Undertale: Небо в облаках

Яркое закатное солнце озаряло осеннее небо, по которому беспечно плыли многочисленные косяки птиц. Не было ни ветра, ни туч. Гигантский горный хребет будто разделял мир на две совершенно разные части: по левую сторону от него находился вековой дубовый лес, по правую – бесконечная степь до горизонта. Но было что-то, нарушавшее общую умиротворённую идиллию. Этим «что-то» была воинская часть, размещённая на правом склоне хребта, на одной маленькой горе. Часть была маленькая – всего-то на человек сто пятьдесят, с парочкой больших и с десятком маленьких зданий. Часть относилась к войскам противовоздушной обороны. Об этом можно было догадаться не только по накрытым брезентом зенитным орудиям, но и по установленным в грузовиках прожекторам, также укрытым парусиной. Я бы и не упомянул эту захолустную В/Ч, если бы в ней не служил один примечательный молодой человек, которому выпала очень нелёгкая, но одновременно и интересная судьба.

Глава 1: «Юность в сапогах».

Молодой высокий парень стоял и курил под козырьком возле входа в солдатскую столовую. Одет он был в обыкновенное ХБ. На плечах чёрные погоны с надписью ТА, а на воротнике были петлицы ПВО. На груди, кроме значка гвардии, виднелся шеврон с надписью «Даттон М.» – Мартин Даттон. На ногах же всем известные кирзачи с портянками. Единственное, что отличало от комплекта ХБ, так это головной убор – вместо пилотки была кепка, как на Афганке. Лицо его было вытянутым, треугольным, с узкими скулами и подбородком. Лоб короткий и широкий, уши заострённые, нос курносый. Глаза голубые, под правым из которых небольшой фингал - результат недавней «воспитательной работы» старослужащих. Мартин, как и полагается, был лысым, но по бровям можно было понять, что до армии он щеголял рыжей шевелюрой. -«Да-а-а… Красотища…» – промелькнуло у него в голове, в очередной раз затянувшись «Примой». Вечерами здесь было очень красиво. Закатное солнце слепило глаза, от чего приходилось немного щуриться. Где-то в дали слышались крики перелётных птиц, улетающих в тёплые края. Где-то в лесу прокричал зверь. Где-то со скалы в реку упал большой валун. И вот ты смотришь на это всё: на эти поля, озёра, горы, леса… И так тихо, так спокойно на душе, что не хочется отводить глаз. Нет всей этой городской суеты, этих куда-то спешащих людей, этих несущихся автомобилей, ничего нет. Только птички, горы, поля и чистый воздух. А ведь когда-то он не хотел служить здесь, думая: -«Как же я буду целых полтора года в такой глуши?!». Но сейчас ни капли не жалел, что тогда, три месяца назад, его в военкомате забрал именно старлей ПВО, а не лейтёха танкистов. Иначе сидел бы он сейчас где-то в ангаре, весь перемазанный в солярке и мазуте, да чинил бы очередной трактор-переросток… -«Что воздух портим, боец?», - вдруг послышалось позади. Он даже немного подпрыгнул от резкого звука, настолько это было неожиданно. Он развернулся и увидел своего друга Стивена, стоящего в дверном проёме. Стивен был пониже ростом, одет в такую же форму. Лицо у него было широким, квадратным, подбородок тоже широкий, скулы, однако, узкие. Глаза чёрные, как и брови. Нос был большим и с горбинкой, под которым располагались шикарные усы. Одним словом - джигит. И этот джигит был явно недоволен тем, что его товарищ тут прохлаждается уже двадцать минут. -«Бля, ты что пугаешь так? Я чуть бычок не проглотил.» -«А нехуй прохлаждаться тут. Ты вообще сказал, что поссать вышел.» -«Да я только закурил.» -«Да мне похуй. Пошли уже.» -«Ща, докурю только.» Мартин повернулся обратно, чтоб полюбоваться этим видом ещё хотя-бы полминуты. Да, этот вид был прекрасен, но как говорится: «Делу время, а потехе час.» Поэтому, он закинул уже истлевшую сигарету в урну, поправил кепку и вошёл в столовую, где его со скрещёнными на груди руками ждал Стивен, и они пошли по коридору. Древние половицы скрипели с каждым шагом, в то время как их окружали зелёные обшарпанные