Превратности Судьбы-2. Рождённые вновь

После занятий в танцевальной студии Чимин поехал на своей новенькой машине в Медицинский центр, чтобы провести очередную тренировку с Хосоком. Врач уже поджидал его, поглядывая на часы. Когда омега зашёл в кабинет, мужчина «недовольно» произнёс: — Опаздываем. — Прости, хён, пришлось задержаться на работе. — Понятно. Тогда скорее переодевайся и приступим. На мне сегодня Чанми, поэтому должен уйти вовремя. Поскольку Минджон работала во вторую смену, на него возлагалась необходимость забрать дочь из детского сада и приготовить ужин. — Как ты думаешь, мои шансы на выздоровление стали хотя бы чуточку больше? — спросил Чимин. — Не буду преуменьшать твои заслуги и кропотливый труд, но работы ещё предстоит достаточно. — Спасибо, что помогаешь встать на ноги. — Я лишь указываю путь, а идти по нему или нет – каждый пациент решает для себя самостоятельно. Какой бы прогрессивной ни была медицина, если человек сдался и опустил руки, никто и ничто не поможет. — Это однозначно не про меня. Я хочу не только заниматься преподаванием, но и иметь другие возможности. — Планируешь вернуться в большой спорт? — с удивлением спросил Хоби. — В самом начале были такие мысли, но потом я хорошенько подумал и пришёл к выводу, что мне нравится управлять студией и обучать подрастающее поколение, но при этом хочу полностью владеть своим телом. Знаешь, как порой не хватает пробежек по мосту или где-нибудь в парке? Подобного рода занятия очищают голову от ненужных мыслей и разгружают сознание. А сейчас приходится довольствоваться медитацией, что не всегда помогает. Знание, что я смогу выйти на сцену и выполнить любые элементы танца, которые раньше давались с лёгкостью, помогает чувствовать душевный покой. — Понимаю тебя. Резко изменить активный образ жизни, к которому привык, достаточно сложно. Особенно когда речь идёт о травме, — помогая растягиваться, сказал врач. — Ты не обращался к психологу с этим вопросом? — К сожалению или к счастью, но я справился сам. Вроде бы. — Есть какие-то причины считать иначе? — Точно были в первый год после аварии. Когда познакомился с Намджуном и Тэёном, мне стало гораздо лучше. Снова захотелось к чему-то стремиться. Именно тогда произошло открытие студии, — он улыбнулся. — А потом в моей жизни появился самый потрясающий мужчина на свете, который наполняет дни яркими красками и эмоциями, делая по-настоящему счастливым. — Я так рад это слышать, — Хосок тоже улыбался. — Мой лучший друг, которого знаю ещё со студенческих времён, тоже изменился после знакомства с тобой. Можно сказать, что его жизнь разделилась на «до» и «после». — Какие изменения ты имеешь в виду? Чимину было интересно увидеть Юнги глазами другого человека. — Надеюсь, этот разговор останется между нами, иначе мне несдобровать. Омега рассмеялся, глядя на его чрезвычайно серьёзное выражение лица. — Ради сохранения мира и вашей дружбы буду нем как рыба, — клятвенно заверил он. — Приготовься услышать рассказ о парне, превратившемся из заучки-ботаника, едва не бросившего учёбу, в самого завидного жениха, который ни с кем не хотел строить серьёзные отношения, потому что ждал свою судьбу. — Я определённо хочу это узнать. В течение всей тренировки, которая продлилась больше часа, Чон не переставал делиться воспоминаниями о друге, приправляя свои истории забавными шутками, от чего омега начинал смеяться. — Спасибо, хён, что рассказал. Мне с трудом верится, что речь правда о Юнги. Кажется, что это совершенно другой человек. — Помни, ты обещал сохранить в тайне всё, что сегодня узнал. Если проболтаешься… — угроза прозвучала несерьёзно, потому что Хоби улыбался. — Я могила, не беспокойся. После того как они попрощались, Чимин отправился в сторону