4 троллейбус

Вот уже почти 10:20. Макс в очередной раз достает телефон из кармана штанов и включает экран. У него время спешит на пару минут, вот и приходится в уме считать, через сколько приедет поезд с другом. А на рабочем столе 10:22. Значит сейчас прибудет. На платформе также стоят люди смотря то в одну сторону, то в другую. Не всегда понятно, откуда пойдут вагоны и с какой стороны начинается их нумерация. Все начинают смотреть в гаджеты, поднимается шум. Видно, погода тяжело сказывается на нервную систему тех, кто сейчас решил выйти на улицу. Жара невыносимая, пот льется как из ведра. И никакой ветер не спасает ситуацию, ибо от духоты не убежишь. Но вот, с востока спешит поезд, и тут же становится легче. Свежий, прохладный воздух бежит вслед за пассажирскими вагонами и народ, как стадо баранов, ведется на это. Омск стоит партизаном да молчит. Посматривая на окна вагонов, пытается вспомнить номер друга. ‐ Ну, вроде 7, — сказал про себя Макс и пошел к концу перрона. толпа разбилась на маленькие кучки семей, друзей, и они постепенно уходили к подземному переходу. Поэтому наш паренёк стоял рядом с дверью поезда и смирено ждал. Пока Омск наблюдал за выходящими, кто-то резко хлопнул по его плечу. Юноша подпрыгнул на месте и сразу обернулся. Его встречала уж больно радостное лицо. — Господи, боже! Ты что так пугаешь?! — говорил Макс, вытирая пот с лба. Его дружище громко заулыбался во все 32 зуба. — Ну, нравится мне пугать других. Что, было старшно? — спросил Петропавловск с весельем. — Да я в ахуе! — повысил голос Макс, пока его товарищ поднимал сумку. Рядом стоящие люди обернулись на тех ребят и начали шуметь. Молодые ржали с услышанного, бабушки осуждали, а проводник пялился на двоих ребят. Те немедля шагали к переходу. На пути смех не прекращался. Омск на пальцах считал, сколько раз его пугал Паша. Но как только пальцы закончились, на входе в главный корпус ж/д раздался хохот. Угарали над всем, чем можно. Охранники уже хотели вывести их, но Петропавловск кинул сумку для проверки в сканере. Не увидев ничего подозрительного, работники вокзала отпустили и продолжили осматривать других. Стоя на крыльце, Макс быстро набирал адрес здания в приложении для такси. Казах глядел по сторонам, наблюдал за людьми. Они толпами шли на ближайшую остановку с чемоданами. Кто-то так же звонил знакомым, чтобы их забрали. На парковку приехали несколько белых машин, и семьи сразу же шли к ним. Паша уже отвык от такой картины и искрене наблюдал за происходящим. Но ему мешали смотреть приезжие маршрутки, на которых красовались надписи «Омск — Павлодар», «Омск — Астана» и так далее. — Вот ты мне скажи, кто захочет в такую погоду ехать в абсолютно другую страну, да ещё в маршрутке? — вскинув брови, спросил у друга Петропавловск. Русский нервно тыкал в свой смартфон, нахмурившись. — Кому надо, тот и едет. А вот мы походу не уедем -С чего это вдруг? — Такси отменил заказ. — И? В чем проблема уехать на автобусе? — Ты реально хочешь стоять в забитом троллейбусе в +30°? — Эт, мы и в прошлый раз так ехали и ничего, не сдохли — на лице Паши появилась приятная улыбка от нахлынувших воспоминаний. — Не сравнивай. Тогда дождь лил невыносимо. И вообще, октябрь и июнь разные вещи. В одном случае, ты упадешь в лужу или тебя забрызгает твоя же маршрутка. В другом случае, ты получишь тепловой удар на ост… — Да понял я! Чего бухтеть то — неожиданно дерзнул казах. Он тревожно забегал глазами по улице в поиска чего-то. Резко закинув свой багаж на плечо, начал спускаться по ступенькам и направился в сторону привокзального сквера. Макс сорвался с места и побежал за ним — Я так понимаю, тебя уже ничего не убедит, — вымолвил Омск, плетясь за спиной спутника — Конечно! Последнее слово за мной! — смеявшись, говорил Павел. Тон голоса не вызывал явную радость — Чтож, ведите меня, барин — С каких пор я стал барином? — с тех пор, как меня понизили до обычного пролетария. — Пх, Серьёзно? — Да, серьёзно. А ты не верил? — повторил известную фразу Омск, что казаху стало душно. Бежали друзья на остановку «Ж/Д вокзал». Они наивно думали, чтт сядут на 346 маршрутку и доедут до нужной остановки. Но Омск забыл, что там кроме 4 троллейбуса ничего не едет. Простояв долгое время (как им казалось долгое), русский все-таки достал телефон и посмотрел на карте, какой транспорт здесь едет. — до Малунцева только четверка едет. А там уже с пересадками, либо пешком, — проговорил Макс, вытирая капли пота под глазами. Паша взглянул на солнце, а потом на спутника. В его глазах появились деформированые пятна, переходящие во все цвета радуги. Парень начал медленно переступать с ноги на ногу в сторону лавочки. Он явно такого не ожидал. Усевшись на горящую лавку, решил прикрыть глаза. Омск пролистав чаты СФО, убрал телефон и начал искать