Неудобные вопросы

      Вот уже больше пятнадцати лет прошло с того дня, как Шан Цинхуа связал свою жизнь с королем северной пустоши священными узами брака. Они не только отбили три поклона в красных одеждах, как положено в мире людей, но и соблюли демонические свадебные обычаи, пусть и были весьма... Своеобразными.       Честное слово, о чем он думал, когда прописывал всякие извращения?!       Но, кхм-кхм… Это было давно. (И об этом в другом фанфике…)       Недавно его старшей дочери стукнуло четырнадцать лет, сыну через время исполнится тринадцать, а вот младшей принцессе осталось немного до одиннадцати. Цинхуа мысленно (а иногда и не мысленно) плакал каждый раз, когда думал о том, как быстро его дети выросли. Казалось бы, совсем недавно ему приходилось качать их на руках, учить ползать, ходить, разговаривать, а сейчас… А сейчас уже такие самостоятельные, взрослые, умные, милые, красивые и…       О нет, кажется Цинхуа опять пустил слезу! Что поделать! Да, он был очень сентиментальным родителем! Да, быть может, он и разрыдался, когда впервые услышал: «Я могу сам почитать себе сказку, баба, всё в порядке!» Но это же его дети, в конце концов! И они всё ещё маленькие! — Баба, ты о чём-то задумался? — из чувственных раздумий Шан Цинхуа вывел голос его сына, Янмина.       Умилившись из-за его милого личика и чистых, наполненных невинностью и простотой глаз, бессмертный мастер погладил ребёнка по чёрным волосам и улыбнулся. — Не обращай внимания, эрцзы. Баба всегда о чём-то да думает, хах! — Потому что баба очень умный.       Шан Цинхуа глянул на эту детскую и совершенно точно самую искреннюю, сверкающую и красивую улыбку, и его сердечко сжалось от любви. Ах! Малыш, пожалей своего старика! — И, баба, я тут подумал… — Слушаю! Что ты хочешь узнать, гуайгуай?       Старший потрепал мальчика за щёку, на что тот чуть отодвинулся. Разумеется, Мобэй Янмин очень-очень сильно любил, уважал и восхищался своими драгоценными родителями. А особенно сильно был привязан к человеческому родителю. Но порой его гиперопека… Раздражала и смущала одновременно.       Янмин потоптался на месте, что делал всегда перед тем как спросить что-либо или же попросить. Шан Цинхуа всегда считать эту привычку сына до ужаса милой и прелестной. Его Сяомин (как и Сяохуа, как и Сяомэй, его любимейшие девочки) такой очаровательный мальчик!       Да, как вы можете понять, Цинхуа был без ума от своих детей! Никого и ничего в обеих жизнях он не любил так сильно! Да, даже Мобэй-Цзюня! — Баба, скажи, пожалуйста, ты никогда не думал… Почему мы носим шубы? — А? Чтобы не замерзнуть, конечно же! Это ведь северные пустоши, тут очень холодно! — Да, но в том-то и дело. Мы все, кроме тебя, баба, северные демоны! А значит не чувствуем холод! Зачем нам шубы? Разве не будет куда выгоднее не носить их? На одну такую уходит немало ресурсов и денег, можно было бы хорошо сэкономить.       Несмотря на то, что слова мальчика были более чем логичными, мастер Шан почувствовал боль в сердце, словно ему нож в грудь воткнули. И главное кто именно! Его драгоценный эрцзы! Цинхуа, вероятно, весь побледнел, потому что Гунмин испуганно замолчал, а затем спросил настороженно: — Баба?.. Ты в порядке? — Во-первых, — проигнорировав этот вопрос, начал Цинхуа. — Ты не ледяной демон как твой отец. Ты лишь наполовину ледяной демон, а на вторую половину ты человек, — твердо и строго произнес он, поправляя воротник мальчика. — А во-вторых.       Янмин аж сжался под этим взглядом, чувствуя себя невероятно маленьким, хотя был не настолько уже ниже своего человеческого родителя. Тот крайне редко говорил с ними в таком тоне, предпочитая деток больше баловать и воспитывать в мягкости, так что эти нехарактерные ему моменты злости были в самом деле жуткими. — А во-вторых, — повторил Шан Цинхуа. — Я запрещаю тебе общаться с Шэнь Цинцю.       Это было неожиданно! — Но баба! Почему?!       Для юного принца это было действительно жутким наказанием. Лорд пика Цинцзин был очень уважаемой и важной фигурой в глазах мальчика, к тому же он приходился лучшим другом его старшего ребенка. И мало того, что ему собирались запретить общение с человеком, которого он считал чуть ли не своим вторым… третьим отцом! Да и вообще, при чем тут он?! — Он плохо на тебя влияет! — тут же ответил а-де тоном, который не терпел возвражений.       Он будто бы вернулся в свою прошлую жизнь, когда в комментариях ему тоже нередко писали о том, что вообще-то демоны, которые комфортно живут в снежных пустынях, не должны носить зимнюю одежду. Ну и что, что он добавил эти чертовы шубы лишь ради секси-демоны-трахни-меня-Мобэя?! Это база, на минуточку!       Ох уж этот Огурец! Он явно промыл мозги его ангелочку! — Баба! — абсолютно обиженно воскликнул мальчик, хмуря черные бровки. — Я всё сказал!