лифта, чтобы встретиться с Юнги и вместе поехать в гости, но задумался о предстоящем торжестве и поэтому вышел на этаже, где работал Кай. Чтобы узнать наверняка, работает ли тот сегодня или нет, он обратился к проходившей мимо медсестре: — Простите, где я могу найти одного из сотрудников вашего отделения? Зовут Хан Кай. — Пару минут назад видела его в кафетерии. Пройдите прямо, затем сверните налево. — Спасибо. Заглянув внутрь просторного помещения, где располагалось несколько рядов столов, за которыми ужинал различный медицинский персонал, Чимин огляделся по сторонам, чтобы найти человека, ради которого сюда пришёл. Парень сидел в самом дальнем конце и смотрел в телефон. Пробравшись к нему, он произнёс: — Привет. Мы можем поговорить? Кай поднял на него взгляд, немало растерявшись, но потом всё же ответил: — Привет. Садись. Разместившись с другой стороны, Чимин решил не откладывать и поэтому сказал: — Необходимо обсудить важный момент, касающийся нашей с Юнги свадьбы. Поскольку господин Чон тоже будет приглашён, я не хотел бы вместе с ним видеть и тебя. Думаю, объяснять причины не требуется. — Можешь не переживать, — Кай скрестил руки на груди и отвёл взгляд. — Даже если Вун надумает меня позвать, в чём сильно сомневаюсь, я не посмею заявиться на ваш праздник. — Спасибо за понимание. Чимин поднялся на ноги, собираясь уйти. — Поздравляю с предстоящим событием, — Кай снова на него посмотрел. — Из вас получилась красивая пара. — Спасибо, — он не ожидал такое услышать. — Надеюсь, ты тоже нашёл своё счастье. Тот молча кивнул, отводя взгляд. Когда остался один, Кай посмотрел на мобильный телефон, где высветилось новое сообщение от папы. Перевернув экраном вниз, поскольку уже не осталось сил читать оскорбления и угрозы, которыми родитель сыпал, он тяжело вздохнул. Аппетита и так не было, а после такого и вовсе пропал. Выбросив остатки еды в мусор, омега пошёл в кабинет главврача. Секретарь готовилась пойти домой, так как рабочий день был завершён. — Господин Чон у себя? — Да, проходи. Зайдя внутрь, Кай увидел мужчину, который сидел за рабочим столом, вглядываясь в монитор компьютера. Подойдя ближе, он протянул руки, желая обнять. Вун улыбнулся и, поднявшись на ноги, с удовольствием прижал к себе. — Всё хорошо? — спросил он, когда объятия затянулись. — Я соскучился, — прижавшись теснее, омега закрыл глаза. Господин Чон был приятно удивлён, поскольку Кай нечасто мог вот так просто обнять, и ещё реже от него звучали подобные слова. После того как они начали вместе жить, главврач снова поднял вопрос по поводу необходимости придать их отношениям официальный статус. В этот раз Кай не спорил, потому что все и так уже знали, что они встречаются. Из очевидных минусов самым неприятным являлись сплетни, которые стали распускать сотрудники. Приходилось делать безразличное выражение лица и никак не реагировать. Каю не хотелось ещё больше портить репутацию человека, благодаря которому не загремел за решётку, не говоря уже о том, что перевёз к себе домой, окружив заботой и любовью. Совместное проживание не всегда было гладким, так как ранее ему не приходилось вести быт и думать о приготовлении еды или покупке продуктов питания, например. Вун никогда не ругал, если что-то шло не так, и относился с пониманием. Основными делами, как правило, занимался именно он, но не считал это бременем, скорее наоборот. Каждый раз, думая о том, что дома ждёт любимый человек, его душа наполнялась искренней радостью. Одинокая холостяцкая квартира превратилась в уютное место, куда не терпелось вернуться. Переход отношений из категории «просто вместе спать» в «вместе жить» стал волнующим событием. Хотелось проявить максимальную ответственность, чтобы Кай был уверен в завтрашнем дне, чувствовал