стены, не видевшие ремонта, вероятно, со дня постройки. И вот, нужный поворот на кухню. Кухня представляла собой небольшое продолговатое помещение с низкими потолками и с всё такими-же обшарпанными, но уже серыми стенами. По правую стену было окно выдачи еды, а по левую стояли старые плиты с громадными кастрюлями на них. В дальней центральной стене было маленькое открытое окошко, с деревянными рамами. Правее него, у угла, была ОНА - целая гора картошки. Они чистят её вот уже часов семь, за которые она как будто и не уменьшилась в размерах. Подле горы в полукруг стояло пять табуретов. Это и было рабочим местом наших героев. Трое из пяти табуретов были заняты другими бойцами, которым сегодня не свезло попасть в наряд по кухне. Того, что сидел у правой стены, возле окна выдачи еды, звали Пол. Сидевший по центру, между Мартином и Стивеном, звался Куртом. Ну и сидящий прямо под приоткрытым окном Макс. Все как один были лысыми и с ножами в руках. Сидевший возле окна выдачи Пол заметил возвращение товарищей и широко раскинув руки, подметил долгое отсутствие Мартина: -«О, вернулся, блудный сын. Что, успел поссать хотя бы, за полчаса-то?» -«Да бля, звиняйте, мужики, но я бы кукухой поехал от этой картохи, если бы не вышел посмолить.» От такого ответа товарища Пол чуть не взорвался. Он немного поднялся со стула, видно было, что он весь на нервах. -«А нам вот прям в кайф сидеть тут, хуйнёй этой маяться, да?» Пол немного подуспокоился, опустил голову и продолжил заниматься чисткой. -«…Ладно, проехали.» Вошедшие прошли до своих мест и продолжили уже так надоевшее дело. Пятёрка парней погрузилась в тишину. За семь с лишним часов у них, казалось, закончились любые темы для разговора. Все были измучены и хотели спать. Но тут Стивен вспомнил новость, которую он мимолётом прочитал сегодня утром в газете, и решил начать разговор первым: -«Мужики, слышали, Вейншория войска к границе стягивает? При чём как раз-таки к нашим югам.» Все повернули головы на вопрошающего. Им было интересно не столько из-за самого факта стягивания войск (довольно рядовое событие), сколько из-за того, что место, где они служат, по невероятному совпадению является «югами» их страны. А это, из-за введения повышенной боевой готовности, сулило больше стрельб, учений, ночных подъёмов по тревоге и много-много других неприятных для солдата срочной службы вещей… -«Что, в натуре? А когда начали, ну, стягивать?» Стивен повернул голову в сторону, откуда шёл звук. Это был Макс, что было понятно по его характерному картавому голосу, но только он находился с другой стороны крахмального Эвереста, отчего Стивену его не было видно. -«Да я точно не знаю. По словам, ещё неделю назад. Но наши это только вчера объявили в новостях.» -«И что, типа, война будет?» - продолжал Макс. Стивен ожидал этот вопрос. Вопрос, что тревожит его ещё с прошлой зимы, ведь слухи о надвигающейся войне звучали ещё давно. Да и у Стивена действительно были причины для переживания, ведь он сам из городка Цирю̀ево, что буквально в километрах шестидесяти от части на север-запад. В этом городе он родился и вырос, там живёт вся его семья и любимая девушка. Поэтому он захотел перевести тему разговора, выдав что-то в нейтральном ключе: -«Да хер его знает. Надеюсь, нет. Но предчувствие у меня нехорошее.» Пол решил успокоить своих товарищей, заверив их, что ничего не будет: -«И вы туда же? Да не будет ничего! У меня там брат в армии служит. Говорит, что просто учения. Да и какой им резон нападать на нас?» Мартин поддержал Пола: -«Мне тоже думается, что ничего не будет. Кишка у них тонка на нас залупаться.» -«Ну, ваше мнение.», - ответил Стивен, не желая начинать спор. И вновь воцарилась тишина. Все просто сидели и чистили картошку. Тем временем, уже близился отбой, что не могло не радовать бойцов пищевого фронта. Конец пятиминутной тишине положил Курт, который вспомнил что-то, от чего у него расползлась улыбка по всему