Часть 1
— Играть бы тебе а шахматы, а не по полю бегать, мелкий, — точная цитата тренера Финстока. Но мать настаивала. Он, с горем пополам, согласился и, видя в глазах мальчишки явное нежелание, произнес:
— До первого проеба, — сухо отрезал он и, уходя, кинул секундный взгляд на Уорнера, который едва заметно кивнул ему.
Пятнадцать кругов вокруг поля, разминка во всей амуниции, проверка каждого нового игрока на умение делать все и сразу. Снова бег.
Время тянулось ужасно медленно, однако уже вскоре был поиск новых нападающих среди новичков.
— Давай, Уорен, ты последний. Побежал и забил. Или попытался забить. Хотя бы раз за сегодня, — тренер, слегка раздраженный от нерасторопности горе-игрока, дунул в свисток, разворачиваясь в сторону трибун
— Я Уорнер, — он закатил глаза, прежде чем побежать на защитников, маневрируя и замахиваясь клюшкой.
— Твою-то мать, — раздался голос позади, когда мяч прилетел прямо в клюшку вратаря.
Вратарь прокрутил в руках клюшку и подкинул мяч, который достал из неё, уходя с поля. Сзади послышалось недовольное ворчание.
— Ой, — Уильям увидел защитника, который держал шлем в руках и губа которого кровоточила. — Сильно болит?
— Что у вас там происходит? — раздался голос тренера. — Давайте валите с поля. И побыстрее.
— Нормально, — брови были сильно нахмурены, а пульс учащен. Хоть вампирские слух и зрение он унаследовал, однако сейчас, когда парнишка напротив него немного, но истекал кровью все же, это было ему не на руку.
— Ты врёшь. Илай, да? — он подошёл ближе, поджимая губы и кусая внутреннюю сторону щек, пуская кровь и успокаиваясь. — Скажи тренеру!
— Да. А ты?.. — он слегка наклонился голову, пытаясь понять, кто перед ним, сквозь шлем. — Зачем тебе это? Я зла на тебя не держу.
— Я Уильям. Я сижу через парту от тебя на математике. И я не хочу играть в лакросс.
— Ребята, есть какая-то проблема?
— Скажи, что я врезал тебе, — он оглянулся, видя, как Финсток приближается. Сглотнув, он толкает Илая, уперев руки ему в грудь. — Ну же!
— Да что ты?.. — на секунду потеряв равновесие, но сумев устоять на ногах, Илай повернулся, чтобы увидеть мужчину, и собирался было сказать что-то, но вперёд него раздался свисток чуть ли не у его уха.
— Я повторю вопрос: что у вас происходит? — раздражённо уперев руки в бока произносит тренер.
— Этот парень чуть не сломал мне нос, — прежде, чем ответить, Хейл, бегло оглядывает Уильяма, который всем видом умоляет подставить его.
— Так и есть, — он кивнул, сжимая клюшку в руках. — Я сделал это. Намеренно.
— Ты пытаешься вылететь из команды, так и не попав в нее, пацан? — он выгибает бровь, цокнув языком.
— Я всей душой хочу играть! — широко раскрыв глаза восклицает Уорнер, имитируя возмущение.
— У тебя получается, — Финсток тяжело вздохнул, игнорируя слова юноши. — Передай матери, что в команде не хватило места.
Едва он развернулся, Уильям с широкой улыбкой на лице подошёл к Илаю, хватая его за плечи:
— Спасибо! — улыбается он, оказываясь слишком близко к Хейлу, из-за чего в нос вновь ударил сильный запах крови, заставляя отойти на пару шагов. — И еще прости меня за это!
Он радостно убежал в сторону раздевалки, по пути вновь разворачиваясь к нему, складывая ладони вместе и одними губами благодаря его.
Илай кивнул. На лице появилась улыбка. Парень взял шлем и клюшку и убежал переодеваться.
Они снова встретились в раздевалке, когда Уильям уже собирался уходить.
— Ты точно в порядке? — он поворачивается к Хейлу, держа в руках свою футболку и лёд, завернутый в полотенце. — Может нужно приложить?
— Не откажусь, — он протянул ладонь, забирая пропитывающееся тающим льдом, случайно касаясь чужих, успевших намокнуть пальцев.
Пульс участился у обоих. Взгляды заметались по комнате, когда они отвернулись друг от друга.
Так он и познакомился с… тем, кого бы его семья не одобрила для абсолютно любого контакта. С оборотнем, который столкнулся с такой же проблемой.— Ага, — они сидели на крыше автомастерской, коей заправляли Дерек с Малией, смотря на них, работающих на свежем воздухе. — Это мой отец, а это… Тётя. Двоюродная, получается. Если её отец мне двоюродный дед.
