Тепло в наших глазах

Миг. В один миг, многие потеряли всё. Никто и подумать не мог, что выброшенные из лабораторий химикаты смогут сотворить такое, что животные съев заражённую пищу станут переносчиками и что вскоре весь мир погрузится в хаос. Никто. Абсолютно никто не мог это предсказать. От маленькой мышки, что просто пробежала по зелёной вытекшей жидкости, до заражённых из самых дальних деревень. Животные поражённые неизвестным веществом впадали в бешенство и агрессивно нападали на всё живое, впуская сквозь прокусанную кожу вирус, что распространялся по всему телу, добираясь до мозга и сердца, напрочь отключая их, оставляя только желание распространять заразу и убивать. Яркие лучи апрельского солнца светили в глаза прохожим, что в этот день вышли на улицу, кто-то спешил по важным делам, кто-то неторопливо прогуливался, а кто-то звонко смеялся в компании семьи и друзей. Смотреть на их счастливые лица было в какой-то степени противно, настолько у окружающих людей было всё хорошо в жизни, так почему у Юнги так быть не может? Он хочет также счастливо улыбаться и с большой компанией друзей гулять по этому самому парку, через который он решил свернуть путь до дома, где его ждёт только звенящая тишина и угнетающая темень одиночества. Печально хмыкнув своим мыслям, парень пнул лежавший на его пути камешек и крупно вздрогнул от оглушающего звука громкоговорителя. «Внимание всем! Чрезвычайная ситуация! Распространение химически опасной инфекции! Срочно скрыться в помещении, запереть окна и двери, рядом держать всё самое необходимое! Убедительная просьба избегать встречи с заражёнными! Внимание вс...» Уютный зелёный парк в одно мгновение превратился в скопление бежащих в ужасе людей, что иногда вскрикивали от ужаса и молились, пока из серен доносилось повторение сообщения. Мин был поражён услышанной новости, паника охватывала его и тело само по себе как можно скорее побежало в сторону выхода из парка. Неожиданно раздался душераздирающий женский крик, а за ним крики бежавших рядом людей. Откуда не возьмись появился человек, хотя его было сложно таковым назвать, его одежда была грязной и порванной, словно он вылез из какой-то ямы, все видные части кожи были смертельного белого цвета с рваными ранами, но самое страшное было в верхней части тела мужчины. Его глаза были белыми, на шее виднелась глубокая рана, словно оттуда откусили кусок мяса. А окровавленные челюсти с хрустом сомкнулись на тонкой шейке женщины, что безжизненным телом повисла в воздухе. Вмиг её черты лица исказились в страшной гримасе, а такие же пустые глаза распахнулись, она с рёвом оттолкнула от себя мужчину и кинулась к наблюдающим за всем этим ужасом людьми. Крик возобновился ещё с большей силой, Юнги тяжело дышал, пытаясь добежать до выхода и понять что всё таки происходит. Так вот как выглядят заражённые? Это что-то на подобии зомби? Апокалипсис? Почему заражённый уже в центре города и почему никого не предупредили раньше? Такие и другие мысли лихорадочно крутились в его голове, пока один миг не изменил его жизнь навсегда. Сильный толчок по ногам и вот он уже кубарем упал на спину, ударившись головой об землю, сверху ежесекундно оказывается громоздкое тело какой-то ачжумы, что кусает его в плечо, не успевает Юнги и опомниться. Адская боль поглощает его разум, заставляя тело в лихорадке биться о землю в попытках избавиться от источника боли. Странная пелена опускается в его сознание, все рецепторы чувств зашкаливают, а сердце с каждой секундой замедляет свой ритм. Дёргавшееся в агонии тело вскоре перестаёт шевелиться, пока в голове монстра на подсознании не высвечивается - убивать Миново тело отбрасывает с себя подобное ему существо и с чудовищным криком бросается за убегающими людьми. Он стал монстром. Вокруг стало появляться всё больше и больше заражённых. Криков, визгов и плача стало настолько много, что закладывало уши. Вскоре весь парк заполонили живые мертвецы, что уже пробрались и за его территорию. В тот миг многие потеряли всё. Кто-то потерял дом, кто-то потерял друзей, кто-то потерял свою любовь. А кто-то в один миг навсегда потерял свою жизнь.

