение. Разрушения, нанесенные ей войной, до сих пор никто не смог возместить. Однако это могу сделать я, а том числе и потому, что я, к своему несчастью, был участником этой войны. Договор с Министерством благоприятно скажется на моих делах, а Вы, в свою очередь, получите прекрасную зону отдыха, не потратив ни единого цента, – в очередной раз совершенно прямо  ответил Малфой.       Его взгляд был нацелен на Грейнджер, также присутствовавшую на этой встрече. Она в уже привычной манере избегала его, но стены этого  кабинета, он был уверен, давили на нее все больше с каждой минутой. И Драко на 99 процентов знал, что ей не сбежать на этот раз.       Гермиона же наблюдала смятение за столом и была убеждена, что Драко, каким бы прекрасным оратором он ни был, потерпит неудачу. Она подняла на Малфоя все имеющиеся в ведомстве сведения. За то недолгое время он действительно нашел себя в сфере недвижимости, став практически королем в данной области. Однако Министерство не прощает темных пятен репутации. Близкое сотрудничество с бывшим Пожирателем грозило большими рисками Министерству, и все присутствующие это знали.        Девушка не без удовольствия наблюдала, как кабинет министров с огромным количеством заместителей, включая ее, продолжал сомневаться.  Она чувствовала на себе пристальный взгляд Малфоя и его легкую ухмылку.       Безусловно, они оба догадывались, кто и о чем думал в данный момент. Он знал, что она хочет победить и уйти. Ее же неоправданные подозрения стали причиной для их негласного противостояния.       Драко мог бы с легкостью отступить, но та ложь, которую она за ужином и на празднике Забини настойчиво выдавала за правду, породила слишком много вопросов и пробудила в нем ранее спящее крепким сном любопытство. Даже если все это по итогу окажется мыльным пузырем.       Блейз, как настоящий друг, преданно хранил ее тайны, лишь подливая масла в огонь. Забини знал, что ситуация вызвала интерес у Драко и обещался помогать ему достичь его целей, если они не противоречат закону и морали.       Конечно, Малфой мог бы допросить все ее окружение, и, наверняка, там нашелся бы кто-то менее совестливый, чем Блейз, но он не ставил легких целей, и ему нужна была ее правда. Даже если этот путь долог, труден и тернист. Это только больше подстегивало его.       – В таком случае, Вам потребуется представитель из Министерства, чтобы курировать проводимые работы, – неуверенно, но все же произнес один из советников Министра, возвращая мысли Драко к столу переговоров. Малфой общался с ним целую неделю, но так и не запомнил ни имени, ни фамилии, впрочем, это его не тревожило.       – Нисколько не возражаю. В конце концов, даже рад был бы, если бы мне довелось поработать с кем-то, кто хорошо знает и курирует подобные вопросы в Министерстве, – согласился Драко, поочередно переводя взгляд с Блейза на Гермиону.       Он знал свою цель.       Улыбка Забини становилась все шире. Он знал о намерениях Малфоя, и эта идея приводила его в восторг, хоть и сулила лично ему неприятности.       – Позвольте мне предложить, – вмешался Забини, – лучшим специалистом у нас является Гермиона. Ради столь выгодной сделки я даже соглашусь взять на себя часть ее задач в Министерстве, чтобы освободить время на проектирование и работу на объекте.       – Что ж, прекрасная идея, – заметив решительность Забини, согласился советник. – В таком случае, миссис Уизли, Вам следует приступить к работе с мистером Малфоем незамедлительно. Обеспечьте мистеру Малфою все условия для работы. Остальные вопросы будем решать и согласовывать в процессе.       Малфой вежливо кивнул Советнику, следом с вызовом взглянув на растерявшуюся Гермиону. Она действительно верила, что он потерпит поражение?       Грейнджер словно отсутствовала на совещании. Ей действительно казалось, что она была совершенно не здесь. Ее единственным эмоциональным проводником здесь была усмешка Драко Малфоя. Она порождала в ней злость.       Все это время Гермиона всячески давала ему понять, что приближаться к ней – плохая идея, и ни ужин, ни перепалка в ресторане Пэнси совершенно не являлись поводом для создания дружеских отношений, и вот для него это мгновенно стало вызовом, который он успешно бросил ей под одобрение толпы?       Ее, на самом деле, даже не спросили?! Она просто стала заложницей обстоятельств и наглой настойчивости Малфоя. Ах, да, при потворстве Блейза, который буквально растворился в толпе, едва встреча была признана завершенной.

***

      Гермиона вышла из кабинета также едва ли не самой первой, остановившись в конце коридора, чтобы дождаться Малфоя и спросить с него лично.       Ждать пришлось совсем не долго.       Окруженный толпой Драко заметил Гермиону сразу же и, казалось, сам поспешил попрощаться со всеми, уверенно направившись к ней, чтобы якобы обсудить все интересующие его вопросы.       – Чего ты хочешь? Зачем лезешь в мою жизнь? – без лишних любезностей в лоб спросила Гермиона, едва Малфой приблизился к ней.       – У меня очень много вопросов, и на них все я хочу знать ответы. Кроме того, я не люблю холод и отчуждение, практически на грани невоспитанности, которые ты незаслуженно проявляла ко мне все это время. Пусть это будет для тебя уроком. Ну, и, наконец, сделка с Министерством по благоустройству центрального парка Лондона на огромной площади – это потрясающий след в истории моей компании. Приоритеты в том, что я привел в качестве причин, расставь сама, как тебе угодно, – самодовольно ответил Драко, пристально глядя в глаза Гермионы.       – Что тебе рассказал Блейз? – тише, но все также настойчиво спросила Гермиона, надеясь вывести на чистую воду их обоих.       –  Да, точно, это относится к тому, что я сказал в самом начале. Он ничего мне не сказал, но раз ты спрашиваешь об этом, значит, что-то, что мне нужно узнать, точно есть, – не скрывая усмешки, продолжил Драко. Гермиона не знала, что сказать, и он понял это сразу. – Что ж, если больше нет вопросов, я заеду за тобой сегодня после обеда. У меня есть проект, который ты должна увидеть.  В конце концов, ты должна приступить к работе со мной незамедлительно, – процитировал Драко, и с улыбкой направился прочь, оставляя Грейнджер гореть огнем собственной паранойи.