Парень с аукциона

       Заводя младшего обратно в кабинет, Чан сажает Кима на его место, после, доходя до своего, присаживается и обводит взглядом всех присутствующих. Когда оба члена стаи Stray Kids вошли в зал, то все разговоры мигом затихли, образовывая гробовую тишину. Бан кивнул головой, показывая собеседникам, что он готов слушать дальше. Не отводя взгляда от Чана, Мин Ук решил продолжить свою мысль, продолжая пристально следить за Баном.             — Так вот, мистер Бан Кристофер Чан, наша компания хочет заключить с вами контракт, который будет помогать обеим сторонам. В дальнейшем, если вас будет устраивать прогрессивность наших работ в сплочённости, мы продлим контракт. Также можем предложить вашему новому участнику способ заработка, конечно, учитывая его желания. Постараемся обеспечить вас нужными материалами, а также подсылать к вам проверенных людей. Так что? Готовы ли вы принять наше партнёрство и совместить две наши компании? Это очень важное решение, но прошу не затягивать с обдумыванием, вы можете посовещаться с членами вашей ещё не оформленной стаи. Люди, которые не согласны, пожалуйста, поднимите руки,— холодный и спокойный голос Ли Мин Ук-а, казалось, исходил отовсюду. Он разъяснял всё очень чётко и без лишних слов. Никто спустя время так руку и не поднял. Ли Мин Ук лишь слабо кивнул, и встав со своего места, направился к небольшому книжному стеллажу, в котором аккуратно были расставлены документы и папки. Взяв с полки нужную ему папку, старший Альфа вернулся на своё место, и доставая определённые бумаги, стал что-то чиркать на них ручкой.             — Мистер Бан, если вы хотите, чтобы мы вышли из кабинета, то мы можем сделать это. Мы можем дать вам немного времени, чтобы вы обсудили между собой и приняли общее решение, так как подпись всех членов вашей стаи обязательна,— проговорил Мин Ук, поглядывая исподлобья на Чана, параллельно перестав взаимодействовать с ручкой.             — Я согласен на подписание этого документа, но не уверен, что мои участники одобрят это решение, ведь до сих пор я хранил тайну нашего договора. Нам нужно чуть больше времени на обдумывание и принятие столь важного решения. Сможем ли мы забрать с собой эти бумаги? И после беседы, если контракт еще будет в силе, я свяжусь с вами и передам наши подписи через менеджера. Но вы всегда можете прийти ко мне в офис, я всегда вам рад,— в конце задорная улыбка озарила всех сидящих в комнате. Милые ямочки, которые часто мелькают на лице старшего, всегда радуют глаз.        После предложения Чана, в кабинете повисла тишина, кто-то переглядывался, пока Сонбэним принимал решение. Через минуты Ли-сонбэним хмыкнул и кивнул. Встав со своего места, за ним последовали и други члены стаи Ли Мин Ук-а. Чан последовал примеру Сонбэ: встал с места, поднимая и других парней. Поклонившись друг другу на прощание, все ждали пока окончательное решение будет принято. И когда уже Ли Мин Ук дошёл до Чана и протянул ему стопку бумаг, они сново поклонились друг другу. Этот жест означал, что разговор закончен и можно расходиться, так и поступили другие ребята.             — Так мы пережили самый нудный час в нашей и так, не без того, скучной жизни. Я надеюсь, Минхо, ты объяснишься передо мной,— выходя к своим парням, проговорил негромко Чан. Минхо слабо усмехнулся и пожал плечами.             — Ты проиграл, Минни, мы договаривались до следующего утра, но ты не продержался,— прохихикал Хан, тыча пальцем в щёчку надутого Мина.             — Эй! Только я могу его так трогать,— слегка отталкивая Хана, прохрипел Чонин. Хан просто хмыкнул и скрестил руки на груди.             — Он не только твой, Нинни, не забирай его себе,— прохихикал Чанбин и схватил Чонина, втягивая его в объятия, попутно щекоча. Младший же отбивался от хёна и задыхался от смеха.             — Ничего он делать не будет. Я это говорю как лидер стаи,— прохрипел грубым голосом Чан и прижал Сынмина к своей груди.             — Мы ещё не стая,— в ответку бросил Хван, на что Бан усмехнулся.                   — Сегодня мне пришло письмо, а внутри был документ, осталось расписаться всем и отдать на оформление,— яркая улыбка озарила лицо старшего, и он прижал Кима ещё сильнее.             — Только не давайте её Сынмину, а то мало ли,— хихикнул Хан и взъерошил волосы Сынмина, от чего младший посмотрел на него с недовольством.             — А теперь давайте пойдём поедим, я такой голодный!— прохныкал Чанбин и стал пихать всех в сторону кухни. Пока остальные хихикали над ним, Чанбин уже разогревал рис.             — Там есть кимчи, можем пожарить мясо,— предложил Минхо, и все закивали.             — Жаль, что мы алкоголь на даче оставили,— прохныкал Хван и плюхнулся на диван, пододвигаясь ближе к столику, усадив рядом Сынмина, прижимаясь носом к его волосам.       Сынмин прижался ближе к столу. Рядом подсел Минхо и положил свою руку тому на ногу. Сынмин был немного в шоке, ведь это был первый телесный контакт между ними. Ким посмотрел на Ли старшего, а старший в ответ лишь усмехнулся и сжал ладонь.        Садящийся Чанбин протянул младшему миску с рисом и кусочки мяса, Сынмин поблагодарил старшего лёгким кивком. Минхо прислонил к его губам большой кусок мяса. Ким покраснел ушами и приоткрыл рот, куда старший запихнул кусок мяса.             — Кушай больше, а то совсем схуднул,— отвернувшись от Сынмина, Минхо стал прожёвывать пищу во рту.                                      ***       Обычный вечер. Все сидели в гостиной. Чан работал за компьютером, пока остальные смотрели телевизор. А Феликс, Сынмин и Чонин играли. Феликс проигрывал, а двое младших над ним угарали. Чанбин, отвлёкшись от просмотра слащавой драмы, переключился на игру младших.             — Ликс, боже, я болел за тебя, но тебя даже Сынмин победил,— стал возмущаться Бин, Сынмин посмотрел на него с вызовом и шлёпнул по груди.             — Мы с Минни просто рождены побеждать,— похвастался Чонин и обнял Сынмина.             — Зато за меня Бинни-хён болеет!— стал возмущаться Феликс, пихнув в плечо Чонина. Младшие начали спорить, а Сынмин продолжал играть в игру. Остальные же следили за нарастающим конфликтом и на спокойно сидящего Сынмина.             — Я устал с вами играть, вы скучные,— закатив глаза, хихикал Сынмин, поднимаясь с места и направляясь в сторону Хана. Омега мирно посапывал прижимая к себе подушку, рядом с Ханни сидел Хван и бережно поглаживал спинку младшего. Усаживаясь ближе к Хану, Сынмин сидел и фотографировал его спящего, после умилялся.             — Ого, покажи фоточки!— прокричал Минхо, подходя ближе к Сынмину и просматривая снятые кадры.             — Отправь мне их! Я обязательно покажу их потом нашему малышу Ханни,— промурлыкал Хо, и Ким в ответ лишь кивнул. Чан заинтересовался и посмотрел в сторону болтающих парней.             — Скиньте мне тоже, я хочу посмотреть,— обратив на себя внимание, Чан слегка улыбнулся, а потом обратно обратил своё внимание в экран ноута.       Отправив фотки в общий чат, куда парнишку дабавили совершенно недавно, все стали писать умилительные фразочки, а кто-то даже подкат прислал. Сынмин посмотрел на рядом сидящего Минхо и обратил его внимание на себя, тормоша его рукав.             — Да, Минни?— промурлыкал кото-хён и своими блестящими глазами впился в лицо младшего.             — Мы можем пойти в магазин?— спросил тихо Сынмин, слегка стесняясь. Минхо кивнул и приподнялся с места, волоча за собой Сынмина.             — Эй, вы куда?— прохрипел Бин, из-за чего остальные бросили свой взор на уходящую парочку.             — Мы скоро вернёмся, не скучайте мои сладкие попы!— хихикая, голос Минхо отдалялся, затем раздался грубый хлопок входной двери, и только после него до остальных дошло куда они собрались.                               ***       Минхо и Сынмин уже подходили к магазину. Младший уже рассказал, что именно ему захотелось в этот момент. Они разговаривали, прижимаясь друг к другу плечами. Вдруг они прошли мимо кучки мужчин, эти мужички очень бурно что-то обсуждали. Сынмин прислушался к голосам и понял, что это те мужчины, что когда-то украли и продали его. Сынмин вжался в хёна, рукой впиваясь в предплечье Минхо. Хо сразу заметил изменение в поведении младшего и дал ему прижаться ближе.             — Минни, малыш, что случилось? Тебе плохо?— стал задавать вопросы Ли старший, Ким же дождался когда они пройдут ту толпу и лихорадочно закивал головой.             — Хён, мы можем пойти домой? Я не хочу здесь находиться, если они узнают, что я не живу как раб, они убьют меня,— запинаясь почти на каждом слове, Ким стал тяжело дышать. Минхо спохватился и стал успокаивать младшего, обнимая его и восстанавливая вместе с ним дыхание.             — Давай сделаем так: я сейчас дам тебе своё худи, а ты накинешь капюшон, потои мы пойдём купим что ты хотел, а когда будем возвращаться, то ты потихоньку мне всё расскажешь?— Хо стал проводить рукой по бедру Кима, тем самым успокаивая его. Проходящая мимо бабка, увидев где находиться рука Минхо, стала пристально на них поглядывать.             — Фу, и не стыдно в общественном месте заниматься столь некрасивыми вещами!— стала ворчать бабка, но когда Минхо снял с себя худи, рот бабки открылся ещё больше, и она ушла оттуда. Парни старались не зацикливаться на этой старой маразматичке, и одев поверх лонгслива Мина худи Минхо, старший накинул капюшон и потащил Сынмина за собой.             — Хочешь?— спросил Минхо, протягивая Покки, ехидная улыбка озарила лицо старшего, пока Сынмин покрывался румянцем. Лёгкий удар прошёлся по месту где недавно сжималась маленькая и тёпленькая рука Сынмина.             — Хён-а, я хотел только мороженое, а мы накупили почти весь магазин, ну если ты хочешь,— стал возмущаться Ким, в конце просто зарылся головой в рукава худи. Минхо прохихикал и, кинув пару пачек в корзину, направился в сторону холодильников с мороженым.        Сынмин пялился на холодильник с блестящими глазами, горели они от счастья. Минхо поглядывал на младшего, а его сердце расплавлялось при одном только взгляде на счастливого щеночка. Минхо хотелось скупить для Сынмина всё, что его душе только захочется. Жаль, что эти чувства пока приходится утаивать в себе. Ким выбирал мороженое для всех, на что Минхо просто покачал головой.             — Щеночек, такой миленький! И о других заботится. Выбери себе мороженое какое хочешь, а о других не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы купить и другим тоже,— потрепав младшего, Минхо стал выбирать вкусы которые по душе другим парням. Вдруг к ним резко подошли, Сынмин не оборачивался, но когда они заговорили с Минхо, глаза Кима стали по пять копеек.             — Минхо-щи, давно не виделись, как вы? —стали со смешком выдавливать из себя та самая компашка парней, которая недавно стояла у входа в магазин. Минхо несильно горел желанием с ним болтать, но ради уважения ему пришлось перешагнуть через себя.             — Привет, Юн Кай, да, давненько, мы вроде нормально, а вы как?— Минхо был не сильно разговорчивым, и собеседники заметили это. Лица сразу же сменились на покер фэйс. Пройдясь взглядом по парню, стоящему рядом с Минхо, незнакомцы слегка удивились, ведь парень не поворачивался к ним лицо.             — О, Хан-щи, приветик, ты чего не поворачиваешься?— Минхо хотел возразит, как вдруг Ким кивает головой и пожимает плечами. Минхо сообразил, что надо сделать и сказать.             — Да, он приболел, у него выскочила сыпь, он немного стесняется,— прохрипел Хо, и они, поболтав ещё несколько минут, разошлись. Сынмин томно вздыхает, а Минхо кашляет, обращая на себя внимание.             — И так, Ян Сынмин, объяснитесь?— пристыдил младшего Минхо, направился на кассу.             — Не хочу, я имею право молчать, когда посчитаю нужным, то обязательно расскажу, наверное...— последнее слово Сынмин произнёс невнятно, Минхо, конечно, хмыкнул и пожал плечами. Если Сынмин не хочет говорить, то значит он сам узнает. Домой они шли молча, повисшая между ними неловкость портила всю обстановку. Лишь вдалеке слышно было, как детки смеются, рядом в кустах кто-то шуршит. А Минхо пытается прижаться ближе к Сынмину, чтобы расположить к себе младшего, дав понять, что он не собирается его ругать. Но Сынмин тупо игнорирует, по его лицу было понятно, что страх сковал его.       Минхо просто томно вздохнул, взяв Минни за руку, и оба парня в тишине, даже не смотря друг на друга, шли. Дорога была скучной, казалось, будто она нескончаема. Проходя мимо знакомых мест, в голове лишь одна фраза: «Скоро дом!». Увидев уже свой дом, парни прошли в коридор. Минхо обернулся на секунду, чтобы закрыть дом, поворачивая голову в сторону младшего, но Сынмина не оказалось рядом. Хо стал всматриваться в пустой коридор, желая увидеть младшего там, но никто не появился в нём. Приняв решение пойти и разложить продукты, Ли старший понял, что на кухне сидят Чанбин и Ликс.        