лицу. -«Стивен, ты ж с Цюрки, верно?» Стивен, не отвлекаясь от занимательного дела, отозвался Курту: -«Допустим. А что?» -«Ты тоже слышал все эти истории про войну, подземелье, монстров-хуёнстров, да?» После этих слов остальные чистильщики отложили свои ножи и с интересом прислушались к беседе их камрадов. Вместе со словами Курта, что-то пробудилось в памяти Стивена. Действительно, когда он был совсем маленьким, бабушка перед сном ему всегда рассказывала сказки про монстров. И в школе с пацанами они придумывали страшные истории про монстров, чтобы пугать девчонок. Даже игра у них была про монстров – «Казаки-монстры»… Маленький смешок вырвался из уст Стивена, прежде чем он нашёл что ответить товарищу: -«Ну ты вспомнил, ёптыть… Я думал, только у нас в Цюрке про монстров говорят.» -«Да ты что? У нас в Зу̀нке про них каждый пиздюк зн!..» Не способный уже терпеть Мартин вклинился в разговор: -«Так, заебали. Что за монстры?» Курт с недовольством вздохнул от того, что его только-что перебили. Впрочем, Мартина можно было понять, потому как он, как и все остальные, сгорал от любопытства узнать местные сказки и легенды. Поэтому, Курт подмигнул Стивену, после чего громко обратился к товарищам. -«Ну что, Стиви, посвятим остальных в это сакральное знание?» -«А хули б нет?» - ответил тот. -«Ладно, поехали, - тихо произнёс Курт, перед тем как начать свой рассказ, - короче, жили тут, у подножия гор, хуй знает, когда люди. И были они дохуя прошаренные в магии. В отличии от других магов, знавших максимум как призвать небольшой огонёк, эти были прям маги, всем магам маги!» -«Ну, и? Давай ближе к сути!» - послышался голос Макса. -«Терпение имейте, молодой человек! Так, на чём я остановился?.. А, да! В общем, попробовали эти маги недавно умершего паренька воскресить. Пошаманили там что-то над ним, а тот, – чай не лох, – взял и воскрес! Ходить там начал, все дела. Ну и охуели все, в хорошем смысле этого слова. Только вот через несколько минут стало ясно, что он не воскрес. Точнее, он-то воскрес, да, но не полностью.» -«Как это – “не полностью”?» - вновь перебил рассказчика Макс. -«Да ты заебал! Ещё раз перебьешь – обижусь и не буду рассказывать!» -«Ладно, ладно. Продолжай.» -«Так вот: воскреснуть-то он воскрес, только очень быстро стало понятно, что воскресла только его часть, а именно скелет. Как они это поняли? Да очень просто! Через пару минут воскреснувший начал рвать на себе плоть и кожу. Короче, в прямом смысле лесть из кожи вон. По истечению этой операции из уже подгнившей оболочки вылез скелет, и посмотрел охуевшими глазницами на не менее охуевших людей. Жители, пройдя через все степени охуевания, решили, что добру пропадать не стоит и начали запрягать этого скелета на всякого рода работы. Поняв, что можно по сути получать почти бесконечное количество рабов, люди начали массово использовать это заклинание. Вскоре жители этой деревушки начали экспансию своего колхоза и напали на близлежащие деревни, использовав при этом армию скелетов. На этом моменте стоит уточнить, что скелеты, как рождённые из магии, владели этой самой магией ничуть не хуже своих создателей, а в чём-то даже их превосходили. Ну захватили они успешно все деревни, попутно вырезав их защитников. Вот так и расширился колхоз “Красный лапоть”, превратившись в гигаколхоз “Червоный сапог”. Через пару сотен лет скелеты превратились из рабов и пушечного мяса в отдельную расу, со своими обычаями, религией и языком. Язык обычного народа, впрочем, во многом основан был на людском языке, а знать скелетская говорила только на особых шифрах, таких, на которых писались заклинания. Сильнейшие маги скелетов, придумав новые заклинания, начали пополнять свою нацию монстров новыми видами. Например, живые камни, живой лук, человеко-козлы и многое другое. Но в начале этого тысячелетия у людей уже образовались государства, которым ясен хуй требовались новые земли. Ну и пришли в эти места то