Превратности Судьбы-2. Рождённые вновь

Чонгуку тяжело давалось отсутствие рядом любимого человека. Он злился из-за всей этой ситуации каждый божий день. Даже заблокировал номер Тэхёна, чтобы не соблазниться и не позвонить, а ещё хуже – не желая получить звонок посреди ночи и не услышать тоску в его голосе. Хватило бы одного слова, чтобы он тотчас примчался. Нельзя такое допустить, должна же быть хоть какая-то гордость. И плевать, что сердце обливается кровью, а тело буквально разваливается на части. Нет. Он не станет унижаться и бежать по первому зову. Альфа знал, что у Тэ приближается течка, и ему больших трудов стоило себя заставлять не думать о том, что омеге придётся наглотаться подавителей, чтобы нормально работать, и они не смогут провести это время вместе. Грусть становилась особенно невыносимой, когда он ложился спать и под закрытыми веками видел карие глаза, загорелую кожу, красивую улыбку, приятный баритон, от которого в груди порхали бабочки. Тяжело вздыхая, парень мучился по полночи, не в силах расслабиться и отключиться хотя бы на несколько часов, чтобы восстановить душевный покой. Сознание играло с ним, не позволяя забыть звук голоса, вкус поцелуя, страсть желанного тела, тепло объятий, горечь слёз, что скатывались по любимому лицу. Ничего из этого не покидало его ни днём, ни ночью. Стадия отрицания того, что отношения безвозвратно закончились, сменилась гневом. Раздражало абсолютно всё, даже родители, которые смотрели с жалостью и молчали, понимая, что бессильны что-либо сделать. Срываясь в очередной раз на папу, который не вовремя что-то у него спросил, Гук испытывал вину и стыд, поэтому сразу же извинялся, но всегда слышал в ответ, что никто на него не сердится и всё в порядке. На работе тоже всё валилось из рук. Клиенты постоянно что-то требовали, а звонки и встречи не прекращались. Чтобы окончательно не сойти с ума, он стал вечерами ходить в спортзал и боксировать там до тех пор, пока не почувствует онемение в руках. Выжатый как лимон, парень возвращался домой и подолгу стоял в душе с закрытыми глазами, а потом начинал плакать. Звуки воды скрывали его жалкие завывания по человеку, которому он больше не нужен, точнее, с которым не мог быть вместе. Не следовало им начинать тайно встречаться. Это решение было как минимум глупым, а как максимум могло привести к потере работы как Тэхёном, так и Чонгуком. Игра не стоила свеч. Результат получился весьма плачевным. С другой стороны, они попробовали просто выполнять свои обязанности и не посягать друг на друга, но быстро сдались и, не успев моргнуть глазом, оказались в одной постели. Наверное, случившееся расставание можно считать закономерным, учитывая их неразумное поведение. Наивно полагать, что не будет последствий. Просто они не сумели должным образом подготовиться. Уволившись и буквально сбежав от Тэхёна в другой город, он искренне считал, что поступает правильно, так как альтернатива была бы во много раз хуже. Взаимодействовать, не выходя за рамки рабочих отношений, они точно не смогли бы. Продолжать встречаться, конечно, можно, но он понимал, что не должен подвергать опасности омегу, поэтому, как бы тяжело ему ни было, принял единственно верное решение. Попытка убедить себя в этом, увы, не всегда заканчивалась успехом. Сегодня он спокойно жил и помогал отцу, а на следующий день наваливались тоска и апатия. Его постепенно утягивало в депрессию, выходом из которой было полное избавление от присутствия Тэхёна, даже мысленного. Добиться этого удалось с помощью участия в подпольных боях, организованных бывшими школьными приятелями. Помимо неплохого заработка, так как он практически всегда выигрывал, бой на ринге помогал выпустить пар и очистить сознание. Приходя домой, когда родители давно спали, Гук обрабатывал мелкие ссадины на лице и руках, а затем со