Мягкий тофу и катастрофа

Когда Чимин приехал в летний лагерь «Сладкий тунец», он был уверен, что это будут три недели комаров, невкусных блюд из овощей, пресного риса и отварной рыбы, без грамма лишних специй, и неловких разговоров у костра с незнакомыми людьми того же возраста, что и он сам. То есть шестнадцати лет. Он не ожидал, что его главным приключением станет Юнги — парень с гитарой, осветленными до пепельного оттенка волосами и коварной десневой улыбкой. Первый раз они пообщались на конкурсе талантов. Юнги пел неприличную песню «Шпана и шелуха» с такой отдачей, будто на манер возвышенной классики, да так, что учителя не сразу поняли всю дерзость этого паренька. Чимин догадался с первых же аккордов, и к концу второго куплета не смог больше сдерживаться. Он засмеялся, а потом засмеялся весь лагерь, пока куратор судорожно отбирал у Юнги микрофон и выгонял со сцены. Тот не обиделся, он самодовольно хмыкнул, тем самым дав понять, что свою цель он достиг. Юнги хотел привлечь внимание кое-кого. И ему это удалось… — Нравится мой репертуар? — подойдя к Чимину, он задал вопрос и плюхнулся с ним рядом. — Нравится, — лукаво ответил Чимин. С того дня они стали неразлучны: вместе убегали от зарядки, спорили, кто хуже рисует (оба ужасно), и прятались в лесу, чтобы съесть шоколадки. У Юнги всегда было много конфет, и Чимин догадывался, что этот хулиган просто отбирал сладости у других, чтобы потом отдать их ему. Юнги называл Чимина «Мягкий тофу» — потому что тот был бледным и слегка пухленьким. Чимин звал Юнги «катастрофой» — потому что после него везде оставался беспорядок. Однажды ночью, когда все уже спали, они лежали у костра, смотрели на звёзды и болтали. — Ты знаешь, что если загадать желание на падающую звезду, оно сбудется? — спросил Юнги. Несмотря на его дерзость, хулиганство и наглость, он порой бывал до жути романтичным. Высказывал глубокие мысли и даже цитировал Данте. Он много читал, сочинял стихи и песни. — А ты что загадал? — Чтобы «Мягкий тофу» был у меня на завтрак, на обед и на ужин. Да. Это прозвучало двусмысленно. Особенно если учесть то, с каким взглядом смотрел на него Юнги. В его зрачках плясал огонёк, и это не отражение тлеющего неподалёку костра. Это пламя горело у Юнги внутри. Чимин сначала покраснел, а потом засмеялся, взяв его за руку. — Я тоже хочу загадать, чтобы рядом со мной была «катастрофа», но согласись, что это звучит странно. — Да. Тогда мне нужно будет измениться, чтобы ты смог придумать для меня другое прозвище… — Не нужно. Ты мне нравишься таким, какой ты есть. Настоящим. Они приблизились и замерли в несколько миллиметров друг от друга. Кто именно из них поддался вперёд первым нельзя было сказать. Казалось они сделали это одновременно. Их губы соприкоснулись в мягком и нежном поцелуе. Это было волшебное мгновение, чья магия сохранится на всю оставшуюся их жизнь. Для Чимина, как и для Юнги этот поцелуй был первым. Они оба знали, что лагерь скоро закончится. Но знали и то, что у них есть телефоны, поезда и бесконечное количество звезд. И через пару лет под такими же звёздами они зайдут дальше поцелуев. Это случится на крыше их студенческой общаги, ведь поступят они в один и тот же университет. А ещё через пять лет они заведут собаку, у них будет много общих друзей и кофейня для однополых пар.