Надо срочно выйти замуж!

      Начинать день с кофе? Это совершенно не моё идеальное утро. А вот разговоры о том, что мне «целых двадцать пять лет, а нормального парня так и не завела», стали такими родными, что по утрам можно даже не завтракать — насыщаешься по горло. А у меня, между прочим, нет времени ни на отношения, ни на семью, ни тем более, слава Богу, на детей. Учёба и карьера — вот что важно, а остальное… когда-нибудь придёт само. Но моя отчаявшаяся мать совсем не хочет меня слушать и слышать. В её голове существует всего один-единственный план — выдать меня замуж, желательно выгодно. А с каждым годом кандидатов становится всё меньше: один улетел в Германию, другой уже женился, а третий, например, недавно сел в тюрьму за взятки. Даже не напоминаю матери о «том самом», потому что, если заговорю, лишусь драгоценного жилья — выкинут и без всего оставят.       Иногда мне казалось, что я жила не в то время. Возможно, в будущем вопрос женитьбы и рождения детей стоит не так остро, там парни и девушки счастливы быть наедине с собой и собственным миром, а на мозги никто не капает ненужной болтовнёй. И там я была бы по-настоящему счастлива. Но в этой жизни мне приходилось мириться с тем, что я стала козлом отпущения в стандартной корейской семье, ведь любименькая старшая сестрёнка уже давно замужем, сидела дома и нянчилась с двумя прелестными детками. Хотя, надо отдать ей должное, мои племяшки действительно милые и смышлёные, наверное, все в отца пошли. Но вслух, конечно, я такого не скажу никогда.       — Ан Юджин! — этот голос я узнаю, даже если потеряю память. Лишь этот пронзительный вопль мог заставить меня моментально включить режим злой собаки. Спасибо, что хотя бы папа в такие моменты бывал дома, иначе неизвестно, кто получил бы больше во всех наших спорах: я или мама. — Ты отменила свидание с Пак Сонхуном? С ума сошла?! — иногда возникало ощущение, что моя мать, как и я, родились либо не в то время, либо не в том теле. Ей нужно было оказаться в теле комара — его так же хочется поскорее заткнуть.       — Я сколько раз должна повторять, что мне он не нравится?       — Он красавчик, к тому же доктор. Да ещё какой — пластический хирург! Знаешь, как много он зарабатывает? Тебе такие деньги и не снились, — и снова деньги. В её голове не было ничего другого, кроме красоты и денег, как будто только это и важно в человеке. Понимаю, что общество у нас такое, но всё же… Я, может, хотела любви, как в дорамах. Смотришь на человека и представляешь, будто знал его всю жизнь, словно уже встречаетесь несколько лет. А с тем самым хирургом мне даже поговорить не о чем, но кого это вообще волнует.       — Мне хватило прошлого нашего свидания. Он высокомерный и невоспитанный, хамит всем направо и налево только потому, что у него есть деньги. Видеть его не могу, — непроизвольно моё лицо скривилось в отвращении, будто запахло чем-то гадким. Уверена, если бы этот Сонхун оказался сейчас в этой комнате, моё лицо скривилось бы ещё больше. До сих пор вспоминала, как он чуть было не устроил драку с официантом в престижном ресторане только потому, что ему принесли не диетическую колу. Кое-как усадила его обратно и успокоила. Не представляю, как он вообще операции проводит с таким-то характером. И после такого поведения я должна с ним продолжать ходить на свидания? Даже если бы он был последним парнем на планете, я ни за что не стала бы с ним заводить какие-либо отношения. — К тому же он всё равно через несколько недель улетает во Францию на какую-то конференцию или что-то такое, смысл нам дальше общаться?       — Он тебя с собой хотел взять, дура! — зачем мне Франция, если я рядом с ним полечу? Вообще понять не могла его рвения брать с собой в деловую поездку девушку, с которой у него была всего пара свиданий. Ещё и платить за неё. На что этот мерзкий ублюдок рассчитывал? Что я буду для него в этой поездке куклой для утех, что ли? Даже думать об этом не хочу. — Ох, за что мне это… Дорогой, ты хоть ей скажи, — наконец-то за весь наш разговор мама обратила внимание на отца. Она всегда смотрела на него лишь тогда, когда необходимо подтвердить её слова. И он никогда не шёл у неё на поводу. Интересно, она действительно не замечала, что спрашивать у папы мнение бесполезно? Как за столько лет она не поняла, что папа говорил слишком «неправильные вещи» по её словам?       — Милая, это её жизнь, что ты к ней лезешь? — наверное, именно по этой причине всю свою сознательную жизнь я провела в тандеме с папой. Если моя любимая сестричка Ан Сохи была маминой дочкой, то я стала папиной. По удивительному стечению обстоятельств (или же благодаря судьбе), с отцом отношения у меня сложились лучше. Даже если получала плохую отметку, то он не ругал, лишь успокаивал и говорил, что в следующий раз будет лучше. И его слова всегда меня мотивировали. А вот мама… Она могла лишний раз крикнуть или ударить кухонным полотенцем, чтобы мне неповадно было.       — Конечно, что я у тебя спрашиваю, тебе ведь всё равно, что твоя дочь старой девой останется! — у мамы всегда стояла одна и та же пластинка о дочери, которая не выйдет замуж и не родит внуков. И именно мальчиков, ведь родить мальчика самой ей так и не удалось, как и Сохи, как будто родить сына — это великое достижение. Чушь собачья. Но, возможно, по этой причине мама и относилась ко мне хуже, чем к сестре. Конечно, мне не хотелось бы в это верить, но иную причину я найти не могу. А после этого тезиса мама должна ещё и сестру в пример поставить, она ведь старше, как-никак. — Хорошо хоть Сохи слушает, что я ей говорю. Вон, какой муж у неё хороший, детки какие милые. Ты такая же, как твой отец, никого слушать не хочешь, — да-да, бла-бла и всё в таком духе. У неё нет никакого креатива, как она с таким подходом стала заместителем директора в небольшой рекламной компании? Я до сих пор задавалась этим вопросом, с тем, как она в обычной жизни общалась, это никак не вязалось.       — И слава Богу… — вырвалось тихое бурчание. Если честно, не сразу поняла, что сказала это вслух, но, по всей видимости, сказала, так как папа удивлённо посмотрел на меня, а после медленно перевёл взгляд на маму, стоящую позади меня. Может, она всё же не услышала…       — Что ты сказала?       — Говорю, да, я вся в отца, — это вырвалось вновь совершенно непроизвольно, просто… так устала слышать упрёки в свой адрес. Всегда я не такая, делала не так, говорила не то. Да, с отцом мы похожи, но отрицать смысла нет, на маму своим «взрывным» характером я похожа куда больше. Возможно, ей сложно принять тот факт, что нелюбимая дочь на неё похожа больше, чем любимая? Это терзало её? Не знаю, вполне возможно.       — Доведёшь ты меня до могилы, прости Пресвятой Господь… — к сожалению, театр одного актёра я пропустила, ведь попросту не видела, что происходило за моей спиной, но точно было ясно одно — схватившись за место, где расположено сердце, мама наверняка ушла от нас с папой в другую комнату, что-то причитая при этом.       — Дорогая! — крикнул отец ей вслед, даже встав из-за стола, но всё же в комнату за мамой не пошёл. Знал, что лучший выход — оставить её наедине с собой, поэтому тут же сел обратно и посмотрел на меня. — Иногда я не понимаю, почему женился на твоей матери.       — Я тоже иногда этого не понимаю… Ну, что сказать, любовь у вас такая… своеобразная, — это действительно было так. Мне совершенно непонятно, что папа такого нашёл в моей маме. По любому поводу у неё какой-то скандал, какая-то неприязнь ко всем и всему. Было даже удивительно узнать, что маму заинтересовал какой-то жених для меня, когда даже моего лучшего друга она принимать не хотела, хотя он соответствовал её требованиям: красивый, высокий и при деньгах. В любом случае, проследить за её мыслями, понять логику высказываний мне всё равно не дано.       — Есть планы на сегодня? — спросил папа спустя примерно минуту нашего молчания. Видимо, понял, что я сегодня уходила куда-то раньше обычного. Наверное, странно видеть, что дочь с утра пораньше в выходной соизволила встать и позавтракать со всей семьёй, хотя, учитывая мамин характер, любой адекватный человек не захотел бы с ней завтракать. Либо этим человеком была бы только я.       — Договорилась встретиться с Чонсоном. Он всё ещё хочет, чтобы я называла его «Джеем», — из моего рта непроизвольно вылез какой-то непонятный смешок. Прошло много времени, а я всё не могла привыкнуть к тому, что у моего лучшего друга появилось английское имя. Всё же учиться в США с нашими именами наверняка сложно, но открещиваться от корейского имени, как по мне, довольно странно. Не могу представить, если бы меня все звали какой-нибудь «Мишель» или, не дай Бог, «Стейси»… Мурашки по коже. — Всего два года за границей учился, а считает себя американцем, что ли? Не понимаю я его, у самого нормальное имя, что ему не нравится?       — А разве девушкам не нравятся иностранцы? Возможно, решил оставить американское имя, чтобы больше нравиться кореянкам, — некоторые разговоры с отцом меня даже пугали. То ли он действительно понимал молодёжь, то ли, наоборот, отставал от трендов, мне самой это сложно понять. Но всё же меня всегда умиляло его стремление следовать за молодыми, это точно заслуживало похвалы.       — Пап, какой из него иностранец, он же кореец до мозга костей. Но он обижался, когда я называла его Чонсоном по телефону, поэтому я иду у него на поводу, что мне ещё остаётся, — от всплеска эмоций я даже не сразу заметила, что рис, который я схватила палочками буквально пару секунд назад, оказался в разных частях стола. Вероятно, надо чаще следить за тем, что делала, чтобы в будущем не ударить в грязь лицом. Так что мне пришлось в спешке подобрать весь тот рис, который я успела отправить на стол. Ещё одна минута (или прошло немного больше) в молчании пролетела, как одно мгновение, а тарелки опустели, поэтому, взглянув на часы, пришло осознание, что мне нужно было уже собираться. — Ладно, большое спасибо за завтрак, ты лучший. Я буду собираться.       — Хорошо, повеселитесь! — услышала я вслед брошенное отцом пожелание и скрылась в своей комнате.       Конечно, это была обычная встреча с лучшим другом, но всё же общаться целый год только по FaceTime — это уже слишком. Хотелось при встрече его крепко-крепко обнять, как обычно, потрепать по волосам и пошутить по поводу его нелепых штанов, которые он уже чуть ли не до дыр износил (уверена, он их до сих пор носит). И хотелось выглядеть красивой. Мне кажется, внешняя красота перед близким человеком — это показатель того, что у тебя всё хорошо, раз есть деньги и силы на то, чтобы сделать макияж, красиво уложить волосы и надеть абсолютно новое платье или классные брюки. Пока не могла решить, что именно надену, но определённо что-то из недавних покупок. Надеюсь, Джей оценит, он всегда умел по достоинству оценить мои выходы в свет, даже если мы просто шли в магазин во время летних каникул, когда учились в школе. Иногда мне кажется, что вернуться в школьные деньки — моя несбыточная мечта. Тогда многое казалось таким важным: промокшие кроссовки, забытые тетрадки и плохие результаты на экзаменах. Сейчас всё это лишь пустой звук, ощущение, что прошлые проблемы были шуткой, но тогда я всё воспринимала всерьёз. И признания в любви не было пустым звуком. Но сейчас… создавалось впечатление, что парни это говорили лишь для того, чтобы к себе расположить и потом воспользоваться тобою. Мерзость.       Пришлось тряхнуть головой, чтобы выкинуть из неё дурные мысли. Нужно сосредоточиться и сделать макияж. Можно даже добавить немного блёсток на подвижное веко, чтобы глаза больше выделялись. Из-за чёлки мне иногда казалось, что глаза не выглядела выразительными, никак не могла привыкнуть, хотя ходила с ней уже года два или даже три. Возможно, её нужно сделать более редкой? Видела, сейчас это модно. Боже, говорю, как старпёрша, ужас. Но блёстки и небольшая стрелка — лучшее, что придумало человечество, это точно, да и чёлке подходили. Добавить румяна и лёгкий блеск на губы — и готово. Всё же с макияжем чувствовалась вся моя харизма, разве нет? По крайней мере, мне так казалось. Если Чонсон скажет мне что-то против, я кину в него просроченным блеском из моей сумочки, даже не пожалею об этом действии. Хотя с чего это вдруг я жду его одобрения? Уверена, он будет рад меня видеть, даже если бы я пришла в пижаме, разве нет? Но всё же какие-то рамки приличия у меня есть, поэтому я решила, что юбка, топ и жакет — отличный вариант для встречи с лучшим другом. Не вульгарно, но и не прям так уж скромно, кажется, в самый раз. Единственное, что я почти не изменила — это причёска. Лишь слегка подкрутила кончики волос, но на этом всё, честное слово! Да и вряд ли Чонсону, то есть Джею, будет какое-то дело до моих волос, если первое, что он ощутит — это мой парфюм, который почти закончился. Люблю запах корицы, напоминает мне о булочках из пекарни через дорогу, поэтому, когда нашла эти духи, была в полнейшем восторге. Думаю, запах определённо придётся ему по душе, раз он такой же сладкоежка, как и я. Осталось лишь обуться и выйти красивой в мир. Жди меня, Пак Чонс… Пак Джей! Когда-нибудь я всё же привыкну к смене его имени…       Погода, на удивление, хоть и была солнечная, но всё же не было настолько душно, насколько могло быть. Прохлада в воздухе не летала, но зато солнце скрывалось за редкими облаками, а небольшой северо-восточный ветерок помогал хотя бы немного перенести столь теплую, даже жаркую, погоду. И это не могло не радовать. Конечно, как бы я ни любила конец весны и начало лета, всё же иногда ждала, что появится какой-нибудь супергерой, который наколдует каждому как минимум стаканчик айс-латте или прохладный лимонад. Я бы не отказалась взять что-нибудь такое в магазине на углу, но лучше не перебивать аппетит подобными вещами, ведь я прекрасно знала, что Джей точно меня накормит, иначе и быть не могло. Вспомнила об этом, и сразу будто водой окатили, слишком волнуюсь перед встречей с ним. Ощущение, будто парень из армии вернулся, а не лучший друг из Америки, не могла понять, почему так чувствовала себя. Наверное, просто слишком скучала. С этими мыслями я подошла к остановке.       Как он меня встретит? Обнимет, как обычно? Или в Америке какие-то другие фишки? Не знаю, но безумно хотелось узнать поскорее. Зайдя в только что подъехавший на остановку автобус, я пробила проездной и села на одно из свободных мест в хвосте транспорта. Этот автобус ехал не в самую популярную часть города, поэтому народу здесь бывало не очень много. От скуки надела беспроводные наушники и подключила их к телефону, чтобы послушать одну из новинок в мире музыки.       