Шаг за шагом

      Злодеи кончились, кончились и приключения. Наступило время, когда всё настолько спокойно, что становится тошно. Это спокойствие, несмотря на дотошность, позволило наконец переосмыслить многие моменты, которые были ранее незаметны и непримечательны. Нашлось время для разговоров наедине без опасения, что вот-вот придётся куда-то сорваться и оставить собеседника наедине со своими мыслями.       Появившейся возможность воспользовались Джин и Пандора. Раньше, у них попросту не было шанса обсудить что-то важное, что-то, что беспокоило их обоих. Но теперь они полностью предоставлены друг другу. Дитя Земли до разговора со своим другом был глубоко погружён в воспоминания в прошлом, о том времени, когда проснулся и увидел перед собой обессиленного юношу, в котором почти не оставалось силы духа, о том, сколько всего они пережили вместе, как Джин нежно держал его за руки, утешая и приглушая его чувство вины перед друзьями. Вспоминал печальную битву, решающую судьбу планеты, как колебался между миссией, заложенной в его сознании, и друзьями, которые все, кроме Джина остались внизу. Пандора особенно ярко запомнил то, как именно юноша передал ему его первый значок. Это касание было настолько искренним, настолько тёплым, что сердце в тот момент замерло в груди, перестав отбивать громкие ритмы.       Пандора, да и Джин, оба ментально юны, чтобы понимать это странное чувство "любовь", творяще с людьми не пойми что. Даже несмотря на неготовность к отношениям, парни приняли серьёзное решение рассказать о том, что чувствуют друг к другу. Они провели замечательный вечер наедине друг с другом, рассказывая всевозможные истории, вспоминая прошлые приключения пока разговор не дошёл до чувств. Оба долго колебались, подбирая подходящие слова и настраиваясь. Каждый считал, что, если расскажет о "странном чувстве, которое уже давно не отпускает", случится что-то не хороше, из-за чего их дружба будет окончена.       Первым начал разговор Пандора. Робко, донельзя покрываясь румянцем, сминая свои припухлые губы, парень отводил взгляд. Было тяжело, тяжело и страшно рассказать, поведать о том, что он испытывает к своему другу. Джин это заметил. Его обеспокоило поведение близкого человека, ведь тот ещё никогда не вёл себя так... необычно. Словно читая его мысли, Дитя Земли яростно замахал руками перед лицом. —Нет! Не подумай ничего такого. Со мной всё хорошо!       Сделав глубокий вдох, Пандора на одном дыхание выпалил: "Я давно испытываю к тебе что-то странное, что-то, что на дружбу вовсе и не похожее. Это что-то больше... Что-то тёплое и приятное." Джин с неким любопытством, нежностью и лёгкой улыбкой, какую дарил только ему, посмотрел на него. —Знаешь... Я испытваю к тебе тоже самое. —Начал аккуратно юный мастер, как бы прощупывая почву их диалога и всей ситуации. —Ты появился в моей жизни, словно ангел. Ангел, которого мне непременно нужно защищать от опасного мира.       Джин на мгновение замолчал, разглядывая выражание лица собеседника, которое сейчас мерцало в свете Луны и звёзд сразу несколькими эмоциями: и смущение, и удивление, и ещё какой-то, которую парень не смог распознать, но тем не менее продолжил свой монолог. —Я столько думал о тех моментах, когда мы были близко друг к другу, и заметил, что так тепло и нежно я ни к кому из наших друзей не обращался. Что-то в тебе зацепило меня. Наверное, твоя чистая и искренне добрая душа, твоя беззаботность и оптимистичное отношении ко всему вокруг.       Джин умолк. Кажется, он сказал всё, что хотел, и сейчас ожидает ответа от приятеля. Пандора выглядел задумчивым и смущённым одновременно, словно ангел, который увидел что-то, что выходило за грани понимания. Дитя Земли многозначительно вдохнул свежий ночной воздух и выдохнул его. Однозначно, их чувства взаимны, но никто из них не предпринимает попыток предложить встречаться. Страх ли это перед тем, как отреагируют их друзья, перед неизвестностью того, чего раньше с ними не случалось? А может и сомнения в том, получится ли у них намеченное?       