спокойной душой заваливался в постель и мгновенно засыпал. Потом неделю ходил на работу, отнекиваясь, когда отец задавал прямой вопрос, а на выходных снова выходил на ринг, чтобы выплеснуть все негативные эмоции и ощутить пустоту в голове. Юнги несколько раз звонил, интересуясь делами, откровенно плохо скрывая волнение и наверняка желая проверить дошедшие от отца слухи, что Гук ведёт себя странно. Убеждая его, что нет причин для волнения, он быстро заканчивал разговор, так как боялся не выдержать и спросить что-нибудь про Тэхёна, а вечером снова шёл на бой с очередным соперником, который, сам того не ведая, помогал ему избавиться от боли и тоски по омеге, с которым не мог быть вместе. Так прошёл май, а затем наступил июнь. Со временем этот вид психологической разгрузки перестал работать, и Чонгук перестал драться. Частично причина заключалась в предстоящем гоне, который обострил инстинкты. Тело по-прежнему нуждалось в разрядке, но уже иного толка, поэтому он всё чаще стал думать о Мисук. Тёмно-зелёные глаза смотрели на него заинтересованно, когда они пересекались где-нибудь в коридоре или в кафетерии. Пару раз она присоединялась к нему за столиком, мило улыбалась, слушала внимательно, иногда мимолётно касалась руки или плеча. Чонгук не рассматривал её как объект сексуального желания, но со временем понял, что девушка не прочь с ним встречаться. Надо быть глупцом или слепцом, чтобы не понять вполне очевидных сигналов. Он шёл по коридору и, увидев омегу, остановился, думая о том, как она весьма привлекательна, хотя первое впечатление было совершенно другим. Мисук откинула со лба рыжую прядь, безуспешно пытаясь справиться с ксероксом, отказывавшимся делать нужное количество копий отчёта. Она билась над ним уже добрых полчаса и явно проигрывала. — Как же заставить тебя работать? — Нужна помощь? — альфа заглянул в распахнутую дверь кабинета. — Привет, Чонгук, — девушка улыбнулась при виде него. — Спасай. Эта штуковина опять не хочет печатать. Парень рассмеялся, увидев, как она в обиде на бездушный аппарат надула губки, и поспешил на выручку. — Просто ты неправильно делаешь. Чонгук приподнял ксерокс, затем выключил и снова включил. Когда он прогрузился, сразу же выдал нужное количество листов. — Спасибо, — Мисук чмокнула его в щёку, слегка измазав красной помадой. — Что бы я без тебя делала? — Воспользовалась бы другим, и все дела, — Гук опешил от такого жеста с её стороны, даже слегка покраснел. — Был рад помочь. Развернувшись и собираясь уйти, он услышал за спиной приятный голос, который тронул что-то внутри. — Можно в качестве благодарности чем-нибудь тебя угостить? Надо бы ответить отказом, но мозг не нашёл для этого ни одной причины. Он свободен, она тоже, раз зовёт на свидание. Почему бы и нет? С момента расставания с Тэхёном прошло почти три месяца. Бессмысленно чего-то ждать, ведь их отношения закончились, а значит, надо двигаться дальше. Все эти мысли уже не первый день мелькали в сознании, особенно учитывая приближающийся гон. — Я не против, — в итоге ответил он. — Давай вечером сходим в бар или ресторан. — Хорошо, — омега соблазнительно улыбнулась. — Я заканчиваю в семь. Встретимся после работы или уже у входа? — Второй вариант мне нравится больше. — Запиши мой номер, — после того как продиктовала цифры, а Гук записал их, она добавила: — Жду звонка. — Обязательно позвоню. Проводив её взглядом, парень ощущал в груди пылко бьющееся сердце, а ещё небольшое стеснение в трусах. Стало даже стыдно от того, как легко ощутил возбуждение, но не нашёл в этом причин для расстройства. Желание омеги трактовалось вполне однозначно, поэтому грех не воспользоваться. Хорошее настроение сопровождало до конца дня, отчего с лица не сходила улыбка. Вернувшись домой, он столкнулся с папой. — Как же приятно видеть тебя в добром расположении