Люди, едущие по своим делам. Всегда было интересно угадывать, кто и чем занят, куда спешит, с кем хочет встретиться. Бабуля, сидящая в начале автобуса, возможно, ехала к семье, чтобы увидеться с внуками. А мужчина по правую сторону, сидящий у окна, наверняка направлялся на какую-то важную встречу: об этом говорили идеально выглаженный костюм и укладка. Почему он не взял такси? Так ведь проще. А школьница, прислонившаяся к окну, уснула: её голова аккуратно стучала по стеклу и не спешила убираться. Кажется, задания и подготовка к экзаменам совсем её вымотали. Когда-то и я была такой же школьницей и студенткой, даже немного скучаю по этому времени. Наверное, это странно, вряд ли кто-то из моих знакомых тосковал по бессонным ночам или стрессу от экзаменов, а мне отчасти это нравилось, была в этом всём какая-то прелесть, что ли. Конечно, были и нервные срывы, истерики и литры пролитых слёз, а вместе с этим и куча смеха, беззаботность и детская наивность. Этого было больше, поэтому время, проведённое в школе, я порой вспоминала с теплотой в сердце. Это то, чего мне сейчас иногда не хватало.

Stray Kids — Cover Me

      Заметив вдалеке нужную мне вывеску, неосознанно начала поправлять чёлку, смотря на своё отражение в окне автобуса. Вроде выглядела очень даже мило, получилось лучше, чем обычно. Видимо, сегодня удача на моей стороне. Подъехав к остановке, пулей вскочила со своего места и выбежала из автобуса, немного растолкав торопыг, которые пытались побыстрее залезть в автобус. Я приехала примерно за пять минут до встречи, но чутьё мне подсказывало, что Джей уже сидел в кафе. Боже, почему я так волновалась? Можно подумать, у нас свидание. Аж ладони вспотели… Телефон в руке неожиданно завибрировал, пришлось остановиться на секунду. Джей прислал сообщение и фото с места, где он сидел — практически напротив кассы и витрины с пирожными. Ну, по крайней мере, искать долго не придётся.       «Я на месте, заказал нам бенто-торт, ты скоро будешь?»       Почему-то сердце стало биться немного чаще. Даже мои прошлые парни ни разу не покупали мне тортики на дни рождения, хотя знали, что я очень люблю сладкое. Джей прекрасно знал, как я обожала тортики, поэтому даже заранее заказал один. Это ли не друг мечты? Выдохнув лишний воздух, открыла дверь и заметила чуть левее от входа кассу, а рядом столик, за которым спиной ко мне сидел молодой человек. Нетрудно было догадаться, кто именно сидел за тем столом: те самые джинсы, его любимые, старые добрые конверсы и салатового цвета рубашка, которой я не припомню в его гардеробе. Он пока ещё не понял, что я зашла, поэтому решила написать ему сообщение. Возможно, удивить было бы куда приятнее, но хотела посмотреть на его реакцию при виде меня.       «Обернись».       Он удивится? Обрадуется? Растеряется? Мне было чертовски любопытно увидеть его лицо в этот момент. Парень, сидящий ко мне спиной, тут же резко повернул голову, и я увидела лицо того парня, который два года назад уехал в США и общался со мной лишь по телефону и через FaceTime. Мне было сложно понять, что именно испытывал сейчас Джей, но, вероятно, это была радость, смешанная с удивлением и восторгом, ведь я никогда в жизни не видела, чтобы он так быстро вставал с места при виде меня.       — Юджин! — наверное, в этот момент все в кафе смотрели с удивлением на этого сумасшедшего парня, ведь только он мог крикнуть моё имя на всё кафе и со всех ног ринуться ко мне. Я, конечно, ожидала бурной реакции, но совершенно не такой. Буквально за секунду он подбежал ко мне с широченной улыбкой на лице и, схватив за талию, резко притянул к себе, сжимая в объятиях. Мне оставалось лишь обвить руками его шею, как он вдруг начал вместе со мной кружиться возле входа, негромко хихикая при этом, что мне тяжело было сдержаться от смеха. Джей остался тем самым сумасшедшим парнем, которого я знала. Это было чертовски приятно осознать.       Мы перестали кружиться так же быстро, как и начали, но почему-то выпускать его из объятий не хотелось. Я не виделась с ним слишком долго, чтобы так просто ослабить хватку и дать ему свободу от моих цепких лап. Ещё пару секунд зрительного контакта и улыбок до ушей, но всё же отступить пришлось, потому что кто-то зашёл в кафе, а мы слишком мешались в проходе, так что, извинившись перед миловидной девушкой, мы почти одновременно отпустили друг друга и сразу отошли в сторону, подальше от входа. Видеть его в экране телефона и вживую — две совершенно разные вещи. Мне его очень сильно не хватало, особенно его поддержки. И вот — он здесь. Чонсон или Джей — это всё неважно, ведь именно он был моим самым лучшим другом, который меня понимал.       — Чонсон, как же я рада тебя видеть! — думаю, улыбка с моего лица спадёт ещё не скоро, настолько я счастлива сейчас. Подруги подругами, но лучшего друга никто не заменит.       — А я как рад! Только ты опять забыла, что я просил тебя называть меня «Джей», — мне оставалось лишь закатить глаза на это замечание. Этот парень был безнадёжен. Джей он, как же… Но мне придётся его так называть хотя бы ради его же счастья. — Боже, прошло всего два года, а ты будто стала ещё краше. Признавайся, балуешься ведьминскими зельями? — его взгляд прошёлся снизу вверх и остановился на моих глазах. Не совсем уверена, что именно я заметила в этих тёмно-карих глазках: интерес к моей персоне, оценку наряда, или же он пытался найти во мне что-то иное. Но всё же было сложно не улыбнуться, слыша из его уст столь лестный комплимент. Кажется, Америка научила его ещё лучше делать девушкам комплименты, раз он это пробует на мне, ведь обычно он просто говорил что-то из разряда «выглядишь здорово». Или я всё же действительно выглядела настолько сногсшибательно, что даже Джей не удержался от комплимента.       — Если так можно назвать косметику, то да.       — Поверь, косметика лишь слегка улучшает то, что тебе даровано природой, — да где он такого нахватался? Это так смутило, что ощущение, будто у меня лицо сейчас загорится алым пламенем стыда. Я выбирала себе абсолютно не тех мужчин на ответственную должность «лучшего парня в моей жизни». Были бы у меня к Джею чувства — забрала бы его с руками и ногами. Когда взглянула на его лицо, возникло ощущение, будто и он был даже слегка смущён своим же комплиментом — его щёки показались мне бледно-розовыми. Может, это просто от жары?       — Хватит меня смущать, умоляю, — друг лишь слегка посмеялся в ответ на мою неловкость, слегка прикрывая рукой нижнюю часть лица. Теперь я всё больше думала о том, что и его эта ситуация немного смутила, но почему-то от этого становилось даже комфортнее. За долгое отсутствие живого общения между нами я уже забыла о том, что этот парень всегда любил делать комплименты своим близким друзьям, будь то парень или девушка, из-за чего некоторые считали, что ему нравятся и те, и другие. Но в ответ на это он лишь смеялся. — Давай уже пойдём к столу, а то мне после твоего приветствия уже неловко здесь находиться — то и дело на нас пялятся другие люди, — глазами указала на некоторые столики, которые продолжали странно на нас пялиться, но лишь после моих слов некоторые всё же отвернулись. Возможно, посетители это сделали лишь ради приличия, но Джея это всё равно повеселило, судя по всему, потому что он вновь открыл мне лицо с улыбкой до ушей.       — Да ладно тебе, не обращай внимания. Садись, — мы подошли к нашему столику, после чего уселись на достаточно удобные стульчики с небольшими подушками. Сразу почувствовался комфорт и уют, поэтому я не удержалась от наслаждения и ненадолго прикрыла в блаженстве глаза. — Я не стал заказывать напитки, чтобы они не остыли к твоему приходу, если захочешь чего-нибудь горячего. Что будешь? — Джей протянул мне небольшой листочек, чтобы я могла выбрать себе напиток или что-то ещё. Наши пальцы случайно соприкоснулись, но почему-то никто из нас сразу не отдёрнул руку. Пальцы Джея были длиннее и немного толще моих, очень тёплые и слегка грубоватые. Наверное, ему приходилось много писать от руки в университете. Вероятно, он сам не ожидал, что наши руки буду касаться друг друга некоторое время, поэтому поспешно убрал ладонь первым, тронув сразу после этого шею от неловкости.       — Айс-капучино, пожалуйста, — спустя примерно минуту я ткнула пальцем на картинку с напитком.       — Будет сделано, — этот ненормальный Пак Чонсон тут же отсалютовал и встал со своего места, подходя к кассе так, будто ему не было неловко всего минуту назад. Смог в очередной раз уйти от неудобного момента.       Я помнила этого парня слишком хорошо и слишком давно. Он почти всегда был довольно энергичным. В детстве Чонсон, правда, был относительно замкнут и достаточно серьёзен, потому что в то время его отец серьёзно заболел и должен был почти всё время проводить в больнице. Естественно, ему было очень грустно, поэтому на детской площадке с другими детьми он почти не играл. Я сразу поняла, что мы сможем подружиться, что-то в его глазах подсказало мне, что я должна была взять его за руку и притащить к остальным ребятам, чтобы мы могли играть все вместе. Так наши мамы благодаря нам стали чаще общаться и также нашли общий язык. Несмотря на то, что сейчас моя мама недолюбливала Чонсона, в детстве она часто приглашала его к нам в гости. Вероятно, это связано с тем, что наши мамы из-за чего-то поссорились пару лет назад. Я была рада тому, что у мамы Чонсона есть хотя бы одна подруга, потому что я прекрасно помнила тот момент, когда отец Пака всё же скончался через почти десять лет после того, как всё же смог пойти на поправку, или прошло даже больше времени с тех пор. Мы тогда только окончили среднюю школу и написали наши последние экзамены, радовались началу каникул, пока однажды, заснув, его отец больше не смог проснуться. Тогда все близкие, соседи и друзья были в глубокой скорби. И тогда я вновь увидела замкнутого и серьёзного Чонсона. Пришлось приложить немало усилий, чтобы помочь ему встать на ноги и прийти в себя. На данный момент я старалась делать так, чтобы он мог улыбаться чаще. Примерно как сейчас, когда наши напитки уже приготовили, а на его лице проступила радость.       — А вот и твой айс-капучино, — друг поставил напиток на стол очень быстро, после чего немного тряхнул рукой в воздухе. Таявший в стакане лёд осел и скатывался по стенке, поэтому ему и пришлось избавить ладонь от лишней воды. Коснувшись стакана, я поняла, почему он хотел поскорее поставить капучино на стол — льда положили больше обычного.       — Спасибо, — было приятно коснуться холодного напитка, хотя и слегка непривычно, руки-то были слишком тёплыми. Но как же я скучала по ним. Конечно, и зимой много кто пил холодные напитки, всё же я относилась к числу тех, кто зимой наслаждался горячим капучино или же глинтвейном. — Ну, рассказывай, как Америка, учёба, насколько приехал домой? — прохлада разливалась по всему телу, как же приятно. Почувствовала, что вновь начала жить. До этого я не смотрела в глаза Джея, но после вопроса решила всё же обратить на него внимание. Несмотря на то, что на лице его была улыбка, глаза не могли мне соврать. Что-то в его взгляде меня беспокоило, будто я не должна была спрашивать об этом.       — С Америкой всё в порядке, учёбу я закончил, приехал навсегда, — он сказал это так легко и с такой беззаботной улыбкой, что у меня пропал дар речи. Плечи друга немного дёрнулись, он задвигался на месте, пытаясь сесть удобнее, или просто не мог понять, куда себя деть. И я этого понять не могла. «Навсегда»? Но почему? Он же так хотел учиться и жить за границей, так почему же решил вернуться в Корею? У меня в голове столько вопросов, с ума сойти можно!       — Что?! В смысле «закончил»? В смысле «приехал навсегда»? Разве ты не должен был отучиться ещё год? — это никак не укладывалось у меня в голове. Джей, которого я знала, никогда не стал бы бросать учёбу, особенно ту, которая досталась ему упорным трудом. Он не такой человек… Хотелось завалить его вопросами с ног до головы, но для начала было бы неплохо, если бы он ответил мне хотя бы на эти.       — Я смог напрячься и закончить досрочно. Поэтому в последние полгода мы так мало общались, мне нужно было готовиться к досрочному завершению университета, — наши глаза смогли наконец-то встретиться. Теперь я заметила, почему его взгляд показался мне таким странным — вероятно, всё от жуткой усталости. Поступить в неплохой университет в США, получить визу и в целом жить в чужой стране — это уже невероятно тяжело, а ему ещё пришлось учиться усерднее, чтобы раньше окончить университет…       — Но к чему такая спешка? — действительно, зачем так усердствовать? Разве нельзя было потерпеть годик, чтобы выпуститься со всеми своими друзьями? Возможно, произошло что-то серьёзное, о чём я не знала? Никак не выкинуть это из головы, разве я могла упустить сигналы о помощи с его стороны... В своей задумчивости отрезала кусочек торта и попробовала, утопая в экстазе. Лучший бенто-тортик в моей жизни! — Боже, этот торт — потрясающий, — невольно вырвалось у меня изо рта, что даже пришлось его прикрыть. Как же это неприлично! Возможно, Джей мне будет душу изливать, а я восхищалась каким-то тортиком, стыд какой! Но мой лучший друг, как всегда, решил надо мной посмеяться, поэтому и мне пришлось улыбнуться в ответ.       — Хотел поскорее вернуться в Корею. По тебе соскучился, — ох уж эта хитрая улыбка обольстителя. Сколько же девушек млело от этой улыбки, даже трудно сосчитать. Но я всегда могла выстоять против неё. Не паду я от твоих чар, Пак Чонсон, не дождёшься.       — Не ври.       — Не вру. На самом деле, США совсем не для меня. Там другой менталитет, я так и не смог полноценно насладиться жизнью обычного американского студента, — у меня возникло ощущение, что для него улыбка на данный момент — лишь защитный механизм. Он хотел показать мне, что сильный, что мог со всем справиться, чтобы я могла о нём не переживать. И он сказал это с той же улыбкой, за которой скрывал тоску. Мне грустно слышать от него подобные слова. Он так мечтал учиться в США, но его мечты разрушились, как карточный домик. Отчасти мне это знакомо. — В кино всё слишком романтизированно. Поэтому я решил, что хочу поскорее вернуться домой и начать новый этап своей жизни уже тут. Но ты тоже была одной из причин моего возвращения, пусть и не главной, — опять он льстил. Конечно, я была уверена, что ему без меня было скучно и одиноко, но чтобы вернуться и отказаться от мечты ради друга, даже если друг об этом не просил? Очень сомнительно. Могла ли я в действительности ему нравиться? Ещё более сомнительно. Возможно, есть какая-то иная причина, о которой мне пока знать не стоило.       — Хоть я и не главная, но всё равно причина, а это уже что-то значит. Подожди, а как же Эмили? Вы расстались? — его девушка, Эмили, мне действительно нравилась: умная, с чувством юмора, ещё и красотка. У нас с ней были общие интересы, к тому же она также была кореянкой, просто американского происхождения, так как с рождения жила в США. Меня всегда удивляло то, что она не была против моего с Джеем общения, я боялась, что она, как и парочка других его бывших, была бы против, но мы с ней смогли подружиться и иногда общались вне видеозвонков. Если они расстались, я действительно буду по ней скучать, но, возможно, мы с ней могли бы поддерживать связь? Звучало довольно-таки неплохо.       — Да, пришлось. Оказалось, мы с ней были слишком разными. Она хотела уже семью, а я к этому не готов. Пришлось с ней расстаться, пусть это и было сложно сделать, всё же год встречались, — улыбка постепенно сходила с его лица, было совершенно ясно, что ему действительно было жаль. Когда не сходишься в подобных вещах, то самый верный вариант — расставание. Один хочет детей, другой нет — расставание. Лучше уж с болью в сердце начать жизнь с чистого листа и найти своего человека, чем пытаться спасти то, что постепенно горело и вот-вот собиралось сгореть дотла. И, судя по всему, Джей принял для себя это нелёгкое решение, я видела это теперь во всех его словах, движениях, взглядах. Чувство вины за то, что, возможно, потратил время зря. Это был именно такой взгляд.       — Мне жаль, она мне нравилась. Ну, надеюсь, здесь ты найдёшь своё счастье.       — И я надеюсь… А ты как тут? — чувствую, он захотел перевести тему, ещё бы не захотел. А кто я такая, чтобы ему в этом отказать?       — Да пока так себе. Работы сейчас нет, прыгаю с одной подработки на другую, мама заставляет ходить на свиданки с одним парнем и капает на мозги с тем, чтобы я уже замуж вышла. Как будто на замужестве свет клином сошёлся, — только разговаривая об этом, пропал аппетит. Даже тортик доедать уже не хотелось… Как же сильно мама желала, чтобы я уже поскорее от неё съехала. Хотя она и рада была выдать Сохи замуж, всё же на её свадьбе она не настаивала, но почему-то от меня вечно требовалось что-то: успеваемость, работа, дом, еда, почему-то всегда я должна что-то делать, как она говорила, даже если я не хотела. Это угнетало.       — Она пытается тебя с кем-то свести? А кто он? Может, я его знаю? — мне показалось, или Джея действительно заинтересовал этот момент? Выглядел он действительно заинтересованным  Или всё же ему хотелось сменить настроение разговора, чтобы не думать о США? Возможно, я всё выдумала, но этот пытливый взгляд я узнаю наверняка. Осталось понять, что он хотел этим взглядом сказать.       — Возможно, помнишь, жил в нашем районе один парень на несколько лет нас старше, Пак Сонхун, — уже от произнесения его имени вслух у меня всё внутри перевернулось. Насколько он красив снаружи, настолько и уродлив внутри. Меня тошнило от одного его имени, что уж говорить о свиданках с ним, уф… Даже думать об этом не хотелось.       — Да, имя знакомое, но вспомнить пока не могу.       — В общем, сейчас Сонхун работает пластическим хирургом, не очень долго, где-то год, но он очень хорош в этом деле, к тому же хорошо зарабатывает. И мама, естественно, хочет, чтобы я вышла за него замуж, чтобы ни я, ни она себе ни в чём не отказывали. Видите ли, она отдала свою любимую Сохи за непонятно кого, ведь было всё по любви, но теперь со мной она такого не допустит, — конечно, на поводу у старшей и любименькой доченьки не грех пойти. Ради её счастья можно пожертвовать чем угодно, а кто такая Юджин? А, это же всего лишь моя вторая дочка, так, лишний рот в доме, с ней можно вообще не церемониться. За все эти годы я уже хорошо изучила мамин характер и поняла, что не должна идти на поводу у её желаний, добром это не кончится никогда. — Говорит, что желает мне лучшего, как же. Лишь папа пытается хоть как-то встать на мою сторону, — да уж, единственный луч света в моей семье — это отец, так что с ним я как за каменной стеной. Пусть иногда он и бывал на маминой стороне, я знала, что на самом деле он во многом со мной согласен.       — Мне жаль, что тебя принуждают к отношениям с тем, кого ты не любишь, — я рада, что на моей стороне как минимум два человека. Наверное, это означало, что я в этом мире уж точно не одинока? Потому что даже две мои университетские подруги, с которыми я ещё общалась, говорили, что, возможно, привыкну к этому недоумку и выскочке, а всё из-за его работы. Как же бесит. Может, мне перестать общаться с этими девчонками? Скажи я это сейчас Джею, он бы произнёс, чтобы я вообще с ними даже не здоровалась, но всё же я так не могла. Как только он уехал, мне было одиноко, поэтому я и подружилась с Вонён и Гаыль, да и Джей не был бы против нашего общения, узнай он их получше. И почему я продолжала думать за своего друга, сидя прямо перед ним?       — Я его не выношу, — кажется, мои же собственные мысли открыли настоящий портал в ад, иначе как объяснить весь этот словесный понос, который я собиралась выплеснуть на Джея? Такова уж участь моего лучшего друга — молча слушать все возмущения, которые я выпускала в этот мир. Да и по его внешнему виду было понятно, что он совсем не против. — Он просто зазнавшийся чурбан, всегда груб с официантами, консультантами и простыми людьми, кто его случайно задел и извинился. Я не знаю, почему этот парень до сих пор продолжает встречаться со мной через мою маму, — действительно, почему же? Я не так уж хороша в домашних делах, да и какой-то постоянной работы на долгую перспективу нет. Конечно, природа одарила меня красотой, но разве этого может быть достаточно, чтобы действительно встречаться с кем-то? Вот Сонхуну его красота не помогала, мне хотелось разбить его лицо кирпичом. — Мне кажется, я ему действительно понравилась, но вряд ли я нравлюсь ему больше, чем он себе сам. Типичный нарцисс, бр-р-р, — меня аж бросало в дрожь, когда представляла, что он мог бы сидеть перед зеркалом и любоваться собой. Или делать какие-то вещи и похуже… Боже, что за мысли?..       — Так, может, это неплохой вариант? Пока он любуется собой, ты занимаешься своими делами, и все счастливы, — улыбка озарила лицо моего лучшего друга. Что, тебе весело, Пак Чонсон? Так бы и окунула твоё лицо прямо в остатки торта, чтобы неповадно было, а то, видать, я тебя слишком сильно избаловала своим снисходительным отношением. Он должен этого Сонхуна поливать помоями, чей он друг вообще?! А он лишь кушает тортик, улыбаясь вовсю.       — Ты надо мной издеваешься, всё ясно. Я не хочу с ним иметь ничего общего, — мне уже и не хотелось смотреть своему некогда драгоценному другу в глаза, поэтому приходилось ковыряться вилкой по полупустой тарелке. Если считал, что я могла дать тому засранцу шанс, то может смело стать его лучшим другом, а про меня попросту забыть. — Пусть он и красавчик, характер для меня важнее.       — Если ты настолько сильно не хочешь с ним встречаться, можешь куда-нибудь сбежать, — по его взгляду иногда невозможно понять, шутил Джей или говорил серьёзно. Вроде бы похоже на шутку, но в целом-то идея неплохая. Проще уйти из дома, чем пытаться спорить с мамой, так даже для всех будет безопаснее. Может, прислушаться к его словам? Но нет, одной бежать от свирепой мамы мне совершенно не хотелось.       — Ага, ещё чего, одна я не побегу.       — Так давай я с тобой сбегу? — на секунду моё сердце замерло. Чего это Джей вдруг решил мне такое предложить? Если до этого я могла предположить, что парнишка шутил, то сейчас я действительно в этом сомневалась. Но взгляд у него был довольно серьёзный. Может, он сам хотел сделать нечто подобное? Но я бы никогда в такое не поверила, если честно… Хотя Джей и был авантюристом, но из дома никогда бы не сбежал — для него это слишком безрассудный поступок. — А что, мне не хватало такого опыта как раз, хоть будет что вспомнить.       — Ещё чего ты хочешь сделать? Мы что с тобой, Ромео и Джульетта, которые хотели ото всех сбежать? Или как там у них было? — чтобы отвлечься от этих мыслей, решила перевести тему в немного шуточное русло, поэтому захотелось сравнить нашу ситуацию с одной из самых знаменитых в мире пар. Надеюсь, хотя бы настроение подниму. Всем.       — Нет, но можно же пофантазировать, будто мы в романтическом фильме, — да уж, мой лучший друг действительно повзрослел. Дорос до романтизации подобных вещей, хотя я делала это ещё в подростковом возрасте. Ну, зато сейчас он снова показался мне весёлым, так что, возможно, он всё же пошутил? Кажется, будто сбегать от родных — это что-то крутое, действие, которое в фильмах сопровождается музыкой, а в нашем случае это выглядело бы попросту убого, поэтому мне хотелось пресечь все первоначальные ожидания друга на корню, чтобы это не вылилось во что-нибудь катастрофическое.       — Ага, жених и невеста сбегают назло родителям, потому что они не одобряют брак… Погоди… — на секунду после произнесённых слов я задумалась. Господи, это же гениально, как я до подобного не додумалась раньше? Джей мог бы и раньше приехать, мне тогда не пришлось бы страдать наедине с напыщенным Сонхуном. В голове возник просто идеальнейший план. — А это мысль.       — Ты о чём? — в его взгляде этот вопрос отчётливо читался, сложенные на груди руки кричали о его заинтересованности в моей задумчивости, и не зря. Он ещё ни о чём не догадался, наверное, решит, что я сошла с ума, вряд ли он сразу согласится на мой план, но у этого парня не было иного выбора, он же мой лучший друг. Придётся пойти на некоторые жертвы, нужно будет также продумать этот шикарный план, но это подождёт. Держись, Пак Чонсон, сейчас у тебя случится сердечный приступ.       — Давай поженимся!