Взрывное воссоединение семьи

Каракура

Бамбиетта шла рядом с Ичиго пустыми улицами. Позади них раздавались звуки фестиваля, который всё ещё был весьма оживлен. После того как они зажгли фонари и угостились милыми бомбочками Орихиме, парень пригласил девушку поужинать у него дома. Зная, что мать, скорее всего, до сих пор гуляет с Каору, и что она ненавидит разогревать остатки еды, Бамбиетта согласилась — хлеб не сумел умерить её аппетит. Однако по дороге Бастербайн вскоре столкнулась с небольшой проблемой. Гуляя, девушка ощущала, что кимоно несколько... тесновато в груди, и что её грудь то и дело подпрыгивает. «Мама говорила, что носила его в моем возрасте. Так почему же мне, блядь, так тесно в груди?! Она не должна так сильно отличаться от меня!» Пот катился по спине штернриттера, когда ей казалось, что её грудь вот-вот выскочит из топика. Она бросила быстрый взгляд на Ичиго, который, к счастью, не заметил её дилеммы, и прикрыла топик рукой, дабы грудь не вывалилась наружу. «И что самое ужасное, я не могу остановиться, чтобы поправить кимоно из-за этого проклятого ветра!» — подумала она, глядя на то, как ветер кружит вокруг неё и Куросаки. Опустив взгляд на свою грудь, она заметила, что та кажется больше, нежели обычно. «Может быть, из-за еды Орихиме у меня налилась грудь». К несчастью для Бамбиетты, Ичиго заметил, как она борется со своим топом, и прикладывал все усилия, дабы не смотреть на её декольте. «Не пялься, Ичиго!» — твердил он себе, ведя Бастербайн по тротуару. — «Если она поймает тебя за тем, что ты пялишься на её сиськи, она выбьет тебе все зубы!» Когда в поле зрения появилась клиника Куросаки, и Ичиго, и Бамбиетта вздохнули с облегчением. — Не знаю, как много ты знаешь о моей семье, но... мой отец может быть немного... — Ичиго обдумывал слово, которое лучше всего описывало его отца, — сумасшедшим. Брюнетка знала все об Ишшине Куросаки, но не понимала, что он подразумевал этими словами. Вскоре, однако, она это поняла, стоило Ичиго открыть дверь... и внезапно отлетел от удара по лицу. Ишшин, одетый в фестивальную юкату, смеялся, глядя, как его сын растягивается на тротуаре. — Становишься медлительным, а? — смеялся он, прежде чем заметил, что в дверях стоит гость. — О! Приветствую вас, — громко произнес он. — Вы подруга моего сына? — спросил он, не узнав новую одноклассницу Ичиго. — Это Бамбиетта, — представил парень, поднявшись с земли и поглаживая больную щеку. — Она дочь Икуми и моя новая одноклассница. — Здравствуйте, — ответила Бамбиетта, пожимая руку Ишшина. — Эм... Вы всегда бьете своего сына по лицу? — спросила она из любопытства. Она знала, что Ишшин — бывший капитан Готея-13, но в данных Ванденрейха о нём почти ничего не говорилось о его методах воспитания. Ичиго вздохнул. — Весь день. Каждый день. — Эй! Если бы я не нападал на тебя тайком, как бы ты был готов к реальной жизни? — воскликнул Ишшин. — Какая часть избиения меня по лицу, является частью реальной жизни?! Штернриттер не могла не хихикнуть, глядя на этот спор. «Чокнутый отец, чокнутые друзья-шинигами и чокнутый босс, который по совместительству является моей мамой. Как Ичиго сам не стал сумасшедшим?» — удивлялась она про себя. Отец парня отошел в сторону и позволил Ичиго войти вместе с ней. — Я скажу Юзу, что у нас гости. С этими словами он отправился на кухню, намереваясь сообщить дочери хорошие новости. Бамбиетта вошла в гостиную и увидела, та не пуста. Карин Куросаки в футболке и шортах, выпутавшись из тяжелой юкаты, удивленно моргнула, увидев девушку, стоящую рядом с бартом. — Эм... привет? — произнесла Карин, немного шокированная тем, что её брат привел с собой девушку. — Карин, это Бамбиетта Унагия. Она моя новая одноклассница, — представил рыжеволосый, когда Бастербайн уселась на стул. Черноволосая сестра улыбнулась гостье, а затем повернулась к брату и подняла бровь. — Ого, Ичиго. Ты наконец-то привел девушку домой на ужин. А я-то думала, что мы никогда этого не увидим. Ичиго нахмурился. — А как насчет Рукии? Или Нозоми? — Я имею в виду девушку, которая не останется у нас. Бастербайн увидела, как кто-то вышел из кухни, и поняла, что это сестра-близнец Карин, Юзу. — Эй, приветик! — обрадовалась девушка. — Очень приятно познакомиться! — Привет, — ответила Бамбиетта, оглядываясь по сторонам. — Эй, а где ваш отец? Ичиго закатил глаза и указал большим палецем в сторону стены. Когда Унагия обернулась, то увидела, как отец семьи Куросаки плачет у огромного портрета с изображением матери Ичиго, Масаки. — О Масаки! Наш сын наконец-то стал мужчиной! Я так счастлив! Наконец-то у нас есть третья дочь! Бамбиетта застыла. — Вау... а ты не шутил. Он сумасшедший. — Ты даже не представляешь себе...

