Во имя ложных надежд.

***

Шум ветра заглушает все звуки вокруг. Его гул разносится на долгие километры вперёд, унося за собой пение птиц и голоса людей. Остаётся лишь пронзительный взгляд жёлтых глаз и смазливая ухмылка краешками тонких губ. Санчез протягивает руку, и длинными пальцами касается щеки Смэша. Обжигающее тепло пронзает нервные окончания, разрастаясь согревающей паутиной по всему лицу. Осенний ветер больше не кажется таким холодным. Голубоглазый на это сдержанно улыбается, пока сердце отдаёт ритмом в уши. Удары пульса оглушают не хуже взрывов динамита, пробегают дрожью по телу. Одинокое солнце на фоне медленно плывёт за горизонт, яркими лучами освещая двух парней. Этот момент кажется Смэшу таким идеальным, самым прекрасным. Свет очень удачно сглаживает черты лица синеволосого, что на секунду кажется, будто сам ангел пришёл на землю. Для Смэша он гораздо больше. Само божество. — Ты всегда будешь рядом со мной? — тихо, совсем робко шепчет парень, попровляя мешающиеся очки. — Всегда. Обещаю. — певучим голосом протягивает Санчез в ответ, делая шаг ближе. Ветер усиливается.

***

Между ними лишь десять шагов. Для Смэша – целый мир. Сбивчивое дыхание бьёт где-то под лёгкими, пока облако пыли медленно оседает на землю. Гремит оглушительный взрыв, снова поднимая пыльный туман. Сквозь него невозможно разглядеть ничего, кроме высокого силуэта и прядей небесно-голубых волос. Смэш тянет руку, но её больно отбивают назад. Жжение в ладони утихает быстро, но в грудной клетке разгорается лишь сильнее. Фигура отдаляется, рассеивая за собой непроглядный туман. Сероволосый пытается встать на ноги. Догнать, поговорить, поцеловать...Но мысли грубо обрубаются ледяным холодом золотых радужек. Вокруг Санчеза словно снежная буря. Один взгляд – и сердце пробивает насквозь. Между ними всё ещё десять шагов, но Смэш не может сделать и одного. А Санчез делает даже два. В противоположную сторону. Между ними становится уже больше тысячи метров, но Смэш так и не делает шага.

***

Парень с глухим звуком падает на колени. Он кулаком ударяет о каменную стену, закусывая нижнюю губу. Бьёт снова, и снова, пока алая жидкость не капает на одежду. Тогда Санчез лишь бегло смахивает кровавые разводы, вдыхает металлический запах. Зрение начинает плыть и он сам не замечает, как горькая слеза катится по щеке. Фантомное ощущение чужой руки словно старается смахнуть её, но одинокое сознание ударяет не хуже пощечины. Никого здесь нет. В памяти мерцают картины прошлого, заполняя разум взглядом голубых глаз. Мягкая улыбка призрачно оседает на засохших губах, пока солёная жидкость продолжает стекать по подбородку. Блеск звёзд на улице вынуждает Санчеза взглянуть на них. Незамысловатые узоры тонут на бесконечном полотне, будто хотят поведать свою историю. Санчезу она не нужна. Ему нужна его история, и только его. Во имя их счастья он уже погряз на дне. Ещё немного и коснётся дна, захоронив под толщей надежд. Все они лживы.

***

Злобный рёв разносится гулким эхом по комнате. Вещи на столе летят на пол, пока яростный крик постепенно сменяется жалобным всхлипом. Смэш сидит на полу, прижимая к себе колени шепчет единое: — Эгоист. Эгоист, эгоист, эгоист... — истерический шёпот сменяется новой вспышкой гнева. Но всё это лишь образ. Маска, для облегчения груза. Обжигающее чувство вины и беспомощности заполняет каждую косточку. Всё скручивается в одну кучу и неприятно ноет, давит железными тисками из ветхих надежд. Все они лживы, как и листовка на полу. Санчез объявлен опаснейшим преступником.

***

Между ними снова десять шагов. И снова осенний ветер. Санчез голоден, обессилен и потерян. Бледная кожа кажется ещё светлее, начиная походить на белоснежный снег. Скоро зима. Погоня за ним привела в тупик, а потому в голове остаётся лишь глупые идеи спасения и миллионы слов для парня напротив. Смэш покрепче сжимает в руке алмазный меч, зная, что отпустит его по первой просьбе. Сломленная гордость затыкается подальше в глотку, укрываясь под взглядом Санчеза. Даже еле стоя на собственных ногах, он смотрит в ответ глубоко и строго, пряча животных страх. — Зачем? — единственное, что хочет знать Смэш. Меч пристаёт у горла синеволосого. Пошарпанная корона со звоном падает на сырую землю. — Ради нашего счастья. — щурится парень, слабо улыбаясь уголком рта. Его маска трескается по кусочкам, показывая наружу мягкость и доброту. — Это не наше счастье. — зло шипит Смэш, отбрасывая подальше к чёрту свои очки. Надоели мешать. — Ты прав. Оно твоё. — чуть хриплый голос полон сладкой любви, от которой рука голубоглазого на секунду вздрагивает. — К чему этот цирк? К чему весь этот спектакль с мучеником!? Ты обещал мне быть рядом, слышишь?! Так почему ты даёшь мне надежду, а потом просто скидываешь всё на себя и сбегаешь? — гнев закипает в крови, пока острый клинок ещё сильнее наклоняется в сторону шеи. — Потому что они не настоящие. Нет никакого мы, никаких надежд и никогда не будет. Ведь моя история давно потеряна. Мне нечего терять. Тебе есть что. — О, поэтому решил сделать себя главным козлом отпущения?!? Не строй из себя всемогущего бога, познавшего мир. Ты тоже лишь обычный смертный! — Так убей меня. — слова из уст Санчеза звучат слишком правильно, будто так и вправду должно быть. — Ты и впрямь похоже с ума сошёл! Реально возомнил себя богом, что ли?! — Смэш совсем раскисает и отбрасывсет меч в сторону. Глаза на мокром месте, а рука с силой сжимает воротник Санчеза. Между ними повисает тишина. Долгие минуты они молча смотрят друг на друга, мелко подрагивая от морозного ветра и влажной земли. Вдали слышатся голоса, глаза улавливают слабые маяки света. Другие участники погони начинают настигать их, оставляя всё меньше времени. Смэш встаёт на ноги, отпуская парня из рук. — Беги. — молвит он, делая шаг назад. Но Санчез лишь берёт откинутый ранее меч и подходит к Смешу. Вкладывает в холодные ладони клинок и мягко улыбается. — Убей меня. — в ответ видит испуганный взгляд и полное непонимание. — Прошу убей меня, ради нас. — его рука касается щеки голубоглазого. Привычный разряд согревающего тепла разливается в груди, и заставляет встать комом в горле. Слеза всё таки смахивается из глаз, оставляя за собой мокрый след. Голоса начинают усиливаться, а значит остальные игроки уже близко. — Быстрее. — подгоняет Санчез и осторожно касается уголка губ. Смэш задерживает дыхание, запечатывая этот момент на всю оставшуюся жизнь. Вкус на устах смешивается с солёной жидкостью слёз и чем-то до боли приятным. — Я люблю тебя. — забвено шепчет он, словно читает молитву. Ведь перед ним и впрямь бог. Его бог. — Я тоже. — отвечает парень, и голубые волосы осторожно развиваются на ветру. В глазах цвета янтаря плещется искреннее тепло, не давая надежд отступить. Слышится лязг металла и неприятный всплеск жидкости. Между ними ни остаётся шагов.