Подводка цвета помады

      «Ради бога, прекрати ерзать» «Если бы это не было так щекотно, то я бы и не ерзал». Вот уже битый час Виолетта пытается нарисовать хотя бы одну стрелку, но Фрэнсис все время вертится и все это ей уже начинало надоедать. Полтора часа назад гитарист пришёл в мастерскую с загадочным выражением лица и небольшим набором косметики в руках, с просьбой нарисовать ему стрелки для следующего космического концерта. С чего он вообще решил, что Виолетта сможет это сделать - не понятно. Она сама не пользовалась почти никакой косметикой, но как сказал Фрэнсис, у неё лучше получается контролировать свои руки и возможно у неё получится нарисовать ровнее. Да и у Виолетты не то, чтобы был выбор, проще было согласиться, иначе он бы не отстал вообще.              И вот очередная криво нарисованная линия стирается ватным диском, потому что Вендетти не может держать свои веки под контролем. Виолетте остаётся только тяжело вздыхать на это, заканчивая стирать остатки краски, пока Фрэнсис начинает снова тихо хихикать и его веки легонько подрагивают. «Серьёзно. Прекрати. Я и так потратила на это больше времени, чем должна была, а я еще даже первую стрелку не нарисовала». Парень слегка посмеивается и начинает тянуться рукой к своему глазу, чтобы почесать его, на что получает лёгкий шлепок по руке, что заставляет его тихо зашипеть. «Прости, Виолетта, просто это и правда щекотно...». Девушка на это только закатывает глаза и скрещивает руки на груди, строго смотря на Фрэнсиса перед собой. У неё не было особо свободного времени сейчас возиться с этим, еще нужно было проверить все оборудование еще раз перед выступлением. Надо было как-то ускорить этот процесс, иначе либо Вендетти не успеет на концерт, либо она просто выпихнет его из мастерской пинками. Шумно выдыхая Виолетта поглядывает на электронные часы на столике неподалеку. «Ладно, и как тогда ты красился до этого?» «Ну-у, вообще только один раз. Когда я застрял в Беже, там меня подобрала Фрида, и у неё был какой-то волшебный шкаф, в котором был полноценный торговый центр…» гитарист описывает в воздухе руками разные фигуры, пытаясь объяснить Виолетте все как можно понятнее и проще, чтобы сэкономить немного времени, особенно учитывая то, как девушка часто поглядывала на часы. Удивительно, как она терпела его иногда. «…короче, там в одном из отделов можно было нанести косметику и пуф, она просто появилась на моем лице». Виолетте и близко не было ясно кто такая Фрида и как торговый центр мог поместиться в шкафу, но информация о том, что парень красился один раз и то даже не сам, вызывает тихий усталый вздох. Ей похоже предстояло постараться здесь.              «Мне стоило просто всучить тебе линейку и отправить краситься самому». Со стороны Фрэнсиса донесся тихий неловкий смешок. Почему она не сделала этого сразу – не ясно. Но он был все равно ей благодарен за то, что она согласилась ему помочь, да еще и терпит его так долго. Быстрый взгляд на часы, которые парню толком не помогали понять сколько осталось до его выхода. В космосе вообще было сложно ориентироваться по времени. Как Виолетта это понимала тоже было загадкой.               «Ладно. Давай-ка ускоримся». Виолетта пару раз хлопнула в ладоши и посмотрела на парня чуть более решительно, но без особого энтузиазма. Взяв карандаш для глаз в руки, девушка развернулась обратно к Фрэнсису с чуть более хитрым выражением лица и чуть подлой ухмылкой, отчего у него по спине пробежали мурашки. Виолетта могла быть пугающей и так, но когда на её лице появляется такое хитрое выражение лица, то можно было ожидать чего угодно. Слегка испуганный взгляд быстро метался между карандашом и её лицом, которое с каждой секундой приобретало все более хитрое выражение, от чего становилось совсем не по себе. Шумно сглотнув, Фрэнсис нерешительно кивает и что-то неразборчиво мычит, на что слышится усмешка, и девушка наклоняется