поддержку и не помышлял о расставании. Только подумав об этом, становилось тоскливо и даже страшно, потому что сильно привязался и уже не представлял дальнейшего существования вдали друг от друга. Помимо привлекательной внешности, омега обладал многими качествами, которые Вуну нравились: это и чувство юмора, и дерзкий характер, и даже вспышки гнева, что нередко заканчивались в постели. Он любил наблюдать за тем, как парень играет с его внучкой, прижимается во сне в поисках контакта и совсем не любит ранние подъёмы, поэтому добрую половину дня ворчит, пока окончательно не проснётся. Одним словом, альфа любил Кая абсолютно в любом проявлении и мечтал, что однажды он ответит взаимностью. — Я тоже целый день без тебя скучал, — Вун запечатлел поцелуй на его губах. Грустное выражение лица вызвало тревогу, поэтому он ещё раз спросил: — Точно всё в порядке? — Опустившись в кресло, мужчина усадил его к себе на колени. — Рассказывай, что тебя беспокоит? — Папа снова писал. — Что на этот раз? — Ничего нового. Требовал с тобой расстаться и вернуться домой. Альфа рассердился. Неприятие его в качестве достойного партнёра не поддавалось никакой логике. Попытка снова поговорить с треском провалилась. Родители Кая, особенно папа, вообще ничего не хотели слушать, обвиняя в подстрекательстве к совершению преступления. На логичный вопрос: «Зачем тогда стал бы помогать?» – ответа так и не получил. — Прости за мои слова, но я считаю его действия глупыми и нелогичными. — Знаю, но не могу ничего доказать. — Ты и не должен этого делать, — Вун смотрел со страхом. — Если только не планируешь со мной расстаться. Кай не отводил взор, чувствуя, как сердце забилось сильнее от осознания, что придётся однажды попрощаться с человеком, который так много для него сделал, купал в нежности и дарил свою любовь. Несмотря на довольно-таки короткий срок с момента знакомства, он сильно к нему привязался, что было вполне легко сделать, учитывая, как альфа старался его завоевать. И речь не о цветах или подарках, а о душевном комфорте, который рядом с ним испытывал. Разница в возрасте нисколько не смущала. Вун был интересным собеседником, обладал прекрасным чувством юмора, а также добрым и мягким характером, но при этом умел чётко отстаивать своё мнение, когда речь шла о работе. За прошедшие четыре месяца они сблизились не только в физическом, но и эмоциональном плане. Терять всё это Кай не хотел. Если они расстанутся, и придётся снова вернуться домой, папа будет контролировать каждый шаг и не даст нормально жить. Но пугала не столько перспектива «воссоединения» с семьёй, сколько невозможность каждый день видеть мужчину, смотревшего на него с затаённой тревогой, тоже страшась разлуки. Рано говорить о любви, но Вун определённо испытывал по отношению к нему чувство влюблённости. Кай не был глуп или слеп, чтобы этого не понять, и со своей стороны постепенно начинал осознавать то же самое. Никто не знает, что ожидает их в будущем, но он хотел быть рядом с тем, к кому тянулась душа, а в дальнейшем, возможно, и сердце. — Мне очень хорошо с тобой, — честно признался омега. — А при мысли о расставании становится плохо. Да, я люблю своих родителей, безумно скучаю по младшему брату, но свой выбор уже сделал. Если ты не откажешься от меня, я точно не стану тем, кто всё закончит. Вун испытал одновременно радость и облегчение. Обхватив его личико обеими ладонями, он внимательно смотрел в глаза, видя там подтверждение тому, что сейчас услышал. — Не хочу тебя потерять, мой хороший. Как же тогда я буду жить? — парень улыбнулся. — Возможно, мои слова покажутся слишком поспешными, но я уверен в себе и точно знаю, что мне нужно. И это ты, Кай, только ты один, потому что люблю тебя. Омега боялся поверить, но