товарища. Перед ним никого не было и парень резко обернулся. Тот сразу подбежал к остановке, у которой чуть ли не лежал друг. Казах побледнел, держал сумку в руках и опустил голову. Волосы были взъерошены и мокрыми. Макс вырвал из рук Паши сумку и начал рыскать что-то. Пальцы вытаскивали все что угодно, кроме того, что нужно. Тревога взяла вверх над юношей — Где вода? Где ебанная вода?! — Ты че орешь? — сонливо зевает Петропавловск. Он открыл глаза, почесал затылок да взглянул на перепугавшегося. Омск бегал взглядом по лицу товарища, ладонями схватил его голову и осматривал со всех сторон. — Да ладно, все хорошо, успокойся, — высказался уставший приятель — Как успокоится? Ты меня до чертиков напугал! Теперь буду всю поездку оборачиваться. А то ведь реально, споткнешься на ровном месте и поминай, как звали, — проворчал русский, потихоньку опускаясь на корточки. Казах прищурил глаза и нахмурил брови. Он не хотел пугать близкого. «Просто организм от недостатка сна отключился сам, вот и всё» — подумал брюнет, но его мысли перебили. Раздался громкий хруст… — блять, Макс, Пххпаххахаха — не здержался Паша от комментариев в данной ситуации. каждый раз, когда Макс пытается сесть как гопник, у него хрустят колени. Но этот раз был особенным. Звук был слышен на остановке «ул. Рождественского». Омск тихонько хихикал, но румянец выдавал его стыд. -Мда, неловко получилось, — выговорил юноша. Хотел показаться крутым, а вышло как всегда. — Ты главное, когда у себя на собрании будешь, не делай приседаний. А то реально, засмеют. — А лучше вообще не сгибать суставы — Тогда просто сиди на стуле там и не двигайся — А что париться-то? Лучше вообще не приходить, — пошутил Макс над своим недугом. Он давно привык хрусту костей и к подколам коллег на эту тему. Ибо, все города разваливаются, просто за этим нужно следить. Хочешь жить — чини город: ремонтируй дороги и мосты, благоустраивай парки и улицы. Так можно думать до бесконечности, но мысль прервал друг. — МАКС, пошли на четверку — закричал идущий Петропавловск. Ему не терпелось сесть на самое удобное место троллейбуса и уткнуться в окошко. От неожиданности русский чуть не свалился на асфальт, но быстро схватившись за подлокотник лавки, поднялся на ноги. Ладони начали гореть. Не осознавая происходящее, Омск забежал в заднюю дверь транспорта. Тут же закрылась дверь и троллейбус поехал. Парень взялся за поручень и пытался отдышаться. Он и не заметил как к нему через вечь салон прилетел улыбающийся дружище. Тот мигом запрыгнул на самое дальнее место к окну и помахал Максу. — Давай, садись — А за проезд оплатить? — неловко посмотрел юноша в сторону кондуктора. Пожилая женщина стояла в центре и пробивала последнюю карту. Как только увидела нашего русского, сразу пошла к нему. — Молодой человек, проезд оплачиваем, — раздался хриплый раздражающий голос. Пока Омск достовал свою карту, Петропавловск резко вытащил с переднего кармана сумки два срошихся билетика — Он со мной, я про него говорил, — вымолвил четко казах, наблюдая за женщиной. Она прищурилась на две бумажки и махнула рукой на тех двоих. Макс расслабленно выдохнул. В салоне казалось не так душно, как на улице, поэтому парень набрал воздуха в грудь и потихоньку выдохнул. Троллейбус остановился на «ул. Рождественского» и оттуда повалил в транспорт народ. Омск не стал ворон считать, быстро залес на сиденье и уткнулся в одну точку. *** — Я так понимаю, все-таки смогли до дома дойти, — проговорил спокойным тоном Ануар, уткнувшись в экран ноутбука. Он медленно листал очередной договор в PDF, пока Макс собирал грязные тарелки и кружки со стола. Поставив все в раковину, парень решил протереть кухню и в первую очередь стол, за которым человек усердно пытался вникнуть в суть документа. Тут же Астана убрал свой ноутбук и крепко держал у себя, а Омск быстро провел тряпкой по поверхности. Казах смотрел на лицо товарища, в котором читалось сразу несколько эмоций. Он не заметил, как долго пялился на резко движущиеся руки друга, на нахмурившие брови и горящие энтузиазмом зелёные глаза. — С горем пополам, но дошли. Хотя конечно, без тупых шуток про пробки на Красном пути и дыр у СибАДИ не обошлось, — пробурчал Макс и продолжил яро вытирать высохшие пятна чай или ещё чего. — ну реально, ему самому не надоело повторять «а вот на Старозагородной роще…». Ладно, если б мы вышли на оствновке и он успокоился, но нет. Пока смеялся над ямами на дорогах, на них же спотыкался. Так ещё за меня ухватился и повалил… Ануар убрал свое устройство и смиренно слушал друга. Голос вызывал неявное, но запоминающееся тепло где-то глубоко в груди. От того, хотелось как можно дольше наслаждаться рассказом. Макс в свою очередь непрерывно продолжал добавлять как можно больше деталей в их приключение. Просидели они так до самого вечера.