ли крестоносцы, то ли что. Огромное такое войско! Были они последователями Христа, а все проявления магии, шедших не от Господа, считали богохульством. Вскоре началась потасовка между пришлыми и местными. Местные проебали. Несмотря на весь свой магический потенциал, в тактическом плане монстры и местные людишки сильно отставали, закалённые в боях крестоносцы не оставили им никакого шанса. Людей вырезали почти подчистую, а монстры, поняв безнадёжность ситуации, просто сдались. Сначала крестоносцы пытались обратить монстров в религию Христа: создавали им христианские школы, учили библии и всё такое, но монстрам категорически это не нравилось и устроили они лютый бунт. Много монстров и крестоносцев погибло. Крестоносцам это остопиздело, и они обманным манёвром загнали большую часть монстров в пещеры, после чего с помощью немногочисленных оставшихся магов закрыли им путь обратно, однако тех монстров, что не последовали за своими братьями, вырезали. Магов, впрочем, тоже. Вот и всё, тащем-та.» Все молча анализировали услышанное. Макс, у которого всё это время не сползала тупая ухмылка, с интересом спросил у Курта. -«Хуя тут у вас фольклор, конечно… Так в итоге, правда-то всё это?» -«Да бес его знает, если честно. Недавно учёные сюда приезжали, археологи кажется. Следов монстров они тут не нашли, но зато обнаружили пепелища тех деревень и кучу могил, в том числе братских. Видать, частично правда.» И тут, как гром среди ясного неба, на кухню заявляется пузатенький прапорщик Лумпов, который по совместительству является дежурным по кухне. И молвит он хриплым басом с явным южным акцентом: -«Так, хлопчыкы, закрухгляйтэсь. На сёння достаточно.» Бойцы чуть ли не светились от радости. Они мгновенно встали с табуретов и помчали к выходу. Улица их встретила приятной прохладой и лёгким ветерком. Уличные фонари уже начали работать, что свидетельствовало о скором отбое. И вот пошли пятеро товарищей по грунтовой дороге до казармы, самому большому зданию во всём дивизионе. Пока шли, болтали о всём, да ни о чём. Стивен, затягиваясь «Филиппом Моррисом», поинтересовался у друга: -«Слышь, Мартин, а тебе твоя пишет?» -«Типа. Недавно вот только письмо получил. Говорит, что нормально всё. А у тебя как там?» -«Да тоже вроде нормально всё.» Не веривший своим ушам Курт с удивлением в голосе уточнил у Стивена: -«Да ладно?! У тебя баба есть?» -«Я что, на педика похож? Конечно есть.» Курт, вспомнив старые добрые расисткие анекдоты, решил пошутить на тему этнической принадлежности Мартина: -«Не знал, что ты пастухом работаешь.» -«Что?» -«Иначе откуда у тебя ещё баба?» Небольшой замах, мгновенье, скрюченный Курт лежит на земле от удара под дых. Что-что, а драться Стивен умел. Мартин и Пол помогли шутнику подняться и поставили его на ноги. -«Бля-я-я… за что?» -«Ещё раз так пошутишь – убью!» -«Ладно-ладно, понял… Извини!» -«Извинения принимаю, - джигит махнул рукой в сторону казармы. - Пошлите уже, отбой через пять минут.» Пятеро продолжили свой путь до своей обители. Пара минут, и вот они уже на пороге большого здания. Дальше они разошлись по своим делам: кто-то спать пошёл, кто-то срать, кто-то мыться. Мартин был чистюлей, поэтому он сходил до своей койки за мешком с рыльно-мыльными принадлежностями. Затем двинулся в сторону душевой с полотенцем на плече и мешком под мышкой. Занеся правую руку на уровень глаз, посмотрел время. -«М-да, отбой был десять минут назад.», - вздохнув, прошептал он, после чего опустил руку. И вот, заветная душевая. В ней уже образовалась толкучка, так как желающих помыться было предостаточно, а места категорически не хватало. Минут пять толканий да минут двадцать дела, и вот Мартин выходит из душевой чистый. Наконец, родное койко-место. Мартин закинул мешок с рыльно-мыльными в тумбочку и завалился спать. Уснул он очень быстро, можно сказать как только закрыв глаза. Да оно и не удивительно, ведь чистка картошки забрала все силы у него.