Первым перестал колебаться и самневаться снова же Пандора. Кажется, он куда уверенее, чем его друг. —Послушай, Джин, давай попробуем? Я хочу быть с тобой не просто как друзья, а как... семья и... пара.       Юноша кивнул в знак согласия. Может всё произошло куда быстрее, чем ожидалось, но лучше не затягивать с этим делом, ведь в таком случае со временем их особые тёплые чувства смогут снова опуститься до уровня дружеских. Впрочем, их особо это не волновало. Они уверены, что это вряд ли когда-нибудь случиться. Постепенно отношения Джина и Пандоры крепчали. Парочка с момента признания друг другу стали куда ближе, чем раньше, что не ускользнуло от внимания их друзей (они не спешили им рассказывать о том серьёзном разговоре и принятом решении). Дитя Земли и юный мастер часто ходили куда-то вместе, и каждый, кто замечал их держащимися за руки или обнимающимися, подмечали, что они очень милая пара и очень сильно подходят друг к другу, на что те смушённо отводили взгляд и глупо пялились в землю, будто хотели в ней прозжечь дыру.       Походы по магазинам, прогулки, совместные вечера — всё это приносило им неимоверное удовольствие. Они наслаждались компанией друг друга, придумывали всевозможные способы развлечься. Иногда, когда делать совсем нечего было, Джин и Пандора спокойно лежали где-нибудь где бы их не потревожили, и держались за руки, смотря на небо.       Шаг за шагом их отношения дошли до поцелуев. Сначала они были неаккуратными, робкими, непринуждённым, но, чем больше парочка узнавала о этих до мурашек приятных касаний губами, тем лучше у них получалось. Вскоре дело дошло и до интима. Настолько сильно ни Джин, ни Пандора ещё никогда не смущались. Их пробивала дрожь то ли удовольствия, то ли неловкости при каждом прикосновение к оголённой коже. Конечно, со временем, они справились с этим, но не так скоро, как ожидали.       В один прекрасный момент всё пошло под откос. Что-то не ладилось, что-то не клеилось. Начали возникать мелкие ссоры. Сначала по поводу, а потом уже и без. Возлюбленные то и дело ругались из-за каждой мелочи, что им раньше было не свойственно. Будто обоих подменила какая-то нечистая сила.       Ссоры начали переходить в серьёзные конфликты, чаще всего заканчивающиеся тем, что и Джин, и Пандора рассаживались по разные углы и дулись друг на друга. —И что с ними не так? Были же не разлей вода. — Качал головой Дон, не понимая, как те нежности, ласка, забота друг о друге превратились в игнор, ругань и злобные переглялки. Тем более, как те два весёлых и добрых парня стали таким угрюмыми и холодными, как арктические ледники.       Чем дальше, тем хуже. Послений скандал голубков привёл к тому, что Джин не выдержал, собрал свои вещи и съехал с особняка Сесилии. Он попрощался со всеми, кроме Пандоры, и на время приехал в деревню, в которой вырос, в дом дедушки, который, как оказалось, на время уехал в небольшое путешествие, из-за чего Джин предоставлен сам себе.             Сейчас у него достаточно времени отдохнуть от перебранок, разобрать всё по полочкам и выяснить суть всех конфликтов, что происходили.       