Парень с аукциона

       Чонин уже с утра был как на иголках, осознание того, что сегодня он наконец присвоит свою фамилию Сынмину, будоражило его. Конечно, Мин мог оставить и свою, но ради деловых встреч обязательно нужно брать фамилию мужа. Одно только осознание того, что он будет не Ким, а Ян, уводило Чонина далеко от реальной жизни.        Собирая вещи, он был так счастлив, что бедному Чанбину пришлось даже ударить младшего по плечу, дабы обратить на себя внимание, ведь Ян не слушал и не слышал его. Чонин же просто вздрогнул и оглянулся на старшего.             — Что случилось, хён? Прости, я задумался,— повернувшись обратно, Ян складывал свои вещи, ведь после того, как они распишутся, они обещали сводить Мина на шашлык.             — Чонин, я, конечно, понимаю, что ты там чувствуешь себя офигенно, но не улетай далеко, так и потеряешься в своих мыслях, не найдешься потом,— посмеялся Бин и стал трепать младшего по голове.       Чонин закрыл сумку на замок и вышел из комнаты, направляясь к бете. Постучавшись, он услышал разрешение на вход.             — Минни, ты готов? Нам через пол часа выходить, ты вещи собрал? Можно мне тебя называть детка? А можно поцеловать? А ты хочешь брать мою фамилию?— младший засыпал вопросами Сынмина, который разлегся на кровати, в куче своей одежды, а из шкафа вылез Хёнджин. Лицо Чонина в этот момент нахмурилось.             — Нинни, ты чего такой взвинченный? Иди, полежи, мы вот ищем Минни одежду, ему видите ли всё не нравится. Первое открыто, второе слишком закрыто, в третьем цвет не нравится. Вот наглый, а...— возмущался Хван. Тем временем, Чонин уже ластился рядом с Кимом, что в ответ улыбался как дурачок и смеялся над младшим.             — Всё, что ты показываешь, я не носил ещё, а открывать вам свое тело ещё рано. Я устал, хён, может ты на свой вкус возьмёшь?— прохныкал Минни и пихнул Чонина в бок.             — Потом не жалуйся, если тебе что-то не понравится,— фыркнул Хван и стал собирать вещи младшего.             — Сынмин, а что ты наденешь в ЗАГС? Я вот надел классические штаны и рубашку,— одновременно интересуясь и дразнясь, спросил Нинни.             — Я хотел джинсовые шорты и худи Чан-хёна...— после того, как он высказал свои слова, у двух присутствующих в комнате раздались удивленные вздохи.             — Надень хотя бы зипку Чанни-хёна, под низ футболку белую,— посоветовал Чонин, на что Хван лишь прохныкал.             — Вы чего? Надень что-нибудь деловое, например, чёрные джинсы и сверху рубашку. Ну, хотя бы пиджак с футболкой, на крайний случай,— закатывая глаза, Хван получил две недоумевающие моськи. Подойдя ближе, он поцеловал двоих младших и протянул рюкзак Мину.             — Держи, Минни, я собрал. Так, теперь Чонин либо выходи, либо не приставай к Сынмину. Дай я его соберу нормально. Ликси, детка, принеси свою косметику,— прокричал Хван и потянул Сынмина на себя.             — Хорошо, я посижу и посмотрю на него,— столько счастья на лице младшего Хёнджин никогда не видел, его очень забавляло состояние Нини.             — Привет, Чонин! приветик, Минни! Давай, пока Хёнджин-хён тебя собирает, я накрашу и сделаю что-то с волосами,— вывалив содержимое коробки, там было много косметики, Феликс присел рядом и стал мучать Кима. Чонин в сторонке наблюдал за Сынмином, придерживая его руку. Этим же временем Хван выбирал лук для Минни.             — Да боже, зачем его красить, он потом где вам лицо помоет? Мы же в бассейн пойдем,— стал язвить Минхо, стоявший в дверном проёме.             — Не бубни, хён, разве не ты ли просил накрасить своего Бинни, ради фотки? Хотя он был против косметики,— с ехидной улыбкой съязвил Чонин и посмеялся с лица старшего. На что Минхо снял свой тапок и кинул в младшего.             — Эй! Не убивай меня, я замуж выхожу сегодня,— кричал Чонин, а Сынмин лишь закатил глаза.             — Знаешь, я согласен с кото-хёном, мы не сможем потом помыть его лицо, поэтому накрась не сильно, чтоб можно было влажными салфетками вытереть лицо. Хорошо, сладкий?— Хван аккуратно на кровати разложил одежду, дабы ничего не смешалось, и подойдя к Феликсу, поцеловал его в лоб. Сынмин посмотрел на них и улыбнулся.             — Сынмин и так красивый, ему не нужна косметика, он похож на щеночка,— сказал Минхо и покрасневший ушёл, забрав свой тапок. Все присутствующие в комнате посмеялись. Продолжая свои дела, они подготавливали Сынмина.                                ***       Чан стоял в коридоре со своими детками и ждал, пока они уже выйдут из дома. По пути им нужно будет заехать в магазин за мясом и другими продуктами. Вдруг, кто-то не выдержал и стал возмущаться, этим человеком оказался Минхо.             — Хан, я в тебя сейчас плюну! Давай, быстрее, уже жарко стало!— прокричал Минхо, и Хан положил кружку в раковину и подбежал к Чанбину, ведь знал, что старший его защитит.       Когда все вышли за порог, Чан закрыл дом на ключ и направился к арендованному фургончику. Открыв багажник, стал пихать туда сумки. Детки же усаживались внутри, кто с кем, и, сев за руль, Минхо, стал пристёгиваться, настраивая всё для комфортной поездки. Бан уже уселся рядом с Ликси и Джисоном. Захлопнув дверь, он дал понять, чтобы уже трогались с места. Минхо кивнул и завёл машину, включая кондиционер. Рядом сидящий Хван стал включать песни, попутно крича их на весь салон. Остальные тоже присоединились к Хвану. Поездка не была скучной. Они ехали недолго, и вот уже стоят возле ЗАГСа.        Выйдя из машины, они отправились внутрь. Подойдя к стойке с регистрацией, им сказали подождать минут 15. Чан же пошёл туда, куда его вели. Остальные молча ждали. Кто-то сидел в телефоне, кто-то переговаривался друг с другом, Чонин же смотрел на Сынмина с лицом, словно он раздевает его взглядом. Чуть позже Чан вернулся и показал им, куда нужно пройти. Они все зашли в уютную, просторную и светлую комнатку, в которой по середине стоял миниатюрный столик, и за ним сидела женщина, на вид очень даже милая и обаятельная.             — Давайте, Нинни и Минни, пройдите к нуне, она вас распишет и поедем,— Бан сзади слегка подтолкнул младшеньких, и они прошли к женщине. Присев на стульчик, она стала расспрашивать их, после спросила у обоих согласны ли они быть вместе в счастье и горе. Сынмин покраснел и кивнул, а Чонин улыбнулся и дал чёткий ответ.             — Тогда вы распишитесь здесь, а вы здесь, и вы станете официально замужними,— сказала она, указывая, куда нужно поставить подпись Чонину, а затем Сынмину. Они расписались и, поблагодарив женщину, покинули помещение. Все собрались около выхода и стали поздравлять Нинни, очень сильно гордясь им. Минни же попал в очень страстные и очень крепкие объятия.             — Теперь мы поедем в магазин и накупим с Бинни продуктов, пока Минхо будет с вами в машине. Поехали!— Чан скомандовал и всё послушно потопали к машине. Минхо привёз всех к круглосуточному магазину и высадил Чана и Чанбина. Оставшиеся в машине пели песни и доводили Минхо до белого каления. Чонин же прилип к Сынмину, рядом с которым, на плече, с закрыли глазами в наушниках лежал Хан.             — Можно мне тебя поцеловать?— спросил Чонин, и Сынмин вздохнув кивнул. На лице у младшего засияла улыбка и он впился в губы Мина, пытаясь углубить поцелуй, но Сынмин не позволяет. Тогда Чонин стал настаивать, в итоге Минни сдался, и лихой язык младшего стал блуждать по рту Сынмина. По машине раздались чмоки, и открывший глаза Хан стал смотреть на их поцелуй.        Чонин стал наваливаться на Сынмина, из-за чего Мин изогнул брови и стал постанывать, случайно оперевшись об ноги Хана, касаясь его паха. Все в машине обратили на них внимание. Юркий язык Нинни избегал все попытки Сынмина разорвать поцелуй, но в скоре они прервались и стали томно дышать.             — Вот это у вас поцелуй, я тоже хочу,— прохныкал Феликс. Остальные тоже забеспокоились, на что Чонин прижал к себе Сынмина и зарычал. Все притихли, в этот момент Минхо стал злиться.             — Чонин, успокойся, не будь таким собственником! Он всех, а не только твой,— рыкнул Минхо, и Чонин кивнул, но похоже надулся. Сынмин же извинился перед Ханом, и они продолжили ждать двоих старших. Через минут 20, они вышли с большими пакетами и загрузили их в багажник. Усевшись поудобнее, они отправились. Ехать осталось ещё 30 минут, до места назначения.                               ***       Уже почти стемнело, но парни так и не вылезали из воды, кто-то был почти пьяным, кто-то вообще уже дрожал от холода. Сынмин же плавал с Ликсом, потому что старший умолял его поплавать с ним. Киму было холодно, его губы дрожали и посинели от воды и лёгкого ветерка. Трезвый Бан посмотрел на Мина и приблизился к бассейну.             — Минни, малыш, вылезай из бассейна, у тебя уже губки посинели,— присаживаясь на край, он стал смотреть на Сынмина, Ликс надул губки и стал капризничать.             — Ну, Чан, я хочу с ним поплавать! Не надо, не вылезай, Минни!— прохныкал Феликс, который был немного пьяным. Сынмин же вылез из воды, конечно не без помощи старшего, и его сразу обернули в полотенце. Феликс тоже вылез из воды и потопал недовольный к другим.             — Можно мне ананасовый сок?— спросил Сынмин, и Минхо протянул ему сок и стакан, после слегка улыбнулся.             — Минни, сладкий, а ты знал, что сперма на вкус, как ананасовый сок,— хихикнув, встал со своего насиженного места Ли старший и заключил в свои цепкие лапки бедного щеночка. Остальные стали смеяться и восклицать, но Ким был в шоке, давая возможность обнимать себя.             — Хочешь попробовать мою, чтобы убедиться? Я буду не против,— улыбка на лице Хо расплывалась, как картинка перед его глазами, Сынмин лишь хмыкнул и состроил недовольную мордашку.             — Почему ты? Может, я хочу, чтобы это была моя сперма,— запротестовал Хан, а за ним и другие стали ворчать, спокойно сидел только Хёнджин, наблюдая за этой катастрофой, а ведь Чан отлучился всего лишь на минуту. Сынмин вырвался из хватки Ли старшего и подбежал к Хвану.             — Не буду я пробовать вашу сперму, делать мне нечего, я решил с кем буду спать!— прокричал Сынмин перекрикивая всех, в это время Чан появился на горизонте. Все быстро замолкли, слушая окончательное решение младшего. Сынмин прижался к Хвану, а на лице у старшего был шок и радость, пока другие скорчили свои гримасы и надулись. Особенно Чонин.             — Ох, Минни! Я рад, что ты выбрал меня. Обещаю, я тебя не трону!— провизжал Хван и обнял Сынмина. Чан же просто смотрел на них и покачал головой, вздыхая.             — Давайте, детки, собирайте вещи и спать, а то вы сейчас тут развалитесь и заснёте,— прохихикал Чан, и все послушно начали собирать вещи, уходя домой. Сынмину так и не удалось попить сок, но он уже забил на него.        Вернувшись домой, они все по очереди пошли в ванну, а после разбрелись по комнатам. Хёнджин, обнимая Сынмина, пошёл с ним в их комнату, и завалился на кровать. Не отпуская младшего, он закрыл глаза и придвинул его ближе.             — Хёнджин-хён, задушишь меня! Такими темпами я навсегда усну и не проснусь,— прохныкал Сынмин, и Хван, рассмеявшись, расслабил хватку. Они лежали в обнимку до самого отбоя.

                        02:39

             Сынмин проснулся в холодном поту, и с прирывистым дыханием. Ему приснился кошмар, он стал оглядываться по сторонам, слёзы катились по его щекам, и Ким не мог остановить этот поток. Он стал тормошить Хвана по плечу, старший простонал и оглянулся на Сынмина, протирая глаза, сквозь сон. Джинни заставил своё тело встать и обратить внимание на заплаканное лицо Мина.             — Сынминни, что случилось, почему ты плачешь?— с тревожностью в голосе спросил Хван. Уже проснувшись, хватая лицо парня за щёки и направляя взгляд Кима на себя. Сынмин продолжал плакать, не рассказывая почему, от этого Хван беспокоился больше и стал обнимать младшего. Обратно взяв его лицо в руки, стал ему нашёптывать всякие комплименты.             — Я тебя заклинаю, посмотри мне в глаза, может ты в них увидишь, что они говорят,— стал проговаривать Хван, и Сынмин прижался к старшему, повалил его на кровать.             — Скажи хёну, что тебе приснилось, может тебе полегчает?— стал настаивать Хван, а Сынмин стал резво трясти головой, Хенджин хмыкнул и прижал его ближе.             — Хорошо... Хорошо, Минни, не надо, как будешь готов, можешь рассказать. Давай, спи, хён посторожит твои сны,— улыбнувшись, Хван чмокнул юношу в висок и закрыл глаза. Сынмин же, убедившись, что он в безопасности, в объятиях своего хёна, тоже прикрыл глаза.       Сынмин уснул, зная, что его сон охраняет сам Хван Хёнджин. Он стал думать, что попробовал бы сперму Хёнджина. Конечно, потом Сынмин осознал, что он тупой раз об этом думает, и просто мысленно побил себя за эти глупые мысли.