— Получается так, — Уильям посмотрел вниз. — И ты… как бы помягче сказать… отличается?
— Ага. Как и ты от своих.
Общие проблемы и разногласия с родителями на почве одного. Общие комплексы из-за этого. Общие интересы и увлечения. А позже, как выяснилось, и общее желание находиться максимально близко. Мать говорила что он, будучи не совсем полноценным вампиром, не может полностью понять их природы, а потому может заблуждаться в представлении многих — если не всех — аспектов их жизни. Ни «Дракула» Брэма Стокера, ни «Сумерки» Стефани Майер или «Мертвые тени» не передают этого таким, каким все действительно является. Кровь, например, пить можно любую. Даже кровь мертвых — она не будет для вампира ядом как в «Интервью с вампиром» или «Сверхъестественном». Лишь рекомендуется пить более свежую кровь у более здоровых людей. Или не людей. Мать говорила не пить кровь оборотней, так как она невкусная. Подтвердила свои слова тем, что в злосчастных «Сумерках» правда только в том, что вампирам противен их запах.— И не смотря на это, она все равно решила переехать сюда, — рассказывал он однажды Илаю. — В город, столетиями охраняемый стаей.
От Илая он не чувствовал сильного «собачьего», как выражалась мать, запаха. Лишь шлейф, будто он погладил какого-то щенка минут десять назад. Да и кровь у него не такая противная на вкус, как его в этом убеждали.— Я точно могу?
— Это меня вампиром же не сделает?
— Укус не может сделать вампиром того, кто уже является оборотнем. Или еще кем-то сверхъестественным.
— Одно лишь название, — Илай закатил глаза. — Куда кусать собираешься?
— Обычно это делают за шею или запястье. Но запястье будет слишком заметно, а шею прикрыть можно, осень мерзлая, все-таки.
— Ну начинай тогда. Сделай меня своей подопытной крысой.
— Умолкни, — с улыбкой произнес Уильям.
Его челюсти сдвинулось друг другу навстречу, слегка прокусывая кожу в изгиб шеи — чтобы уже точно без водолазки не заметили — и придерживая Хейла за плечо и шею сзади. Послышался громкий вздох:
— Не сорвешься? — В ответ ему молчание. Конечно же не сорвется.
Уильям сделал пару неуверенных глотков — в первый раз такое пробует, все-таки, — стараясь не причинять этим боли. Видимо безуспешно, ибо Илай заметно хмурил лицо, а вкус изменился с немного сладкого и приятного на более резкий, из-за чего он отряпнул.
На шее осталось два следа, как если бы Илая укусила ядовитая змея.
— И совсем не больно, — потирая место возле укусов пробубнил юный оборотень.
— Само собой, — Уилл взглянул на то, как его друг растирает это место, и положил на его руку свою. — Не стоит. Это как укус комара, расчешешь — и хуже будет.
Он сделал небольшую паузу:
— Я… Я видел, как мама снимала боль своим ухажерам-людям, которые решали ей вот так же довериться, но не знаю, насколько этот способ действенен. Может, она совсем другим воздействовала на их восприятие боли. Я не могу сказать точно.
— И что она делала? — взгляд Илая на секунду столкнулся со взглядом Уильяма, но тот вновь опустил его. Он нерешительно наклонил голову к тому же месту и вернул руки в прежние места, будто собираясь вновь укусить его, но он трепетно прижался своими губами к изгибу его шеи. Уильям точно чувствовал, как участилось сердцебиение Илая, как кровь прилила к щеками а губы раскрылись в немом вопросе, а после снова сомкнулись, тут же открываясь вновь:
— Правда помогло… — донесся тихий голос Илая, когда смущенный Уильям сделал шаг назад. Его взгляд зацепился в слегка испачканный его же кровью уголок губ. — У тебя здесь… Иди сюда, — он схватил влажные салфетки со стола, собираясь уже достать, но Уильям остановил его:
— У них просто ужасный запах. Значит, и вкус подавно. Лучше водой или…
Или губами Хейла-младшего, которые сминали его собственные. Или его языком, который, скользнув по уголку губ и слизнув свою же кровь, неумело новорил углубить поцелуй. Или его руками, которые цеплялись за плечи Уильяма, который готов был взорваться от избытка чувств в этот момент.
— Теперь ты точно будешь пахнуть мной, — едва слышно произнес Уилл, тяжело выдыхая и не сводя глаз с чужих влажных и припухших губ.
— А ты мной, — губы Илая, находившиеся так близко, что почти прижались к губам напротив в целомудренном поцелуе, растянулись в блаженной улыбке.
— И мы оба получим наказание от родителей.