духа, — сказал Ёнг. При виде родителя, альфа смутился, надеясь, что не придётся сейчас говорить о причинах такого состояния. — Извини, пап, очень спешу, — он проскользнул наверх, в свою комнату. Омега улыбался ему вслед, надеясь, что сыну действительно стало легче, так как смотреть на его страдания и не иметь возможности их облегчить было очень тяжело. Когда через полчаса за Чонгуком захлопнулась дверь, он мысленно пожелал, чтобы его мальчик снова обрёл счастье и смог двигаться дальше. Договорившись о месте встречи, Мисук и Чонгук увидели друг друга перед входом в довольно-таки дорогое заведение в их городе. Поскольку сегодня был вечер пятницы, народу внутри оказалось очень много. Громко играла музыка, алкоголь лился рекой. Альфа чувствовал свободу и лёгкость, находясь в компании молодой и красивой девушки, смотревшей на него с желанием, и радовался, что не стал отказываться. Вернувшись из туалета, он увидел новую порцию алкоголя на столике, за которым сидела Мисук. Опрокинув в себя стопку, альфа ощутил немного странный вкус, но не придал значения, так как глаза его спутницы загорелись ещё ярче, а горячие губы утянули в поцелуй, от которого закружилась голова. — Может, поедем ко мне? — спросила она. — Давай. Расплатившись, они заказали такси и поехали в квартиру девушки. Чонгук испытывал возбуждение, быстро поглотившее его разум, словно начался гон. — Позволь тебе помочь, — как сквозь вату, он слышал манящий голос. Нежные руки помогли избавиться от одежды, а потом уже стоявший колом член оказался во власти умелого рта. Мисук доводила его до чистого безумия, но не позволила кончить. — Ложись на кровать, — она быстро скинула с себя вещи и нижнее бельё. — Я сделаю всё сама. Просто расслабься и получай удовольствие. Где-то на краю его сознания настойчиво билась мысль о том, что нужен презерватив, но язык вообще не слушался, поэтому он решил довериться любовнице, надеясь на её благоразумие. Секс показался яркой вспышкой, а полученный оргазм, которого так сильно жаждало тело, накрыл приятной волной, после чего альфа практически сразу же уснул. Отдых продлился недолго, так как действительно начался гон. Значит, ему не показалось, когда ощутил перед поездкой в чужую квартиру непомерную жажду, но словно чем-то приправленную. Открыв глаза на следующее утро, он почувствовал ноющий член, доставлявший ему максимум неудобств. Рядом зашевелилась девушка, чьё обнажённое тело скрывалось под тонким одеялом. — Доброе утро, — промурлыкала она, сладко потягиваясь. — Как спалось? Снова бросив взгляд на вставшую плоть, он испытывал неловкость, но Мисук быстро взяла дело в свои руки, в прямом смысле этого слова, и за несколько ловких движений смогла довести его до разрядки. Гон набирал обороты, поэтому соображать практически не получалось. С трудом собрав мозги в кучу, пока снова не накрыло возбуждение, Чонгук произнёс: — Мне нужны подавители, иначе… — Не беспокойся, — девушка коснулась его губ поцелуем. — Я позабочусь о тебе, альфа. Кровь растекалась по венам, разнося желание обладать, и по большому счёту не имело особого значения, кто именно это будет. Раз нет возражений, значит, можно себя не сдерживать. Они провели в квартире Мисук три дня, изредка прерываясь на еду, сон или душ. Такое податливое и отзывчивое тело, снова задрожавшее от полученного оргазма, было приятно ощущать под пальцами, сжимая почти до синяков. Слушая громкие стоны, сливавшиеся с его, парень раз за разом терял голову, вбиваясь в женское лоно и сходя с ума от того, как там жарко и влажно. К концу воскресенья, когда сил практически не осталось, его мозг немного прояснился, и пришло страшное осознание, что они ни разу не воспользовались презервативами. Чонгук неоднократно кончал внутрь, поэтому могли быть последствия. — Не переживай, мой дорогой, я принимаю