ближе к парню, одной рукой берясь за его щеку, отчего у Вендетти перехватило дыхание, и большим пальцем слегка оттянув нижнее веко вниз, что заставляет начинать нервничать. Вид настолько испуганного взгляда, заставляет Виолетту слегка поджать губы, чтобы сдержать свой смешок «Почему ты смотришь так, будто я тебя пытать собралась?» «Потому что меня пугает твое выражение лица и то, что ты так оттягиваешь мой глаз». Щеки немного начинают краснеть от её слов и теперь уже насмешливого лица. Хотелось отвернуться, чтобы не видеть этого, если Фрэнсис вообще еще смог бы это сделать, только вот держит она его довольно крепко. Да и нервозность никуда не делась. Виолетта все еще держала его лицо, а карандаш в другой руке был в опасной близости от его глаза. «Ты хотя бы объясни, что ты будешь делать» слегка недовольно говорит парень, все еще нервно бегая взглядом между карандашом и лицом Виолетты, на что она шумно выдыхает носом, и смеряет его уже слегка раздраженным взглядом. «Фрэнсис, ты как маленький, ей-богу. Просто сиди смирно». Что ответить на это, у парня не нашлось, так что оставалось только смириться и сидеть спокойно. Тем более по виду, она как будто была готова выколоть ему глаз этим карандашом, и скорее всего такая участь его и ждала, если он не будет сидеть спокойно. Тихо буркнув «ладно», Фрэнсис выдыхает и садится чуть ровнее, доверяясь в руки девушки, но при этом все еще быстро бегая взглядом между карандашом и помещением вокруг, что заставляет пальцы Виолетты чуть сильнее сжаться на его щеке, слегка царапая кожу ногтями. Это уже начинало надоедать. «Смотри наверх и не опускай взгляд» доносится слегка раздраженное от Виолетты, и дождавшись пока он все же начнет смотреть наверх, толком не шевелясь, она проводит карандашом по нижнему веку, что заставляет парня слегка прошипеть и попытаться закрыть глаз, но её хватка этому препятствует. «Не дергайся. Я так могу и в глаз случайно попасть» это скорее констатация факта, чем угроза, но все же он старается держать себя в руках, что получается с трудом из-за инородных ощущений. Из-за того, как часто Фрэнсис пытался моргнуть, Виолетта наклоняется еще ближе к нему, почти касаясь своим лбом его чтобы лучше видеть, где она красит, и чтобы ненароком действительно не попасть ему в глаз карандашом, что заставляет парня замереть. От того насколько близко она сейчас была, у гитариста учащается пульс, а взгляд быстро приковывается к её сосредоточено сощуренным глазам. Неожиданно близко. Настолько, что можно было отчетливо сосчитать её вдохи только по ощущению на коже. Его ступор наконец-то позволяет Виолетте закончить начатое, и слегка подведя нижнее веко на одном глазу, а затем так же быстро на другом, и она кладет карандаш на столик позади себя, бросая на Фрэнсиса оценивающий взгляд. Слегка растерянные почти оленьи карие глаза сейчас смотрели на неё снизу вверх и на которых красовался черный карандаш, что слегка отяжелял взгляд. «Мы закончили?» доносится неуверенное от парня, пока он пытается определить нечитаемый взгляд девушки, что смотрит на него с небольшим недовольством. Такой взгляд заставляет нервно и шумно сглотнуть, и попытаться отвести глаза, но его за щеки вновь хватает рука Виолетты не давая отвернуться. «Нет, не закончили. Смотри на меня» довольно требовательный, но тем не менее спокойный голос вкупе с крепкой хваткой на лице заставляет слегка вздрогнуть от неожиданности.              Пока девушка оценивала вид косметики на его глазах, в мастерской была тишина, перебиваемая только периодическими щёлканьями и механическими звуками различной аппаратуры, что немного отвлекало и разбавляло напряжение. Но даже со всем этим, все такой же учащенный пульс слегка заглушал все остальные шумы, а взгляд нервно бегал по сосредоточенному лицу Виолетты. Её рука была теплой и мягкой. Прикосновение её бархатной кожи на своей собственной ощущается будто приятное покалывание где-то под кончиками её пальцев, где она держит его. Щеки практически моментально приобретают пунцовый оттенок, а жар решительно начинает охватывать шею.              