Без названия

Ещё до того злополучного вечера, когда Элина Дарх была жива. Ден Макс, нарушал тишину улиц своим громким пением, голоса его приятелей вторили ему словно расстроенный аккомпанемент. На улице было жутко темно и путь освещал только слабый свет уличных фонарей и лучше бы людям остаться дома, но находились смельчаки готовые показать себя или стать случайными жертвами вурдалаков. Под светом фонаря улыбка на лице Дена сияла жутким светом и от серого костюма, бледная кожа казалось настолько мертвенно бледной, что Эрике было не по себе. Она следила за ним с высоты двухэтажного дома, борясь с желанием спуститься вниз. Вся эта их надменность, напомнили ей дни проведенные в борделе. Такие же посетители приходили к её матери, и всегда были уверены что им не откажут. Ах, сколько, поганых слов слышала она в те дни! Всё это Эрика старалась забыть, стереть из своей памяти… —Ты, что делаешь? — Элина, схватила её за руку и оттащила от края, оторвав тем самым от раздумий. —Не забывай, мы на задании и наша цель не убить их, а проследить. Эрика бросила на неё печальный взгляд. —Я знаю, тебе трудно терпеть, но долг важнее всего. Элина, посмотрела на веселящихся бывших нацистов. Хотя, эти трое не считали себя «бывшими», даже после того как Гитлер проиграл, даже когда почти каждый потерял веру в идеальность арийской веры. Ден, Аллоиз и Герберт, чувствовали себя лучше других, а обращение в вампиров превратила их глупую уверенность в ничем непоколебимую веру. Они не просто, не замечали слежки, они не хотели этого замечать! Когда вампиры вдоволь натанцевались под одним из фонарей, они повернули на другую сторону. Старшая Дарх, примерно предполагая, что они будут делать дальше, осторожно спустилась вниз. Эрика последовала за ней, даже сейчас ничего не трогало Эллину, она была верна своим правилам, своей логике. Она осторожно перешла через дорогу и последовала по освещенному переулку за вурдалаками, стараясь держать дистанцию. Когда они остановились, она так же синхронно, застыла, словно марионетка. Эрика смотрела, на то как ничто не дрогнуло в фигуре сестры, голубые глаза следили, только за вампирами. Эрика, посмотрела в их сторону и прислушалась, к тому, что говорили немцы. —Какая славная ночь! Не правда ли Аллоиз? А что скажешь ты Герберт? —Ночь, и правда прекрасна! — улыбнулся тот. —Но, нам пора возвращаться, меня ждет моя любимая Хелена, — Ден произнес её имя с такой любовью, что его друзья не могли, не улыбнуться. —Ох Ден, мы бы с Гербертом прогулялись ещё, ночь настолько манящая. Да и может нам удастся поохотиться. —Ну, что же, мне жаль вас покидать! После слов Дена всё встало на свои места. Скорее всего Ден пойдет по короткой дороге, а его друзья прогуляются по улицам и вернутся позже, подумала Эрика и чтобы убедится, хотела высказать свое мнение старшей сестре. Но лишь, взглянув на неё поняла, та думала о том же. Если вампиры разделятся, то разделится нужно и им. Конечно, они не раз действовали по одиночке, но какое-то жуткое предчувствие не покидало её. А вот Элина, была полностью спокойна и таким же спокойным голосом она сказала: —Нам придется разделиться, так будет лучше. И если, дружки Дена, решат сократить путь и вернуться раньше, мы должны быть готовы ко всему, — она сжала лицо сестры в ладонях и посмотрев в серые глаза, произнесла. — Не волнуйся, ничего не случиться. В её словах, было столько уверенности в собственных силах… Что за беспечность! Эрика хотела возразить, но старшая бросила, «Верь мне» и исчезла, последовав за Деном, оставляя ту с её страхами и тревогой. Но что ей оставалось делать, кто будет спорить с прямолинейной, верной своим истинам Эллиной? Сколько она себя помнила, сестра никогда не боялась идти на риски ради спасения людей, ради долга. А тем временем на крыше двухэтажного дома, в котором жила директриса первой школы и сестра мэра. Роксана Дарх вместе с Элисн всеми силами следили, чтобы ни один вампир даже не подошел к стенам дома, в котором жила Марина. Вокруг царила жуткая скука. И от этого Элисн, весело танцевала на крыше, держа словно партнера свою винтовку, перебегая, с одного края на другой. Рокси вглядывалась в темноту. Уже