таблетки. Нет причин для паники. Мисук улыбалась, затягивая в поцелуй и седлая бёдра, чтобы вновь ему отдаться. Так много секса у него давно не было, а любовница казалась просто ненасытной. Конечно, это тешило самолюбие, но знатно вымотало. Вечером третьего дня, стоя на кухне, они целовались, хотя пришли поесть. — Спасибо за потрясающее время, — с улыбкой произнесла омега. — Мне было очень хорошо. Надеюсь, что и тебе. — Да, можешь не сомневаться, — тело приятно гудело от усталости, поэтому клонило в сон. — Давай всё-таки поедим, а потом я поеду домой. — Не нужно уходить. Оставайся на сколько захочешь. — Спасибо, Мисук, но мне лучше вернуться. Не сердись. Мы увидимся завтра на работе. Девушка не стала спорить, но явно не обрадовалась. Поужинав, альфа отправился к родителям. Стоило ему переступить порог дома, как он тут же услышал: — Чон Чонгук, где ты был? — Ёнг места себе не находил от волнения, думая, что с сыном что-то случилось. — Почему не брал трубку? — Прости, папа, не хотел тебя расстраивать, — альфа виновато опустил голову, а сам думал лишь о том, чтобы рухнуть в постель и проспать целые сутки. — Мы с друзьями уехали за город. Телефон не ловил. Недовольно покачав головой, омега сказал: — Отец уже хотел подавать заявление в полицию. — Надеюсь, ты отговорил его? — испуганно спросил Гук. — Отговорил, — со стороны лестницы послышался мужской голос, который Юнги унаследовал до мельчайших интонаций. — Ты представляешь, как сильно мы переживали? — Извините меня, пожалуйста. — Где и с кем конкретно ты был? — строго спросил отец. — Какая разница? Я жив и здоров. Не нужно устраивать допрос. — Послушай внимательно, молодой человек, пока ты живёшь в этом доме, имей к нам хотя бы каплю уважения. — Хорошо. Раз вы так хотите знать, я был с девушкой. Начался гон, поэтому мы провели у неё это время, — Чонгук разозлился, но также изрядно покраснел, поскольку разговоров о сексе с родителями у него не было с пубертатного возраста. — Довольны? Не дожидаясь ответа, он поднялся на второй этаж и хлопнул дверью. Ему действительно было стыдно, но он взрослый человек и имеет право на личную жизнь. Приняв душ и сменив одежду, парень немного успокоился и спустился в гостиную. — Простите, я правда не думал, что так получится. — Надеюсь, обойдётся без последствий? — спросил Суюнг, внимательно глядя на сына. — Кто эта девушка? Мы знаем её? — Отец, пожалуйста, мне неловко такое обсуждать. — Я спрашиваю не из праздного любопытства, а чтобы понимать, к чему готовиться. — Всё нормально, ясно? Давайте просто закроем тему. — Сынок, если ты уверен, что ничего не случилось, мы верим, конечно, но хотели бы знать, что ты понимаешь риски, — Ёнг пытался мягко донести их позицию. — Ты не принимал подавители, как я понимаю, раз пропал на три дня. Поэтому мы и спрашиваем, чтобы иметь полное представление о возможных последствиях. — Никаких последствий, — парень сел рядом и взял папу за руки. — Мисук сказала, что принимает лекарства. Нет причин для волнений. — Постой, ты говоришь о сотруднице моей фирмы? — уточнил Суюнг. — Да. Мы с ней неплохо общаемся, а в пятницу решили выпить, но в итоге случилось то, что случилось. — Вы с ней встречаетесь? — Отец, пожалуйста, — взмолился парень. — А что «отец»? — он не одобрял безрассудный поступок сына и не собирался спускать всё на тормоза. — Поскольку вы являетесь коллегами, я должен понимать статус отношений, чтобы не возникло конфликта интересов. — Между нами ничего нет, — уверенно произнёс Гук, — кроме секса. — Надеюсь, она об этом знает, — мужчина не переставал хмуриться. Ёнг примирительно сказал: — Давайте немного успокоимся и выдохнем, — затем обратился к сыну: — Раз девушка не претендует на твоё сердце, хорошо. Главное, чтобы всё было по взаимному согласию. — Можно я пойду спать? Завтра всё-таки на работу. — Вы с ней