чувствовал, что ему всё это откликается. — Вун… — Можешь ничего не говорить, — мужчина погладил его по щеке. — Я ни в коем случае ничего не требую, но ты должен знать, что занимаешь особое место в моём сердце, и никому другому оно не будет принадлежать, что бы ни случилось в дальнейшем. — Ощущаю себя самозванцем, который не заслужил твою любовь. — Глупости. Если бы меня тяготили наши отношения, то я сразу бы сказал об этом, — он вновь поцеловал его в губы. — Как ты знаешь, после смерти супруга я длительное время никого к себе не подпускал. Когда мы с тобой встретились, мне снова захотелось жить, а не просто существовать: радовать тебя, любить и знать, что со мной ты счастлив. Если однажды я перестану быть нужным, и ты захочешь уйти, мне хотелось бы остаться друзьями. — Надеюсь, что такого с нами не произойдёт. — Как и я, — господин Чон смотрел на него с улыбкой. — А сейчас, если нет возражений, у меня запланирован романтический ужин с самым прекрасным омегой, покорившим с первого взгляда. Кай улыбался, польщённый комплиментом, что слышал в свой адрес на ежедневной основе. После того как они поднялись на ноги, мужчина добавил: — Мы все совершаем ошибки, но каждый заслуживает второй шанс. Уверен, ты прекрасно понимаешь, что поступил крайне опрометчиво, подвергнув риску не только свою жизнь, но и жизни других людей. — Понимаю, и мне очень стыдно, — Кай опустил голову. — Господин Мин не принял мои извинения, отправив к Чимину. Перед ним я тоже извинился и получил прощение, но вряд ли нормальные отношения станут между нами возможны даже через сто лет. — Главное, что конфликт исчерпан, и можно двигаться дальше. Вспомнив разговор, который произошёл в кафетерии, парень сказал: — Мы только что с ним разговаривали по поводу приглашения на свадьбу. Чимин ясно дал понять, что моё присутствие нежелательно. Они боятся, что ты возьмёшь меня с собой. — Если хочешь, я могу не идти. — Нет, сходи обязательно. Мне очень интересно, как всё пройдёт. Потом в подробностях расскажешь. Вун рассмеялся. — Хорошо. Я пойду на торжество, чтобы удовлетворить твой любопытный носик, — он коснулся его подушечкой указательного пальца. — А теперь пошли, иначе опоздаем в ресторан, и наш столик отдадут другим. Подойдя к выходу, Кай развернулся к нему и снова обнял, шепнув на ухо: — Ты самый лучший и заботливый мужчина на свете. — А ты тот, кто достоин любви и заботы, — альфа вознаградил его ещё одним поцелуем. — Никогда в этом не сомневайся. Со стороны коридора послышался знакомый голос: — Господин Чон, можно с вами поговорить? — Юнги посмотрел на него, а затем мельком глянул на парня. — Это не займёт много времени. — Я подожду в машине, — Кай забрал у него ключи. — Проходи, пожалуйста, — сказал Вун, а затем наклонился к парню. — Только не уезжай без меня. — Не переживай. Я обязательно дождусь. Проводив его взглядом, главврач зашёл обратно в кабинет. — Чем могу помочь? — В конце мая мы с Чимином планируем свадьбу и были бы рады вас видеть. Несколько минут назад Юнги разговаривал с омегой, поэтому знал о полученном от Кая обещании не приходить. — С удовольствием приму ваше приглашение, — ответил господин Чон. — И обещаю, что никого с собой не приведу. — Подробности сообщим позднее, когда определимся с датой, — Мин понял намёк, значит, Кай уже рассказал. — Простите, если наша просьба показалась неуместной, но Чимин и я не хотели бы видеть господина Хана по объективным причинам. — Он даже не собирался идти, — Вун снова открыл двери, собираясь выйти. — Если это всё… — Да. Спасибо, что уделили время. Покинув кабинет начальника, альфа пошёл обратно к себе, где дожидался Чимин. Отвечая на его вопрос, застывший в глазах, он произнёс: — Кай рассказал ему о вашем разговоре и подтвердил, что