часа два ничего не происходило, и она готова была заскучать, даже Элис понемногу раздражала, своими танцами на крыше и громким пением. —Ах, скажу тебе честно… Моя дорогая Рыжулька! — она вприпрыжку подбежала к Роксане и слегка толкнула её локтем. —Мне кажется нам тут ловить нечего. Но Рокси её не слушала, кто была такая Элис, чтобы точно знать на что способна Хелена? Рокси давно привыкла, что каждое действие врага всегда было подвергнуто логической цепочки от слабых к сильному, уж ей ли не знать, что им точно здесь ловить или нет. Она усмехнулась и заметила двух прогуливающихся вампиров беспечно смеющихся какой-то истории. Уверенность в ней возросла ещё сильнее. Девушка молниеносно спрыгнула с крыши, и подбежав к вампирам резко полоснула обоих лезвием топора. Довольная своей работой она осмотрелась, в надежде найти ещё жертв, но было пусто и лишь свет фонарей озарял этот город. Яркий золотой свет, но казалось неделю назад этот свет не был таким одиноким. И от домов исходило тепло. Послышался далекий шум мотора и посмотрев на запад, вампирша заметила две покидающие город машины. Резкий выстрел отвлек её от размышлений, она подняла голову и увидела стоящую с винтовкой Элис. —Не всё же тебе убивать, сестрёнка! Только не дуйся и не обижайся! Эрика следовала, за вампирами что в упор не замечали её, возможно это было от их тупой самоуверенности или может потому, что девушка умела быть скрытной. Они прошли сквозь веселую толпу, остановились перед уличными музыкантами, и как цепному псу, бросили лохматому гитаристу две монетки. Деньги со звоном упали на асфальт мимо гитарного футляра музыканта. Один из фашистов весело толкнул другого и они засмеялись, музыкант ничего не сказал, было и так понятно, что над ним просто поиздевались. Эрика сунула руку в карман порванных джинс и достав монету аккуратно положила в футляр к музыканту. «До чего же вы, мерзкие!» — подумала она. Нацисты настолько уверенные в себе громко смеялись и шли дальше по улице. Когда они остановились перед шумным клубом из которого исходила странная электронная музыка, давящая со всей силой на перепонки. То Аллойз рассмеялся, указывая пальцем в сторону большого окна, из которого сочился ядовитый синий свет. Эрика, стояла недалеко от них и взглянув в окно клуба, заметила людей, чьи танцы были больше похожи на конвульсии. Никаких плавных движений, только неритмичные удары ногами о пол и махи руками. Девушка отвернулась от этого зрелища, не любила она эти однообразные танцы и эти песни состоящие из двух слов. Вампиры устали обсуждать свое превосходство возле старенького здания клуба и решили, продолжить путь, девушка последовала за ними. Двое завернули в сторону темных улиц к домам, которые больше напоминали частные, Эрика подумала, что они решили выйти из города, и хотела последовать за ними. Но внезапно, что-то задрожало, словно муха, в кармане джинс. «Сообщения, но кто? Не ужели…» Она буквально задрожала, не в силах достать сотовый, ей казалось, произошло самое ужасное. Глупо сомневаться, в том факте, что писала ей Элина, а значит что-то случилось. Девушка с волнением, достала телефон. «Нет, мне кажется…» Она выключила блокировку «Да чего я так боюсь? Всё же хорошо!» Эрика готова была поклясться, что если бы у неё был пульс, то сердце бы бешено колотилось. Она, опустила взгляд на телефон, где на экране мелькал один пропущенный. Не думая ни о чем, забыв про этих вампиров, она сломя голову побежала, туда куда ушла Эрика с Деном. Мимо клуба, мимо музыканта, быстрее, быстрее… «Неужели Ден убил её!», она бежала вместе с темнотой, которая тяжелым камнем лежала над городом, бежала вместе с уезжающими отсюда навсегда людьми. «Нет, Ден не мог убить её!» Эти мысли не покидали, кудрявую голову, и по мере того как она приближалась, страх нарастал с бешенной силой. Наконец, Эрика свернула на дорогу ведущую к дорогим дачным домикам, тишина здесь была ещё более пугающей. Единственный свет исходил от её же телефона, и этот свет был последней надеждой. Дорога, казалось не имела конца. Девушка споткнулась, обо что-то. И сохранив равновесие, посмотрела на землю. На ней валялось всё, что осталось от старшей сестры. Полосатый