и так пропустили сегодняшний день. Странно, что ты вообще вспомнил о своих обязанностях. — Отец, только не наказывай её за это. Договорились? — Хорошо, — Суюнг поднялся на ноги. — Раз ты готов проявить ответственность за свой поступок, я вычту штраф за её прогул из твоей зарплаты. Понимая, что спорить бесполезно, да и к тому же отец прав, парень молча кивнул. — Увидимся утром, — сказал омега и подставил сыну щёку для поцелуя. — Доброй ночи. — И вам. Вернувшись к себе в спальню, Гук взял телефон, который до этого стоял на зарядке, и увидел кучу пропущенных от родителей и даже парочку от брата. — Привет, хён. Звонил? — Ты куда пропал? — гневался Юнги. — Родители места себе не находили. — Хотя бы ты не кипятись. Мне хватило отца. Сейчас всё расскажу. После того, как он закончил своё повествование, старший брат произнёс: — Не хочу учить жизни, но, надеюсь, ты понимаешь, как рискованно себя повёл. — Понимаю. Но всё под контролем. В трубке послышался вздох. Юнги думал над тем, стоит ли говорить или нет. — Через две недели у нас с Чимином состоится свадьба, а мой шафер по-прежнему в другом городе. — Не беспокойся. Мы с родителями приедем за три дня до церемонии и поможем с подготовкой, украшениями и всем, чем скажете. Как и обещали. — Что-то я переживаю, Гук. — Если успел облажаться, можешь мне сказать. Клянусь, что не выдам твою тайну, — парень улыбался. — Или боишься, что Чимин передумает? — Я уверен в своей паре, но терзают сомнения, что не справлюсь. — С чем же? С первой брачной ночью? — Брось паясничать, — сказал Юнги — Я же с тобой о серьёзных вещах говорю. — Не сердись, хён, и не переживай, — он вздохнул. — Помни о том, что вы непросто пара, а истинные. Каковы шансы встретить человека, которого сможешь любить до конца дней? — Думаю, что не очень высокие. — Вот поэтому вдвойне цени встречу с предначертанным, — Гук снова ухмыльнулся. — Вы просто созданы друг для друга. Оба коротышки и жутко правильные. Аж бесите. Юнги рассмеялся, прежде чем ответить: — Я припомню тебе коротышек при встрече и отвешу подзатыльник. — Если допрыгнешь, — он явно издевался. — На всякий случай захвати табуретку. — Ах ты мелкий засранец. Сейчас позвоню отцу, чтобы он загрузил тебя работой до самой поездки. Может, тогда научишься относиться к старшим с уважением. — Он только что лишил меня части зарплаты и наверняка завалит работой даже без твоей подсказки за то, что я пропал на несколько дней. — Всё правильно. Чтобы в следующий раз думал головой, а не членом, — сказал Юнги. Чонгук улыбался, слушая нравоучения брата и чувствуя в душе тепло. Роднее и ближе человека, с которым говорил сейчас по телефону, у него никогда не было и вряд ли будет. Даже если он сможет найти омегу, с которым заключит брак и создаст семью, это не отменит того факта, что старший брат, пусть и не родной, а лишь двоюродный, останется самым важным и нужным. — Спасибо, что беспокоился обо мне, хён, и прости, что не нахожусь рядом. — Может, вам с Тэхёном стоит встретиться и поговорить? — Он не захочет меня видеть, — с тоской сказал парень. — Не будь так уверен. Ему недавно пришлось испытать сильный стресс, и явно не помешала бы поддержка. Услышав это, Чонгук аж подскочил на ноги. — Что случилось? — Разблокируй номер и позвони. Если он захочет, то расскажет. А если нет… — Пожалуйста, не мучай и скажи сам. Несмотря на то, что дал обещание молчать, Юнги всё же решился поднять тему о похищении. — Неизвестный пытался его похитить, но полиция вовремя обнаружила и обезвредила преступника. — Он пострадал? — задав вопрос, Чонгук замер на месте, страшась того, что может услышать. — Физически нет, только морально. — Почему раньше не сказали? — в его голосе слышалась обида. — Тэхён запретил, так как не хотел беспокоить. Опустившись на край постели, парень провёл ладонью по волосам. — Эй, ты