Следующий день... Средняя школа Каракуры

Прозвенел звонок, и закончился очередной день для подростков в классе. Пока Ичиго собирал вещи и готовился отправляться домой, к нему подошел Урю. Хотя обращаться за помощью было против его природы, Исида знал, что обязан наступить на горло своей гордости и рассказать Куросаки об угрозе для Бамбиетты со сторони Рюукена. — Ичиго, — обратился он, стоя позади него. Упрямо глядя на друга, Урю постарался не шуметь. — Нам нужно поговорить. По серьезному взгляду брюнета временный шинигами понял, насколько всё срочно. Переглянувшись с Чадом, Орихиме и Бамбиеттой, он кивнул, и они встали спиной к ним, негромко переговариваясь. — В чём дело? — В моём отце, — произнес парень, приподняв очки. — Он пришел ко мне вчера вечером, пока вы были на фестивале Обон. Он... — он бросил быстрый взгляд на Бамбиетту, которая как раз собирала свою сумку. — Он угрожал убить Бамбиетту, — прямо заявил он. Глаза Куросаки расширились, а сердце заколотилось. — Что?! Почему? — Говори тише! — напутствовал квинси. — Он считает Бамбиетту последним оставшимся наследием Яхве. Рюукен сказал мне, что если я не предприму хоть что-то, дабы остановить её, то это сделает он. Покачав головой, рыжеволосый лишь недоверчиво взглянул на друга. — Но прошло уже почти три месяца с тех пор, как Бамбиетта появилась тут! — настаивал он, — Она не сделала ничего плохого! — Это... не совсем так, — неохотно признал Урю. Порывшись в сумке, он достал бумаги, которые Рюукен дал ему накануне вечером. — Помнишь тех отморозков, которых ты встретил с ней под мостом? — Ага. А что с ними? — Взгляни, — сказал брюнет, передавая бумаги шинигами. Когда Ичиго прочитал отчеты и увидел, в каком ужасном положении оказались те, кого Бамбиетта избила до полусмерти, Урю продолжил: — Я знаю, что им досталось за дело, но Рюукен расценил это как доказательство нестабильности Бамбиетты. Просматривая бумаги, Куросаки понял, насколько плохи дела девушки. — Нам нужно присматривать за Бэмби. И за твоим отцом. — Согласен. Я буду присматривать за Рюукеном и предупрежу тебя, если замечу, что он пытается что-то сделать. Ты присмотришь за Бэмби и... — Исида увидел что-то периферийным зрением, что заставило его выругаться. — О нет! Когда Ичиго повернулся, чтобы посмотреть, на что смотрит Урю, он тоже задохнулся: Место Бамбиетты было пустым. — Срань! — выругался Ичиго, хватая сумку. — Должно быть, она ушла, пока мы были заняты разговором. И шинигами, и квинси выскочили из класса, не обращая внимания на взгляды растерянных одноклассников. — Я пойду искать Рюукена! А ты найди Бамбиетту! — крикнул Урю и бросился бежать. Ичиго двинулся в противоположную сторону, направляясь к дому Икуми и надеясь, что его подруга в безопасности.