пиджак и разбитый телефон. —Убили! — это не были слова отчаяния или грусть, страх внезапно исчез. Теперь в голове было лишь согласие, что старшей больше нет. Всё что она почувствовала было, резкое изменение привычного строя, но жалости — никакой. Эрика, села рядом с одеждой сестры и теребя полосатую ткань пиджака, пыталась найти сострадание в самой себе. Но, как и эти ровные серые полосы не выражали ничего на грубой черной ткани, ей было также. Будто, бы умер человек, которого она узнала вчера, будто не стало дальнего родственника. «Неужели я такая безразличная? Почему я такая? Потому что вампир?». Возможно она могла бы угнетать себя этим фактом или оправдывать, но ведь она всегда с состраданием относилась к детям. Почему же сейчас ей не больно? Может, потому что сколько она себя помнила, безразличие и привычка постоянно видеть смерть взрослых людей была у неё всегда. Ей было всё равно когда умерла мать, когда умирали другие работники борделя. Не безразлично было лишь когда на руках умер младший брат. Этот маленький, пищащий как мышонок комочек. Тогда, она рыдала и всегда думала, что если с одной из сестер случится несчастье, то она будет рыдать. А сейчас, почему же она не плачет? «Да соберись же ты!» Внезапно приказала она себе. «Разве время, думать почему и как? Нужно рассказать всем о смерти Элины, нужно понять кто убил её». Девушка осмотрелась по сторонам и заметила, что находится недалеко от небольшого домика из красного кирпича, посмотрев на деревянное крыльцо, она заметила следы разрухи. Видно кто-то со всей силы рубил его чем-то острым. Она хотела подойти поближе, но внезапно заметила, пока она уходила в свои мысли, тьма потихоньку рассеивалась, а значит ей нужно бежать домой. По дороге, вампирша отметила для себя, последнее послание сестры. Старшая, сама того не замечая, дала подсказку. Искать поместье вампиров, стоит недалеко от дачных домиков или как называли этот район в «Обойденном» — «Дачный городок». Эрика, уже знала, что скажет Вадиму. Будто забыв про дверь, она забралась домой через открытое окно на первом этаже. В большой гостиной, был только Вадим. Он сидел свесив одну ногу на другую и вертел в руках пустую фарфоровую чашку. Его сосредоточенное лицо, из-за густых бровей и двух металлических пирсингов на одной казалось, каким-то злым. По началу он не заметил Эрику, но поднял голову и посмотрев в встревоженные серебряные глаза, чуть не выронил чашку и с ужасом вскрикнул: —Что случилось? Стояла бы перед ним с таким видом Элисн или Рокси, он бы воспринял это как шутку, но Эрика шутить не любила. —Элину убили, возле въезда в дачный городок. Чашка, медленно выскользнула из рук Чернова и с грохотом разбилась об пол. Он медленно встал, не смотря на разбитые осколки, не спуская с глаз вампирши. Девушка заметила, как побледнело его лицо. Не удивительно, ведь он уважал Элину, она была верна ему, помогала во всем. Она поддерживала его девушку, она делала лекарства, что помогали всем им, но не это было самым важным. А то, что он потерял, ещё одного члена отряда. Эрика, осознавала скорый приход утра. Она быстро прошмыгнула в подвал, оставляя Вадима одного. Чернов, не в силах что-либо сделать, будто под гипнозом вышел из тёмной гостиной и стуча тяжёлыми кожаными сапогами, направился на кухню. Вот он остановился возле серого холодильника, вот открыл его и достав бутылку открытого вина, залпом стал вливать в себя содержимое. Он чувствовал пустоту внутри, а эта красная кислая жижа заполняла её… И он пил… Пил и не замечал, что плачет, что вся его панковская подводка стекает по футболке с логотипом, что руки дрожат. И в голове была ужасная мысль, ведь всего пару часов назад он был уверен, что потерям среди Дарх не бывать. Вот она жизнь, так она жестоко бьет по тем кто самоуверен. После, того как Эрика, покинула комнату. Чернову захотелось увидеть Рокси «Как она воспримет эту новость? Что она скажет?» Она ведь такая самоуверенная и хладнокровная. Вадим, тяжело ступая ботинками, шатаясь от похмелья спустился в подвал. Темные стены коридора давили и как он раньше не замечал этого? Дверь рыжей была, второй от лестницы, обитая железом для лучшей