***

Прошло около десятка лет с момента заражения и за это время многое успело измениться. Вирус распространился по всему миру и теперь его окружали мертвецы. Зомби, как их прозвали люди, блуждали по улицам в поисках тёплых живых тел. Выжившие люди из бункеров сделали неприступную крепость, что мёртвому никогда не преодолеть. Они начали развиваться заново, построив безопасное и пригодное для обитания место, где люди спустя время стали жить как прежде, пытаясь не вспоминать о трагедии, что случилась на их веку. Жизнь продолжается. Да, много потерь и много боли, но надо двигаться дальше. Правда мертвецов они всё также боялись и обходили сотой дорогой, ведь с военных разведывательных отрядов возвращались далеко не все. Мир за другой стороной стены хоть и был усеян ходячими трупами, менялся тем что большая часть территории была покрыта зелёной травой, заглохшие машины заросли мхом, а воздух был чище из-за отсутствия дыма от фабрик. Совершенно всё происходящее вокруг менялось. Что касается Юнги, то... Ну, здесь действительно есть что сказать. Спустя какое-то время после становления зомби к нему наконец вернулась способность мыслить и понимать происходящее вокруг. Именно тогда он позволил себе ахуеть от всего. Он стал зомби прям как из американских фильмов или из того же родного "Поезд в Пусан". Он, блять, загрызал людей. Его интересовало, остались ли ещё живые люди, а если и остались то как они спаслись от всего этого ужаса, что успел постичь и его. Какая-то степень рассудка вернулась к Юнги, когда тот находился в незнакомой квартире. В попытках осмотреть себя и поняв, что он пипец какой грязный, чисто из гигиенических принципов Мину захотелось помыться. Делать первые осознанные шаги было очень сложно, ноги не слушались, да и в принципе все движения были значительно замедленны, но это не помешало отыскать ванную. К его сожалению, воды не оказалось, что и не удивительно, однако под ванной оказались покрытые кажется столетним слоем пыли баклажки с водой. Смочив полотенце, Мин кое-как чистив своё тело от ненужной грязи парень уставился на себя в зеркало, рассматривая словно увидел себя первые в жизни. Глаза. Эти глаза были белыми, правда если хорошенько присмотреться можно было увидеть зрачок и роговицу, те были светлее белков на несколько тонов. Так же на плече красуется рана от укуса, что Мин получил в тот роковой день. Вздрогнув от собственного белоснежного вида, что придавали глаза, светлая кожа и уже порядком отросшие блондинистые волосы, Юнги почистил найденной щёткой зубы и медленно дойдя до дивана, сел на него. Надо понять, что делать дальше. К живым идти нельзя. Да, он уже был в адеквате и выглядел прилично, но это не отменяло того факта, что он зомби. Чудовище в глазах других и всё равно, что это не его вина, что он стал таким. По сюжету фильма его 100% попытаются убить, а он этого не хочет. Также он не знает как его организм отреагирует на живого человека, может он опять сойдёт с ума и попытается захавать мозги? Живого человека? Но разве Мин не живой? Он слышит посторонний шум с улицы через распахнутое окно, видит весящую перед ним плазму, в которой отражается он же сам, чувствует как мокрые после душа бёдра неприятно приклеиваются в кожаной обивке дивана, а волосы запутываются в ресницах. Но вот биения собственного сердца он не слышит. Прикладывая холодную ладонь к груди, он не чувствует ритмичного стука. И он только сейчас понимает, что он всё это время не дышал. А ему это и не нужно. В тот миг он действительно принял, что он мёртвый.