ещё здесь? — спросил Юнги. — Почему всё так ужасно складывается? — Отвечу словами моего будущего супруга. Если вам суждено быть вместе, никакой контракт не станет помехой. Звучало очень вдохновляюще. Вот бы ещё это являлось правдой. Оглядываясь в прошлое, Чонгук практически не сомневался, что им не суждено идти рука об руку. — Боюсь, шанс упущен, — с грустью произнёс он. — По крайней мере, с моей стороны. Учитывая произошедшее на выходных, я вообще не имею права об этом думать. — Брось, Гук. Ты взрослый альфа, да и он давно не подросток, — сказал Юнги. — Что ты имеешь в виду? — Перестаньте делать вид, что ничего друг к другу не испытываете, и начните искать выход из сложившейся ситуации. — А ты уверен, что он существует? — Ответить на данный вопрос можете только вы вдвоём. Снова поднявшись на ноги, Чонгук подошёл к окну, за которым расстилалась ночь, а затем произнёс: — Больше всего на свете я хочу снова его увидеть и обнять. — Не побоюсь сказать, что Тэхён хочет того же. За время, что он гостил у нас, я лишь сильнее укрепился в этой мысли. Слова брата ранили и радовали одновременно. Дарили надежду и при этом вгоняли в страх, что всё может оказаться лишь миражом, который тотчас растает, если попытаться к нему приблизиться. — Надеюсь, ты говоришь серьёзно, а не просто хочешь заманить меня в столицу. — Одно другому не мешает, — честно ответил Юнги, улыбаясь. — Приезжай, как будешь готов, и поговори с ним. — Хорошо. До встречи. Завершив звонок, парень лёг на кровать и уставился в потолок. Перед мысленным взором появился Тэхён, по-прежнему живший в его сердце. Вспоминая небольшой отрезок времени, от момента их знакомства до расставания, он точно знал, что всё было по-настоящему. Это не просто интрижка на пару ночей, как произошло с Мисук, а сильные чувства, которые так и не удалось из себя вырвать. И вряд ли удастся в дальнейшем, учитывая, как отреагировал на новость о произошедшем с Тэхёном. Захотелось немедленно поехать в Сеул и убедиться, что с ним всё в порядке. Закрыв глаза и воскрешая в памяти прекрасный образ, Чонгук ощутил в глазах слёзы. Как же сильно он скучал по тёплым объятиям, страстным поцелуям, тихому шёпоту в ночи. От осознания, что до сих пор любит, стало печально. Предложение брата по поводу встречи с Тэхёном не лишено смысла. Возможно, это поможет наконец отпустить его, чтобы двигаться дальше. Или же стоит искать выход, если таковой для них существует? Перебирая возможные варианты, начиная от тайных встреч, пока не закончится контракт, и заканчивая тотальным игнорированием, как он делал сейчас, Чонгук так и не смог ни на что решиться. Сон пришёл нескоро. А когда это всё-таки случилось… Альфа сидел перед могучими дубовыми створками, из-за которых слышались крики и стоны его омеги, пытавшегося отрешиться от бремени. В голове билась мысль о том, как сильно он боится их потерять. Ожидание превратилось в тягостную муку, сводя с ума и толкая в плен отчаяния и страха. Теряя последние остатки самообладания, он резко встал на ноги и намеревался войти внутрь, так как сидеть и слушать не было больше ни душевных, ни моральных сил. Всё существо стремилось это сделать с самой первой минуты. Когда оказался внутри помещения, альфа увидел чудесную картину, от которой замер на месте: обессиленный, но такой счастливый Тэхён прижимал к груди маленький комочек, который он только что произвёл на свет… Резко сев на постели, парень огляделся по сторонам, пытаясь сообразить, где находится. Из глаз по непонятной причине текли слёзы, а сердце в груди учащённо билось. Что именно снилось, он не смог вспомнить, поэтому лёг обратно, стараясь успокоиться. Снова засыпая, Чонгук подумал о том, что завтра же поедет к Тэхёну. От этой мысли на лице появилась улыбка, тело расслабилось, а сознание уже рисовало, как произойдёт их встреча.