Глава 2: «Лучше молодым любить, а не воевать…»

-«Марти, да пошли уже! На кино сейчас опоздаем!» – сказала Анна Мартину, тяня его за рукав рубашки. Погода была на удивление прекрасная. Хоть вчера и шёл весь день дождь, сегодня на небе не было ни облачка. Жара была, просто жуть! Поэтому, Мартин решил взять пару упаковок мороженого. Ведь что может быть лучше пройтись в такой жаркий летний денёк по набережной, едя вкуснейшее мороженое одной рукой и держась с любимой девушкой другой, так ведь? С этими мыслями Мартин направился к ларьку с большой надписью: «МОРОЖЕНОЕ». -«Подожди, только мороженое куплю!» - им действительно нужно было торопиться. Он посмотрел на часы, сеанс начнётся ровно через пять минут. Но с другой стороны, как же можно в такой жаркий летний день, да по набережной, да с любимой девушкой обойтись без мороженого, верно? И вот наконец, старенький дедуля открывает форточку ларька: -«Ну, какое тебе, парень?» -«Можно пожалуйста шоколадное и… - блин, какое же мороженое она любит… Мя… Ма … М… Мята, точно! – И м-мятное, пожалуйста. Мятное, да.», - он даже забыл любимое мороженое своей девушки, настолько он торопился. Как же стыдно! Анна даже рассмеялась от того, что её кавалер весь покраснел от стыда. Дедушка понимающе улыбнулся и достал из-под прилавка пару пачек мороженого. Посчитав цену, он выложил заветные упаковки на полку возле форточки. -«С вас пять пятьдесят, молодой человек.» -«Да-да, сейчас…» - он начал судорожно шарить по карманам в поисках мелочи. Да где же они были? А, вот! Так, один, два, один, четвертак… Больше нет? Больше нет! Блин, что делать? Ладно, тогда только для неё куплю. Он выложил деньги на монетницу и немного заикаясь произнёс: -«Извините, у м-меня только четыре двадцать пять. Можно тогда толь-…» -«Да беги уже, ловелас!» - добро посмеиваясь, перебил дедуля красного от стыда парня. -«С-спасибо! Я-я вам занесу потом!» - отрезал Мартин и взял мороженое. Он протянул Анне пачку мятного мороженого, после чего они лёгким бегом направились к кинотеатру, на ходу едя мороженое. И вот наконец заветное здание кинотеатра! Буквально через дорогу! -«Успели! Успели, Аннушка!» Ответа не последовало. -«Аня?» Он обернулся и понял, что его пассии нет нигде. -«Аня! Ты где?» - крикнул он, надеясь, что это просто глупый розыгрыш его возлюбленной. Однако, её нигде не было видно, и прятаться ей негде. Поэтому, он побежал в обратном направлении. Он завернул за угол, где они пробегали минуту назад, и заметил её стоящей посреди тротуара спиной к нему. «Вот ты где, дурочка! Опять твои розыгрыши дебильные.» - пронеслось у него в голове, когда он увидел свою пассию. -«Аня, пошли! Мы опоздаем сейчас! Не смешно уже!» Никакой реакции не последовало. Она даже не повернулась к нему. Это было странно, так как обычно Анна после такого понимала, что её раскусили и начинала смеяться. «Это не похоже на неё! Похоже, что-то случилось!» Вместе с этим, он заметил ещё одну деталь – было очень безлюдно. На тротуаре кроме него самого и Анны никого не было. Да что уж говорить, на большой четырёхполосной дороге левее от них не было ни единой машины! Прислушавшись, он понял, что не слышит ничего кроме своего сбившегося дыхания. Даже свиста ветра не было! «Что за хуйня происходит?! Почему никого нет, кроме нас? Где все машины? Чёрт, надо хватать её и сваливать отсюда, не нравится мне это всё!» - верно смекнул он и начал действовать. Он в два шага подошёл к девушке и схватив её за плечо, повернул к себе. И тут он осознал, что это не Анна, а… Дневальный первой смены Мишка «Каземат»?! «Каземат» приставил руку к голове, будто отдаёт воинское приветствие, и заорал во всю мочь своим баритоном: -«ВЗВОД, ПОДЪЁМ!!! БОЕВАЯ ТРЕВОГА!!! ТРЕВОГА!!! ТРЕВОГА!!!» Мартин открыл глаза и первым, что он увидел, были его спешно одевающиеся товарищи. Решив последовать их примеру, Мартин слез с верхней койки и начал натягивать штаны. -«Мужики, а что происходит?» - послышалось откуда-то сзади. -«А хуй его знает! Опять учения, ебать их в сраку…» -«Какие нахуй учения? Слыхал, что дневальный орал? Боевая тревога!» Подслушав диалог сослуживцев, Мартину стало не по себе. Ведь действительно – тревога-то боевая! Что произошло? Неужели война? Хех, война войной, но уставу соответствовать надо – повернув голову налево, Мартин заметил нескольких бойцов, которые занавешивали одеялами немногочисленные окна казармы, для «светомаскировки». -«Разговорчики, бля, душары! Строиться!» - послышалось со стороны «взлётки». Это был сержант Снаут – его прокуренный голос не перепутать ни с чем. Мартин, покончив с одеждой, пулей выскочил во «взлётку», где уже у стены построился почти весь взвод – всего 31 человек. Он занял своё место в строю и принялся ждать. Ждать, впрочем, пришлось не долго: вскоре подоспел и взводный. -«Товарищ лейтенант! Третий взвод по боевой тревоге построен! Дежурный по роте, сержант Сна…» - начал было сержант, подбегая к лейтенанту с рукой у виска. -«Да-да, вижу, не слепой. Значит так: сейчас хватайте свои вещмешки, после пиздуем получать оружие с СИЗами (средство индивидуальной защиты) и далее занимаем позиции. – Повернув голову к строю, летёха скомандовал. – Взвод! К получению всей хуйни приступить!»

