Наброски

      — У меня для тебя подарок, — Инк улыбается, слегка раскачивается туда-сюда, а в глазах звёзды светят.       Фреш усмехается:       — Что-то новенькое? — делает затяжку, после протягивая косяк другу-возлюбленному.       — Это ты ещё не пробовал, точно, — взамен самокрутке отдаёт так называемый подарок и присаживается рядом. — Хотел с тобой опробовать, но уже успел приложиться.       — Это поэтому ты такой? — пускает смешок, рассматривая содержимое презента.       — Не, это миф и дрон, — хихикает Инк, беззаботно и обыденно выпуская дым. Блаженно прикрывает глаза, не смея убрать улыбку с лица. Даже тогда, когда губ касается поцелуй.       — Спасибо, — ведь у Фреша тоже уголки рта подняты.       Им хорошо.       А вообще, им это нужно было. Это как глоток чего-то свежего, абсолютно нового.       Инк катает на языке мускатный орех, перебирает пакетики с солями и кутается в кофту Фреша (любезно предоставленной самим владельцем), так как погода не особо располагает. В комнате пахнет краской и клеем — сегодня на таком. Фоном играет музыка «для атмосферы», а морфин потихоньку действует. Художник чиркает карандашом грязные улицы, обводит дезоморфин и вычёркивает ЛСД. Ещё немного.       — А что потом? — Фреш смешивает необходимые вещества, играясь с маковой соломкой во рту. Рядом валяются блистеры и упаковки, виднеются следы недавней любви, наверное.       — А потом темнота, — про себя Инк отмечает стилтонский сыр. Вроде Килл советовал.       — А после? — коктейли готовы.       — Ничего, — совсем не грустно, не страшно. Даже как-то легко. Плевать? Возможно.       — Дерьмо погода, но как будто здесь лучше, — хмыкает Фреш.       Инк принимает угощение из рук своего парня.       — С тобой лучше, — и с дурманящими убийцами.       Да покойся всё к чёрту.       «Сыграем в крокодила?» — риторический вопрос. Они уже внутривенно травятся, посмеиваясь с шутки. Вот только их организмы эту шутку не оценили, страдая от яда. Всё не отлично, сколько бы не уверяй.       «Сыграем в ящик?» — даже не вопрос. Они уже давно.