Learning to Run

«Ладно, класс. На сегодня все. Не забудьте прочитать «законы термодинамики» до понедельника, поскольку мы будем выполнять задания в классе. Всем хороших выходных». Я собираю свои вещи и прощаюсь со своими одноклассниками, я начинаю готовиться к тому, что будет сегодня вечером. Сегодня годовщина. Позже я собираюсь навестить ее могилу с Чисато и Мицуру. Мы были хорошими друзьями до смерти Саки, а за последние несколько лет мы стали намного ближе. Иногда мне кажется, что они думают, будто должны заботиться обо мне, особенно в такие дни, как сегодня. Иногда это может показаться немного унизительным, но, по правде говоря, я действительно ценю все, что они сделали для меня за последние несколько лет. … «Ты хочешь, чтобы мы оставили тебя в покое? Мы можем подождать тебя в машине, пока ты не соберешься идти». Чисато и Мицуру уже выразили почтение своему другу, но потом могут сказать, что я еще не готов уходить. Обычно так и происходит. Я всегда хочу оставаться здесь дольше их. «Да, было бы неплохо. Я задержусь еще на несколько минут». Когда Чисато и Мицуру ушли, я чувствую, как в глазах начинает темнеть, когда я смотрю на могилу моей жены, и слезы начинают тихо течь по моим щекам. Не думаю, что позволю себе плакать перед ними, потому что они и так всегда так беспокоятся обо мне. Они смотрят на меня так, словно я могу сломаться в любую минуту. Кто может их винить? Это не так уж далеко от правды. Как жалко, прошло уже шесть лет, а этот день все ещё так сильно ранит меня. Я чувствую как каждый день наполнен грустью и отчаянием, но в годовщину свадьбы эти чувства переполняют меня. Однако, по какой причине я не должен себя так чувствовать? Я любил ее… и все еще очень сильно люблю. Последние шесть лет я чувствовал в своей жизни только пустоту. Это несправедливо. Почему у нее была атаксия? Почему она умерла будучи такой молодой? Она заслуживала большего, чем было ей дано. Теперь слезы текут рекой. В конце концов, я наревелся, и большая часть моих негативных эмоций, похоже, ушла вместе со слезами. Саки бы не хотела, чтобы я так горько вспоминал те дни. Я улыбаюсь, читая ее имя и обводя его пальцем. Она так много сделала с жизнью, которая была ей дана. Она так сильно любила и оставила большой след в истории всей своей музыкой. Я так счастлив и благодарен за все это. Она жила полноценной жизнью за то время, которое у нее было. Я счастлив, что был частью этого. Я счастлив, что она смогла уйти так, как она хотела. Но я все еще скучаю по ней. Очень сильно. Я встаю и вытираю слезы, прежде чем вернуться к машине. Я сажусь обратно, ничего не говоря, но киваю Чисато, и мы возвращаемся к ним домой. … Мы только что насладились блюдами на вынос из любимого ресторана Саки, а теперь просто смеемся и вспоминаем лучшие моменты жизни с ней. Я рассказываю о том дне, когда мы случайно встретились, когда я просто пытался найти кое-какие принадлежности для рисования, и о том, как она почти сразу же начала дразнить меня, как будто знала меня много лет. Мы смеемся над тем, как из-за нее мы опоздали на автобус до Ямаку и в итоге застряли на пляже. Мы говорим о том, каким невероятным было ее выступление на концерте в конце года за день до выпуска. Мы говорим о том, насколько были удивлены, когда ее первая песня выиграла национальный конкурс. Вскоре становится поздно, и я встаю, прощаюсь со своими друзьями и делаю несколько шагов к двери. Но прежде чем я успеваю уйти, Мицуру говорит: «Хисао, ты не мог бы остаться ненадолго? Есть несколько вещей, о которых мы хотели бы с тобой поговорить. Мы… беспокоимся за тебя». Я разочарованно усмехаюсь, но сажусь обратно. «Я не удивлен, что ты беспокоишься обо мне. Нам действительно нужно говорить об этом сегодня?» «Да. Я думаю, что день, когда Саки находится в центре наших мыслей, — хороший день для этого». Я громко вздыхаю, но жестом прошу их продолжить. С этого момента все берет на себя Чисато. Она смотрит на меня с глубокой озабоченностью