Хочешь, открою тебе тайну? 4

      Вика бежала по парку, а в наушниках играли её любимые песни. Оббежав его несколько раз, девушка остановилась на спортивной площадке и достав из небольшого рюкзака бутылку, начала жадно пить воду. Не давая себе много времени отдыхать, она отправилась на уличный тренажёр и начала качать пресс. Уже около полугода так начиналось каждое её утро. А если утром по каким-то причинам не получалось отправиться на спорт, она приходила сюда вечером.       Закончив очередное упражнение, она снова взяла бутылку и присела на скамейку. Смотря на проходящих мимо мужчину и женщину с коляской, она грустно взглянула на свою правую руку, где блестело золотое кольцо. Скоро будет год, как она сменила фамилию на Вершинину. Она не хотела этого делать, но видя, как для Паши это важно, она сдалась, в душе так и оставшись Гореловой.       У Насти и Лёши родился мальчик, которого назвали Костей, в честь отца Лёши и Вики. Пара сильно изменилась с тех пор, Настя стала настоящей мамочкой, а Лёша заметно повзрослел. Видимо насмотревшись на эту семейную идиллию, Паша начал всё чаще заводить разговоры о детях. В такие моменты в Вике боролось два человека: Вершинина, которая вроде и не против завести ребёнка, и Горелова, которая всё ещё помнит о первый и единственной в своей жизни беременности.       Откинув все ненужные мысли, девушка взяла со скамейки свой портфель и направилась домой. Сегодня было утро субботы, поэтому Паша был дома. Он сидел на кухне с кружкой чая и терпеливо ждал, пока Вика примет душ и придет к нему. — Доброе утро, муж, — сказала Вика, поцеловав парня в лоб, и отправляясь наливать себе кофе. — Доброе утро, жена, — с улыбкой ответил Паша. — Тебе просто нравится это говорить или ты так напоминаешь себе, что мы женаты? — Скорее второе. До сих пор не могу свыкнуться с тем, что я больше не Горелова. — О поверь, ты всё та же Горелова, что и раньше. Просто не по паспорту. — Я так понимаю, нас ждёт очередной разговор? — спросила рыжая, садясь напротив за стол. — Мама звонила. — Только не говори, что они должны к нам прийти сейчас, умоляю. — Нет. Просто она предложила помочь с ремонтом. Не боись, материально. Они с папой подкинут нам денег, плюс у них знакомые работают в строительном, так что сделают скидку на материалы. — Паш, послушай, если ты захотел со мной развестись, мог просто так и сказать. — Расслабься, — улыбаясь ответил блондин. — Мы через столько прошли вместе. Думаю ремонт мы осилим. Да и Лёха будет счастлив сбежать из дома. — Ну уж нет, пусть Насте помогает. Хитрый какой. Натворил делов, теперь бегает. — Для начала надо мебель передвинуть, так что я бы поменялся Гореловыми и на время. Или у тебя планы? — Стой. Ты хочешь сказать, что мы сегодня начинаем ремонт? — Ну да. А сколько ещё ждать? Мы и так пол года это обсуждаем. — Ну ладно, только без меня ничего нового в хату не выбирать, окей? — Как скажешь, дорогая, — Вика снова улыбнулась и отпила свой кофе.

