Вернись

Хэ Сюань просыпается в плохом настроении. Было холодно и два одеяла не спасали. Не спасала и печка, стоящая прямо на кровати. Не спасал и утренний горячий чай. Он собрал волосы в тугой хвост, натянул одежду и уселся, глядя в окно. Лил дождь. Никакого солнца, но это даже радовало. На телефоне 0 сообщений. Хотя нет, одно все же было, но это было прочитанное, но оставленное без ответа, сообщение от Хуа Чэна. Недолго думая, Хэ все же отправился на работу. В больнице он сменил черную толстовку и такие же черные узкие джинсы, на темно-синего цвета форму. В приемном отделении сегодня был бардак, где только пропадал доктор Се? Хуа Чэна тоже не было видно. Медбрат часто пропадал из виду, причем одновременно с доктором Се. Хэ Сюаня абсолютно это не волновало. Он собрал, подготовленные медсестрами, карты и хотел было пойти на осмотр, когда на улице раздались звуки сирен. Дело дрянь, везут кого-то срочного. Остальные больные выглядели более-менее хорошо, поэтому он передал стопку документов в руки первого попавшегося санитара и быстрым шагом отправился к приемным дверям. Откуда не возьмись выскочили Хуа Чэн и Доктор Се, казалось, у Хуа Чэна хвост был собран как-то небрежно. Но Хэ Сюаня это снова не волновало, он был озабочен, влетевшей в двери, каталкой с пациентом. Фельдшер скорой помощи озвучил: — Парень, 26 лет, попал в аварию, внутреннее кровотечение, потеря сознания, в себя не приходит. По базе перенес пересадку почки несколько лет назад, скорее всего орган мы потеряем. — Операционную, скорее. — Скомандовал доктор Се. Хэ Сюань завис как вкопанный, на фоне фельдшер произнес: — С ним был брат, но мы довезли только тело. Молодой врач прекрасно знал лицо человека, поступившего к ним в больницу. Это его бывший парень, известный в кругу моделей — Ши Циньсюань. Несколько лет назад его отравили конкуренты по подиуму, потребовалась пересадка почки, оба органа отказали. Хэ Сюань искал донора в базе, но подходящих не было, либо нужно было ждать, а времени не было. Старший брат Циньсюаня был готов заплатить любые деньги. Но никто не нашелся. И когда старший Ши хотел было отдать свой орган, Хэ Сюань решил сделать анализ и себе, а когда понял, что совместимость идеальная, побежал к Ши Циньсюаню. Тот уже был без сознания. Операцию провели. Донор был обозначен как Анонимный. Циньсюань долго приходил в себя. Хэ Сюань справился быстрее. Он регулярно писал и звонил своему парню, а тот дулся, что Сюань уехал на медицинскую практику в момент, когда его парень погибает. Хэ Сюань безумно хотел быть рядом, но не желал расстраивать сентиментального Ши Циньсюаня. В конечном итоге, когда он смог «вернуться», Ши Циньсюаня не было в палате. Он обрадовался, что тот выздоровел, набрав дорогие сердцу цифры, но в трубке были лишь одинокие гудки. Их разделял лишь пол. Циньсюань лежал на 3 этаже, а Сюань на 4. Прошло несколько месяцев, от Ши Циньсюаня не было ни одной смс, ни одного пропущенного. Да и Хэ Сюань вряд ли пропустил бы этот звонок. Дома братьев Ши тоже не было. Зато через несколько месяцев в сети стали появляться статьи о восходящей на подиумах Японии модели — Ши Циньсюане. Сердце Хэ Сюаня пробило искрой. Он много плакал, мало ел, много спал. Иногда же наоборот, он много ел, страдал бессонницей и не чувствовал ни-че-го. В каком-то трансе, Хэ Сюань сидел у операционной. Хуа Чэн сидел рядом, держа друга за плечо. Он отказался от возможности помогать Се Ляню оперировать Циньсюаня. Очень удачно, если это так можно назвать, сохранились почки Ши Уду, которые идеально подошли Циньсюаню. Так как он не был указан донором, обе решили пересадить его брату, учитывая его тяжелое состояние. Операция прошла успешно. Когда через пару дней Циньсюань распахнул глаза, то увидел рядом, спящего на трех сдвинутых стульях калачиком, Хэ Сюаня. — Хэ-э-с… — После трубки в горле, было тяжело говорить. По щекам полились слезы. Обезболивающего было достаточно, но было больно внутри. На душе скребли кошки. Было ужасно осознавать, что за столько лет Хэ Сюань не забыл о нем. Ужасно, но и радостно. Ши Циньсюань не понял, как машина на скорости потеряла управление, как стена из воды закрыла весь обзор, как машина слетела с моста и, перекатившись несколько раз, наконец остановилась. В глазах завис образ брата, в грудь которого вонзилось разбитое стекло. Он видел как Уду истекал кровью, губами что-то шепча. Он разобрал только — П-р-рости… Когда он очнулся до конца, в палату пришел, вызванный Хэ Сюанем, доктор Се. Последний знал о трагичной истории Хэ, но не подал никакого вида. Се Лянь сел рядом с Ши Циньсюанем и рассказал ему все подробности, держа за руку. Парень разрыдался, Хэ Сюань же сидел рядом и с грустью смотрел, как любимого человека поддерживает кто-то другой. Когда доктор Се уходил, он тихо сказал Хэ Сюаню: — Ты не был дома несколько дней, даже форму не менял. Тебе лучше отдохнуть. Молодой врач кивнул. Хотел было встать и уйти, когда увидел, что Циньсюань безучастно смотрит в окно. Но его окликнули. — Хэ-Сюн. Я… Я. Я не хотел уезжать. Брат забрал мой телефон и увез меня в Токио. Там был контракт. Мне было так стыдно. Я побоялся мешать тебе учиться, я боялся писать. Прости меня. — Снова рыдая, сказал Ши. Хэ Сюань тут же поднялся со стула и на коленях встал у кровати Циньсюаня, ладонью касаясь его лица. — Глупенький. Как я могу обижаться на тебя… — Обнимая плечи Ши Циньсюаня, ответил Хэ Сюань. После выздоровления Ши Циньсюань забрал прах Ши Уду. Хэ Сюань приезжал к нему ежедневно после работы или в свой выходной, пока Циньсюань не предложил ему переехать в его квартиру. Теперь Хэ Сюаню было тепло спать по ночам.