Получили. Илай — долгий серьезный разговор с отцом, а Уилл тотальный контроль своих передвижений и переписок. Но кто запрещал ему появляться в школе, где он мог видеться с Илаем? Никто. А младшая сестра не могла следить за ним там, ибо училась в младшей школе, поэтому у них была полная свобода действий.— А какую кровь вы пьете? — Илай подвинул в сторону Уилла то, что осталось от его обеда, начав писать эссе по истории, который задали на дом три дня назад.
— У каждого свои предпочтения, — Уорнер достал и предложил ему свое готовое, но тот отказался. — Мы не все принципиальные.
— Нет, я не об этом, — Хейл покрутил ручку меж пальцев, обдумывая начало. — Венозную или артериальную?
— А-а, — он через стол протянул руку к шее Илая, парой пальцев касаясь тех мест, где еще недавно были следы от его клыков, и указал на их расположение. — Артериальную. Она более «чистая», ибо профильтрована печенью и почками. Я как-то пробовал свою венозную, и она была хуже.
— Может, вампиром не стоит пить кровь вампиров?
— У вампиров нет крови. Я один такой.
— Не зазнавайся, — Илай усмехнулся, вновь выводя буквы на бумаге, и несильно пнул Уилла в ногу.
— Да и моя артериальная тоже была очень вкусная, — Уорнер коснулся щиколотки Хейла и двинул ногой вверх настолько, насколько это позволяли чужие джинсы, в ответ чувствуя, как кровь стала циркулировать быстрее по кровотокам оборотня.
— Комары могут это подтвердить? — он склонил голову ниже, пряча смущенное лицо за волосами. Послышалось тихое «мы в школе, идиот».
Единственным препятствием мог стать запах, но после школы он смотрит за тренировками спортсменов, поэтому легкий волчий шлейф Илая с легкостью перебивался потом двадцати пубертатных подростков. Середина учебного года приблизилась с неимоверной скоростью. На днях должен был состояться зимний бал старшеклассников, а семейства Хейлов и Уорнеров расспрашивали отпрысков о том, есть ли у них пара, в чем они пойдут и хотят ли идти вообще. — Мне не нравится, что тот парнишка будет там. Ты снова будешь проводить с ним все время. — Ну и что с того? Мы довольно хорошо ладим.— А то, что он — вампир, Илай, — Дерек тяжело вздохнул.
— Он никого не убивает!
— Это не причина общаться с оборотнями, Уильям, — женщина потерла глаза от раздражения. — Мне не прельщает возможность общения с Хейлами.— У них есть запасы крови, они не убивали после рождения Уильяма!
— Тогда почему его любезнейшая мать за это время сменила трех мужей? Как ты думаешь?
— Будет задавать тупые вопросы о моих браках! Лучше бы за собой следил, пес, — на слова матери Уилл потер лицо руками. Как же с ней было сложно. — Может ты просто будешь игнорировать его вопросы?— Вы уже знакомы, да?
— Не твое дело, знакомы мы или нет. Тебя это не касается!
Тяжело вздохнув, парни бросили затею разговора с родителями и пошли по своим комнатам, где наглаженные костюмы и галстуки уже ждали своего звездного часа, который наступил спустя два дня. — Мне все еще не нравится, что ты идешь, но я надеюсь на твое благоразумие и что ты не будешь зажиматься с этим недооборотнем в туалетной кабинке. — Я не буду. Там воняет. — Ты доязвишься, Уильям, — ледяным голосом произнесла его мать, поправляя его растрепанные волосы и, наконец, отпуская его. — Как ты ужасно завязал галстук. Мы же много раз тренировались, Илай, — донесся до них голос Хейла-старшего из только что припарковавшейся Камаро их семейства. — Я не понимаю, как это делать. Лучше бы фейковый купил, — пожаловался он, стягивая с себя галстук и сжимая его в ладони, краем глаза замечая у входа в школу Уорнеров. — Илай. — Твои отношения контролировали, когда ты был в моем возрасте? — Я, в отличие от некоторых, не встречался с вампирами. — Зато ты встречался со мстительным друидом! — Илай! — голос Дерека стал резче. — То, что они не убивают людей, не делает их семью белыми и пушистыми. — Пушистые тут вы, — закатывая глаза пробубнила вампирша, зная, что они слышат ее. — Постарайся насладиться вечером, — проигнорировав ее комментарий, произнес мужчина, а следом сверкнул на нее голубыми глазами. — Детский сад, — Уильям покачал головой, смотря как Дерек возвращается в машину, но не уезжает, а его мать ждет, когда его сын войдет в здание, чтобы пустить внутрь своего лишь через несколько минут после. Парни обмениваются короткими взглядами и едва заметными улыбками, и Уорнер не выдерживает. Скинув ладонь матери с плеча, он подходит ко входу в школу, чтобы остановить Хейла и, поцеловав его на глазах у их родителей, лично повязать ему галстук.