на лице. «Хисао… ты пообещал Саки, что будешь продолжать жить полной жизнью без нее. Ты обещал, что однажды найдешь счастье и даже снова полюбишь. Но ты этого не делаешь. Ты не пытаешься завести новых друзей. Черт, я почти уверена, что единственные места, куда ты ходишь, — это школа, наш дом и твоя квартира. Тебе даже не нравится гулять с нами. Ты никогда не хочешь приходить к нам, когда у нас собирается компания. Однажды… тебе придется начать жить заново. Здорово, что ты посвятил себя учебе и добиваешься больших успехов в своей профессиональной жизни с тех пор, как мы потеряли Саки. Но как насчет твоей личной жизни? Саки… не хотела бы видеть тебя таким. Мы не хотим видеть тебя таким». Что-то в моем сознании обрывается, я вскакиваю на ноги и кричу на них. «Тебе не КАЖЕТСЯ, что я уже знаю это? Ты действительно думаешь, что мне нужно, чтобы ВЫ ДВОЕ сказали мне, что я подвожу Саки, ведя себя подобным образом? Ты думаешь, я не знаю, что она, вероятно, возненавидела бы человека, которым я стал? Ты не думала, что я НЕНАВИЖУ человека, которым я стал?» Я чувствую, что мое сердцебиение начинает учащаться. Мне нужно успокоиться. В любом случае, не стоило кричать на них. Они просто пытаются помочь. Я сажусь обратно на свое место, отвожу от них взгляд и тихо говорю. «Я понимаю. Она старалась сделать все возможное за то время, которое у нее было, а прямо сейчас я трачу свое впустую. Я все время думаю об этом». Чисато подходит и наклоняется, чтобы обнять меня, пока я сижу. Я чувствую, как ее тело дрожит, когда она начинает тихо плакать. Я положил руку ей на спину. «Послушайте. Простите, что накричал. Я просто в печали. Я не сержусь на вас двоих. Я благодарен за все, что вы для меня сделали. Я бы не был в такой хорошей форме, как сейчас, если бы не вы двое. Я обещаю, что в конечном итоге все исправлю. Я просто… Мне нужно больше времени. Но я пытаюсь, ладно? Я делаю все, что в моих силах. Я постараюсь изменится». Похоже, никого из них это не убедило. Когда Чисато становится не по себе, дело берет на себя Мицуру. «Что ж, это все, о чем мы можем просить. Просто продолжай пытаться, хорошо? Но… мы беспокоимся не только о твоем психическом состоянии. Мы также беспокоимся о твоем здоровье. Разве в твоем положении тебе не нужно заниматься спортом? Кажется, ты уже давно ничем не занимался». Он прав. Мой режим тренировок сильно изменился. Плавание стало слишком болезненным, чтобы заниматься им без Саки, и я так и не нашел ничего, что могло бы заменить его. Я, по крайней мере, выхожу на прогулки в своей повседневной жизни, но нужно что-то большее. Тем не менее, я не хочу говорить об этом сейчас. «Ты не можешь просто… отвлечься? Разве обсуждения одного из моих главных недостатков недостаточно для одного вечера?» «Неужели ты не можешь хотя бы… подумать о том, чтобы получше заботиться о себе?» «Да, конечно. Как скажешь». Чисато разрывает наши объятия и, кажется, придя в себя, она возвращается к разговору. «Звучит не очень убедительно». Я снова громко вздыхаю и скрещиваю руки на груди. «Я знаю, что ты права, окей? Мой врач тоже не в восторге от того, в какое русло дела перешли. Я уже подумывал о том, чтобы найти какую-нибудь замену тренировкам. Мне просто нужно выпустить накопившееся. Вероятно, это поможет решить многие проблемы». «Хорошо, я рада, что ты уже начал думать об этом. Мне жаль, что мы устроили тебе такую засаду. Это … вышло случайно. Но видеть тебя таким сегодня вечером было действительно тяжело. Ты… неважно выглядишь, Хисао. Мы любим тебя, и мы не были бы хорошими друзьями, если бы не говорили об этом». «Ох, так я тоже выгляжу ужасно, да?» Говорю я полушутя. «Вы правильно поступили, что начали говорить на эту тему. Просто … скорее всего я бы просто замкнулся в себе. Мне нужно что-то, что заставит меня снова идти вперед. Я хочу попытаться добиться большего. Надеюсь, ко дню следующей годовщины Саки я буду в лучшей форме, и вам двоим не придется снова читать мне нотации».