На кухне старший вел себя словно он под гипнозом, Хо никого не слышал и не видел.             — МИНХО — МАЛЕНЬКИЙ ПЛАКСИВЫЙ КОТЁНОК!— прокричал Феликс, и на это высказывание Минхо резко обернулся на двух сидящих за столом. Такой резкий поворот, конечно, напугал Ликса и Чанбина. Бин уже подумал, что их смерть наступит через секунду, но вместо этого Минхо подсел за стол и стал теребить пальцы.             — Бинни, помнишь ты говорил у тебя есть связи с местными барыгами? Не мог бы ты спросить знают ли они Юн Кая и его шайку?— стал тихо проговаривать Ли старший, и Бин кивнул.             — Зачем тебе он?— спросил недовольный Феликс, ведь из-за этого утырка их с Хваном свадьба почти развалилась.             — Я и сам толком ничего не понял, но когда мы с Минни покупали мороженое он подошёл к нам. Вроде всё нормально, поговорили и разошлись, но вот поведение Сынмина меня слегка напугало,— в этот момент Минхо стал оглядываться в коридор, сделав очень долгую паузу.             — Не томи хён!— прохныкал Феликс, побуждая собеседника опять начать свой говор.             — Ну так вот, он просто стоял к ним спиной. Юн Кай подумал это Хан, и когда он спросил у меня: «это Хан-щи?», Минни просто кивнул,— возвращая свой взор обратно на впереди сидящих, Минхо стал продолжать, но сново остановился.             — Хён, ты, конечно, извини, но если ещё раз остановишься, я клянусь, я скажу Хану, что ты отказался проводить с ним его течку!— заорал Феликс, стоило только видеть выражение лица Минхо. Злость и удивление были смешаны. Чанбин же умирал от смеха и поддакивал. Причмокивая, Минхо стал продолжать свой рассказ.             — Я хотел сказать, что он обознался, однако Сынминни дёрнул меня за руку, и я решил солгать, посчитав это нужным. Вот и всё. Поэтому я прошу, позвони и узнай, делали эти придурки Сынмину плохо в том аукционном фонде— последние слова вырвались с рыком, от чего Бин просто кивнул.             — Хорошо, я понял, я узнаю всё, а не вариант у него самого спросить?— предложил Чанбин, и Феликс посмотрел на него словно перед ним сидит даун. В принципе, Минхо понял почему взгляд Ликса был именно таким.             — Да, конечно, хён, он всё расскажет, в какое время он кушал, душ принимал. И какие дядьки ему отказали,— шлёпнув себя по лбу, младший удивлялся тупости своего старшего хёна.             — Ну, а может он подумает, что мы не причиним ему боль. Попытается нам всё рассказать, а мы уже там ему поможем,— предположил Минхо, и Феликс просто томно вздохнул.             — Если даже ему причиняли там боль, то его психика 100% будет отвергать эти воспоминания, а может и просто подсознание заставляет его мозг забыть о них. И не факт, что, спросив у него об его прошлом, ему будет легко об этом рассказать. Если вы не слышали о защитной реакции организма, то значит вам будет сложно узнать что-то,— проговорив это, Феликс ушёл из кухни, оставляя своих хёнов в шоке.             — Нам нужен человек с медицинским образование,— вздохнул Бин.             — Чонин что ли?— предположил Минхо и, увидев кивок собеседника, покачал отрицательно головой.             — Ты видел как он липнет к Киму? Если узнает об этом, вообще не подпустит к нему. Интересно, это из-за их помолвки его так штырит, или из-за предстоящей течки Джи,— Бин просто пожал плечами, и Хо кивнул. Дальше они просто посидели в тишине, каждый думал о своём.                                ***       Сынмин просто сидел на кровати и сжимал в своих руках телефон, он испытал такой стресс. Его мозг отказывается воспринимать это за реальность, поэтому полежав на спине с минуту, Ким проваливается в пучину сновидений. Мозг пытается перезагрузиться, пытаясь создать комфортную атмосферу. Воспоминания, которые мозг надёжно запечатал в недрах своей памяти, стали вырываться наружу. Перед глазами стали появляться картинки, где его бьют и морят голодом. Слеза стекает по вискам, глаза всё ещё закрыты, а вот Сынмин чувствует, что он не может открыть их. Его сознание с каждой секунды мутнеет. После просто темнота.