Когда об отъезде Джина узнал Пандора, в особняке погрузилось огромное напряжение. Парень сразу помрачнел, будто из него высасали все эмоции, будто из груди вырвали что-то родное, что-то близкое, хотя, наверное, так и было, ведь несмотря на все те ссоры, что происходили, Пандора не переставал до дрожи на кончиках пальцев любить Джина. Да, в последнее время он много злился на него, кричал, часто (почти всегда) был инициатором ссор, но всё равно любил, и любит. Но отъезд без предупреждения разбил его хрупкое сердце. Он не плакал и не бился в истерике, понимал, что сам виноват, и что, вероятно, уже больше никогда не увидит того, кого так сильно полюбил, но и жить дальше, будто ничего не было, не мог. Он хмуро бродил по полюбившимся местам и вспоминал те моменты, когда крепко держался за руки с Джином, смотрел на него с благоговением и наслаждался спокойным времяпрепровождением.       Пока Пандора изрядно загонялся, юный мастер искал корень проблемы. Он хотел вернуться, заключить возлюбленного в объятия и нежно поцеловать в лоб, но всё ещё был обижен на него. Обида то и дело сбивала его, не давая искать недостатки в себе.       Вернулся Эбботт. С порога он почувствовал присутствие внука и его мрачную ауру. Долго ходить вокруг до окола старик не стал и задал вопрос о благополучие любимого внука напрямую. Джин очень доверял своему деду и поэтому без всяких задних мыслей выложил ему подчистую. Эбботт прочистил горло, свёл брови вместе и сделал жутко задумчивый вид, будто хотел сказать что-то ужасное, но вместо этого положил руку на крепкое плечо. —Конфликты и ссоры нормальная вещь в отношениях. Со временем всё образуется, и вы снова будете вместе. Преграды лишь укрепляют союз. А сейчас тебе нужно собраться с мыслям, а потом отправится в обратный путь и серьёзно поговорит со своим парнем.       Монолог старика довольно неплохо помог Джину и он искренне улыбнулся.       Ещё пару недель юноша провёл в родном доме, помогая деду по хозяйству, а вскоре собрал все свои вещи и отправился в обратный путь, который не занял много времени. Ближе к вечеру юный мастер ступил на землю Ветреного города и, пройдя несколько кварталов, оказался у ворот особняка. Его встретил Дон, но не стал ничего расспрашивать. Лишь сказал, что Пандора совсем плох, и им просто необходимо сейчас же помириться. Конечно, было уже поздно для разговоров и стоило бы дождаться утра, но затягивать особого желания нет. Остывший за эти недели, Джин жаждал заключить возлюбленного в свои объятия и больше не ссорится с ним.       В особняке он оставил свои вещи в гостиной и направился наверх, туда, где располагается комната Пандоры. Друзья сказали, что он собирался отправиться спать, поэтому попросили вести себя потише. Юный мастер кивнул и направился в нужную сторону. Джин нерешительно постучал в дверь. За ней послышался наполненный тоской и болью голос, извещающий о том, что хозяин комнаты сейчас откроет дверь. Ручка дёрнулась, и дверь со скрипом отворилась. Пандора застыл со смешанными чувствами на лице. Он не понимал, почему Джин стоит возле его комнаты, ведь счёл, что тот не захочет его больше никогда видеть. Лицо юного мастера смотрело на Дитя Земли с такой нежностью, от которой мурашки побежали по спине, а сердце забилось чаще, готовое вот-вот разорвать грудную клетку и вырваться на волю. Без лишних слов Пандора одним рывком кинулся в объятия возлюбленного, повиснув на его крепкой шее. Джин приобнял его за тонкую талию, расплываясь в улыбке. —Думаю, нам нужно поговорить. —Прошептал юный мастер, заводя возлюбленного в комнату.       Оба сели на мягкую кровать и попытались начать разговор. Вышло не очень, они лишь смущённо и виновато отводили взгляд, пока Пандора тоскливо не посмотрел на Джина. —Это ведь я виноват в наших конфликтах. Я был слишком глуп. Юный мастер взял его руки в своим и прижал к своему лицу. —Мы оба виноваты, но сейчас всё хорошо. Верно? Мы поняли свои ошибки и теперь не допустим ни одной ссоры. Я тебе это обещаю. Слова Джина приободрили Пандору, и тот с облегчением приподнял уголки своих губ. Больше никаких конфликтов, тем более по пустякам. Возлюбленных ждёт прекрасная ночь после долгой разлуки и ругательств.