не собирается заявляться на свадьбу. — Отлично. Значит, можно об этом не беспокоиться, — он улыбнулся. — Готов ехать? — Да, идём. Истинная пара отправилась в гости к старшим друзьям, которые пригласили на ужин. Первым выбежал их встречать Тэён. — Боже, ты растёшь уже не по дням, а по часам, — обнимая ребёнка, восхитился Чимин. — Мы всего лишь пару недель не виделись. — Почаще приезжайте в гости, чтобы так не удивляться, — в прихожую вплыл сильно беременный омега. — Рад вас видеть. Обняв Джина, он сказал: — Я смотрю, не только Тэён активно растёт. Как твои дела? Подхватывая под руку, Ким повёл его в гостиную, а Намджун тем временем поприветствовал Юнги и пошёл с ним в сторону кабинета, чтобы поговорить наедине. Мальчик вприпрыжку следовал за омегами. — Малыш хорошо развивается и всё чаще напоминает о своём существовании, — не успев договорить, Сокджин почувствовал «удар», поэтому остановился, приложив ладонь к животу. — Так сильно пинается? — с беспокойством спросил он. — Весьма ощутимо. Усевшись на диван, Чимин оглянулся. — А где Джун-хён и Юнги? Максимально непринуждённо Джин ответил: — Намджун хотел что-то уточнить насчёт бизнеса. Не переживай, скоро придут, и тогда сможем обсудить предстоящее торжество. Вы уже определились с датой? Чимин не заметил уловки и радостно произнёс: — Юнги предлагает вторую половину мая. — Не буду навязывать своё мнение, но первый день лета, как мне кажется, идеально бы подошёл для проведения столь знаменательного события. — Честно говоря, я ещё не до конца свыкся с мыслью, что выхожу замуж, поэтому назначение даты пока не является вопросом первой важности. — Понимаю. Я не мог поверить в течение двух или трёх месяцев после венчания. А потом увидел на тесте две полоски, и реальность обрушилась на меня, словно прорвавшаяся плотина. — Мы не планируем детей до тех пор, пока моя стопа полностью не восстановится. — Вполне разумное решение. Вы молоды, ещё успеете познать все прелести родительских будней, — он посмотрел на сына, который сидел перед ними на ковре и что-то рисовал. — Если к тому времени Уджин достаточно подрастёт, мы с мужем будем забирать вашу крошку, чтобы вы могли побыть вдвоём. — Не думаю, что это потребуется, но спасибо за предложение, — сказал Чимин. — Поверь, это ты сейчас так говоришь. А когда в течение нескольких дней подряд не сможешь нормально спать, потому что ребёнок постоянно плачет, поменяешь своё мнение. — Хён, зачем ты меня пугаешь? — Не пугаю, а предупреждаю. Мне не хочется, чтобы ты повторил мою судьбу. Никому такого не пожелаю. Чимин взял его за руку, чтобы выразить поддержку, а затем спросил: — Тебе страшно от того, что история может повториться? — Ты даже не представляешь, насколько, — тяжело вздохнув, ответил Ким. — Порой так сильно накрывает, что не получается с места сдвинуться. Мы с Юнги обсуждали этот вопрос на сеансе, но лучше не становится. Закончился пятый месяц беременности, роды всё ближе, а страх вновь не справиться всё сильнее. — А что Джун-хён говорит? — Тоже переживает, но старается не показывать. Иногда слышу, как он разговаривает с Уджином, думая, что я сплю. И забавно, и волнительно. — Как я могу помочь? — Если посреди ночи позвоню и попрошу приехать, сможешь это сделать? — переведя на него взгляд, спросил Джин. — Примчусь так быстро, как только смогу. — Спасибо, ты настоящий друг. После разговора по душам стало немного легче. Понимая, что тревоги в большинстве своём надуманы и не имеют под собой оснований, менее реальными от этого они не становились. — О чём болтаете? — в гостиную вошёл Намджун. — О том, что по твоей вине я снова беременный, — «ворчал» его супруг. — Джинни, я же не специально, — делая печальное выражение лица, альфа был готов встать на колени, лишь