звукоизоляции. Минута и Чернов остановился в замешательстве, вздохнул и постучал. Не прошло и секунды как Роксана Дарх, открыв дверь, стояла перед ним, в её глазах был лед, а красные губы сжаты, она отошла, позволяя ему пройти и облокотилась на тёмную увешанную плакатами стену. —Что ты хотел? — быстро бросила она и отвернулась к стене. «Сейчас мне как раз тебя не хватало!» — подумала девушка. Её комната, была просторной обителью, окруженной музыкальными инструментами. По левой стороне, аккуратно висели или стояли прислонившись к стене гитары, купленные или подаренные девушке, в разные времена. Справа был старенький синтезатор. —Скажи мне, что нам теперь делать после смерти твоей сестры? Рокси была осведомлена о гибели старшей. «Спасибо Элис». Она на мгновение опустила глаза, но тут же резко подняла голову встретившись взглядом с Вадимом. Его неуверенный и испуганный вид молил дать ответ… Но в изумрудных глазах была лишь тревога. Она всё же решила ответить. —Что произошло уже не исправить, но Эрике не стоит следить за вампирами, она осталась одна, а её мы не можем потерять. «Я не хочу ее терять». —По твоему так лучше, а не затормозит ли это дело? —Нет, — быстро ответила она, но Вадиму послышались нотки неуверенности в ее словах. Может ему показалось? Девушка, повернула голову к гитарам и Вадим сделал так же. Множество разнообразных шести струнных подруг Роксаны, его всегда удивляло как она после нескольких убийств, спокойно брала красный Фендер и играла. Сейчас, девушка смотрела лишь на одну из них. На старенькую акустику с поцарапанным корпусом, одной струны у неё не было. Что такого в ней было? Он не понимал. Увы даже если, бы Роксана Дарх, сказала ему что это подарок, от старшей сестры, то мало бы что поменялось. Она одна хранила те воспоминания и то время когда сестра вручила ей инструмент. И каждый раз рассматривая линии и изгибы, она видела строгое лицо Элины. Заметив, как Чернов с любопытством рассматривает гитару она отвела взгляд и улыбнулась ему, как и раньше своей привычной уверенной улыбкой, но по её глазам читалось желание побыть одной в эти тяжелые минуты. Чернов и так понимал, что девушке не до него и пожелав спокойного дня, он вышел. Оставшись одна она подошла к старой акустике, легонько коснулась грифа. «Зачем, ты так Элина?..» Последний и единственный подарок от сестры, знак того что в семье она важна и любима любой, тогда она лишь бросила «Спасибо». Какое ей, Роксане Дарх, было дело любят её или нет? Она была рада подарку, но показывать сестре этого не хотела. Вся эта правильность, желание долга, казались такими глупыми. И Рокси думала, что однажды она признается сестре, что любит её по своему, ведь вся вечность впереди, да только теперь уже поздно. «И почему ты всегда такая беспечная?» Девушка вдруг, поняла, что скучает и не просто, а жуткое желание поговорить с кем-то нарастало всё больше и больше. Она смотрела на гитару и думала, чтобы сделала старшая сестра, если бы убили её? Она бы взяла себя в руки, и делала бы, что должна? Или же… —Да, что я думаю… Она же никогда не была так самоуверенна, она бы захотела общения, и я… Рокси повернулась к двери, буравя её глазами. Она представила, как стучится в дверь к Эрике и рассказывает той всё, что накипело. Вот оно! Лед треснул! И она сделала шаг к выходу, но… Остановилась. Нет! Пожалуй, это горе ей лучше пережить одной. Придется свыкнуться. Элины больше нет, как тогда когда не стало отца, во время кровавой чумы. Тогда она думала, что это было последней каплей, чтобы сделать её жестче. Она думала, будет готова ко всему. Что же, она попытается держать себя в руках, попытается идти дальше. Но было ещё кое-что, что больно било в ледяное сердце. Рокси, знала, о больной заботе сестры, могла догадаться, что та ради дела готова действовать одна, готова пожертвовать собой. Но именно она, предложила ей следить за вампирами. И как же, тогда уверенно звучал её голос! Вспоминая Рокси иронично усмехнулась, своей глупой самоуверенности. «Какая же я дура!» Подумала она и зло улыбнулась. Впервые, за несколько лет она ошиблась и не просто ошиблась, а потеряла члена семьи. Разве мистер Дарх, допустил бы такого? Нет.