***

Спустя неделю обдумывания своих действий, Мин решил, что бояться ему нечего. Там по улице ходят такие же живые неживые трупы, никому он там не нужен будет. А вот найти кого-то кто так же как он смог вернуть разум было бы здорово. Окружение давило на него своей обречённостью. Он не знает что будет в будущем, не понимает что с ним происходит, не знает сможет ли всё вернуться назад. Но одно он знает точно, ему срочно нужен кто-то адекватный рядом. Среди тупых зомбаков он не может быть один такой особенный, где-то сидит точно такой же мертвец как и он, и Мин просто обязан его найти. Найдя в шкафу зимний свитер, Юнги напяливает его на себя, ведь не смотря на то что на улице вроде бы лето, он всё равно чувствует холод, который как будто полностью обволакивает его тело, а в свитере чуточку, но всё таки теплее. Одевшись Мин прихватил с собой найденный в том же шкафу на полке складной нож, что создавал некое чувство безопасности лежа в кармане бледно-голубых джинс. Хозяин квартиры тоже нашёлся, лежал на кухне в луже собственной крови с отсутствием верхней части головы. От осознания того КТО и ЧТО с ним сделал, Юнги чуть не вывернуло наизнанку. Всё таки принять то, что у него в желудке переваривается чей-то мозг, не так-то просто. Улица его встретила тишиной, которую редко нарушали звонкие песни птиц. Мягкая на вид зелень приятно била по глазам, но понимание того, что это проросло в машинах и на домах, сбивало с толку. Сколько времени он был "бессознания", что за это время природа так сильно качнулась в своих правах? Помотав головой в попытке отделаться от пока ненужной мысли, Юнги двинулся в место, в которое любой в его ситуации пошёл бы. Его путь лежал в ближайший бар.

***

На гладкой поверхности полок стояли стеклянные бутылки покрытые толстым слоем пыли. За время проведённые запертым в бутылке алкоголь должен был стать ещё лучше, поэтому Юнги не церемонясь взял одну и это оказалось вино, он в них не особо разбирается, так что просто вино. Удалив пробку, парень с мычанием присосался к горлышку, большими глотками вливая в себя спиртной напиток. Вкус был сладким и даже немного как будто островатым, приятное тепло разливалось по глотке даря чувство наслаждения. Когда он ещё был живым то предпочитал пиво, которое можно было попивать сидя за компом в попытках сделать доклад по экономике. Сейчас же вряд ли найдётся пиво, чей срок годности не истёк, да и платить Мину ни за что не надо. Так что любой напиток в его распоряжении. Где-то на десятом глотке, парень со звонким чмоком отлипается от бутылки. Его губы приобрели розовый оттенок за счёт вина, а по подбородку стекало несколько струек, когда белые глаза встретились с такими же что смотрели из дальнего угла комнаты. Поставив бутылку на барную стойку, Юнги пару раз моргнул, осматривая пялящегося парня в ответ. Это был юноша, явно младше него, его волосы были голубого цвета, одежда была достаточно чистая, не такая грязная, что была на мертвецах, которые встречались Мину по дороге сюда, левая нога была закинута поверх правой, а голова подпиралась рукой, пока глаза шокировано смотрели на Юнги. Прочистив горло, блондин неловко помахал рукой, желая получить столь необходимую ему реакцию. Белые глаза парня раскрылись ещё больше, а рот приоткрылся. Миг и этот мертвец медленно встаёт со своего места и направляется к Юнги, что медленно опускает руку на поверхность стойки. Господи, неспособность его тела двигаться быстро неимоверно раздражала. До одного бара он шёл наверное несколько часов, если смотреть по ощущениям, и это с учётом того, что местности он не знает. Из лёгкой дымки раздражения его вырывает лёгкое касание к плечу. — Т-ты.. аде-декватный-й? — сильно запинаясь интересуется парень, смотря своими широко раскрытыми белыми глазами, словно в замедленной съёмке моргая длинными ресницами. Речь. Человеческая речь. Просто чей-то голос оказывается так приятно слышать. Раньше Юнги не любил общаться и разговаривать с людьми, его компанией были конспекты, в которых он зарывался с головой, чтобы получить хорошие оценки. А сейчас, спустя столько лет, спустя столько пережитого ужаса, будучи мертвецом он безумно счастлив услышать скомканную, но всё-таки речь другого человека, который возможно сможет его понять. — Ю-юнги — почти прошептал Мин, чуть морщась от дискомфорта в горле. Мда, сидя в квартире он от чего-то не пытался заговорить и сейчас жалеет об этом. Похоже голосовые связки придётся разрабатывать заново, но об этом он подумает позже. Сейчас ему до покалывания в кончиках пальцев хочется узнать больше о стоящем напротив пране. — Ты? — Тэхён. М-моё им-мя - Тэхён. — произносит мертвец, широко улыбаясь квадратной улыбкой. Юнги смотрит на Тэхёна, на его улыбку, на его искрящиеся искренней радостью белые глазницы, чувствует своей кожей через свитер как неконтролируемо сжимаются чужие пальцы на его предплечье и не может сдержать улыбку, что медленно появляется на его собственном лице. Продолжение следует...