Толпа солдат в спешке ринулась получать вышеперечисленные предметы.

…

Взвод получил всё необходимое, и теперь в дело вступал сержантский состав. Семь человек расчёта во главе с сержантом Снаутом выбежало из казармы на улицу. Картина, предстающая перед их глазами, была действительно удручающей. Весь дивизион был на ногах. Соседние с их позицией семидесятишестимиллиметровые пушки уже вовсю переводили в боевое положение бойцы из пятого взвода, а необходимые для работы зенитных орудий прожектора выкатывались установленные в кузовах грузовиков из боксов. Мартин взглянул в небо. Ни черта видно не было, зато было слышно – слышно оглушающий гул вражеских бомбардировщиков.

«Война…»

Это слово заполонило разум паренька, да так, что ни о чём больше думать он не мог. Впрочем, был он такой не один: даже у командира взвода, у боевого лейтенанта, прошедшего две горячих точки, заметно подрагивал голос. Снаут, ранее всех подбежавший к позиции, скинул брезентовый тент с орудия и начал переводить его в боевое положение. Тем временем Мартин, как заряжающий, отделился от основной группы и рванул к ящикам с боеприпасами. Но внезапно, среди всей какофонии звуков, он различил один, который ярко выделялся на фоне остальных – это был свист. В мгновенье он сообразил:

«Бомба!»

Парень повернул голову налево и лишь успел увидеть, как большая бочкообразная штука вонзилась в землю прямо недалеко от орудия. Секунда и мощнейший взрыв раздался на всю округу. Парень взмыл в небо от ударной волны, сотрясающей пространство. И только в этот момент парень понял весь ужас ситуации, в которой находился. Что началась страшная война, которая погубит миллионы жизней и продлится почти целое десятилетие. Что его город через каких-то полгода будет полностью разрушен, а родители погибнут под завалами. Что не факт, что он сам вернётся, что не погибнет в этом бою. Время для него замедлилось в сотню раз, мгновенья были для него как часы. Он взглянул в небо и увидел там падающую звезду и решил загадать желание. Но что же? Это не звезда! Это подбитый горящий бомбардировщик!

«Достали всё же гада… Горите в адском пламени, суки!»

Вид падающей монструозной четырёхмоторной машины придал некую уверенность бойцу, которая, стоит заметить, продлилась недолго. Его полёт окончился, и он со значительной силой впечатался головой в большой валун. Если б не каска, он бы вероятно, погиб на месте. Но бронешлем спас голову бойца от судьбы, подобной падению арбуза с десяти метров на асфальт. Однако, потерю сознания и сотрясения бойцу в любом случае не избежать.