В то же время...

Выйдя из школы, Бамбиетта не сразу направилась домой. У неё было слишком много забот, и она хотела прогуляться, чтобы проветрить голову. С помощью Хиренкьяку она отправилась в лесной массив, медленно поднимаясь по каменным ступеням. Вздохнув, Бастербайн взглянула в небо, гадая, как там Орихиме. Она не разговаривала с девушкой со вчерашнего дня, и видела, что её подруга всё ещё расстроена отказом Ичиго. Тацуки расспрашивала за обедом, и, к удивлению Бамбиетты, рассердилась, но больше на Ичиго, нежели на Унагию. Медленная прогулка продолжалась до тех пор, пока квинси не оказалась на кладбище. Брюнетка невесело усмехнулась. — Похоже, куда бы я ни пошла, всегда найду мертвых. Она шла вдоль надгробий и вскоре почувствовала, что от одного из них что-то исходит. Нечто, что показалось... знакомым. Подойдя к этому надгробию, Бамбиетта прочитала надпись на камне и опечалилась, увидев, перед чьей могилой она стоит: Масаки Куросаки. — Мать Ичиго... — Она протянула руку и прикоснулась к надгробию, ощутив остатки духовной энергии парня. — Он, должно быть, часто приходит сюда... Девушка знала, кто такая Масаки. В данных об Ичиго было указано, что тот потерял мать, которая ценой самопожертвы защитила его от жалкого подобия пустого. Глядя на могилу, Бамбиетта ощутила, как знакомая печаль завладела её сердцем. — Если бы он не забрал твои силы тогда, ты бы всё ещё была здесь. Хотя он не часто упоминал о матери, штернриттер знала, как сильно Ичиго всё ещё болит потеря матери. От этого ненависть Бамбиетты к Яхве становилась ещё сильнее. «Ты лжец...» — с горечью подумала она, — «Ты забирал и забирал. Ты никогда не считал нас детьми. Мы были лишь пешками. Ты никогда не собирался исполнять своё обещание». Одинокая девушка взирала в небо, последние несколько месяцев своей новой жизни пролетали в разуме. Воскрешение и воссоединение с матерью и братом. Новые друзья и нормальная жизнь, свободная от Яхве. Знакомство с Ичиго и время, проведенное с ним и его сумасбродной семьей. Вспоминая свою безумную встречу с его отцом, Бамбиетта хихикала, понимая, как Ичиго боролся, дабы сохранить рассудок с таким безумным отцом. Вернув взор на могилу, она поняла, что это бессмысленно, но все равно решила это сделать. Она решила задать ей вопрос. — Заслуживаю ли я... быть частью этой жизни? — задалась она вопросом. — Вместе с Ичиго, мамой и всеми остальными? Она знала, что не получит никаких ответов... кроме одного. — Нет. Не заслуживаешь. Бамбиетта обернулась посмотреть, кто это был, и увидела, что загадочный собеседник — Исида Рюукен. Карие глаза расширились от ужаса, когда она увидела в руках мужчины серебряный лук, уже натянутый. Не успела она вымолвить ни слова, как квинси выстрелил.