Внимательный взгляд Виолетты медленно переводится со смущенного лица Фрэнсиса к столику, на котором лежит косметика: кисти, подводка, карандаши для глаз, пара маленьких контейнеров с тенями и тюбик помады. Быстро оглядев содержимое на столике, её губы изгибаются в слегка хищной манере, и она возвращает свой взгляд обратно на парня, который теперь выглядел более испуганным, сильнее вжавшись в стул. С губ юного Вендетти срывается слегка нервный и тихий смешок, теперь Виолетта точно пугала его, особенно когда на её лице было настолько хищное выражение. «Что ты собралась делать теперь?» «Не бойся, я скоро закончу, от тебя только надо чтобы ты закрыл глаза и сидел смирно». Вариантов у гитариста особо не было и неуверенно кивнув, он садится чуть ровнее и закрывает глаза, чувствуя, как волнение начинает заполнять его вены. Сложно было оставаться спокойным, когда ты не сильно разбираешься в макияже, так еще и не видишь, что с твоим лицом собираются делать. Поток мыслей внезапно прерывает ощущение того, как подушечки пальцев начинают тереть его глаза, не сильно, но достаточно ощутимо, чтобы это вызывало дискомфорт. «Ты можешь делать это нежнее?» «Не ной. Ты сам меня попросил о помощи, так что терпи». Тихо недовольно фыркнув, но не споря дальше, Фрэнсис выпрямляется на стуле, позволяя ей дальше делать то, чтобы она там ни делала с его глазами.              «Зачем тебе вообще это понадобилось?» её голос опускается до тихого тона, почти шепота, слегка успокаивая «В плане, макияж...» и она заканчивает растирать карандаш на его глазах, убирая руки и чуть отодвигаясь назад, оценивая работу. Наполовину размазанный, наполовину растушеванный черный карандаш сейчас красовался на его закрытых глазах, но чего-то не хватало, надо было немного подправить. Легонько дернув плечами, Фрэнсис прислушивается к звукам сбоку, слыша, как Виолетта что-то перебирает на столике, задумываясь на пару секунд над её вопросом. «Не знаю…просто в прошлый раз это было как часть нового сценического образа…» со стороны девушки доносится тихое хмыканье и почти неразборчивое «господи боже», и звук того, как пластик об что-то тихонько стукается. «Это было как окончательное освобождение от образа фолк-певца, и попытка сделать себя менее похожим на Джонсона Вендетти». Тихая грустная усмешка вырывается из горла, от воспоминаний. Как раньше его ошибочно принимали за сына своего дяди, даже те, кто по идее должен был знать, что у Джонсона не было детей. Он в принципе не мог вспомнить, чтобы хоть кто-нибудь указывал Фрэнсису на его сходство с родным отцом, вместо дяди, даже родственники. Особенно миссис Голди, что при каждой встречи не забывала напомнить парню о том, что он напоминает ей её старого друга. Особенно при свете фонаря. И как же Фрэнсис ненавидел этот самый фонарь. Настолько, что несколько раз в ночи выбивал в нем лампочку, бросая камни. Просто, чтобы он не светил. Чтобы не напоминал. К сожалению, генетика распределила так, что Фрэнсису достались более нежные черты лица его матери, чем более грубые отцовские, и к еще большему тогдашнему сожалению, так же было и у его дяди. Раньше хотелось разодрать все свое нутро в кровь от обиды и горечи, чтобы хоть как-то избавиться от чувства несправедливости. Сейчас все это отзывается где-то между ребер легким покалыванием со вкусом тоски.              «Короче, без этого будто есть какая-то незавершенность. Будто я…» поток мыслей прерывает ощущение того, как его закрытого глаза аккуратно касается что-то мягкое, что заставляет слегка вздрогнуть от неожиданности. Пока трудно разобрать на ощупь, что это было. «Виолетта, что это было?», но ответа не поступает, только такое же мягкое прикосновение чего-то ко второму глазу, что вызывает как-то теплое ощущение на коже. Хотелось открыть глаза и посмотреть, чтобы понять, но Фрэнсис все же не решился, чтобы случайно не разозлить девушку. «Виолетта...?» «Цыц, я почти закончила». И вот она опять будто ставит точку в разговоре и парню ничего не остается, кроме того, как принять условия и сидеть молча. В какой-то момент его лица касается что-то более жесткое, что слегка заставляет вздрогнуть, а затем похихикать и поморщиться немного. Мягкий ворс кисточки слегка щекочет кожу, а аккуратные касания пальцев Виолетты, наоборот, успокаивают, создавая противоречивые чувства и будто посылая электроимпульсные сигналы где-то под кожей. Ощущать её прикосновения было приятно, и Фрэнсис не смотря на щекочущие касания кисти, почти расслабился в её руках, прежде чем все пропало. Кисть больше не бегает по коже, а её руки больше не касаются его, оставляя после себя теплое чувство, которое быстро сменилось чувством пустоты и прохлады. «Все. Закончила. Можешь вставать» слегка отстранённый голос Виолетты почти резко выводит из транса, будто окунает в холодную воду.              Пару раз моргнув, чтобы привыкнуть к пусть и приглушенному, но немного резком свету в мастерской, первое, что видит Фрэнсис перед собой это Виолетту, что стоит к нему боком, почти спиной. Это слегка настораживало. Встав со стула и подойдя ближе к столику, на котором лежала косметика и маленькое зеркальце, парню наконец удается увидеть, что она сделала. Растушеванный аккуратно вокруг ресниц темный карандаш, что ближе к уголкам глаз переходит в темно-красный цвет формируя две аккуратные острые стрелки, подчеркивая его цвет глаз, придавая взгляду больше строгости и хищности. Дерзко, минималистично, стильно. Именно то чего он и хотел изначально, и Виолетта даже смогла сделать это еще лучше. Пока Фрэнсис рассматривал себя в зеркальце, его взгляд падает вновь к столику, и среди скудного многообразия косметики, выделяется тюбик губной помады, что был не до конца закрыт. Ничего странного. Объясняет откуда и взялся красный пигмент на его глазах. Пожав плечами на это, Вендетти возвращается к рассматриванию своего макияжа, восхищенно отмечая то, насколько ровным и аккуратным девушке удалось это сделать. Прийти за помощью к Виолетте было явно лучшим решением. За своим любованием, гитарист краем глаза улавливает какое-то движение сбоку, и не поворачивая голову, удается заметить, как Виолетта что-то стирала со своего лица, преимущественно с губ. Что-то темно-красное. Такое же темно-красное, как и его стрелки. Глаза неверяще расширяются, а щеки быстро начинают краснеть вновь, приобретая почти похожий оттенок к его макияжу, заставляя его еще раз быстро посмотреть на тюбик помады, а затем обратно на свое отражение. Чтобы сложить два и два много времени не понадобилось, и от этого жар с щек начинает стремительно расползаться по всему лицу, охватывая шею и уши, а меду ребер завязывался узел смущения и чего-то еще. Виолетта же пыталась незаметно оттереть помаду, что вышло плохо, учитывая то насколько шокировано Фрэнсис сейчас таращился в её сторону, из-за чего её щеки начинают медленно розоветь. Попалась, да еще и так глупо. И, прежде чем он успевает хоть что-то сказать, девушка быстро проходит за его спиной, пару раз хлопая Вендетти по плечу и тихо с небольшим напряжением бросая «Всё. Красавец. А теперь брысь отсюда», она быстро ускользает вглубь мастерской, оставляя парня один на один с его мыслями, что так же шокировано и смущенно провожает взглядом девушку, чувствуя, как пульс бешено стучит где-то в ушах, и он с тяжелым и долгим выдохом медленно садится на корточки, руками закрывая свое горящее лицо. Фрэнсис теперь знает, что вид темно-красной слегка размазанной помады на губах Виолетты надолго отпечатается в его воспоминаниях. А сама Виолетта уверена в том, что это первый, но не последний раз, когда он придет к ней с просьбой нарисовать ему стрелки.