бы его задобрить. — Хочешь, сделаю вазэктомию, чтобы ты был спокоен? — Ещё чего? — омега нахмурился. — А если я в дальнейшем захочу малыша, что прикажешь делать? Нового мужа искать? Намджун не удержался от смеха, а Чимин к нему присоединился. — Над чем они смеются? — спросил зашедший в комнату Мин, держа в руках телефон. — Лучше не спрашивай, — махнув на них рукой, ответил Джин, сам едва сдерживаясь. — Где вы были? — утирая слёзы, спросил Чимин. — Хотел кое-что уточнить у Намджуна. Юнги постарался ответить нейтрально, но он забыл, видимо, что разговаривает со своей истинной парой, которой доступно считывать его эмоции с помощью запаха. — Мин Юнги, ты что, лжёшь мне? — Чимин не сводил с него глаз. — Вот и как тут сделать сюрприз? — глядя на друзей, вопрошал альфа. — Чимин, наберись терпения и скоро всё узнаешь, — пытаясь выручить друга, произнёс Джун. — Уверяю, любовь моя, ты не пожалеешь, — Юнги сел рядом и взял его за руку. — Ладно, так уж и быть, — сдаваясь их уговорам, ответил Чимин. — Раз все в сборе, идёмте ужинать, — скомандовал Сокджин. — Тэён, ты к нам присоединишься? — Да, папа, уже иду, — мальчик поднялся на ноги и взял его за руку. Следуя позади них, Пак тихонько спросил у Намджуна: — Как Тэён себя чувствует по поводу рождения брата? Не ревнует? С любовью глядя на сына, альфа ответил: — Он стал с бóльшим вниманием относиться к Джину. Порой садится рядом и прикладывает ухо к животу. — Какой же он замечательный малыш. — А я жду того дня, когда смогу увидеть своего крестника или крестницу. Уже не терпится понянчиться. Омега довольно улыбнулся. После того, как вместе поужинали и обсудили предстоящие свадебные хлопоты, гости отправились домой. — Когда ты расскажешь, что задумал? — спросил Чимин. Юнги бросил на него улыбающийся взгляд, а затем вновь сосредоточился на дороге. — Какой же ты любопытный. Если расскажу, это уже не будет сюрпризом. — А если мне не понравится? — не унимался омега. — Можешь насчёт этого не волноваться. Ты будешь в полном восторге. — Хорошо, верю на слово. Прибыв домой, они направились в спальню, чтобы подготовиться ко сну. — Я бы хотел пригласить Харуна на свадьбу, — сказал Чимин и тут же уловил изменение настроения благодаря запаху. — Что скажешь? — Уверен, что это хорошая идея? — не глядя на него, спросил альфа. — Ваше общение давно прекратилось. — Но он был важной частью моей жизни, поэтому хочу увидеть его на нашем празднике, — он подошёл ближе, чтобы обнять. — Ты ведь не станешь ревновать к моему прошлому? Сдаваясь его очарованию, Юнги улыбнулся. — Ладно, пусть приходит, но вместе с супругом. — Договорились. — А ещё было бы неплохо поближе с ними познакомиться. Может, пригласим на ужин? — предложил он. — Отличная идея, — Чимин привстал на цыпочках и поцеловал его в губы. — Но только после того, как пройдёт гон. Не хочу, чтобы ты кого-нибудь покусал. — Что ты такое говоришь? — «возмущению» не было предела. — Не настолько же я неадекватен. Чимин начал смеяться, по-прежнему удерживая его в своих объятиях. — Когда ты увидел нас перед танцевальной студией, я мог бы поклясться, что у тебя искры летели из глаз. — А нечего обнимать и уж тем более целовать чужих омег, когда дома свой есть, — возразил Юнги. — Разве я не прав? — Прав. Конечно, прав, — снова целуя, заверил омега. — Но идея с ужином мне нравится. Завтра с ним свяжусь и согласую дату. — Хорошо, а теперь идём спать, — подхватив на руки своё сокровище, альфа уложил в постель и накрыл их одеялом. — Ты мой омега. Никаким Харунам ничего не достанется. Слушая его причитания, Чимин не переставал улыбаться, а затем произнёс: — Я люблю только тебя и тоже не собираюсь никому отдавать. Довольный ответом, Юнги прижал его ближе к себе, вдыхая запах. — И я тебя люблю.