Шипы жизни

Знакомо ли вам чувство отчаяния, когда никому нет до тебя дела? Когда, подходя к зеркалу, ты удерживаешься из-за всех сил, чтобы не разбить его, ведь на тебя смотрит жалкое существо, недостойное существования? Когда кажется, что внутри тебя бездонная черная дыра, пожирающая все твои чувста и эмоции, оставляющая лишь злобу, ненависть и жалость к самому себе? Это чувство преследует Эрику с 16 лет. Тогда она сбежала из дома, оставив свою прошлую жизнь и имя, что дала ей мать, далеко позади. Кажется, что она живет в типичном американском сериале, но нет. Это имя девушка услышала в дешевом фильме, который показывали посреди ночи, и решила, что оно ей подойдет больше, чем ненавистное "Саша". Эрика ненавидела свое старое имя, его кричала ее мать, когда в очередной раз, поссорилась со своим ухажером и не нашла ничего лучше, чем обвинить в этом свою дочь. И плевать, что они не разу не встречались и на то, что Эрика тогда была у бабушки, куда ее посылала мать в любую свободную минуту. Клара-мама Эрики забеременела, и пытаясь оставить при себе "отца" девушки, она и решила родить. И теперь, собирая эти воспоминания по кусочкам давно позабытых воспоминаний, и не найдя ни единой вены на руках, она колется в пах. В школе ей говорили, что наркотики-зло, но так же там говорили, что плохо не слушаться родителей. Почти в каждой ссоре Клара говорила, чтоб та сдохла. Поток мыслей прервал телефонный звонок. На экране высветилась надпись "Кирилл". Девушка лишь отключила вызов. Этот звук слишком бил по ушам, она была не в состоянии встать, что говорить о хоть каких-то более или менее нормальных мыслительных процессах. Тогда в тишине прозвучало звонкое "Динь" и она взглянула на экран смартфона. "Два дня выходных кончились, давай только без казусов, как в прошлый раз...". Эрика лишь усмехнулась, смотря на это "очень важное послание" и не стала дочитывать очередную тираду ее работодателя. Эрика ненавидела то, чем ей приходилось заниматься, однако она не знает, как могла бы заработать по другому, ведь наркотики с неба не упадут, да и все же, не очень то хотелось ей умирать.