***

      Подойдя к своей бывшей квартире, Вика уже с лестницы услышала шум за дверью. Спустя несколько минут, дверь открыл Лёша. — Малая, как я счастлив, что ты пришла. Там у Костяна истерика очередная, Настя уже бесится. Так что давай, принимай вахту, а я пошёл ваше гнёздышко ремонтировать. Удачи, — Лёша надел кроссовки и, схватив куртку с вешалки, выбежал из квартиры. — Да ты охренел, Горелов, — только и успела сказать сестра. Вика вошла в квартиру и тут же захотела уйти вслед за братом. — Костя, всё! — кричала Настя откуда-то из комнаты. — Привет, Вершинина. Умоляю отвлеки его хоть на минуту, я скоро, — сказав это Настя скрылась в ванной, а в коридоре показался маленький мальчик. — Ну чо, сородич? Опять мамку довёл? Чо лицо такое красное? Ревёшь тут что-ли? А чо ревёшь? М-да. И кто им сказал, что я знаю, что делать с детьми?       Девушка взяла племянника на руки и ушла в комнату, где по всему полу были разбросаны игрушки. Наступив на некоторые из них, она еле еле сдержалась, чтобы не выругаться и присела на диван. Сейчас, когда никто не видел её с ребёнком, она не скрывала страх в глазах. Стоит малышу неожиданно заплакать, как у девушки случалась паника.       А вот муж её наоборот, он легко нашел общий язык с Костей и с радостью проводил с ним время. Это так же пугало девушку, ведь проводя много времени у Гореловых, он всё чаще задумывался о детях, к которым Вика была явно не готова.       Когда Настя вошла в комнату, она уже была причесана и совершенно спокойна. Она забрала сына и они пошли пить чай на кухню. Девушка даже не смотря на то, куда сын тянет руки, дотягивалась туда первая и отбирала запрещённое. Периодически Вика видела перед собой не свою подругу, а многорукого Шиву. — Ну рассказывай, как дела? А то я сижу тут в четырёх стенах. — Думаешь, я по-другому? Пока живём, пока нормально. — Паша всё ещё достаёт той темой? — Ну не так часто, но да. На самом деле, я просто стараюсь уйти на спорт и не слышать этого всего. У нас уже был период, когда мы только и делали, что ругались, не хочу повторять. — Неужели ты не хочешь такого же? — с улыбкой сказала Настя, смотря на сына. Но как только она увидела, что тот пытается съесть скатерть, выражение её лица тут же изменилось. — Такого же непослушного ребёнка! Костя! Нельзя это есть! Я кормила тебя недавно, хватит всё в рот пихать. — Не хочу, — с улыбкой ответила Вершинина. — Честно, Насть. — Ты же знаешь, что мы все друг друга знаем сто лет, да? Я же вижу, что тебя что-то терзает. Мне то можешь сказать, — Вика молча опустила голову. — Боишься? — Типа того. — Вообще или после того случая? — Всего понемногу. — Викусь, в прошлый раз так вышло, из-за мудака на велике, который влетел в тебя, как бешеный. Уверена, что если ты решишься, всё будет нормально. Мы с Лёхой поможем если что. — Вы себе помогите сначала. Ты когда в последний раз отдыхала нормально? Давай я напрягу братика, пусть он заберёт малого хоть на пару часов. — Ну уж нет. Так я ещё больше переживать буду. Давай может лучше я с твоим поговорю? — Даже не смей! Ни ты, ни Лёха, не смейте поднимать с Пашей эту тему, ясно?! — Ладно-ладно, успокойся.

***

      Тем временем Паша и Лёша во всю занимались перестановкой мебели и сдиранием старых обоев. Взяв пару бутылок пива, парни весело проводили время. В такие редкие моменты, когда рядом нет Насти и ребёнка, Лёха сам превращался в него и дурачился как раньше. Сделав из куска обоев усы, он налепил их себе на лицо и строил разные гримасы. — Горелов, ты как был дебилом, так и остался, — улыбаясь сказала Паша, садясь на диван с бутылкой в руках. — Я просто весёлый, не то что вы. Ты с сестрой поговорил? Подвижки есть? — Какое там. Стоит мне тему начать, как она сразу же убегает на улицу, спортом заниматься. — Хочешь, я с ней поговорю? — Сдурел? Даже не думай об этом. Тогда она точно со мной разведётся. Сегодня ещё к маме идти. — И чо? Твоя мама вроде нормально к ней относится. — Да не в этом дело, Лёх. Мама тоже начала уже эту тему с внуками. По-любому при Вике начнет опять. — Ну может с разных сторон эта тема проскочит и Вика созреет. — Лёх, ты её брат или где? Неужели ты не знаешь, когда у неё загоны? Там явно всё не просто так. Просто сколько бы я не пытался узнать, чего именно она боится, так и не узнал. Знаешь, когда я её такой потерянной видел? — Когда? — Когда у вас родственники умирали. Помнишь, чем это закончилось в последний раз? — Лёша грустно допил пиво и сел рядом на диван. — С нами столько всего было. Она каждый раз всё пропускает через себя и идёт дальше. Даже не знаю, как начать разговор, чтобы не сковырнуть какую-нибудь рану. — Я думаю, что сейчас её нужно оставить в покое. — Кстати, после мамы, зайдите к нам. — Зачем? — Сюрприз будет.